Дело № 2а-155/2017 

Решение

Именем Российской Федерации

24 ноября 2017 года город Барнаул

Барнаульский гарнизонный военный суд

в составе: председательствующего – судьи Кочина А.Б., при секретаре судебного заседания Кузнецовой Н.М., с участием: административного истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителей административных ответчиков ФИО3 и ФИО4, военного прокурора 

<

данные изъяты> ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО1 об оспаривании решений командира войсковой части № о привлечении к дисциплинарной ответственности, заключения аттестационной комиссии войсковой части № и приказов командира войсковой части № о досрочном увольнении с военной службы и исключении из списков личного состава части, 

установил:

ФИО1, обратился с вышеуказанным административным иском, изложив в заявлении, что он проходил военную службу по контракту в войсковой части № в должности начальника службы радиохимической и биологической защиты (далее - 

<

данные изъяты>). За время службы он приказами командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ № привлечен к дисциплинарной ответственности. Считает наложенные дисциплинарные взыскания необоснованными. В августе 2017 года ему была проведена аттестация на предмет соответствия занимаемой должности, с отрицательными выводами по этому вопросу, с которыми он не согласен, кроме того, полагает, что была нарушена процедура аттестации. Приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № он досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта, а приказом того же командира от ДД.ММ.ГГГГ № он исключен из списков личного состава части. С приказом об увольнении не согласен, так как он основан на неверной его аттестации, а с приказом об исключении из списков личного состава части не согласен, так как к моменту такого исключения он не был обеспечен жильем и денежным довольствием, а именно: надбавкой за выполнение задач, непосредственно связанных с риском для жизни и здоровья в мирное время (далее – Процентная надбавка) – за ДД.ММ.ГГГГ, премией и единовременным пособием при увольнении с военной службы. 

Просит суд, с учетом уточнения требований:

- признать незаконными приказы командира войсковой части № о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №;

- признать незаконным заключение аттестационной комиссии части от ДД.ММ.ГГГГ;

- признать незаконными приказы командира войсковой части от ДД.ММ.ГГГГ № (об увольнении с военной) и от ДД.ММ.ГГГГ № (об исключении из списков личного состава части), и обязать названное лицо отменить их с восстановлением ФИО1 на службе в прежней должности.

ФКУ «Отдел финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Алтайскому краю т Республике Алтай», а также ФКУ «Единый расчетный центр Министерства обороны Российской Федерации», будучи надлежаще уведомленными о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание представителей не направили, что не препятствует рассмотрению дела. 

Административный истец ФИО1 в судебном заседании пояснил, что:

- ДД.ММ.ГГГГ он был привлечен к дисциплинарной ответственности за то, что при проведении тренировочных мероприятий по приведению части в высшие степени боевой готовности ДД.ММ.ГГГГ в полевых условиях, пост 

<

данные изъяты>, за развертывание которого он отвечает, не был оборудован 

<

данные изъяты>. Полагал, что руководящие документы не содержат требований относительно маскировки таким образом постов 

<

данные изъяты>, и его привлекли за нарушение несуществующего требования;

- ДД.ММ.ГГГГ он был привлечен к дисциплинарной ответственности за то, что при проведении тренировочных мероприятий по приведению части в высшие степени боевой готовности ДД.ММ.ГГГГ им не были получены на складе части имитационных средств инженерной службы. Полагал, что обязанности начальника инженерной службы на него не возложены, а приказ командира части, предписывающий ему при проведении особых мероприятий получать на складе части имитационные средства не обязывает его это делать лично, кроме того, доступа к складу он не имел. Под его руководством имитационные средства получали другие военнослужащие, а он лишь основывался на их докладе о выполнении данного мероприятия. Полагал, что его незаконно привлекли к дисциплинарной ответственности за не возложенную фактически обязанность;

- ДД.ММ.ГГГГ он был привлечен к дисциплинарной ответственности за то, что ДД.ММ.ГГГГ при составлении сотрудниками полиции в отношении него административного материала по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ он, будучи в состоянии опьянения по отношению к сотрудникам ГИБДД вел себя недостойно. При этом подтвердив факт составления отношении него административного материала за отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения в указанную дату, пояснил, что некорректного общения с сотрудниками ГИБДД не допускал, а факт опьянения у него установленным порядком зафиксирован не был, у него не было признаков опьянения а были «остаточные явления» от употребления спиртного накануне, в связи с чем и это дисциплинарное взыскание полагал наложенным на него необоснованно;

- с результатами аттестации от ДД.ММ.ГГГГ не согласен, находит, что отзыв на него составлен неуполномоченным лицом, морально-деловые качества его принижены, отрицательная характеристика неверная, по причине предвзятого отношения командования части. Состав аттестационной комиссии являлся нелегитимным. Выданная ему копия аттестационного листа отличается от оригинала. 

В связи с необоснованностью привлечения к дисциплинарной отвественности и нарушениях при проведении аттестации, принятое командованием решение о его увольнении с военной службы незаконное.

Кроме того, приказ об исключении его из списков личного состава части состоялся в условиях не полного обеспечения его денежным довольствием, так, ему не была выплачена надбавка за выполнение задач, непосредственно связанных с риском для жизни и здоровья в мирное время – за ДД.ММ.ГГГГ, премия и единовременное пособие при увольнении, кроме того, не был обеспечен жилым помещением по избранному после увольнения с военной службы месте жительства.

Также заявил о недопустимости доказательств, представленных стороной ответчиков:

- «методики 

<

данные изъяты>», так как отсутствуют даты её разработки, утверждения номер регистрации, нет приказа о доведении Методики и обязательности её исполнения

- приказа № от ДД.ММ.ГГГГ, как содержащего недостоверные сведения в виде подписи не принадлежащей административному истцу;

- плана устранения недостатков и замечаний, выявленных в результате работы комиссии 

<

данные изъяты> в № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, как противоречащего справке № от ДД.ММ.ГГГГ, о том, что результаты внезапной проверки состояния боевой готовности № до воинских частей и подразделений не рассылались;

- журнала посещения технической территории, как содержащий недостоверные, сфальсифицированные сведения, его копия не соответствует оригиналу, который ведется с ДД.ММ.ГГГГ;

- приказов, решений комиссии войсковой части №, списки военнослужащих части о включении 

<

данные изъяты> ФИО1 в 

<

данные изъяты>, поскольку положений о порядке действия такой комиссии, ее полномочиях, возможностях обжаловать принимаемые решения, влияющие на права военнослужащих, в деле отсутствуют. 

Представитель административного истца Лахно поддержала позицию своего доверителя, настаивала на удовлетворении требований в полном объеме. 

Представитель административного ответчика ФИО3 полагал требования удовлетворению не подлежащими. Указал, что во всех спорных случаях привлечения ФИО1 к дисциплинарной отвественности командованием части соблюдались сроки, процедура привлечения к дисциплинарной отвественности, проводились разбирательства, в ходе которых вина ФИО1 была бесспорно установлена, и он обоснованно привлечен к отвественности. Аттестация ФИО1 была проведена уполномоченной комиссией, на комиссии ФИО1 представлял надлежащий командир, заключение комиссии соответствует аттестационному материалу, решение комиссии утверждены уполномоченными воинскими должностными лицами. Процедура представления к увольнению и увольнения ФИО1 проведена без каких-либо нарушений. Препятствий для исключения ФИО1 из списков личного состава части не имелось, поскольку ФИО1 по месту службы обеспечен служебным жильем и из списков нуждающихся в жилье в избранном после увольнении месте жительства не исключался. Предписание к производству Процентной надбавки, на которую указывает ФИО1, кадровыми органами было сделано ДД.ММ.ГГГГ (в эту даты сведения о производстве данных выплат были включены в «

<

данные изъяты>»), т.е. до исключения ФИО1 из списков личного состава части, в связи с чем командование части обязанность по обеспечению исключаемого военнослужащего исполнили своевременно. В дальнейшем ответственность за производство выплат несет финансовый орган, т.е. ФКУ ЕРЦ МО РФ. 

Представитель ответчика ФИО4 поддержала позицию представителя ответчика ФИО3, просила в иске отказать полностью.

Административный ответчик ФИО6 

<

данные изъяты> исковые требования не признал, пояснил, что аттестация проведена ФИО1 законно, на основе установленных фактических данных, нарушений не допущено, просил в иске отказать.

Прокурор в заключении полагал требования административного иска необоснованными и удовлетворению не подлежащими. 

Изучив материалы дела и поступившие документы, выслушав объяснения сторон, свидетелей, и заключение прокурора, суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении рассматриваемых требований необходимо отказать по следующим основаниям.

Как усматривается из послужного списка ФИО1, выписок из приказов командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №, 

<

данные изъяты> ФИО1, проходивший военную службу по контракту в войсковой части № с ДД.ММ.ГГГГ в должности начальника службы радиационной, химической и биологической защиты, ДД.ММ.ГГГГ досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта, и исключен из списков личного состава войсковой части № с ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно служебной карточке и выпискам из приказов командира войсковой части № ФИО1 привлекался к дисциплинарной отвественности, в том числе:

- приказом № от ДД.ММ.ГГГГ за своевременную не организацию ДД.ММ.ГГГГ выполнения мероприятий по развертыванию стационарного поста РХБ наблюдения, не контролирования выполнение задачи, вследствии чего выполнение мероприятий по проведению тактической маскировки было не выполнено – нарушения статьи 113 УВС РФ, выразившееся в упущении в служебной деятельности при выполнении мероприятий плана приведения части в высшие степени боевой готовности – объявлен «выговор»;

- приказом № от ДД.ММ.ГГГГ за не получение полном объеме имитационных средств со склада инженерных боеприпасов ДД.ММ.ГГГГ, что повлекло срыв выполнения мероприятий плана приведения части в высшие степени боевой готовности – нарушения статьи 113 УВС РФ, выразившееся в упущении в служебной деятельности – объявлен «строгий выговор»;

- приказом № от ДД.ММ.ГГГГ за нарушение требований ст. ст. 20, 72, 343 УВС РФ, выразившиеся в употреблении им спиртных напитков и недостойном и позорящем честь и достоинство офицера поведении по отношению к сотрудникам ГИБДД – объявлен «строгий выговор».

Как усматривается из аттестационного листа, протокола заседания аттестационной комиссии войсковой части №, ДД.ММ.ГГГГ на заседании этой комиссии была рассмотрено представление (отзыв) в отношении ФИО1, составленный 

<

данные изъяты> Ч, по результатам которой, комиссия пришла к выводу о том, что ФИО1 перестал удовлетворять требованиям законодательства о воинской обязанности и военной службе и предложила командованию представить ФИО1 к увольнению с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта о прохождении военной службы. Основанием для принятия такого решения явились указанные в отзыве сведения об отрицательной характеристике ФИО1, его низкие морально-деловые качества, склонность к употреблению спиртных напитков, указание на неснятые дисциплинарные взыскания.

Свидетель У. (начальник штаба войсковой части №) в суде показал, что, ФИО1 систематически нарушал воинскую дисциплину, за что неоднократно привлекался к дисциплинарной отвественности. Оспоренные ФИО1 дисциплинарные взыскания имели место, при их применении процедура привлечения соблюдена, также не было допущено нарушений и при проведении аттестации ФИО1. 

Свидетель П. (начальник службы 

<

данные изъяты> войсковой части №) в суде показал, что ФИО1 были известны руководящие документы, предписывающие маскировку поста 

<

данные изъяты>, о чем, в частности свидетельствуют и проводимые им в рамках обучения сборах начальников служб 

<

данные изъяты> войсковых частей дивизии сборы в ДД.ММ.ГГГГ. Все методические рекомендации, в том числе и по этому вопросу, до ФИО1, доводились. 

Обсуждая обоснованность привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, суд приходит к следующему.

Согласно положениям ст.ст. 28.4 и 28.5 Федерального закона «О статусе военнослужащих», дисциплинарное взыскание является установленной государством мерой ответственности за дисциплинарный проступок, совершенный военнослужащим или гражданином, призванным на военные сборы, и применяется в целях предупреждения совершения дисциплинарных проступков. За дисциплинарный проступок к военнослужащему может, среди прочих, применяться дисциплинарное взыскание в виде выговора, строгого выговора. 

Как следует из положений ст. 28.8 того же Закона, по факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка проводится разбирательство. Порядок проведения разбирательства, полномочия командира или иного лица, проводящего разбирательство, определяются общевоинскими уставами.

При этом, согласно положениям Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 10.11.2007 № 1495, дисциплинарные взыскания «выговор» и «строгий выговор» может быть применено к старшим офицерам, в том числе командиром полка (п.п. 67, 70). Принятию командиром (начальником) решения о применении к подчиненному военнослужащему дисциплинарного взыскания предшествует разбирательство. 

Таким образом, проанализировав установленные фактические обстоятельства дела и вышеприведенные нормоположения, суд находит, что при применении к заявителю названных дисциплинарных взысканий соблюдены положения Федерального закона «О статусе военнослужащих» и Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, касающиеся проведения разбирательства по факту совершения дисциплинарного проступка, обстоятельств, подлежащих установлению в ходе такого разбирательства, порядка и сроков применения, а также его исполнения, что исключило произвольное привлечение к ответственности заявителя и позволило ему воспользоваться правами, предоставляемыми в силу закона военнослужащим, подвергаемым дисциплинарному наказанию, в том числе, путем дачи объяснений и обращения в суд.

Так, не проконтролировав ДД.ММ.ГГГГ выполнение мероприятия при оборудовании поста 

<

данные изъяты> в ходе выполнения мероприятий по приведению части в высшие степени боевой готовности, ФИО1 допустил не оборудование данного поста 

<

данные изъяты> в нарушение действующих предписаний: 

<

данные изъяты> Плана устранения недостатков и замечаний, выявленных в результате работы комиссии 

<

данные изъяты> в № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, материалов разбирательства по факту совершения данного проступка, в т.ч. личными объяснениями ФИО1, не отрицавшего отсутствие маскировки, а указывающего только на то, что такая маскировка не требовалась.

Помимо этого, не получив лично и не проконтролировав военнослужащих, непосредственно выполняющих получение, погрузку и доставку ДД.ММ.ГГГГ имитационных средств со склада инженерных боеприпасов, а ограничившись лишь докладом этих военнослужащих о выполнении поставленной задачи, ФИО1 допустил получение имитационных средств при приведении части в высшие степени боевой готовности не в полном объеме, что привело к невыполнению Плана приведения в боевую готовность № 

<

данные изъяты>, из которого следует, что получение и доставка инженерных боеприпасов со склада ракетной дивизии на полевые склады в войсковой части № возлагается на начальника 

<

данные изъяты>, Приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, в соответствии с которым на начальника службы 

<

данные изъяты> части ФИО1 возлагается ответственность за средства инженерного вооружения, Приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ, содержащего предписание, что ФИО1 назначен ответственным за получение инженерных боеприпасов со склада инженерных боеприпасов. Та же обязанность ФИО1 подтверждается справкой врио 

<

данные изъяты> войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № (выписка из Решения на приведение воинской части в боевую готовность) и справкой того же должностного лица от ДД.ММ.ГГГГ № (выписка из личного плана 

<

данные изъяты> ФИО1 на период приведения части в боевую готовность). Факт совершения данного нарушения усматривается из материалов разбирательства по факту совершения данного проступка, в т.ч. личных объяснений ФИО1, не отрицавшего неполучения имитационных средств в полном объеме, а указывающего только на то, что такое получение не являлось его обязанностью, проходило не по его службе, а в ходе контроля проведения мероприятия он ограничился докладами ответственных лиц, лично не проконтролировав получение инженерных средств со склада и доставку их в пункт назначения.

Кроме этого, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, будучи задержанным сотрудниками полиции по подозрению в управлении автомобилем в состоянии опьянения, при наличии признаков алкогольного опьянения, допускал во время составления в отношении него административных материалов нецензурные выражения, угрозы в адрес сотрудников полиции, вел себя крайне вызывающе и недостойно, тем самым допустил нарушение требований ст.ст. 20, 72, 343 УВС ВС РФ. Факт совершения данного проступка следует из материалов служебного разбирательства, а именно: рапортов Ш., У., объяснений Р., Е., К., В., протоколом об административном правонарушении, а также рапортом самого ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, в котором он указывает, что он управлял автомобилем «с остаточным явлением», «нетактично вел себя с сотрудниками ГИБДД в виду того, что был в состоянии аффекта». 

Таким образом, следует прийти к выводу, что совершенные ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, а также ДД.ММ.ГГГГ вышеописанные деяния, каждый из них, образуют собой дисциплинарные проступки.

Вина ФИО1 в совершении вышеуказанных проступков установлена надлежаще, квалификация их верная, строгость дисциплинарного взыскания соответствует тяжести проступка, а поэтому права заявителя при привлечении к дисциплинарной ответственности нарушены не были.

Доводы представителя административного истца о неверности формулировок в приказе о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности (приказ №), относящиеся к применению положения Устава внутренней службы ВС РФ, обязывающего военнослужащего вести трезвый образ жизни, не свидетельствуют о незаконности привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, поскольку само событие, за которое ФИО1 привлечен к ответственности, имело место, а выводы должностного лица, издавшего приказ, о том, что факт привлечения военнослужащего к административной ответственности порочит честь и достоинство офицера, относятся к исключительной компетенции лица, принимающего решение о привлечении подчиненного военнослужащего к дисциплинарной ответственности, и, при отсутствии иных данных, указывающих на неправомерность таких выводов, сами по себе не свидетельствуют о незаконности этих выводов.

Наряду с этим отвергаются доводы административного истца о том, что поставленные ему в вину неисполненные обязанности (по маскировке поста РХБ наблюдения и неполучения имитационных средств), как противоречащие вышеприведенным руководящим документам, обязанность знать и исполнять которые вытекают из должностных обязанностей военнослужащего – начальника службы 

<

данные изъяты> (ст.ст. 113, 116 УВС ВС РФ), приказу, отданному ФИО1 командиром части в рамках реализации полномочий по разработке и выполнению планов боевой готовности (п. 94 того же Устава), на незнание которых ФИО1, в целом, не ссылается.

Таким образом, следует прийти к выводу, что, привлекая ФИО1 к дисциплинарной отвественности командованием части его права нарушены не были, в связи с чем в удовлетворении требований в данной части надлежит отказать.

При этом, обсуждая вопрос недопустимости доказательств, суд, в связи с непредставлением административным истцом данных, указывающих на нарушения при их получении положений Закона, и какого именно, руководствуясь положениями ст.ст. 59, 61 КАС РФ, не находит оснований для признания недопустимыми доказательств:

- «методики 

<

данные изъяты>»;

- приказа № от ДД.ММ.ГГГГ;

- плана устранения недостатков и замечаний, выявленных в результате работы комиссии штаба РВСН в № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ;

- журнала посещения технической территории, как содержащий недостоверные;

- приказов, решений комиссии войсковой части №, списков военнослужащих части о включении 

<

данные изъяты> ФИО1 в 

<

данные изъяты>). 

Обсуждая вопрос о правомерности принятия решения аттестационной комиссией ДД.ММ.ГГГГ о несоответствии ФИО1 требованиям, предъявляемым к военнослужащим, и действий командира войсковой части №, издавшего приказ об увольнении административного истца с военной службы в связи с несоблюдением им условий контракта, суд приходит к следующим выводам.

Конституционным судом в Постановлении от 21 марта 2013 года № 6-П выявлен следующий конституционно-правовой смысл нормоположений, предусматривающих досрочное увольнение военнослужащих, проходящих военную службу по контракту в связи с невыполнением ими условий контракта.

Так, согласно подпункту «в» пункта 2 статьи 51 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», устанавливающей основания увольнения с военной службы, военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, может быть досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта. 

Военная служба, заключая контракт о прохождении которой гражданин реализует право на свободное распоряжение своими способностями к труду и на выбор рода деятельности, представляет собой особый вид государственной службы - профессиональную служебную деятельность граждан на воинских должностях или не на воинских должностях, в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках, воинских (специальных) формированиях и органах, выполняющих функции по обеспечению обороны и безопасности государства. Такого рода деятельность, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, осуществляется в публичных интересах, а лица, несущие военную службу, выполняют конституционно значимые функции, чем предопределяется их специальный правовой статус (совокупность прав и свобод, гарантируемых государством, а также обязанностей и ответственности), содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанности по отношению к государству

Заключая контракт о прохождении военной службы и приобретая особый правовой статус военнослужащего, гражданин, таким образом, добровольно принимает на себя обязательства соответствовать требованиям по занимаемой воинской должности и поддерживать необходимый уровень квалификации в течение срока действия контракта, добросовестно исполнять все общие, должностные и специальные обязанности, соблюдать общепринятые правила поведения и этики.

Невыполнение военнослужащим условий контракта о прохождении военной службы не согласуется и с его особым публично-правовым статусом как лица, осуществляющего конституционно значимые функции. Прекращение в таких случаях военно-служебных отношений с военнослужащим является закономерной реакцией государства на совершение данным военнослужащим деяния, свидетельствующего о нарушении им обязанностей военной службы.

Исходя из этого обязательным условием досрочного увольнения с военной службы в порядке реализации дисциплинарного взыскания по основанию, предусмотренному подпунктом «в» пункта 2 статьи 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», должно являться совершение военнослужащим дисциплинарного проступка, а под невыполнением условий контракта о прохождении военной службы в данном случае должны подразумеваться именно существенные нарушения условий контракта.

В интересах военной службы, выражающихся, в частности, в поддержании боевой готовности воинских подразделений, эффективном выполнении стоящих перед ними задач, недобросовестное отношение военнослужащего к своим обязанностям, в том числе подтверждаемое наличием у него неснятых дисциплинарных взысканий, может послужить основанием для постановки вопроса о его соответствии требованиям, предъявляемым к лицам, проходящим военную службу, с точки зрения деловых и личных качеств.

Согласно Положению о порядке прохождения военной службы (утверждено Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 года № 1237), проводится в целях всесторонней и объективной оценки военнослужащих, определения соответствия занимаемой воинской должности и перспектив дальнейшего служебного использования (пункт 1 статьи 26).

Как установлено Порядком организации и проведения аттестации военнослужащих, проходящих военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденным Приказ Министра обороны РФ от 29.02.2012 № 444, не позднее чем за две недели до проведения аттестации в аттестационную комиссию воинской части на подлежащего аттестации военнослужащего представляется аттестационный лист. Отзыв на военнослужащего составляется его непосредственным (прямым) командиром (начальником). Аттестуемый военнослужащий имеет право ознакомиться с аттестационным листом, содержащим отзыв, до представления его в аттестационную комиссию и представить в аттестационную комиссию дополнительные сведения о своей служебной деятельности за предшествующий период, а также заявление о своем несогласии с представленным отзывом (п. 3). Аттестационная комиссия полка обязана всесторонне изучить аттестационные листы, содержащие отзывы на военнослужащих полка. Командиры (начальники) воинских частей утверждают все аттестационные листы, которые рассмотрены непосредственно подотчетными им аттестационными комиссиями. Исключение составляет аттестационный лист, содержащий отзыв о несоответствии аттестуемого военнослужащего занимаемой воинской должности. Указанный аттестационный лист, содержащий такой отзыв, заключение и выводы, утверждается вышестоящим командиром (начальником) (п. 5). Заседание аттестационной комиссии воинской части проводится с участием аттестуемого военнослужащего, его непосредственного или прямого начальника при рассмотрении аттестационного листа, содержащего вывод о несоответствии военнослужащего занимаемой воинской должности, или отзыв, в котором отмечается наличие у аттестуемого военнослужащего существенных недостатков в выполнении общих, должностных или специальных обязанностей, а также при наличии заявления аттестуемого военнослужащего о несогласии с представленным аттестационным листом и изложенным в нем отзывом (п. 6). В заключении аттестационной комиссии указывается о соответствии (несоответствии) аттестуемого военнослужащего занимаемой воинской должности, а также мнение о его дальнейшем служебном предназначении (п. 7).

Объективность выводов аттестационной комиссии, равно как и соблюдение прав и законных интересов военнослужащего, подлежащего аттестации, обеспечиваются помимо прочего предоставлением ему возможности ознакомиться с аттестационным листом, заявить в письменной форме о своем несогласии с отзывом о своей служебной деятельности, сообщить дополнительные сведения, лично участвовать в заседании аттестационной комиссии (в установленных случаях), обжаловать ее заключение и порядок проведения аттестации как вышестоящему командиру, так и в суд, что позволяет избежать принятия произвольного, необоснованного решения о досрочном увольнении военнослужащего с военной службы. При этом наличие у военнослужащего дисциплинарных взысканий само по себе не должно предопределять выводов аттестационной комиссии относительно оценки данного военнослужащего как не соответствующего требованиям, предъявляемым к лицам, проходящим военную службу по контракту, в том числе требованиям по занимаемой воинской должности, и рекомендаций о перспективах его дальнейшего служебного использования.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что при установленных фактических данных, командованием правомерно поставлен вопрос об аттестации военнослужащего ФИО1, а аттестационная комиссия обоснованно пришла к выводу о целесообразности увольнения последнего по указанному основанию, как военнослужащего, обнаружившего низкие показатели служебной деятельности, имеющего неснятые дисциплинарное взыскания, носящие при этом систематический характер, т.е. как переставшего удовлетворять требованиям законодательства о воинской обязанности и военной службе. 

Как установлено судом, отзыв на ФИО1 был составлен уполномоченным лицом (п. 96 УВС ВС РФ), аттестация ФИО1 проведена комиссией в надлежащем составе (приказ командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №), с участием последнего, командованием части административному истцу была предоставлена реальная возможность заблаговременно ознакомиться с оценкой своей служебной деятельности, заявить о своем несогласии с такой оценкой, сообщить дополнительные сведения, лично участвовать в заседании аттестационной комиссии, обжаловать ее заключение и порядок проведения аттестации, как вышестоящему командиру, так и в суд.

Таким образом, суд находит, что аттестация проведена ФИО1 надлежаще, при её проведении нарушений, влекущих незаконность данного мероприятия, не выявлено. При этом довод ответчика об отсутствии полномочий лица, составившего отзыв, на его составление и представление ФИО1 на аттестационной комиссии отвергается как противоречащий закону по указанному выше основанию, а довод о вручении ФИО1 копии, содержащей расхождения с оригиналом аттестационного листа (в частности, не проставление даты утверждающих резолюций), не ставит под сомнение её результаты и не влечет отмену результатов такой аттестации. 

При этом доводы представителя административного истца о необъективности отзыва, представленного в отношении ФИО1 на аттестацию и предвзятости командования, суд находит неподтвержденными, противоречащими установленным в суде фактическим обстоятельствам, сомнения у суда не вызывающими, а потому отвергает их. А, кроме того, обращает внимание на то, что, согласно материалам дела, ФИО1 имел и другие, не оспоренные в рамках настоящего дела дисциплинарные взыскания, а также имел факт привлечения к административной отвественности по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, что само по себе может свидетельствовать о не выполнении этим военнослужащим обязанности, предусмотренной ст. 16 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, по строгому соблюдению Конституции Российской Федерации, законодательства Российской Федерации, что также может образовывать собой дисциплинарный проступок. Эти обстоятельства также свидетельствуют о верности выводов относительно невыполнения данным военнослужащим условий контракта.

Рассматривая вопрос относительно законности увольнения ФИО1 в связи с необеспеченностью его жильем по избранному месту жительства, суд приходит к следующему.

Согласно договору найма служебного жилого помещения № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 с составом семьи № человека предоставлено для проживания служебное жилое помещение по адресу: 

<

адрес>

Как усматривается из Решения от ДД.ММ.ГГГГ № ФГКУ «Центральное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ, ФИО1, с составом семьи три человека принят на учет нуждающихся в жилых помещениях по избранному месту жительства – 

<

адрес>.

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих» в редакции Федерального закона от 20 апреля 2015 года № 97-ФЗ военнослужащие - граждане, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более, состоящие на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях в федеральном органе исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, без их согласия не могут быть уволены с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями без предоставления им жилых помещений или жилищной субсидии.

Таким образом, гарантия запрета увольнения с военной службы военнослужащих – граждан, состоящих на учете нуждающихся в жилых помещениях, напрямую связана с основанием увольнения с военной службы, к каковым основание увольнения ФИО1 (в связи с невыполнением условий контракта), не отнесено, следовательно он не имеет права на такую гарантию. 

Таким военнослужащим предоставлены иные гарантии реализации положений статьи 40 Конституции Российской Федерации - запрет на выселение из служебного жилья до получения жилого помещения для постоянного проживания в избранном месте жительства в соответствии с пунктом 5 Положения об условиях и порядке заключения жилищного договора между военнослужащими и Министерством обороны Российской Федерации или иным федеральным органом исполнительной власти, в котором законом предусмотрена военная служба, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 4 мая 1999 года № 487, или выплата ежемесячной денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений в порядке и размерах, определенных постановлением Правительства Российской Федерации от 31 декабря 2004 года № 909 «О порядке выплаты денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений военнослужащим - гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту, гражданам Российской Федерации, уволенным с военной службы, и членам их семей», в том числе и в случаях, когда уволенные военнослужащие пожелают выехать в населенный пункт, в котором ими избрано место жительства, до получения там жилого помещения.

На основании установленных фактических данных и приведенных нормоположений, суд приходит к выводу, что по месту военной службы ФИО1, подлежащий увольнению с военной службы в связи с невыполнением условий контракта был обеспечен специализированным жилым помещением. Сведений о выселении ФИО1 из этого жилья суду не представлено. 

Таким образом, следует прийти к выводу, что и оспоренный приказ командира войсковой части № об увольнении ФИО1 с военной службы, основанием к чему явились результаты вышеприведенной аттестации, издан правомочным лицом, с соблюдением установленной Законом процедуры, а потому не нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.

Рассматривая требование об отмене приказа об исключении ФИО1 из списков личного состава части без обеспечения денежным довольствием в полном объеме, суд приходит к следующему.

Согласно справкам войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № и №, выпискам из приказов командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО1 привлекался к занятиям боевой подготовки с выводом в плевой район в ДД.ММ.ГГГГ.

Как усматривается из приказов командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, и от ДД.ММ.ГГГГ № (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ), ФИО1 подлежала к выплате ежемесячная надбавка за выполнение задач, непосредственно связанных с риском для жизни и здоровья в мирное время за период непосредственного участия в отработке задач учебно-боевой подготовки в полевых условиях вне пункта постоянной дислокации в размере № % оклада по воинской должности за каждый день участия в указанных мероприятиях в 2017 году:

- за ДД.ММ.ГГГГ № % (№ дней);

- за ДД.ММ.ГГГГ №% (№ дня);

- за ДД.ММ.ГГГГ №% (№ дней);

- за ДД.ММ.ГГГГ № % (№ дня). 

Согласно справке войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №/ок, сведения о выплате ФИО1 вышеуказанной процентной надбавки в вышеприведенных размерах были внесены в единую базу данных ФКУ «Единый расчетный центр Министерства обороны Российской Федерации» ДД.ММ.ГГГГ.

В силу пункта 16 статьи 34 Положения о порядке прохождения военной службы военнослужащий, уволенный с военной службы, на день исключения из списков личного состава воинской части должен быть полностью обеспечен установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением. До проведения с военнослужащим всех необходимых расчетов он из списков личного состава воинской части без его согласия не исключается.

Таким образом, суд находит, что административные ответчики, к которым предъявлены требования, свою обязанность по обеспечению административного истца спорными выплатами исполнили своевременно и в полном объеме. Суду не представлено сведений что ФКУ «Единый расчетный центр Министерства обороны Российской Федерации» такие выплаты ФИО1 не произвело.

При этом, по мнению суда, основанному на руководящих разъяснениях, содержащихся в п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2014 № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», право административного истца на обеспечение денежным довольствием, рассчитанным с учетом спорных выплат, будет полностью восстановлено путем производства этих выплат, в том числе, в случае такой необходимости, и в судебном порядке, в рамках иного дела, поскольку в рамках настоящего дела административный истец непосредственно к ФКУ «Единый расчетный центр Министерства обороны Российской Федерации» таких требований не заявлял и факта отказа в производстве выплаты не доказал.

Оценивая иные доводы административного истца, указывающего на незаконность приказа об исключении его из списков личного состава части без выплаты премии и единовременного пособия при увольнении, следует отметить, что данные выплаты не полагаются военнослужащим, увольняющимся в связи с невыполнением условий контракта (пп. «ж» п. 142 Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих ВС РФ, утвержденного приказом Министра обороны РФ от 24 октября 2017 года № 2700; п. 6 Правил выплаты военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, премии за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 5 декабря 2011 года № 993). 

Поскольку суд не усмотрел в обжалуемых действиях административных ответчиков нарушений Закона, следует прийти к выводу, что в удовлетворении требований ФИО1 надлежит отказать в полном объеме. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175 – 180, 219 и 227 КАС РФ,

решил:

В удовлетворении требований административного иска ФИО1 отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Западно-Сибирский окружной военный суд через Барнаульский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Председательствующий: А.Б. Кочин