Дело № 2-356/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Рузаевка 4 сентября 2018 года

Рузаевский районный суд Республики Мордовия

в составе судьи Ханиной Л.В.

при секретаре Копасовой Р.А,

с участием в деле: истца ФИО1,

представителя истца по доверенности ФИО2,

представителей ответчика – акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» ФИО3, действующей на основании доверенности,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании по гражданскому делу по иску ФИО1 к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» о защите прав потребителей,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (далее АО «СОГАЗ») о защите прав потребителей, указав, что 3 декабря 2017 г. примерно в 18 час. 40 мин. на перекрестке ул. Ухтомского и ул. Трынова в г. Рузаевке Республики Мордовия произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Киа Рио, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> под управлением ФИО4 и автомобиля Вольво V70, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО1 Постановлением по делу об административном правонарушении № от 3 декабря 2017 г. ФИО4 признан виновным в совершении административного правонарушения. 12 декабря 2017 г. ФИО1 обратился в АО «СОГАЗ» с заявлением о страховой выплате. Заявление оставлено без удовлетворения. Согласно экспертного заключения № от 2 февраля 2018 г. стоимость восстановительного ремонта автомобиля составляет 423900 рублей, стоимость восстановительного ремонта с учетом износа составляет 299300 рублей, рыночная стоимость транспортного средства на дату ДТП составляет 162000 рублей, что позволяет сделать вывод о нецелесообразности проведения восстановительного ремонта, при этом стоимость годных остатков транспортного средства составляет 35 000 рублей. Размер страхового возмещения составляет 127000 рублей. 7 февраля 2018 г. АО «СОГАЗ» отказало в выплате страхового возмещения, сославшись на несоответствие повреждений обстоятельствам ДТП. Просит взыскать с АО «СОГАЗ» страховое возмещение в размере 127000 рублей, неустойку в размере 83820 рублей, компенсацию морального вреда 20000 рублей, штраф в размере 50% от взысканных сумм, расходы на проведение независимой экспертизы в размере 10000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 12000 рублей, расходы на оплату услуг нотариуса в размере 1100 рублей.

Определением суда от 22.05.2018 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО4 (т.1, л.д.148, 149).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен своевременно и надлежащим образом, просит рассмотреть дело в его отсутствие, с участием его представителя ФИО2, о чем предоставил в суд письменное заявление (т.1, л.д.118). 

Представитель истца по доверенности ФИО2, требования, заявленные истцом, поддержал, просил удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика – АО «СОГАЗ», по доверенности ФИО3 исковые требования не признала, поскольку согласно заключению эксперта, сделанному по заказу страховой компании, механизм образования повреждения на автомобиле ФИО1 противоречит обстоятельствам заявленного дорожно-транспортного происшествия, считает, что автомобиль получил повреждения при каких-либо иных обстоятельствах. В случае, если суд придет к выводу, что заявленные истцом требования подлежат удовлетворению, просит снизить размер штрафных санкций (неустойки, штрафа) и компенсации морального вреда.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен своевременно и надлежащим образом (т.2, л.д. 6). 

В соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело подлежит рассмотрению в отсутствии неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания. 

Суд, выслушав представителей сторон, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, частично удовлетворяет заявленные требования по следующим основаниям.

Судом установлено, что 3 декабря 2017 г. примерно в 18 час.40 мин. на перекрестке ул. Ухтомского и ул. Трынова в г. Рузаевке Республики Мордовия произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Киа Рио, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> под управлением ФИО4, и автомобиля Вольво V70, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО1, принадлежащего истцу на праве собственности.

Постановлением по делу об административном правонарушении № от 3 декабря 2017 г. ФИО4 признан виновным в совершении административного правонарушения, и ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 1000 рублей (л.д.9). 

Согласно экспертного заключения № от 2 февраля 2018 г. стоимость восстановительного ремонта автомобиля составляет 423 900 рублей, стоимость восстановительного ремонта с учетом износа составляет 299 300 рублей, рыночная стоимость транспортного средства автомобиля Вольво V70, 1997 года выпуска до аварии, на момент ДТП, составляет 162 000 рублей, при этом стоимость годных остатков транспортного средства составляет 35 000 рублей (т.1, л.д.12-28).

Гражданская ответственность виновного в ДТП лица ФИО4 застрахована в АО «СОГАЗ», согласно страховому полису серии ЕЕЕ № (т.1, л.д.60).

Истец ФИО1 в установленном законе порядке обратился в указанную страховую компанию с заявлением о страховой выплате (т.1,л.д.61). 

АО «СОГАЗ» в выплате страхового возмещения ФИО1 отказало по тем основаниям, что в соответствии с экспертным заключением № от 15.12.2017 г., механизм образования повреждения на автомобиле VOLVO V70, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, противоречит обстоятельствам события ДТП от 03.11.2017 г. (т.1 л.д.30, 74-96).

В соответствии с заключением судебной транспортно-трасологической экспертизы Федерального бюджетного учреждения Мордовская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации № от 03.07.2018 г. повреждения на правой стороне переднего бампера автомобиля Вольво-V70 р/з 

<

данные изъяты> и левой стороне переднего бампера автомобиля Киа-Рио р/з 

<

данные изъяты> находятся практически на одном уровне относительно опорной поверхности, и по своему характеру, направленности и ширине контактной зоны имеют определенную совместимость. Но, поскольку автомобиль Вольво-V70 

<

данные изъяты> на момент осмотра был частично разобран и повреждения на нем с момента ДТП видоизменены, в связи с чем, криминалистически значимые следы (признаки), в данном случае, как следообразующего объекта (растущего дерева), так и следовоспринимающего объекта (автомобиля Вольво- V70) утрачены (видоизменены), что в свою очередь, не позволяет дать общую оценку характеру следообразующих и следовоспринимающих следов, ответить, экспертным путем на вопрос о контакте автомобиля Вольво-V70 р/з 

<

данные изъяты> с растущим деревом не представляется возможным (т.1,л.д.193-199). 

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. 

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. 

Для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установление факта наступления вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда, его вины, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями. 

При установлении обстоятельств причинения вреда в связи с повреждением имущества, характера и объема повреждений транспортного средства, суд исходит из следующего. 

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно части 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В силу пункта 2 статьи 9 Закона РФ от 27.11.1992г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Право потерпевшего предъявить требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы непосредственно страховщику предусмотрено пунктом 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 1 статьи 12 Закона об ОСАГО. 

По правилам пункта 1 статьи 14.1 Закона об ОСАГО потерпевший предъявляет требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае наличия одновременно следующих обстоятельств: 

а) в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подпункте «б» настоящего пункта; 

б) дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии с настоящим Федеральным законом. 

При разрешении в суде спора о страховой выплате потерпевший обязан доказать наличие страхового случая и размер убытков. 

В судебном заседании установлено, что 03.12.2017 г. примерно в 18 час. 40 мин. на перекрестке ул. Трынова и ул. Ухтомского г. Рузаевка произошло ДТП с участием автомобиля Киа Рио, гос.знак 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО4 и автомобиля Вольво V70, гос.знак 

<

данные изъяты> под управлением ФИО1 

Факт случившегося ДТП подтверждается административным материалом по факту ДТП; показаниями свидетелей Н.А.М., М.Р.Н. пояснивших, что вечером в декабре 2017 года они увидели, что столкнулись две автомашины, при этом автомобиль Volvo пытаясь избежать столкновения с автомобилем Kia Rio, врезался в дерево; показаниями свидетелей М.Д.С., Б.Р.Н. пояснивших, что 03.12.2017 г. им позвонил ФИО1 и сообщил об аварии, прибыв на место ДТП по его просьбе, они увидели, что автомобиль ФИО1 врезался в дерево; пояснениями свидетеля А.А.А. пояснившего, что он является аварийным комиссаром, в декабре 2017 года он выезжал на место ДТП, где увидел автомобиль Volvo, который врезался в дерево, второй автомобиль Kia Rio стоял поперек дороги, со слов водителей ему известно, что произошло касательное столкновение двух автомобилей Volvo и Kia Rio, впоследствии чего автомобиль Volvo врезалась в дерево; фотоматериалами, представленными по запросу суда ОГИБДД по Рузаевскому району ОМВД по Республике Мордовия. 

Доказательств обратного ответчиком не представлено. 

В соответствии с административным материалом по факту ДТП от 03.12.2017 г., автомобилю ФИО1 Вольво V70 были причинены следующие повреждения: переднего бампера, капота, переднего левого и правого блока фар, передняя панель, радиатора, переднего левого и правого крыла, разбито лобовое стекло, решетка радиатра, переднего левого и правого ПТФ подушки безопасности и скрытые повреждения. Согласно схеме ДТП, автомобиль ФИО1 получил повреждения в результате столкновения с автомобилем ФИО4 и наезда на препятствие. 

Доказательств того, что автомобиль ФИО1 получил вышеперечисленные повреждения при других обстоятельствах, суду не представлено. 

Из заключения специалиста № от 20.01.2018 г., проведенного ООО «МЭТР» в г. Москва по заказу ответчика, следует, что на месте ДТП зафиксированы препятствия в виде деревьев, каких- либо повреждений на деревьях не зафиксировано. 

К данным выводам специалист пришел на основании изучения фотоснимков осмотра места ДТП. При проведении исследования специалист основывается на посыле материала, из чего следует, что результат проведенного исследования в полной мере зависит от содержания и наполнения исходных данных. 

В данном заключении экспертом указано, что в случае предоставления дополнительных сведений, материалов, будет проведено дополнительное исследование, с возможным пересмотром суждения специалиста и обоснованием изменения первоначальных выводов, если таковое будет. 

Из заключения специалиста следует, что повреждения передней части транспортного средства Volvо V70 г.н.з. 

<

данные изъяты> возникли в результате блокирующего контактного взаимодействия исследуемого транспортного средства с твердым следообразующим объектом вертикальной формы. Следообразующее воздействие имело направление от передней части ТС к задней. Характеристика следообразующего объекта позволяет принять в качестве объекта дерево.

Таким образом, эксперт не опровергает, что автомобилю истца ФИО1 были причиненные повреждения в результате столкновения с деревом, но на деревьях, растущих на месте ДТП эксперт по фотоснимкам не увидел следов столкновения, в связи с чем пришел к выводу, что механизм образования повреждений на Volvо V70 г.н.з. 

<

данные изъяты> противоречит обстоятельства события (т.1, л.д.96).

Суд полагает, что невозможно достоверно и в полном объёме на основе изучения исключительно фотоматериалов установить факт ДТП, поскольку выводы эксперта, основанные не на личном осмотре автомобиля и места предполагаемого ДТП и носят предположительный характер.

Из Заключения эксперта № от 15.02.2018 г. следует, что на основании изучения фотоматериалов, экспертом следов столкновения автомобилей Volvo и Kia не наблюдается, и потому у эксперта есть достаточные основания исключить наезд Volvo на препятствие (т.1, л.д.101). Данная экспертиза также проводилась исключительно по изучению фотографического материала, что лишает эксперта возможности проведения натурной реконструкции события ДТП. 

Повреждения автомобилей зафиксированы крайне лаконично и неиформативно, по сути является их перечнем, а не описанием, и потому могут быть использованы для исследования механизма столкновения только как сопутствующий информационный материал (т.1, л.д.99). 

С учетом вышеизложенного, выводы экспертизы № от 15.02.2018 г. о несоответствии повреждений на автомобилях заявленному событию ДТП носит вероятностный характер, в связи с чем не могут быть положены в основу решения суда. К таким выводам суд приходит, исходя из следующего. Проведенные в указанной экспертизе выводы основаны лишь на фотоматериалах, представленных в распоряжение эксперта, входят в противоречие с доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства и отраженными в административном материале по факту ДТП, показаниями свидетелей, допрошенных в ходе судебного разбирательства, и выводами судебной транспортно-трасологической экспертизы.

Кроме того, заключение специалиста № от 20.01.2018 г., проведенного ООО «МЭТР» по заказу ответчика, позволяет принять в качестве объекта, с которым столкнулся автомобиль истца дерево. 

Суд берет за основу решения заключение судебной транспортно-трасологической экспертизы № от 03.07.2018 г., которой было установлено, что повреждения на Volvo V70 и Kia-Rio имеют определенную совместимость, поскольку для его составления экспертом осматривались лично автомобили и место ДТП. Заключение судебной экспертизы № от 03.07.2018 г. не опровергает факт столкновения автомобилей Volvo V70 и Kia-Rio, но и не дает однозначного ответа на вопрос о столкновении Volvo V70 с деревом, поскольку данный автомобиль был частично разобран, и повреждения на нем и на дереве были утрачены (видоизменены). 

Экспертное заключение № от 03.07.2018 г. содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате исследования выводы, являются обоснованными, сомнений в правильности не вызывает, заинтересованности эксперта в исходе дела не установлено. Квалификация эксперта, проводившего осмотр транспортного средства и составившего заключение, подтверждается приложенными к экспертному заключению сведениями. Кроме того, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Суд приходит к выводу, что автомобиль истца пострадал в результате столкновения с деревом после столкновения автомобиля под управлением ФИО1 с автомобилем под управлением ФИО4 ввиду следующего.

Экспертиза № от 20.01.2018 г. указывает, что следообразующим объектом, в результате контакта с которым автомобилю Volvo V70, были причинены механические повреждения, возможно, являлось дерево. 

Кроме того, факт столкновения автомобиля истца с деревом подтверждают фотоматериалы с места ДТП и свидетель М.Р.Н., который являлся непосредственным очевидцем произошедшего ДТП. 

У суда нет оснований не доверять показаниям данного свидетеля, поскольку отсутствуют сведения о его личной заинтересованности в рассматриваемом деле. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что факт наступления страхового случая ДД.ММ.ГГГГ с участием автомобилей истца ФИО1 Volvo V70 и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 Kia-Rio, установлен.

Определяя размер ущерба, подлежащего взысканию, суд исходит из следующего. 

В соответствии с положениями подпункта «а» пункта 18 статьи 12 Закона об ОСАГО размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется в случае полной гибели имущества потерпевшего - в размере действительной стоимости имущества на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков. Под полной гибелью понимаются случаи, при которых ремонт поврежденного имущества невозможен либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна стоимости имущества на дату наступления страхового случая или превышает указанную стоимость. 

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 33 постановления от 29 января 2015 года №2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснил, что в соответствии с подпунктом «а» пункта 18 и пунктом 19 статьи 12 Закона об ОСАГО размер подлежащих возмещению страховщиком убытков в случае полной гибели имущества потерпевшего определяется его действительной стоимостью на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков с учетом их износа.

Под действительной стоимостью имущества понимается его рыночная стоимость, которая представляет собой текущую стоимость товара, определяемую на основе спроса и предложения в каждый конкретный момент на рынке.

В подтверждение размера убытков истцом представлено экспертное заключение экспертной организации ИП М.О.А. № от 02.02.2018 г., согласно выводам которого действительная стоимость транспортного средства на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков составляет 127 000 рублей (162000 рублей (рыночная стоимость автомобиля до ДТП) – 35 000 рублей (стоимость годных остатков)).

Суд принимает представленное истцом экспертное заключение в качестве допустимого доказательства, поскольку оно содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате исследования выводы, является полным, определенным и обоснованным, сомнений в правильности не вызывает, техническая экспертиза транспортного средства проведена с использованием единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального Банка Российской Федерации от 19 сентября 2014 года №432, и отвечает требованиям Положения о правилах проведения независимой технической экспертизы транспортного средства (утв. Банком России 19 сентября 2014 года №433-П), заинтересованности эксперта в исходе дела не установлено. 

Каких-либо аргументированных возражений относительно экспертного заключения представитель ответчика не привел, заявление о назначении по делу судебной автотехнической экспертизы для определения действительной стоимости транспортного средства на день наступления страхового случая от ответчика не поступило, сумму страхового возмещения ответчик не оспаривал. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об обоснованности требований истца и взыскивает с ответчика в пользу истца страховое возмещение в размере 127000 рублей. 

Истцом ФИО1 также заявлено требование о взыскании неустойки за несоблюдение срока направления потерпевшему мотивированного отказа в страховой выплате. 

Суд, проверив представленный расчет, признает его неверным, и удовлетворяет заявленные требования о взыскании данной неустойки частично по следующим основаниям. 

Судом установлено, что 13.02.2018 г. ФИО1 обратился в АО «СОГАЗ» с претензией о выплате страхового возмещения (л.д.106) предоставив все необходимые документы. Данное заявление истца должно было быть рассмотрено ответчиком в течение 20 дней со дня его предъявления, что предусмотрено пунктом 21 статьи 12 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств». 

Таким образом, до 06.03.2018 года, страховщик был обязан произвести страховую выплату потерпевшему или направить ему мотивированный отказ в такой выплате.

При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с Федеральным законом размера страхового возмещения по виду причиненного вреда каждому потерпевшему. Ответчик АО «СОГАЗ» направило мотивированные отказ истцу ФИО1 о выплате страхового возмещения 06.03.2018 г., о чем свидетельствует список внутренних почтовых отправлений. 

Исходя из этого следует, что ответчиком не был нарушен 20-дневный срок рассмотрения и направления истцу мотивированного отказа. 

Вместе с тем в удовлетворении требования истца об осуществлении страховой выплаты, заявленного им в претензии, ответчиком было отказано. 

Пунктом 21 ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" предусмотрено, что при несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом. 

В соответствии с пунктом 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 января 2015 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", действовавшего на момент рассмотрения спора, неустойка исчисляется со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору.

Судом установлено, что 06.03.2018 г. был крайним днем для составления и направления мотивированного решения АО «СОГАЗ» об отказе в выплате страхового возмещения. Таким образом, с 07.03.2018 года начинается отсчет просрочки выплаты страхового возмещения. 

Истец обратился в суд с данным исковым заявлением 14.03.2018 г., что подтверждается штампом Рузаевского районного суда (т.1, л.д.1) и заявляет требование о взыскании с ответчика неустойки по день обращения с иском, делая соответствующий расчет. 

В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Исходя из этого, размер неустойки, подлежащей взысканию с ответчика АО «СОГАЗ» составляет 8890 рублей (127 000/ 100*7 дней).

При рассмотрении заявления представителя ответчика о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и уменьшении размера подлежащей взысканию неустойки суд исходит из следующего. 

Правила статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают право суда уменьшить подлежащую уплате неустойку в случае ее явной несоразмерности последствиям. Исходя из анализа всех обстоятельств дела и оценки соразмерности заявленных сумм, суд не находит оснований для снижения размера неустойки, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, поскольку сумма в размере 8890 рублей соразмерна последствиям нарушения обязательства, при этом суд учитывает конкретные обстоятельства дела, а именно, допущенное ответчиком нарушение прав истца, характер и продолжительность данного нарушения, необходимость соблюдения баланса прав и интересов сторон спорного правоотношения, принципы разумности и справедливости. 

Злоупотребление истцом своим правом либо иной недобросовестности с его стороны не усматривается, доказательств иного не представлено. 

Разрешая требования истца в части взыскания компенсации морального вреда, суд исходит из следующего. 

Связанные с неисполнением или ненадлежащим исполнением страховщиком обязательств по договору обязательного страхования права и законные интересы физических лиц, являющихся потерпевшими или страхователями, подлежат защите в соответствии с Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. №2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей) в части, не урегулированной Законом об ОСАГО. Надлежащим исполнением страховщиком своих обязательств по договору обязательного страхования признается осуществление страховой выплаты или выдача отремонтированного транспортного средства в порядке и в сроки, которые установлены Законом об ОСАГО (пункт 2 статьи 16.1 Закона об ОСАГО).

Согласно статье 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

При решении вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя (пункт 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей»). 

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Установив факт ненадлежащего исполнения страховщиком своих обязательств по договору обязательного страхования и, соответственно, факт нарушения прав потребителя, суд приходит к выводу о том, что требования о компенсации морального вреда обоснованны и подлежат удовлетворению. 

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, длительность нарушения прав истца, учитывает характер причиненных ему нравственных страданий и считает разумным и справедливым присудить истцу компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей.

В силу пункта 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

Наличие судебного спора о взыскании страхового возмещения указывает на неисполнение страховщиком обязанности по уплате его в добровольном порядке (пункт 84 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 №58). 

Поскольку исковые требования истца о взыскании страхового возмещения судом удовлетворены, со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего подлежит взысканию штраф в размере 69445 рублей (127 000 рублей + неустойка + моральный вред х 50%).

При рассмотрении заявления представителя ответчика о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и уменьшении размера подлежащего взысканию штрафа суд исходит из следующего. 

Исследуя вопрос исключительности случая и допустимости уменьшения размера взыскиваемого штрафа, исходя из анализа всех обстоятельств дела и оценки соразмерности заявленных сумм, учитывая допущенное ответчиком нарушение прав истца, объем, характер и продолжительность данного нарушения, вины ответчика, необходимость соблюдения баланса прав и интересов сторон спорного правоотношения, принцип разумности и справедливости, суд уменьшает размера штрафа и взыскивает с ответчика в пользу истца штраф в размере 10 000 рублей.

Истцом ФИО1 были также понесены расходы в размере 10 000 рублей на проведение независимой технической экспертизы ИП М.О.А., что подтверждается договором № от 02.02.2018 г. (т.1, л.д.10,11).

В соответствии с пунктом 14 статьи 12 Закона об ОСАГО стоимость независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), на основании которой осуществляется страховое возмещение, включается в состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком по договору обязательного страхования.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» стоимость независимой технической экспертизы и (или) независимой экспертизы (оценки), организованной потерпевшим в связи с неисполнением страховщиком обязанности по осмотру поврежденного транспортного средства и (или) организации соответствующей экспертизы страховщиком в установленный пунктом 11 статьи 12 Закона об ОСАГО срок, является убытками. Такие убытки подлежат возмещению страховщиком по договору обязательного страхования сверх предусмотренного Законом об ОСАГО размера страхового возмещения в случае, когда страховщиком добровольно выплачено страховое возмещение или судом удовлетворены требования потерпевшего (статья 15 ГК РФ, пункт 14 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Следовательно, стоимость независимой экспертизы, на основании которой должна быть произведена страховая выплата, включается в состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком, а не в состав страховой выплаты.

По общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков (пункт 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под убытками в соответствии с пунктом вторым статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из положений приведенной правовой нормы следует, что защита права потерпевшего посредством полного возмещения вреда, предполагающая право потерпевшего на выбор способа возмещения вреда, должна обеспечивать восстановление нарушенного права. 

Учитывая, что истцом предоставлены доказательства несения расходов по проведению независимой экспертизы, суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании с ответчика расходов на проведение экспертизы обоснованы и подлежат удовлетворению в заявленном истцом размере 10 000 рублей. 

Разрешая заявление истца о взыскании судебных расходов, суд исходит из следующего.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В силу части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела (часть 1 статьи 88, статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

По смыслу названных законоположений принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принято итоговое судебное постановление. 

Расходы на оплату услуг представителей согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относятся к издержкам, связанным с рассмотрением дела. 

В соответствии с частью первой статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В подтверждение понесенных расходов на оплату услуг представителя истец представил договор оказания юридических услуг от 5 марта 2018 г. и расписку от 5 марта 2018 г., подтверждающую получение представителем от него денежных средств (т.1, л.д.36,37). 

Поскольку представленные доказательства подтверждают факт несения истцом расходов на оплату услуг представителя, а также связь между понесенными издержками и делом, рассмотренным в суде с его участием, заявление о возмещении расходов на оплату услуг представителя в размере 12000 рублей подлежит удовлетворению частично в сумме 10 000 рублей, поскольку заявленные истцом ФИО1 требования удовлетворены судом частично. 

При этом при решении вопроса о размере суммы, подлежащей взысканию в возмещение расходов на оплату услуг представителя в разумных пределах, суд принимает во внимание объем заявленных требований, цену иска, сложность дела (подсудность, сложность предмета спора и обстоятельств дела, численность лиц, участвующих в деле, объем материалов дела), объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела, количество и продолжительность судебных заседаний с участием представителя. 

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика нотариальных расходов в размере 1 100 рублей. Расходы истца, связанные с оформлением доверенности на представителя, суд признает также необходимыми, и относит их, в соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к издержкам, связанным с рассмотрением дела.

Согласно представленной квитанции от 05.03.2018 г. за оформление доверенности от 05.03.2018 года истцом ФИО1 уплачено 1 100 рублей (т.1, л.д.34, 35). Данная доверенность, представленная истцом в материалы дела, содержит указание на участие представителя в конкретном деле, требования истца в этой части подлежат удовлетворению.

Государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, подлежит взысканию с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований (часть 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпункт восьмой пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации). 

Поскольку истец был освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска, с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, суд взыскивает в бюджет Рузаевского муниципального района Республики Мордовия государственную пошлину в размере 4218 рублей. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования истца ФИО1 к Акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» о защите прав потребителей удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» в пользу ФИО1 страховое возмещение в размере 127 000 рублей, неустойку за период с 07.03.2018 г. по 13.03.2018 г. в размере 8890 рублей, компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей, расходы на проведения независимой экспертизы в размере 10 000 рублей, штраф в размере 10 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей, расходы на оплату услуг нотариуса в размере 1100 рублей, а всего 169990 (сто шестьдесят девять тысяч девятьсот девяносто) рублей.

В остальной части иска о взыскании компенсации морального вреда, неустойки, услуг представителя, отказать.

Взыскать с общества с Акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» в бюджет Рузаевского муниципального района Республики Мордовия государственную пошлину в размере 4218 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Республики Мордовия через Рузаевский районный суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья Рузаевского районного суда

Республики Мордовия Л.В. Ханина.

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 7 сентября 2018 года.