Дело 

<

номер обезличен>

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 февраля 2020 года пос. Вожега

Вожегодский районный суд Вологодской области в составе: председательствующего судьи Хватовой Ю.Б.,

при секретаре Шоховой Н.С.,

с участием: истца ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, к обществу с ограниченной ответственностью «Спецтехстрой», индивидуальному предпринимателю ФИО2 В.А, об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы и компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Спецтехстрой» (далее – ООО «Спецтехстрой») об установлении факта трудовых отношений и взыскании заработной платы. 

В обоснование иска указала, что с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена> работала в ООО «Спецтехстрой» в должности 

<

данные изъяты> при проведении ремонтных работ в ЦТНК (Центр традиционной народной культуры). При трудоустройстве трудовые отношения с нею оформлены не были, трудовой договор ей не выдавался. При трудоустройстве директор ООО «Спецтехстрой» пообещал ей выплатить заработную плату за проделанные ею работы (штукатурка, грунтовка, шпатлевка и покраска помещения) в размере 40 500 рублей, однако фактически за выполнение работ ей выплатили 28 000 рублей. Незаконными действиями работодателя ей был причинен моральный вред.

Просит установить факт трудовых отношений между нею и ООО «Спецтехстрой» в период с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена>, взыскать в свою пользу с ООО «Спецтехстрой» неполученную заработную плату в размере 12 500 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Определением Вожегодского районного суда от 

<

дата обезличена> к участию в деле в качестве соответчика привлечен индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2).

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования уточнила, просила установить факт трудовых отношений с ИП ФИО2, взыскать с него заработную плату в размере 12 500 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей. Пояснила, что по профессии она каменщик, штукатур и маляр. В настоящее время находится на пенсии, иногда оказывает услуги по ремонту. В сентябре 2019 года к ней обратился ФИО2, который сказал ей, что необходимо отремонтировать выставочный зал в Центре традиционной народной культуры. Она согласилась, просила заключить с нею какой-нибудь договор, при этом в качестве кого выступал ФИО2, как индивидуальный предприниматель, или как директор общества, она не уточняла, заявление о приеме на работу и какие-либо документы для трудоустройства ему не предоставляла, заявление об увольнении также не писала. Конкретно о стоимости работ они не договаривались, он платил ту сумму, какую она ему говорила, в том числе и вперед выполненной работы. Стоимость работ она рассчитывала сама. О режиме работы они не договаривались, она работала по своему режиму, как ей было удобно, сама приезжала к месту работы, об оплате проезда они не договаривались. Инструментами пользовалась своими. Штуктурка и шпаклевка осуществлялась трех стен, но не на всю высоту, а до трех метров в высоту, а покраска велась всех стен. Отдельно работы ФИО2 не принимал, актов о приемке не составлял. В связи с тем, что стены высокие и верх стен она не могла сама красить, при покраске стен она пользовалась помощью Л. которого сама привлекла к работе и об оплате его работы сама с ним договаривалась. Однако ФИО2, узнав о сумме, на которую она договаривалась с Л. , сам оплатил ему эту сумму в счет оплаты, причитающейся ей. ФИО2 оплатил ей работы по штукатурке и шпаклевке в размере 23 000 рублей, а за покраску стен она просила оплатить его 30 000 рублей, однако он выплатил ей только 5000 рублей и заплатил Л, 12 500 рублей.

В представленном на иск отзыве ИП ФИО2 указал, что является также директором ООО «Спецтехстрой», однако договор подряда на ремонтные работы в ЦТНК был заключен с ИП ФИО2 ФИО1 осуществляла работы по ремонту помещения ЦТНК, однако между ними сложились гражданско-правовые отношения, а не трудовые отношения, поскольку время, объем работы, срок выполнения работы она определяла самостоятельно, никаких обязанностей она не выполняла. Доказательств обоснованности заявленной суммы, а также доказательств наличия договоренности о заявленном размере вознаграждения, не представлено. 

В судебное заседание ответчик ФИО2 не явился, просил о рассмотрении дела без его участия. В предыдущем судебном заседании пояснил, что с исковыми требованиями не согласен. ФИО1 действительно осуществляла работы по штукатурке о покраске стен выставочного зала ЦТНК, однако он полностью оплатил её работы. ФИО1 с заявлением о приеме на работу к нему не обращалась, график работы они не обговаривали. Она сама определяла график своей работы, он её не контролировал. Кроме того, для выполнения работы по замесу раствора и покраске стен она привлекала других лиц. С лицом, которое помогало ей при покраске, он расплатился сам. 

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором).

Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации (часть 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации), либо на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» к характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем.

В соответствии с частью 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Исходя из вышеизложенного, следует, что в отличие от гражданско-правового договора основной обязанностью работника по трудовому договору является выполнение работы по обусловленной трудовой функции, входящей в обязанности физического лица - работника. При этом по трудовому договору работник включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя. При этом достижение какого-либо результата не является обязательным. Для гражданско-правовых договоров характерно выполнение конкретной работы, цель которой - достижение результата, предусмотренного договором (факт конечного выполнения работы). Кроме того, работа по трудовому договору может выполняться только лично, на что императивным образом указано в части 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации. По гражданско-правовым договорам личностный характер их выполнения необязателен.

Из материалов дела следует, что 

<

дата обезличена> между муниципальным бюджетным учреждением культуры Вожегодского муниципального района «Центр традиционной народной культуры» (далее – МБУК «ЦТНК») и ИП ФИО2 заключены три договора подряда по проведению ремонтных работ в помещениях здания МБУК «ЦТНК».

Согласно договора 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена>, подрядчик ИП ФИО2 обязался по заданию заказчика МБУК «ЦТНК» и в соответствии с условиями договора выполнить в срок 

<

дата обезличена> работы по замене дверных блоков, отделочные работы в помещении выставочного зала МБУК «ЦТНК». В соответствии с локальным сметным расчетом 

<

номер обезличен> к указанному договору отделочные работы в выставочном зале включали в себя, в том числе, ремонт штукатурки внутренних стен по камню и бетону цементно-известковым раствором, окраску стен.

Для выполнения указанных работ ИП ФИО2 привлек ФИО1 Договор в письменной форме между ними не заключался.

Из объяснений сторон следует, что работы по штукатурке, и окраске стен производились в период с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена>. За выполненные работы ФИО2 перечислил ФИО1 денежные средства в размере 28 000 рублей.

Из показаний свидетеля К. являющейся директором МБУК «ЦТНК», следует, что ФИО1 выполнялись работы по штукатурке стен выставочного зала МБУК «ЦТНК», а при покраске стен был еще молодой человек, замесы ей помогали делать и другие работники. Работы проводились по стенам, а у одной стены только верх, так как по всей стене вмонтирована экспозиция деревенской избы. О том, каким образом ФИО2 согласовывал условия работы и оплаты с ФИО1, ей неизвестно. ФИО2 имел право на привлечение субподрядчиков, и все работники привлекались им к работе с её согласия. 

Свидетель Ц. пояснил, что является работником МБУК «ЦТНК». В сентябре осуществлялся ремонт выставочного зала. Покраска стен осуществлялась ФИО1 и были еще работники. Он за ними не следил, поскольку в его должностные обязанности не входил контроль за осуществлением ремонта. О согласовании условий работы между ФИО2 и ФИО1 ему ничего неизвестно.

Свидетель Л. пояснил, что осенью прошлого года его знакомая ФИО1 попросила помочь ей в ремонте в помещении ЦТНК. Они договорились, что она заплатит ему 12 500 рублей. Он осуществлял работы по ошкуриванию стен, шпаклевал арочный проем, и помогал ей красить стены. При этом он работником ФИО2 не являлся, о работе и оплате с ним не договаривался. Позднее, после выполнения всех работ, ФИО2 позвонил ему и перевел ему на счет деньги за эти работы в размере 12 500 рублей.

Установлено, что ФИО1 с заявлением о приеме на работу к ИП ФИО2 не обращалась, приказ о приеме её на работу не издавался, трудовая книжка и иные документы истцом ответчику не передавались, запись о приеме на работу в трудовую книжку не вносилась и о внесении такой записи истец не просила; в штат работников ИП ФИО2 истец не включалась. График рабочего времени, режим работы между истцом и ответчиком не обсуждался и не устанавливался. ФИО1 самостоятельно устанавливала график и режим своей работы, рабочее время и время отдыха; табель учета рабочего времени не велся; инструктаж с истцом не проводился, контроль и управление за её работой со стороны ФИО2 не осуществлялся.

Конкретные сроки выдачи заработной платы между ними не оговаривались, конкретный размер оплаты труда и размер оплаты труда в сумме 40 500 рублей, заявленный в иске, между истцом и ответчиком не устанавливался.

Работу ФИО1 выполняла своими инструментами с привлечением к работе, по её инициативе, иных лиц (для замеса раствора, при покраске).

Выплаченное ФИО1 за выполненную работу вознаграждение не является для неё единственным и основным источником доходов, поскольку она является получателем пенсии.

После выполнения ремонтных работ правоотношения между сторонами прекратились, заявление об увольнении истец ФИО1 не писала.

Из показаний свидетелей не следует, что между ФИО1 и ИП ФИО2 возникли трудовые отношения, поскольку они работниками ИП ФИО2 не являлись, о согласовании условий работы между ФИО2 и ФИО1 им ничего неизвестно, а свидетель Л. также пояснил, что для выполнения работ его нанимала ФИО1 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии доказательств, свидетельствующих о возникновении между сторонами отношений, отвечающих всем признакам трудовых, в числе которых личный характер прав и обязанностей работника, исполнение истцом трудовых обязанностей работника ИП ФИО2 с подчинением правилам трудового распорядка, графику работы, определением круга должностных обязанностей, установления размера заработной платы, и полагает, что между сторонами имели место гражданско-правовые отношения, что не противоречит договору подряда 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена>, заключенному между МБУК «ЦТНК» и ИП ФИО2, предусматривающему возможность привлечения подрядчиком субподрядчиков для выполнения работ по договору.

Учитывая, что факт трудовых отношений между истцом и ответчиком не установлен, оснований для возложения на ответчика обязанности по выплате задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда не имеется, в связи с чем исковые требования истца удовлетворению не подлежат. ООО «Спецтехстрой» надлежащим ответчиком по делу не является.

Оснований для взыскания с ответчика в пользу истца вознаграждения за выполненную работу суд не усматривает, поскольку в силу части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Спецтехстрой», индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы и компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме, с подачей жалобы через Вожегодский районный суд Вологодской области.

Решение в окончательной форме принято 25 февраля 2020 года.

Судья: - Хватова Ю.Б.