Дело № 2-3(1)/2019

64RS0030-01-2018-001051-93

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

16 января 2019 года г. Ртищево

Ртищевский районный суд Саратовской области

в составе председательствующего судьи Кулагина П.В.

при секретаре Маркеловой О.В.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2,

представителя ответчика - государственного автономного учреждения «Макаровский лесхоз» ФИО3,

помощника Ртищевского межрайонного прокурора Саратовской области Ануфриева А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к государственному автономному учреждению «Макаровский лесхоз» о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к государственному автономному учреждению «Макаровский лесхоз» о компенсации морального вреда, указывая на то, что он с 17.12.1979 года по 21.04.2009 года работал водителем и трактористом-машинистом на вывозке и трелевке леса у ответчика, приказом руководителя учреждения № 10-к от 21.04.2009 года он был уволен по состоянию здоровья на основании статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации и медицинского заключения.

Вследствие существовавших вредных для здоровья факторов в условиях труда: вибрации, шума, неблагоприятных метеофакторов, переохлаждения, тяжелых физических и статических нагрузок, вынужденной рабочей позы, повышенной задымленностью с вдыханием пыли у него возникло профессиональное заболевание с основным диагнозом: вибрационная болезнь II ст. (ангиодистанический периферический и церебральный синдром), которое вызвано многолетней работой в условиях длительного воздействия на организм вредных производственных факторов. Кроме этого, установлен сопутствующий диагноз: Артериальная гипертензия III ст., р.4. Гипертоническое сердце III. Атеросклероз аорты, коронарных артерий. Хронический бронхит, ст. неполной ремиссии. Дорсопатия на шейном, пояснично-крестцовом уровнях. Остеохондроз, протрузия дисков L3-L5, Грыжа дисков L5-S1. Вертеброгенная цервиколюмбалгия. Хроническая ишемия головного мозга I-II ст. смешанного генеза. Хронический гастрит, ст. неполной ремиссии. Генерализованный остеоартроз. Двусторонний гонартроз R0-III ст. Плечелопаточный периартрит справа ф.к. II, а также осложнение ДН-I.

Данное обстоятельство подтверждено решением ФГУН «Саратовский НИИ сельской гигиены Роспотребнадзора» № 87 от 14.04.2014 года. Заключением ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Саратовской области» с 17.04.2014 года установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30 % бессрочно по причине "профессиональное заболевание".

ФИО1 указывает, что профессиональное заболевание вызвало появление у него сопутствующих заболеваний, на протяжении длительного времени он периодически испытывает физические боли, носящие регулярный характер, многократно находился на стационарном обследовании и лечении в медицинских учреждениях. Нравственные переживания заключаются в переживаниях своей физической неполноценности для нормальных условий жизни: профессиональной и бытовой деятельности, активном отдыхе и заботе о членах семьи, о домашнем хозяйстве, реализации своих прежних интересов и увлечений.

Поскольку приобретение профессионального заболевания находится в прямой причинно-следственной связи с нарушением ответчиком своих обязанностей по созданию безопасных условий труда, предусмотренных статьями 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, по мнению ФИО1, он имеет право на получение компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве, на основании статей 22 и 237 Трудового кодекса Российской Федерации, а также статей 1064 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 1 500 000 руб., которую просит взыскать с ответчика.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие с участием в качестве его представителя ФИО2, который подтвердил обстоятельства причинения ответчиком вреда здоровью.

Представитель ответчика ФИО3 исковые требования в заявленном размере не признала, пояснив, что профессиональный характер заболевания и степень утраты трудоспособности подтверждены актом о случае профессионального заболевания от 02.04.2009 года, однако истцу группа инвалидности в связи с профессиональным заболеванием не установлена. Право на компенсацию морального вреда впервые было предусмотрено Основами гражданского законодательства Союза ССР и республик, принятыми 31.05.1991 года, действие которых распространяется на правоотношения на территории Российской Федерации с 03.08.1992 года, то есть на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен, в связи с чем факт работы до указанного периода не может быть принят во внимание, а работодатель не ухудшал условия труда работника. С требованием о компенсации морального вреда во внесудебном порядке истец в ГАУ «Макаровский лесхоз» не обращался, что препятствовало заключению соглашения о размере такой компенсации. Представитель ответчика полагала, что повышенная вибрация, низкая температура в холодный период времени, вынужденная поза, наличие в воздухе пыли почвенного происхождения, являющиеся причинами профессионального заболевания, являются естественными негативными условиями труда в должности тракториста (механизатора), за которые работнику полагались соответствующие привилегии. По мнению представителя, размер компенсации морального вреда должен быть существенно уменьшен. 

Выслушав объяснения представителей сторон, заслушав показания свидетелей, исследовав представленные доказательства, заключение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить исковые требования частично, суд приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 работал в ГАУ «Макаровский лесхоз» с 17.12.1979 года, в том числе с 06.08.1986 года трактористом-машинистом и приказом от 28.04.2009 № 12-к был уволен «по состоянию здоровья в соответствии с медицинским заключением».

Согласно извещению об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания от 11.03.2009 № 9, выданного ФГУН «Саратовский НИИ сельской гигиены Роспотребнадзора», в котором ФИО1 находился на обследовании и лечении в клинике профзаболеваний в период с 28.01.2009 года по 27.02.2009 года, ему установлен диагноз: вибрационная болезнь II ст. от воздействия общей низкочастотной вибрации (ангиодистанический периферический и церебральный синдром), установлено наличие вредных производственных факторов: вибрации, физической нагрузке, неблагоприятных метеофакторов, вынужденной рабочей позы.

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда от 04.03.2009 года, к вредным факторам условий труда механизатора относятся вибрация, вынужденная рабочая поза, шум, напряжение мышц спины, позвоночника, сквозняки от негерметичности кабины и открытых окон, пыль, перенос тяжести от 20 кг и выше. Отмечено наличие в воздухе рабочей зоны пыли почвенного происхождения, наличие шума в пределах 84 – 85 дБ (выше ПДУ на 4-5 дБ), локальной вибрации 115 дБ (выше ПДУ на 8 дБ), показатель микроклимата: температура в кабине трактора в зимний холодный период +5 градусов С, в летний период +35 градусов С, вынужденная рабочая поза, в процессе ремонта – перенос тяжестей (деталей).

Аналогичные вредные факторы указаны в производственной характеристике, выданной 17.03.2009 года ГАУ «Макаровский лесхоз».

Из акта о случае профессионального заболевания, утвержденного начальником территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Саратовской области в Ртищевском районе Саратовской области от 02.04.2009 года следует, что заболевание ФИО1 в виде хронической пояснично-крестцовой радикулопатии, стадии затянувшегося обострения, выраженного болевого синдрома, хронического бронхита является профессиональным и возникло в результате длительной работы во вредных условиях труда, непосредственной причиной заболевания послужило превышение предельно допустимого уровня вибрации, вынужденная рабочая поза. Вина работника не установлена.

Федеральным казенным учреждением "Главное бюро медико-социальной экспертизы по Саратовской области " 23.04.2009 года и 17.04.2014 года установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30 % бессрочно по причине "профессиональное заболевание".

Материалы дела не содержат доказательств установления группы инвалидности по профессиональному заболеванию.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Статья 210 Трудового кодекса Российской Федерации определяет основные направления государственной политики в области охраны труда. К ним, в частности, относится защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает в том числе возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. 

Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".

Таким образом, суд при разрешении спора о компенсации морального вреда не связан той суммой компенсации, на которой настаивает истец, а исходит из требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, то есть из основополагающих принципов, предполагающих баланс интересов сторон.

Суд исходит из того, что причиной возникновения у истца профессионального заболевания явилось воздействие на его организм вредных производственных факторов в период его работы в ГАУ «Макаровский лесхоз» в связи с необеспечением работодателем безопасных условий труда, вследствие чего приходит к выводу о возникновении у ответчика обязанности возместить истцу моральный вред в связи с причинением вреда его здоровью.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает степень понесенных работником нравственных и физических страданий, характер профессионального заболевания, при котором он испытывает физические боли, то, что профессиональное заболевание вызвало появление у ФИО1 сопутствующих заболеваний, для лечения которых он многократно находился на стационарном обследовании и лечении в медицинских учреждениях, а также его индивидуальные особенности, которые выражаются в переживаниях относительно изменения нормальных условий жизни, профессиональной и бытовой деятельности.

Суд также учитывает, что трудоспособность ФИО1 не утрачена, установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30 %, а поэтому, принимая во внимание требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, определяет размер денежной компенсации в 150 000 руб.

Кроме того, суд в соответствии со статьей 103 ГПК РФ взыскивает с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину в размере, предусмотренной статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, поскольку истец был освобожден от её уплаты при подаче искового заявления.

Руководствуясь статьями 194 - 198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с государственного автономного учреждения «Макаровский лесхоз» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) руб.

Взыскать с государственного автономного учреждения «Макаровский лесхоз» в пользу бюджета Ртищевского муниципального района Саратовской области государственную пошлину в размере 300 (триста) руб.

На решение может быть подана апелляционная жалоба, а прокурором - апелляционное представление в течение месяца в Судебную коллегию по гражданским делам Саратовского областного суда через Ртищевский районный суд Саратовской области.

Судья