Дело № 2 – 103 / 2019 Принято в окончательной форме 14.08.2019 

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 августа 2019 г. г. Ярославль

Фрунзенский районный суд г. Ярославля в составе судьи Тарасовой Е.В., при секретаре Комаровой В.А., с участием

представителя истца ФИО3 по доверенности (т. 1 л.д. 34-36), 

ответчика ФИО4,

представителей ответчиков ФИО5, ФИО6, ФИО7 по доверенностям (т. 1 л.д. 77, 90, т. 2 л.д. 78),

от третьего лица – не явились,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к ФИО4, ФИО9, ФИО10, ФИО11, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО1, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, о признании договора незаключенным, взыскании денежных средств,

у с т а н о в и л:

ФИО8 в лице представителя ФИО3, с учетом уточнений (л.д. 48-50), обратился в суд с иском к ФИО16, ФИО11, действующей в интересах несовершеннолетнего сына ФИО1 ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, о признании незаключенным договора о совместной деятельности, подписанного ФИО2 и ФИО8, предметом которого являлась деятельность по реконструкции жилого дома, расположенного по адресу 

<

адрес>, кадастровый номер НОМЕР, взыскании с ответчиков в равных долях неосновательного обогащения в сумме 5367843 руб. В обоснование требований указано, что в 2015 г. между ФИО2 и ФИО8 был подписан вышеуказанный договор, во исполнение которого ФИО8 в целях реконструкции дома на счет ФИО13 были перечислены денежные средства в сумме 5367843 руб. Реконструкция жилого дома была завершена, решением суда за ФИО2 было признано право собственности на жилые помещения общей площадью 92 и 96 кв.м. По взаимной договоренности ФИО2 должен был передать в собственность ФИО8 часть реконструируемого жилого дома, а именно жилое помещение общей площадью 92 кв.м. ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА ФИО2 умер, его наследниками являются ответчики. До настоящего времени ФИО8 не может получить в собственность указанное жилое помещение. Оспариваемый договор по своей сути является смешанным договором, содержащим обязательства по финансированию реконструкции жилого дома, обязательства из договора подряда и обязательства из предварительного договора. Однако его предмет в соответствии с законом не определен, сформулирован не конкретно, что свидетельствует о его незаключенности. В связи с незаключенностью договора уплаченные истцом ФИО2 денежные средства являются неосновательным обогащением последнего. Стоимость наследственного имущества ФИО2. значительно превышает взыскиваемую сумму.

В судебном заседании истец ФИО8 не участвовал, его представитель ФИО3 в судебном заседании иск поддержал. Пояснил, что истец и ФИО2 состояли в дружеских отношениях, ФИО2 предложил истцу участвовать в реконструкции жилого дома. После реконструкции истцу должно было быть передано одно из помещений. Во исполнение договоренностей истец перечислял ФИО2 денежные средства, а ФИО2 осуществлял строительные работы. Разногласий между ними не возникало. Узаконение дома в реконструированном виде произведено ФИО2 через суд. Передачу истцу причитающегося помещения ФИО2 не успел произвести в связи со смертью. Истец вел переговоры с наследниками ФИО2 по поводу передачи помещения, однако к соглашению со всеми ними прийти не удалось. Ранее ФИО8 покупал у ФИО2 квартиру на третьем этаже в том же доме, которая была оформлена на ФИО4, за данное жилое помещение полностью расплатился. Спорная сумма перечислялась не за квартиру на третьем этаже, а именно в счет реконструкции. Стоимость наследственного имущества ФИО2 превышает спорную сумму.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании иск не признала. Пояснила, что ФИО8 и ее сын ФИО2 дружили. Ранее в доме по адресу 

<

адрес> на ФИО4 были зарегистрированы две квартиры на третьем этаже, одну из них в августе 2015 г. сын продал ФИО8 Цена квартиры в договоре была указана ниже фактической. Денежные средства за квартиру ФИО8 перечислял ФИО2 Потом истец и ее сын решили надстраивать мансардный этаж, после завершения строительства в пользу ФИО8 подлежало передаче помещение площадью 92 кв.м. Ответчик не возражает отдать ФИО8 данное помещение, предъявленную к взысканию сумму полагает завышенной, так как данные денежные средства, по ее мнению, перечислялись не только на реконструкцию, но и на узаконение (эти расходы участники реконструкции должны нести поровну), а также на благоустройство квартиры на третьем этаже.

Ответчик ФИО9 в судебном заседании не участвовал, его представитель ФИО5 в судебном заседании иск не признала, выразила позицию, аналогичную позиции ФИО4

Ответчик ФИО10 в судебном заседании не присутствовала, ее представитель ФИО7 в судебном заседании иск не признал. Пояснил, что ФИО8 и ФИО2 были хорошими друзьями. По адресу 

<

адрес> ФИО2 был построен 3-хэтажный жилой дом. ФИО2 строил сам и этим зарабатывал. Все квартиры в этом доме заняты его друзьями. ФИО8 была продана квартира на третьем этаже, при этом в договоре купли-продажи стороны цену занизили. Затем ФИО2 по поручению ФИО8 приобретал в эту квартиру бытовую технику, делал отопление, обустраивал ее. Истец перечислял на это денежные средства. После этого ФИО2 и ФИО12 решили надстроить в доме мансарду на 2 квартиры, одна из которых должна была принадлежать истцу, а друга ФИО2 Истец перечислял деньги на свою квартиру. Сумму перечислений на обустройство квартиры на третьем этаже и сумму перечислений на строительство квартиры на четвертом этаже разграничить невозможно, поскольку только ФИО2 достоверно знал, на что тратились денежные средства, документов о расходовании не сохранилось.

Законный представитель несовершеннолетнего ответчика ФИО1 ФИО11 в судебное заседание не явилась, ее представитель ФИО6 в судебном заседании иск не признала по доводам, изложенным в отзыве (т. 1 л.д. 216-219). Пояснила, что решением Хостинского районного суда г. Сочи Краснодарского края от 26.02.2018, которым удовлетворен иск ФИО2 о сохранении жилого дома по адресу 

<

адрес> в реконструированном состоянии, признании права собственности на жилые помещения, установлено, что реконструкция дома произведена ФИО2 за счет собственных средств, с целью улучшения жилищных условий. Тем самым установлен факт несения расходов на реконструкцию исключительно личными средствами ФИО2 Другие сособственники жилого дома, включая ФИО8, дали письменное согласие на реконструкцию. С самостоятельным иском о признании права собственности на жилое помещение ФИО8 не обращался. Предъявление настоящего иска свидетельствует о недобросовестности ФИО8, который после смерти ФИО13 пытается завладеть его имуществом. Все денежные средства, перечисленные ФИО8 ФИО2 были не чем иным, как платой по договору купли-продажи от 18.08.2015 за 1/6 долю в праве общей долевой собственности на дом и земельный участок по адресу 

<

адрес>. В противном случае, эти денежные средства следует считать перечисленными без какого-либо основания и не подлежащими возврату по п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ). Подпись в договоре простого товарищества (договор о совместной деятельности) ФИО2 не принадлежит. ФИО8 составил данный документ только для того, чтобы чем-то обосновать перечисление спорных денежных средств. 

Третье лицо нотариус ФИО14 в судебном заседании не участвовала, просила рассмотреть дело в свое отсутствие.

Судом определено рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные доказательства, суд приходит к выводу, что иск подлежит частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Судом установлено, что ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА умер ФИО2 Его наследниками по закону являются: мать ФИО4, отец ФИО9, жена ФИО10 и несовершеннолетний сын ФИО1, интересы которого представляет его мать ФИО11 Указанные лица приняли наследство, обратившись в установленный законом срок к нотариусу с заявлениями о принятии наследства. Нотариусом заведено наследственное дело № 45/2018 (т. 1 л.д. 54-74).

В 2015 г. в г. Сочи между ФИО8 и ФИО2. был заключен договор простого товарищества (договор о совместной деятельности) (т. 1 л.д. 8-10), в соответствии с которым они обязались объединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица в целях реконструкции жилого дома, расположенного по адресу 

<

адрес>, кадастровый НОМЕР, а именно – в целях строительства мансардного этажа. 

По условиям договора ФИО2 вносит денежные средства для финансирования, профессиональные знания в строительной области, деловые связи, репутацию, а также предоставляет работников; стоимость данного вклада оценивается в 2000000 руб. (п. 2.1). ФИО2 вносит денежные средства после подписания договора, по мере необходимости осуществления реконструкции жилого дома, не денежная часть вклада вносится в течение всего периода реконструкции жилого дома (п. 3.1). 

ФИО8 вносит денежные средства из расчета 35000 руб. за 1 кв.м. мансардного этажа, отходящего ему в собственность после завершения реконструкции (площадь измеряется по факту) (п. 2.2). ФИО8 вносит денежные средства после подписания договора в размере 1000000 руб., далее по мере необходимости для реконструкции жилого дома (п. 3.2).

Доходом от совместной деятельности стороны признают построенный мансардный этаж и иную прибыль (п. 5.1).

Довод законного представителя ответчика ФИО11 о том, что подпись в указанном договоре не принадлежит ФИО2, суд отклоняет. 

Суд учитывает, что наличие между ФИО2 и ФИО8 договоренности о совместных действиях по надстройке дополнительного этажа достоверно подтверждено не только объяснениями стороны истца, но и объяснениями ответчика ФИО4 (матери ФИО2 представителя ответчика ФИО10 (супруги ФИО2 Указанные ответчики состоят с ФИО2 в близком родстве и свойстве, а ФИО10 к тому же совместно проживала с ним в доме по вышеуказанному адресу. Поэтому суд не ставит под сомнение тот факт, что указанные ответчики осведомлены об обстоятельствах дела лучше, нежели первая супруга ФИО2 – ФИО11, с которой, по утверждению других ответчиков, у ФИО2 были плохие отношения. 

Никто из ответчиков, кроме ФИО11, сомнений в принадлежности подписи в договоре о совместной деятельности именно ФИО2 в ходе судебного разбирательства не выразил. Напротив, со слов ФИО4, подпись в договоре визуально похожа на подпись ФИО2

Тем не менее, по ходатайству представителей ФИО11 судом было вынесено определение от 14.02.2019 о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы для разрешения вопроса о принадлежности ФИО2 подписи в договоре о совместной деятельности. Однако возложенную на нее данным определением обязанность по предварительной оплате экспертизы ФИО11 своевременно не исполнила, направленный в ее адрес счет на оплату экспертизы проигнорировала. Усмотрев со стороны указанного лица недобросовестное использование процессуальных прав, суд 10.07.2019 возобновил производство по делу. 

При таких обстоятельствах довод ФИО11 о том, что подпись в оспариваемом договоре не принадлежит ФИО2., является голословным, носит характер предположения, надлежащими доказательствами не подтвержден.

С доводом иска о необходимости признания оспариваемого договора незаключенным в связи с неопределенностью его предмета суд не соглашается.

В соответствии с п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора, стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

В силу п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

П. 1 ст. 1041 ГК РФ предусмотрено, что по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

По договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену (п. 1 ст. 740 ГК РФ).

Из текста оспариваемого договора видно, что его предмет и взаимные права и обязанности стороны определили достаточно конкретно. Кроме того, из объяснений как стороны истца, так и ответчика ФИО4, представителя ответчика ФИО10 усматривается, что между ФИО8 и ФИО2 при жизни последнего никогда не возникало разногласий по предмету данного договора, существо взаимных договоренностей было им понятно, и действовали они в полном соответствии с ними. При таких обстоятельствах у суда нет оснований для вывода о несогласованности предмета договора простого товарищества (договора о совместной деятельности), в данной части в удовлетворении иска следует отказать.

Вместе с тем, отказ в удовлетворении иска в части признания оспариваемого договора незаключенным не является основанием для отказа в удовлетворении иска в остальной части.

Учитывая, что обязательство, вытекающее из договора простого товарищества (договора о совместной деятельности), было неразрывно связано с личностью ФИО2., то в связи со смертью последнего его следует считать прекращенным (п. 1 ст. 418 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что при жизни ФИО2 решением Хостинского районного суда г. Сочи Краснодарского края от 26.02.2018 по делу № 2-435/2018 жилой дом с кадастровым НОМЕР, общей площадью 485,2 кв.м., этажность 5, расположенный по адресу 

<

адрес> сохранен в реконструированном состоянии, за ФИО2 признано право собственности на образовавшиеся в результате реконструкции жилые помещения общей площадью 92,6 кв.м. и 96 кв.м. (т. 1 л.д. 13-22).

После смерти ФИО2 определением от 04.09.2018 Хостинский районный суд г. Сочи Краснодарского края произвел замену стороны истца ФИО2 его правопреемниками – наследниками (ФИО4, ФИО1 ФИО10, ФИО9) (т. 1 л.д. 39-43).

Таким образом, обязательство по передаче ФИО8 части построенных в результате реконструкции помещений, вытекающее из договора простого товарищества (договора о совместной деятельности), ФИО2 не было исполнено, и имущество, признаваемое согласно договору общим доходом ФИО8 и ФИО2 от совместной деятельности, полностью перешло в имущественную сферу ответчиков, которые передачу ФИО8 каких-либо помещений также не произвели. 

В результате неисполнения обязательства ФИО8 был лишен того, на что он рассчитывал при заключении и исполнении договора простого товарищества (договора о совместной деятельности), у него возникли убытки в размере уплаченных по договору денежных средств.

Из представленных суду справок ПАО Сбербанк достоверно следует, что в период с 09.10.2015 по 19.02.2018 ФИО8 перечислил ФИО2 денежные средства в общей сумме 5367843 руб. (т. 1 л.д. 11-12, 104-110).

Довод стороны истца в той части, что все указанные перечисления были произведены во исполнение договора простого товарищества (договора о совместной деятельности), нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства. Из анализа справок ПАО Сбербанк видно, что в течение непродолжительного времени в октябре-декабре 2015 г. ФИО8 произвел перечисления один раз в сумме 500000 руб., пять раз в суммах по 100000 руб., итого 1000000 руб., что соответствует сумме его первоначального платежа, предусмотренной договором. 

Доказательств того, что перечисленные денежные средства имели иное назначение, ответчиками суду не представлено. 

Довод ответчиков о том, что спорные денежные средства перечислялись истцом в счет оплаты по договору купли-продажи от 18.08.2015, стороной истца опровергнут. 

Согласно договору купли-продажи от 18.08.2015 (т. 1 л.д. 121-123) ФИО8 в лице поверенной ФИО15 купил у ФИО4 в лице поверенного ФИО2 1/6 долю в праве общей собственности на жилой дом общей площадью 316,2 кв.м., этажность 3, расположенный по адресу 

<

адрес> и 1/6 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок по тому же адресу, за общую сумму 800000 руб.

При этом ФИО8 в дело представлена расписка о том, что 14.08.2015, то есть еще до заключения договора, он уплатил ФИО2 в счет указанного имущества 2200000 руб. (т. 1 л.д. 120). 

При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований для вывода о том, что у ФИО8 перед ФИО2 сохранялись какие-либо обязательства, связанные с приобретением квартиры на третьем этаже, в счет исполнения которых он мог перечислять денежные средства в период с 09.10.2015 по 19.02.2018.

Доводы ответчиков о том, что ФИО2 из полученных денежных средств производил затраты на обустройство квартиры ФИО8, расположенной на третьем этаже, а также на узаконение, документально не подтвержден, какого-либо расчета указанных затрат не представлено.

Вопреки позиции законного представителя ответчика ФИО11, из решения Хостинского районного суда г. Сочи Краснодарского края от 26.02.2018 не следует, что ФИО8 участвовал в деле в качестве стороны или третьего лица, в связи с чем оснований для вывода о том, что установленные данным судебным актом обстоятельства имеют преюдициальное значение, не усматривается. Кроме того, фраза о том, что ФИО2 осуществил реконструкцию за счет собственных средств, отнюдь не исключает, что данные денежные средства могли поступить в его собственность/распоряжение от иных лиц по каким-либо договорам.

В соответствии с п. 1 ст. 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (ст. 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Согласно п. 1 ст. 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

Определяя стоимость перешедшего к ответчикам наследственного имущества, суд принимает во внимание, что в состав наследственного имущество после смерти ФИО2. входит: 1/3 доля в праве общей долевой собственности на 4-хкомнатную квартиру по адресу 

<

адрес> жилое помещение площадью 46 кв.м. на 3 этаже в жилом доме по адресу 

<

адрес>, 1/6 доля в праве собственности на земельный участок по тому же адресу, а также жилые помещения общей площадью 92,6 кв.м. и 96 кв.м. на 4 и мансардном этажах в том же доме, право собственности на которые признано решением суда. Учитывая, что стоимость одного лишь помещения площадью 92,6 кв.м. и только лишь по оценке затратным методом составляет 3385000 руб. (отчет ООО «Либра Лекс» № 71-2019 от 04.02.2019 – т. 1 л.д. 131-215), суд приходит к выводу, что размер исковых требований находится в пределах стоимости наследственного имущества. Доказательств обратного суду не представлено.

Исходя из изложенного, с ответчиков пользу истца следует взыскать денежные средства в сумме 5367843 руб. в заявленном истцом порядке – в равных долях, то есть по 1341960,75 рублей с каждого. 

На основании п. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) с ответчиков в пользу истца, также в равных долях, подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины, исходя из удовлетворенной части исковых требований, в сумме 35039,21 руб., то есть по 8759,80 руб. с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО8 удовлетворить частично:

Взыскать с ФИО4, ФИО9, ФИО10, ФИО1 в пользу ФИО8 денежные средства в сумме по 1341960,75 рублей с каждого, судебные расходы на оплату государственной пошлины в сумме по 8759,80 рублей с каждого. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Ярославля в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья Е.В. Тарасова