Мотивированное 

решение

 изготовлено 28.07.2017 года

Дело № 2-1121/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 июля 2017 года ЗАТО г. Североморск

Североморский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Фоминой Е.А. 

при секретаре Алещенко О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФГКУ «Главное управление специального строительства по территории Северо-Западного Федерального округа при Федеральном агентстве специального строительства» (ФГУП «ГУССТ №3 при Спецстрое России») об устранении дискриминации в оплате труда, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФГУП «ГУССТ № 3 при Спецстрое России» о взыскании недополученной заработной платы, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований, указал, что 18 марта 2014 между ним и ФГУП «ГУССТ №3 при Спецстрое России» заключен трудовой договор, в соответствии с которым он принят на должность *** в участок механизации №6 (Строительный участок в г.Североморске Мурманской области) с испытательным сроком три месяца. 

Согласно п.4.1 договора, ему была установлена часовая тарифная ставка (оклад) в размере 57,14 руб. за час работы, а также надбавка за работу в районах Крайнего Севера и районный коэффициент в сумме 120%.

19.05.2014 на основании Приказа №321 ОК ему был присвоен 6 разряд водителя погрузчика и установлена тарифная ставка (оклад) в размере 76,75руб. за час работы, а также надбавка за работу в районах Крайнего Севера и районный коэффициент в сумме 120%.

04.07.2016 на основании Приказа №552 ОК тарифная ставка (оклад) увеличена до 100,58 руб. за час работы.

За время работы он не привлекался к дисциплинарной ответственности, не допускал нарушений трудовой дисциплины, не имел нареканий со стороны работодателя относительно исполнения должностных обязанностей. 

В апреле 2017 ему стало известно о несоответствии тарифной ставки (окладов) по регионам России для моей должности (водителя погрузчика 6 разряда).

Так, указал, что в г.Санкт-Петербурге тарифная ставка (оклад) для должности водителя погрузчика 6 разряда на май 2014 года - 149,59 руб., с июля 2016 было изменение тарифной ставки (оклада), которая составила для г. Калининграда-158,44 руб. 

Полагал, что факт дискриминации оплаты труда имеет отражение в приказе ФГУП «ГУССТ №3 при Спецстрое России» от 01 июля 2016 №270. (п. 1.1. и п. 1.3).

Согласно расчету истца, с мая 2014 года по март 2017 года с учетом разницы по тарифным ставкам (окладу) в г.Санкт-Петербурге и тарифным ставкам (окладу) в г.Североморске, сумма задолженности по заработной плате составила *** руб.

Полагая, что в отношении него работодателем допущена дискриминация труда, со ссылкой на положения ст. 3, 8, 22, 129, 142, 237 ТК РФ Трудового кодекса РФ, просил взыскать с ответчика в его пользу задолженность по заработной плате с мая 2014 года по март 2017 года в размере *** руб. и компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В судебное заседание истец не прибыл, просил о рассмотрении дела в его отсутствие, о чем представил соответствующее заявление. Ране в судебном заседании 12.07.2017 поддержал заявленные требования по доводам иска, дополнительно указал, что просит взыскать задолженность по заработной плате исходя из тарифных ставок, установленных в г.Калининграде, поскольку в этом регионе он нашел должность аналогичную занимаемой им у ответчика. 

Представитель истца ФИО2 поддержал требования истца по доводам, в нем изложенным, акцентировав внимание суда на положениях ст.3 и 132 Трудового Кодекса РФ о недопустимости дискриминации труда и равной оплате за труд, а также положениях пунктов 1.9. 2.10, 3.1. Коллективного договора. Дополнительно указал, что срок исковой давности для обращения с иском истцом не пропущен, поскольку о нарушении своих прав ФИО1 узнал лишь в апреле 2017 года, после чего обратился с иском в Ленинский районный суд г. Мурманска, который был возвращен ему в связи с неподсудностью определением суда от 19.05.2017. 

Представитель ответчика ФИО3 в судебных заседаниях заявленные требования полагал необоснованными и не подлежащими удовлетворению в полном объеме по доводам, подробно изложенным в письменных отзывах и пояснениях. Указала, что исковое заявление подано за истечением сроков исковой давности, предусмотренных статьей 392 ТК РФ. О размере установленного тарифа истец узнал при заключении трудового договора 18.03.2014 года, кроме того, заработная плата работникам выплачивается дважды в месяц, что предусмотрено положениями ст. 136 ТК РФ и внутренними локальными нормативными актами работодателя. Соответственно истец должен был узнать о нарушении своего права на неполную выплату заработной платы за март 2014 года - в апреле 2014 года, при этом в суд истец обратился только в июне 2017 года. Относительно доводов о выплате заработной платы в меньшем размере, чем это предусмотрено законодательством, привела довод, что, заключая трудовой договор, истец был ознакомлен с условиями труда и размером заработной платы, и добровольно подписал данный договор, согласившись с его условиями. Заработная плата истцу начислялась и выплачивалась исходя из тарифа, установленного по соглашению сторон трудового договора в соответствии с разрядом по профессии. Также указала, что предприятие является коммерческой организацией, соответственно, размер тарифных ставок работникам устанавливается по соглашению между работодателем и трудовым коллективом в разрабатываемых коллективных договорах или иных актах (положениях, приказах, распоряжениях), регулирующих вопросы оплаты труда на предприятии. Истец не оспаривает локальные нормативные акты предприятия, в соответствии с которыми ему начислялась заработная плата. С учетом приведенных доводов полагала, что исковые требования истца в целом необоснованны и удовлетворению не подлежат, помимо этого, заявлены за пределами срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд находит иск не обоснованным и не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора.

Согласно статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Положениями статьи 57 Трудового кодекса РФ установлены обязательные для включения в трудовой договор условия, к котором, в частности относятся: место работы с указанием обособленного структурного подразделения и его местонахождения; трудовая функция; дата начала работы и срок; условия оплаты труда; компенсации и другие.

В соответствии со статьей 67 Трудового кодекса РФ, трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя.

Как установлено судом, на основании трудового договора № 3583/14 от 18.03.2014 ФИО1 принят на работу в филиал «УМиАТ № 321» ФГУП «ГУСС № 3 при Спецстрое России» на участок механизации № 6 Строительного комплекса в г.Североморске Мурманской области на должность ***, постоянно, с испытательным сроком 3 месяца, что подтверждается приказом о приеме на работу от 18.03.2014 № 156. 

Согласно данному приказу, истцу установлена тарифная ставка в размере 57,44 руб., надбавка за стаж работа в районах Крайнего Севера в размере 80 % от заработной платы и районный коэффициент в размере 40 % от заработной платы. 

Заключая трудовой договор, истец был ознакомлен с условиями труда и размером заработной платы, добровольно подписал данный договор, согласившись с его условиями. Какого-либо несогласия с условиями трудового договора в части тарифа в ходе осуществления трудовой деятельности работодателю не предъявлял.

Сторонами не оспаривается, что заработная плата истцу начислялась и выплачивалась ФИО1 своевременно, исходя из тарифа, установленного по соглашению сторон трудового договора в соответствии с разрядом по профессии. 

При этом истец полагает, что указанный размер оплаты труда является дискриминационным, нарушающим его право на получение заработной платы в полном размере, и нарушающим его права. 

Согласно распределенного бремени доказывания по делам о защите нарушенных трудовых прав работника, именно работодатель обязан доказать отсутствие нарушений трудовых прав работника.

Оценивая требования истца, суд учитывает, что в соответствии с ч. 3 ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на вознаграждение за труд.

Одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, является право работника на получение заработной платы в полном размере (ст. 2 Трудового кодекса РФ).

В силу ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполняемой работы.

Согласно положениям ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан, в том числе, соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с Трудовым кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии со ст. 129 Трудового кодекса РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Истец, обратившись с данным иском в суд, ссылается, что в других регионах, в частности, в г.Санкт-Петербурге, г. Калининграде, размер тарифной ставки по аналогичной должности значительно выше, в связи с чем полагает, что ответчик должен произвести ему выплату заработной платы, исходя из разницы в окладах, в размере *** руб. за период с мая 2014 года по март 2017 года (исходя из тарифной ставки 158, 44 руб., установленной в г. Калининграде). 

Оценивая требования истца, суд исходит из следующего. 

Согласно ст. 135 Трудового кодекса РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Коммерческие организации самостоятельно устанавливают системы оплаты и стимулирования труда (с учетом мнения профсоюзного органа организации в случае его наличия), что находит отражение в коллективном договоре или локальных нормативных актах. Условия оплаты труда для конкретного работника отражаются в трудовом договоре, но они не могут быть хуже предусмотренных Трудовым кодексом РФ, коллективным договором, соглашениями. 

В силу статьи 144 Трудового кодекса Российской Федерации, системы оплаты труда в федеральных государственных учреждениях устанавливаются - коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с положениями ст. 113 Гражданского кодекса РФ, унитарным предприятием признается коммерческая организация, не наделенная правом собственности на закрепленное за ней собственником имущество. Имущество унитарного предприятия является неделимым и не может быть распределено по вкладам (долям, паям), в том числе между работниками предприятия. В организационно-правовой форме унитарных предприятий действуют государственные и муниципальные предприятия.

Учредительным документом унитарного предприятия является его устав, утверждаемый уполномоченным государственным органом или органом местного самоуправления, если иное не предусмотрено законом.

Пунктом 1.3 Устава ФГУП «ГУССТ №3 при Спецстрое России», утвержденного приказом директора Федерального агентства специального строительства от 28.06.2012 закреплено, что предприятие является коммерческой организацией.

Разряды, ступени оплаты труда, оклады и месячные тарифные ставки рабочим и служащим филиала «УМиАТ № 321» ФГУП «ГУССТ № 3 при Спецстрое России», в котором осуществляет свою трудовую функцию истец, установлены локальными нормативными актами ФГУП «ГУССТ № 3 при Спецстрое России», в частности: Коллективным договором на 2014-2017, Положением об оплате и стимулировании труда работников филиалов ФГУП «ГУССТ № 3 при Спецстрое России», утвержденным приказом от 26.12.2013 № 566. 

Согласно п. 1.8 Положения об оплате и стимулировании труда работников филиалов ФГУП «ГУССТ № 3 при Спецстрое России», ( далее по тексту- Положение об оплате труда) система оплаты труда ФГУП «ГУССТ № 3 при Спецстрое России» состоит из обязательных и стимулирующих выплат. К обязательным выплатам относятся должностной оклад или тарифная ставка, надбавка работникам, допущенным к государственной тайне, доплаты и надбавки компенсационного характера, предусмотренные трудовым законодательством за особые условия труда, а также за условия, отклоняющиеся от нормальных. Все прочие выплаты работникам, в том числе и надбавка за трудовой вклад (коэффициент трудового участия) не являются гарантированными и относятся к стимулирующим.

Согласно пункту 2.2 Положения об оплате труда, тарифная ставка- фиксированный размер оплаты работника за выполнение нормы труда определенной сложности (квалификации) за единицу времени без учета компенсирующих, стимулирующих и социальных выплат. 

Пунктом 2.4 Положения об оплате труда регламентировано, что для определения тарифной ставки (должностного оклада) применяется базовая тарифная сетка оплаты труда работников, которая утверждается начальником ГУССТ № 3. 

Тарифная ставка по должности истца- машинист погрузчика 4 разряда установлена Приказами начальника ФГУП «ГУССТ № 3 при Спецстрое России» от 26 декабря 2013 года № 566, от 03 марта 2014 года № 105 и изданным на его основании Приказом начальника филиала «УМиАТ № 321» ФГУП «ГУССТ № 3 при Спецстрое России» № 69 от 18 марта 2014 года в размере 57, 14 руб. 

В последующем, в связи с переводом ФИО1 на должность машиниста погрузчика 6 разряда на основании Приказа начальника филиала «УМиАТ № 321» ФГУП «ГУССТ № 3 при Спецстрое России» от 19.05.2014 размер тарифной ставки (оклада) ФИО1 установлен в размере 76,75 руб., а на основании Приказа начальника филиала «УМиАТ № 321» ФГУП «ГУССТ № 3 при Спецстрое России» от 04.07.2016 тарифная ставка увеличена до 100, 58 руб. 

Таким образом, с учетом вышеуказанных обстоятельств, судом установлено, что заработная плата ФИО1 начислялась и выплачивалась в строгом соответствии с нормами трудового законодательства, а также действующими на предприятии локальными нормативными актами, регулирующими систему оплаты труда, и оснований для ее выплаты в ином размере у работодателя не имелось. 

Ссылка истца на то, что в других регионах (г. Калининград, г.Санкт- Петербург) размер тарифной ставки по аналогичной должности превышает установленный ему оклад несостоятельна, поскольку ФИО1 осуществляет свою трудовую функцию в филиале «УМиАТ № 321» ФГУП «ГУССТ № 3 при Спецстрое России», а конкретно на участке механизации № 6 Строительного комплекса в г.Североморске Мурманской области, в связи с чем оснований для начисления ему заработной платы по тарифным ставкам, установленным в иных регионах, суд не усматривает. 

При этом суд не соглашается с позицией представителя истца, что работодателем в указанной части допущена дискриминация труда. 

Как указано в статье 1 Конвенции № 111 Международной организации труда "Относительно дискриминации в области труда и занятий" (принята в г.Женеве 25.06.1958 на 42-ой сессии Генеральной конференции МОТ) термин "дискриминация" включает:

- всякое различие, исключение или предпочтение, основанные на признаках расы, цвета кожи, пола, религии, политических убеждений, национальной принадлежности или социального происхождения и имеющие своим результатом ликвидацию или нарушение равенства возможностей или обращения в области труда и занятий;

- всякое другое различие, исключение или предпочтение, имеющие своим результатом ликвидацию или нарушение равенства возможностей или обращения в области труда и занятий, как они могут быть определены заинтересованным членом Организации по консультации с представительными организациями предпринимателей и трудящихся, где таковые существуют, и с другими соответствующими органами.

Согласно положениям ст.3 Трудового кодекса Российской Федерации, запрещающей дискриминацию труда, каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав. Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

В соответствии с ч. 2 ст. 3 Трудового кодекса РФ не являются дискриминацией установление различий, исключений, предпочтений, а также ограничение прав работников, которые определяются свойственными данному виду труда требованиями, установленными федеральным законом.

Согласно положениям ст. 132 Трудовой кодекс Российской Федерации, заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Запрещается какая бы то ни было дискриминация при установлении и изменении условий оплаты труда.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При этом стороной истца не представлено, и судом при рассмотрении дела не добыто доказательств того, что со стороны работодателя по отношению к ФИО1 допускались какие- либо ограничения его трудовых прав и свобод. 

Напротив, ФИО1 в исковом заявлении указывает, и стороной ответчика в ходе рассмотрения дела подтверждено, что каких- либо нареканий к исполнению им должностных обязанностей не имелось, он имеет только положительные характеристики.

Суд полагает, что для установления различных условий оплаты труда работникам, замещающим одинаковые должности в разных регионах имеются объективные основания, отвечающие требованиям, предусмотренным ч. 2 ст. 3 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с чем действия ответчика по установлению различий в условиях оплаты труда истца и работников, замещающих аналогичные должности и выполняющих аналогичную с истцом работу в г.Калининграде, не содержат признаки дискриминации в сфере труда в отношении ФИО1 

Анализируя при этом также положения Коллективного договора ФГУП «ГУССТ № 3 при Спецстрое России», на нарушение которых ссылался представитель истца как обоснование позиции об имевшей место дискриминации в отношении истца, судом установлено следующее. 

Пунктом 1.9 Коллективного договора предусмотрено, что данный локальный акт, а также трудовые договоры не могут содержать условий, снижающих уровень прав и гарантий работников, установленных трудовым законодательством РФ и отраслевым соглашением. 

Положениями пункта 2.10. Коллективного договора, условия рудового договора не могут ухудшать положение работников по сравнению с действующим рудовым законодательством, а также отраслевыми тарифным соглашением по специальному строительству РФ, коллективными договором. 

Согласно п. 3.1. Коллективного договора, работодатель осуществляет постоянный контроль за состоянием трудовой дисциплины, текучесть кадров, соблюдение распорядка дня и трудового законодательства, уровнем оплаты и производительностью труда. 

Указанные положения в целом дублируют нормы действующего трудового законодательства, нарушения которых ответчиком, как ранее указывалось судом, в ходе рассмотрения дела, не установлено. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что довод ФИО1 о допущенной в отношении него дискриминации труда со стороны работодателя является надуманным и основанным на неверном токовании норм права. 

Оценивая в совокупности доводы сторон и представленные в материалы дела доказательства, оснований для взыскания в ответчика в пользу истца недополученной заработной платы, согласно произведенному истцом расчету, суд не усматривает. 

Суд также соглашается с доводами представителя ответчика о пропуске истцом срока на обращение за защитой нарушенного права.

Согласно положениям ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции от 03.07.2016), работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

По ранее действующей редакции пункта 2 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации (от 12.08.2005) работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Указанная норма направлена на обеспечение функционирования механизма судебной защиты трудовых прав и в системе действующего правового регулирования призвана гарантировать возможность реализации работниками права на индивидуальные трудовые споры (статья 37 часть 4, Конституции Российской Федерации), устанавливая условия, порядок и сроки для обращения в суд за их разрешением.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд, в силу п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 2 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Из положений ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации и ст. 56 ГПК РФ следует, что уважительность причин пропуска срока обращения в суд в настоящем споре доказывается истцом.

О размере установленного тарифа ФИО1 узнал при заключении трудового договора 18.03.2014 года.

Как следует из пункта 1.15 Коллективного договора, заработная плата выплачивается работникам каждые полмесяца: аванс 30 числа текущего месяца, окончательный расчет 15 числа месяца, следующего за отчетным.

Специальный срок исковой давности, установленный ст. 392 ТК РФ, по требованиям работников о взыскании заработной платы, которая им не начислялась, исчисляется с момента, когда работник узнал о том, что оспариваемая часть заработной платы ему не начислена, и, следовательно, не будет выплачена, то есть с момента получения соответствующего расчетного листка или неоспариваемой части заработной платы.

Соответственно истец должен был узнать о нарушении своего права на неполную выплату заработной платы за март 2014 года – 15 апреля 2014 года, и так соответственно за каждый последующий месяц работы до марта 2017 года (исходя из заявленного в иске периода взыскания недополученной зарплаты).

С иском в суд ФИО1 обратился 13.06.2017 года.

Довод представителя истца о том, что срок исковой давности для обращения с иском истцом не пропущен, поскольку о нарушении своих прав ФИО1 узнал лишь в апреле 2017 года, после чего обратился с иском в Ленинский районный суд г. Мурманска, суд полагает несостоятельным, поскольку даже с учетом данных обстоятельств, подтвержденных представленной в материалы дела копией определения Ленинского районного суда г. Мурманска от 19.05.2017 о возвращении искового заявления, исходя из положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации в редакции, действующей на момент спорных правоотношений, срок для обращения с иском о разрешении индивидуального трудового спора за период с марта 2014 года по сентябрь 2016 года истцом пропущен. 

Доказательств уважительности причин пропуска срока на обращение с иском в суд в течение данного периода истцом не приведено.

Суд также полагает заслуживающими внимание доводы ответчика о добровольном подписании истцом трудового договора с определенными условиями оплаты труда и о наличии у работника при подписании трудового договора информации о действующих у ответчика системах оплаты труда, а также о не обращении истца длительное время с предложениями об изменении обязательного условия трудового договора об оплате труда в случае несогласия с ним. 

В силу ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействиями работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размер его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абзац четвертый пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

Поскольку в данном споре вины в действиях работодателя не установлено, следовательно, основания для удовлетворения исковых требований о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда также отсутствуют.

Таким образом, суд отказывает в удовлетворении иска ФИО1 в полном объеме за необоснованностью. 

Суд рассматривает спор на основании представленных сторонами доказательств, с учетом требований ст. 56-57 ГПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФГКУ «Главное управление специального строительства по территории Северо-Западного Федерального округа при Федеральном агентстве специального строительства» ( ФГУП «ГУССТ №3 при Спецстрое России») об устранении дискриминации в оплате труда, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда -оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Североморский районный суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Председательствующий Е.А. Фомина