Судья 1 инстанции Шандрук А.И. материал № 22к-3129/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Иркутск 24 ноября 2020 г.

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Носкова П.В., при помощнике судьи Блинчевской А.Г., с участием прокурора Салимова А.Р., обвиняемого Ж. и его защитника – адвоката Добежиной О.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционному представлению прокурора отдела по надзору за процессуальной и оперативно-розыскной деятельностью Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры Вяткина А.А. на постановление Ленинского районного суда г. Иркутска от 2 октября 2020 года, которым в отношении

Ж., (данные изъяты) гражданина РФ, не судимого, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 226.1 УК РФ (4 преступления), 

отказано в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей, мера пресечения в виде заключения под стражу изменена на домашний арест на 1 месяц, то есть по 6 ноября 2020 года, с установлением соответствующих ограничений и запретов.

Обвиняемый Ж. освобожден из-под стражи в зале суда.

Заслушав прокурора Салимова А.Р., поддержавшего доводы апелляционного представления, обвиняемого Ж., адвоката Добежину О.В., возражавших удовлетворению представления, полагавших постановление суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции 

у с т а н о в и л:

Органами предварительного следствия Ж. предъявлено обвинение по ч. 3 ст. 226.1 УК РФ (4 преступления), в контрабанде стратегически важных товаров (лесоматериалов) в крупном размере, совершенной организованной группой. 

Уголовное дело было возбуждено 7 ноября 2019 года по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст. 193 УК РФ.

С данным уголовным делом в одном производстве соединены ряд уголовных дел, в том числе возбужденных в отношении Ж. и других лиц по признакам преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 226.1, п. «б» ч.2 ст. 173.1 УК РФ.

По подозрению в совершении преступлений в порядке ст. 91, 92 УПК РФ, Ж. был задержан 12 февраля 2020 года. 

13 февраля 2020 года ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 226.1 УК РФ (4 преступления). 

14 февраля 2020 года в отношении Ж. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В дальнейшем срок содержания под стражей в отношении Ж. продлевался, последний раз постановлением Ленинского районного суда г. Иркутска от 3 августа 2020 года, до 7 месяцев 26 суток, то есть по 6 октября 2020 года включительно.

Срок предварительного следствия по делу продлён начальником СО Восточно-Сибирского ЛУ МВД России на транспорте до 12 месяцев, то есть до 7 ноября 2020 года.

28 сентября 2020 года старший следователь следственной части следственного отдела Восточно-Сибирского ЛУ МВД России на транспорте Р., с согласия руководителя следственного органа, обратился в суд с ходатайством о продлении срока содержания обвиняемого Ж. под стражей еще на 1 месяц, то есть по 6 ноября 2020 года.

Постановлением Ленинского районного суда г. Иркутска от 2 октября 2020 года в удовлетворении этого ходатайства было отказано, мера пресечения в отношении Ж. изменена на домашний арест сроком на 1 месяц, то есть по 6 ноября 2020 года включительно, с установлением соответствующих ограничений и запретов.

В апелляционном представлении и дополнениях к нему прокурор Вяткин А.А. выражает несогласие с постановлением суда, считает его не отвечающим требованиям уголовно-процессуального закона и правовым положениям Пленума Верховного Суда РФ. Считает выводы суда о невозможности продления срока содержания под стражей в отношении Ж. незаконными, необоснованными и противоречивыми. Утверждает, что ходатайство следователя надлежащим образом мотивировано, отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, утверждено руководителем следственного органа, представленные материалы подтверждают изложенные в ходатайстве доводы. Ходатайство содержит сведения о произведенных после предыдущего продления следственных и процессуальных действиях. Указывает, что законность избрания, а в дальнейшем и продления срока содержания под стражей в отношении Ж. неоднократно проверялась вышестоящей инстанцией, данные решения не изменялись и не отменялись. Кроме того, при избрании меры пресечения были учтены данные о личности Ж., его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий. Полагает обоснованными доводы следствия о том, что оснований для отмены и изменения меры пресечения в виде содержания под стражей в отношении Ж. не имеется, поскольку обстоятельства, послужившие основанием для избрания меры пресечения, не изменились и не отпали; находясь на свободе, Ж. может скрыться от органов следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью или иным путем воспрепятствовать производству по делу. Обращает внимание, что Ж. обвиняется в совершении особо тяжких преступлений, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 12 лет, по месту регистрации с семьей не проживает, имеет связи с гражданами КНР, что дает основание полагать, что находясь на свободе, под тяжестью предъявленного обвинения, опасаясь негативного исхода по делу и сурового наказания в виде лишения свободы, он может скрыться от органов следствия и суда. Кроме того, Ж. обвиняется в совершении преступлений в составе организованной группы, не все участники которой установлены, в связи с чем, по мнению автора представления, имеются основания полагать, что Ж., находясь на свободе, может предупредить о ходе предварительного следствия по уголовному делу неустановленных до настоящего времени участников группы, а также гражданина КНР, местонахождение которого не определено, и тем самым воспрепятствовать правоохранительным органам в дальнейшем установлении их личностей, места нахождения и получения доказательств причастности их к совершенным преступлениям, а также может принять меры к уничтожению вещественных доказательств, поскольку не обнаружены оригиналы документов, свидетельствующие о незаконной деятельности. Прокурор не исключает возможности того, что Ж., находясь на свободе, окажет давление на свидетелей Б. и Ю., от которых поступали заявления с просьбой об изолировании Ж., поскольку они опасаются за свою жизнь и здоровье и своих близких. Данные заявления, по мнению прокурора, не утратили свою актуальность и на момент принятия решения судом об изменении меры пресечения. Автор представления указывает, что расследование уголовного дела представляет особую сложность, поскольку в одно производство соединено 37 уголовных дел, преступления совершены в составе организованной группы, организатором которой являлся гражданин КНР, объем уголовного дела составляет около 40 томов, привлечено в качестве обвиняемых 5 человек, при этом, не все лица преступной группы установлены. В ходе расследования устанавливаются дополнительные эпизоды преступной деятельности, допрошено значительное количество свидетелей. Акцентирует внимание, что преступления о контрабанде леса и лесоматериалов относятся к преступлениям против общественной безопасности, которые влекут за собой негативные последствия для экологической обстановки в регионе, расследование таких дел имеет общественный резонанс. С учетом интенсивности и своевременности проведенных следственных и процессуальных действий, а также значительного объема необходимых действий, направленных на окончание расследования, проведение трудоемких экспертиз, срок следствия является разумным, в связи с чем неэффективности и допущенной в ходе расследования волокиты не усматривается. Данных, свидетельствующих о наличии противопоказаний для нахождения Ж. под стражей, стороной защиты не представлено. При указанных обстоятельствах, считает, что не имеется оснований для изменения в отношении Ж. меры пресечения на иную, не связанную с содержанием под стражей. Обращает внимание на то, что суд, разрешив ходатайство следователя в отношении нескольких лиц в одном постановлении, сделал идентичные выводы по каждому из обвиняемых, не дал оценки доводам следствия об отсутствии устойчивых социальных связей у Ж., проживание его не по месту регистрации. Отмечает, что при выяснении мнения сторон по заявленному обвиняемым Ж. ходатайству об отводе судьи, позиция стороны обвинения не выяснялась. Указывает на неверное установление судом срока окончания домашнего ареста и что в самом тексте постановления не содержится ссылок на положения ст. 107 УПК РФ, устанавливающей порядок избрания меры пресечения в виде домашнего ареста. Просит постановление суда отменить и вынести решение об удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей в отношении Ж. 

В возражениях на апелляционное представление обвиняемый Ж. просит постановление суда как законное, оставить без изменения.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционного представления и возражений на него, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Часть 3 статьи 55 Конституции РФ устанавливает, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

При этом, согласно правовым позициям Конституционного Суда РФ и Европейского Суда по правам человека, обеспечение баланса между общественными интересами, которые могут потребовать предварительного заключения лица под стражу, и важностью права на свободу личности, требует учета всех данных, имеющихся по делу, в том числе тяжести преступления, в котором оно обвиняется, обстоятельств, оправдывающих его содержание под стражей, а также важность предмета разбирательства, сложность дела, поведение этого лица, мнение компетентных органов и др. (Постановление Конституционного Суда РФ от 16 июля 2015 года N 23-П; постановления Европейского Суда по правам человека от 26 июня 1991 года по делу "Летелье против Франции", от 27 августа 1992 года по делу "Томази против Франции", от 28 октября 1994 года по делу "Мюррей против Соединенного Королевства" и др.).

В целях реализации указанных международных стандартов (ч. 3 ст. 1 УПК РФ), а также требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, принимая по ходатайству следователя решение о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, судья должен исходить из анализа всего комплекса фактических обстоятельств и нормативных оснований применения данной меры пресечения, которые являются едиными для всего уголовного судопроизводства, оценить достаточность представленных сторонами материалов для принятия законного и обоснованного решения и определения того, какие именно данные указывают на наличие предусмотренных ч. 1 ст. 97 УПК РФ оснований для продления ее срока.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в пп. 21, 22 Постановления от 19 декабря 2013 года N 41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога", на первоначальных этапах производства по уголовному делу тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения по приговору наказания в виде лишения свободы на длительный срок могут служить основанием для заключения подозреваемого или обвиняемого под стражу ввиду того, что он может скрыться от предварительного следствия. Тем не менее, в дальнейшем одни только эти обстоятельства не могут признаваться достаточными для продления срока действия данной меры пресечения. Наличие у лица возможности воспрепятствовать производству по уголовному делу на начальных этапах предварительного расследования может служить основанием для решения о содержании обвиняемого под стражей. Однако впоследствии суд должен проанализировать иные значимые обстоятельства, такие, как результаты расследования или судебного разбирательства, личность подозреваемого, обвиняемого, его поведение до и после задержания, и другие конкретные данные, обосновывающие довод о том, что лицо может совершить действия, направленные на фальсификацию или уничтожение доказательств, или оказать давление на участников уголовного судопроизводства, либо иным образом воспрепятствовать расследованию преступления или рассмотрению дела в суде. Сама по себе необходимость дальнейшего производства следственных действий не может выступать в качестве единственного и достаточного основания для продления срока содержания обвиняемого под стражей. Решение суда о продлении срока содержания под стражей должно основываться на фактических данных, подтверждающих необходимость сохранения этой меры пресечения (статьи 97, 99 УПК РФ).

Как видно из представленных материалов, вышеуказанные положения судом первой инстанции соблюдены, в связи с чем, суд обоснованно пришел к выводу об отказе в удовлетворении ходатайства следователя о дальнейшем продлении Ж. срока содержания под стражей и избрании ему меры пресечения в виде домашнего ареста.

Судом правильно установлено, что, несмотря на особую сложность уголовного дела, выразившуюся необходимостью установления и анализа многочисленных фактов незаконного вывоза (контрабанды) лесоматериалов в КНР, производства значительного количества осмотров документов, необходимостью проведения бухгалтерской и товароведческой экспертизы, а также необходимостью выполнить ряд следственных и процессуальных действий, тяжесть обвинения, которое относится к категории особо тяжких преступлений, в составе организованной группы, оснований для четвертого продления Ж. меры пресечения в виде заключения под стражу, не имеется. Обеспечение судопроизводства в разумный срок может быть выполнено мерой пресечения в виде домашнего ареста по месту постоянного места жительства.

При таких обстоятельствах, дальнейшее содержание Ж. под стражей является нецелесообразным, гарантией его явки в суд может явиться и другая, менее строгая мера пресечения - домашний арест, исключающая контакт с другими участниками уголовного судопроизводства, а также исключающая возможность неявки по вызову в суд. В случае нарушения указанной меры пресечения, она может быть изменена на более строгую. Кроме того, согласно п. 8 ст. 107 УПК РФ ограничения могут быть изменены по ходатайству следователя, в производстве которого находится уголовное дело.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, а также для переоценки указанных выводов суда по доводам обвинения, не имеется.

Материалы дела в отношении Ж. рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, выводы суда основаны на исследованных в ходе судебного рассмотрения доказательствах с приведением мотивов принятого решения.

Все сведения о личности Ж., в том числе об отсутствии у него регистрации по месту жительства, проживание отдельно от семьи, на которые имеются ссылки в представлении, были известны суду, учитывались при принятии решения об изменении обвиняемому меры пресечения на домашний арест. 

Судом первой инстанции при рассмотрении ходатайства следователя не было допущено нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену судебного решения.

Заявление об отводе председательствующего судьи, а также замечания на протокол судебного заседания рассмотрены судом в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, по ним вынесены соответствующие постановления. 

Каких-либо обстоятельств, препятствующих Ж. содержаться под домашним арестом, материалы дела не содержат.

Апелляционное представление по указанным в нем доводам, удовлетворению не подлежит.

Между тем, постановление Ленинского районного суда г. Иркутска от 2 октября 2020 года подлежит изменению, поскольку избирая Ж. меру пресечения в виде домашнего ареста на 1 месяц, то есть по 6 ноября 2020 г., суд первой инстанции не учел, что в соответствии с чч. 2, 2.1 ст. 107 УПК РФ, срок домашнего ареста исчисляется с момента вынесения решения об избрании данной меры пресечения в отношении обвиняемого, в срок домашнего ареста засчитывается время содержания под стражей, вследствие чего, неправильно исчислил срок содержания Ж. под домашним арестом.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

Апелляционное представление прокурора отдела по надзору за процессуальной и оперативно-розыскной деятельностью Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры Вяткина А.А. оставить без удовлетворения.

Постановление Ленинского районного суда г. Иркутска от 2 октября 2020 года в отношении Ж. изменить, в его резолютивной части указать, что мера пресечения в виде домашнего ареста избрана сроком на 1 месяц 4 суток, то есть по 6 ноября 2020 г.

Зачесть в срок домашнего ареста срок содержания Ж. под стражей в период с 12 февраля 2020 года по 1 октября 2020 года.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 471 УПК РФ.

Председательствующий П.В. Носков