УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

73RS0013-01-2025-003178-29 Судья Андреева Н.А. Дело № 33-5233/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

город Ульяновск 26 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:

председательствующего Богомолова С.В.,

судей Федоровой Л.Г., Санатулловой Ю.Р.

при секретаре Дементьевой Е.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Димитровградского городского суда Ульяновской области от 28 августа 2025 года, с учетом определения того же суда от 20 октября 2025 года об исправлении описки по гражданскому делу № 2-1790/2025, по которому постановлено:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным бездействие муниципального казенного учреждения «Городские дороги» по ненадлежащему содержанию 22.01.2025 тротуара возле земельного участка 4в по пр. Автостроителей г. Димитровграда.

Взыскать с муниципального казенного учреждения «Городские дороги» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 300 000 рублей, почтовые расходы в сумме 105 рублей, убытки в сумме 5580 рублей, утраченный заработок за период с 23.01.2025 по 14.04.2025 в сумме 55 402 рубля 91 копейку, а всего взыскать 361 087 (триста шестьдесят одну тысячу восемьдесят семь) рублей 91копейку.

В удовлетворении исковых требований к комитету по жилищно-коммунальному комплексу Администрации г. Димитровграда Ульяновской области, о взыскании компенсации морального вреда и утраченного заработка в большем размере отказать.

Заслушав доклад судьи Федоровой Л.Г., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к МКУ «Городские дороги» о взыскании компенсации морального вреда, утраченного заработка, расходов на лечение.

Требования мотивированы тем, что 22.01.2025, примерно 21 час. 20 мин., двигаясь по тротуару по пр. Автостроителей (тротуар моста через река *** от ул. Калугина, 66 в сторону пр. Автостроителей, 4б) города Димитровграда, она споткнулась о плохо заметную торчащую из под грязного снега арматуру, упала ***. После падения почувствовала острую нестерпимую боль в ***, из-за чего самостоятельно подняться не смогла и закричала от боли. На место падения была вызвана скорая помощь, которая доставила ее в травматологическое отделение больницы города Димитровграда, где ей в этот же день была оказана первая медицинская помощь. 22.01.2025 было проведено медицинское исследование, ***, поставлен диагноз - ***; 23.01.2025 проведено медицинское исследование с вмешательством, отобрана кровь для анализа; 24.01.2025 проведено хирургическое вмешательство, ***; 27.01.2025 проведено медицинское исследование, ***; 29.01.2025 она была выписана на амбулаторное лечение, с рекомендациями: ***а», ЛФК, ФТЛ!%. До настоящего времени она испытывает сильную боль и ограничена в движении. Из-за травм она не может вести привычный образ жизни, гулять, заниматься огородом. Ее дети обращались к ответчику за помощью, но в ответ было сообщено, что МКУ «Городские Дороги» этим не занимаются. Она была вынуждена обращаться к детям и соседям за помощью, вследствие чего испытывала страх и чувство незащищенности.

По уточненным требованиям истец просила признать бездействие МКУ «Городские Дороги» по ненадлежащему содержанию 22.01.2025 тротуара возле земельного участка 4в по пр. Автостроителей г.Димитровграда незаконным; взыскать с МКУ «Городские Дороги» в свою пользу компенсацию морального вреда за период с 22.01.2025 по день вынесения решения суда, причиненного падением и полученной травмой по вине ответчика в размере 900 000 руб., затраты на лечение в сумме 5 580 руб., утраченный заработок, вызванный утратой трудоспособности за период с 22.01.2025 по 24.04.2025 в сумме 125 000 руб.

Судом к участию в деле в качестве ответчика был привлечен Комитет по жилищно-коммунальному комплексу Администрации г. Димитровграда Ульяновской области, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ульяновской области, Администрация города Димитровграда.

Рассмотрев по существу заявленные требования, суд принял вышеприведенное решение.

В апелляционной жалобе ФИО1 не соглашается с решением суда, просит его отменить в части снижения размера компенсации морального вреда и возмещения утраченного заработка, включая окончание периода нетрудоспособности, принять решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы указывает, что решение является незаконным, принятым с нарушением норм материального и процессуального права, судом неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Не согласна с тем, что при расчете утраченного заработка нужно учитывать прожиточный минимум, поскольку в течение 15 лет она не осуществляла трудовую деятельность. Считает, что датой окончания лечения следует считать 24.04.2025, учитывая 10-дневное лечение, назначенное травматологом. Полагает, что суд неправомерно установил период нетрудоспособности по 14.04.2025. Также считает, что размер компенсации морального вреда в 300 000 руб. занижен и не соответствует требованиям разумности и справедливости. Суд не учёл, что ответчик полностью не признавал исковые требования, а также её возраст и то, что она осуществляет уход за больным мужем. В результате травмы она не могла ухаживать за собой в течение длительного времени, что вынудило её просить помощи у детей и соседей.

Судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие участников процесса, извещенных о месте и времени судебного разбирательства судом апелляционной инстанции надлежащим образом.

В соответствии с ч.1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 22.01.2025 около 21.20 час. ФИО1, двигаясь по тротуару, расположенному по ул. Калугина, д.66 в сторону пр. Автостроителей, д.4б г. Димитровграда споткнулась о плохо заметную торчащую из под грязного снега арматуру и поскользнулась, упала ***, получив ***.

Судом установлено, что после падения ФИО1 была вызвана бригада скорой медицинской помощи, которая доставила ее в лечебное учреждение.

Факт причинения вреда здоровью при указанных обстоятельствах подтверждается показаниями допрошенных судом первой инстанции свидетелей Ш*** А.Г., Ша*** Н.С., К*** И.И., которые подтвердили факт падения истца 22.01.2025 в вечернее время на месте падения, описанного ФИО1, а также получения истцом в результате падения травмы и прохождения лечения.

Оснований не доверять показаниям данных свидетелей у суда не имелось, поскольку они согласуются с письменными доказательствами по делу, а также с пояснениями истца ФИО1, данными медицинской карты об обстоятельствах ее падения.

Согласно выписного эпикриза в отношении ФИО1, последняя находилась на стационарном лечении в *** с 22.01.2025 по 29.01.2025, была доставлена *** 22.01.2025, травма уличная, диагноз при поступлении «***», диагноз при выписке «***». 24.01.2025 ей была выполнена ***. 27.01.2025 ***. Выписана в удовлетворительном состоянии на амбулаторное лечение, рекомендовано *** (л.д.27).

В материалы дела представлены выписки из медицинской карты истицы из поликлиники для взрослых №***, консультация травматолога от 30.01.2025 *** (л.д.25), консультация травматолога от 07.02.2025 *** 07.02.2025 (л.д.24), консультация травматолога от 14.04.2025 *** 12.03.2025 (л.д.26).

Судом по делу назначалась судебная медико-социальная экспертиза, производство которой было поручено ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ульяновской области».

Согласно заключению медико-социальной экспертизы ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ульяновской области» периодом нетрудоспособности ФИО1 в связи с полученными травмами в результате падения 22.01.2025 степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с полученными травмами в результате падения, применительно к лицам с несчастными случаями на производстве, на день производства экспертизы не установлена.

При этом в исследовательской части заключения, после изучения медицинской документации истицы указано, что после 14.04.2025 данные о продолженном наблюдении у профильных специалистов и проведенных инструментальных обследований отсутствуют, таким образом, отсутствуют верифицированные последствия травмы, приводящие к нарушению функций организма, что не дает оснований для установления степени утраты профессиональной трудоспособности.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО1, *** года рождения, является получателем страховой пенсии по старости, на момент получения травмы 22.01.2025 не работала.

Согласно сведениям ОСФР по Ульяновской области ФИО1 работала в *** была уволена 31.08.2010 по инициативе работника согласно п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ.

Ссылаясь на то, что в результате ненадлежащего содержания тротуара истица упала и получила указанные травмы, что причинило ей физически и нравственные страдания, а также материальный ущерб, ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском.

Разрешая спор, суд первой инстанции, оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в их совокупности, правильно определив юридически значимые обстоятельства, установив наличие причинно-следственной связи между полученной истцом травмой и бездействием ответчика МКУ «Городские дороги» по надлежащему исполнению возложенных на него обязанностей по качественной уборке тротуара в месте падения истца, пришел к обоснованному выводу о взыскании с данного ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 300 000 руб., а также возмещения материального ущерба в виде расходов на приобретение лекарственных препаратов и медицинских изделий в сумме 5580 руб., в несении которых она нуждалась в связи с травмой, утраченного заработка в сумме 55 402 руб., почтовых расходов в сумме 105 руб.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции принял во внимание требования разумности и справедливости, фактические обстоятельства дела, характер полученной ФИО1 травмы и ее последствия, степень физических страданий истца.

Выводы суда достаточно мотивированы, оснований не согласиться с ними судебная коллегия не усматривает.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации При причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Совокупность указанных доказательств позволила суду первой инстанции с достоверностью установить факт причинение вреда здоровью истца при заявленных ею обстоятельствах.

Доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 получила травму в иной период, в ином месте и при иных обстоятельствах, материалы дела не содержат.

Согласно статье 13 Федерального закона от 08.11.2007 № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 257-ФЗ) и статье 14 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» к полномочиям органов местного самоуправления в области использования автомобильных дорог и осуществления дорожной деятельности относятся: осуществление муниципального контроля за обеспечением сохранности автомобильных дорог местного значения, осуществление дорожной деятельности в границах городского округа, обеспечение безопасности дорожного движения на автомобильных дорогах местного значения.

В силу пункта 1 статьи 3 Федерального закона № 257-ФЗ автомобильная дорога - объект транспортной инфраструктуры, предназначенный для движения транспортных средств и включающий в себя земельные участки в границах полосы отвода автомобильной дороги и расположенные на них или под ними конструктивные элементы (дорожное полотно, дорожное покрытие и подобные элементы) и дорожные сооружения, являющиеся ее технологической частью, - защитные дорожные сооружения, искусственные дорожные сооружения, производственные объекты, элементы обустройства автомобильных дорог.

Пункт 5 статьи 3 Федерального закона № 257-ФЗ предусматривает, что к элементам обустройства автомобильных дорог относятся, в том числе пешеходные дорожки, тротуары, другие предназначенные для обеспечения дорожного движения, в том числе его безопасности, сооружения.

Согласно статье 12 Федерального закона от 10.12.1995 №196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» ремонт и содержание дорог на территории Российской Федерации должны обеспечивать безопасность дорожного движения.

Согласно п. 8.1 «ГОСТ Р 50597-2017. Национальный стандарт Российской Федерации. Дороги автомобильные и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения. Методы контроля», утвержденного приказом Росстандарта от 26 сентября 2017 года № 1245-ст (далее - ГОСТ Р 50597-2017), на покрытии проезжей части дорог и улиц не допускаются наличие снега и зимней скользкости (таблица В.1 приложения В) после окончания работ по их устранению, осуществляемых в сроки по таблице 8.1.

В таблице В.1 приложения В «Виды снежно-ледяных образований на покрытии проезжей части, обочин и тротуаров» зимней скользкостью признается, в том числе уплотненный снег, снежный накат, то есть слой снега, образующийся в результате его уплотнения на дорожном покрытии транспортными средствами, на посадочных площадках остановок маршрутных транспортных средств, на тротуарах - пешеходами или механизированной уборкой.

В соответствии с п.6.5.2 Дорожные ограждения и бортовой камень не должны иметь дефектов, указанных в таблице Б.4 приложения Б. Дефекты устраняют в сроки, приведенные в таблице 6.4.

Судом было установлено, что требования вышеприведенных норм соблюдены не были, в результате чего ФИО1, двигаясь по тротуару, в связи с наличием торчащей арматуры, образовавшейся наледи, споткнулась, поскользнулась на наледи и упала, в результате чего получила телесные повреждения.

Учитывая, что падение ФИО1 произошло на тротуаре, являющемся неотъемлемой частью муниципальной дороги, именно МКУ «Городские дороги», как уполномоченная органами местного самоуправления организация обязана содержать его в надлежащем состоянии.

В материалы дела не представлено доказательств тому, что тротуар в месте падения содержался в надлежащем состоянии, а именно был очищен от снега и наледи, не имел посторонних предметов в виде торчащей арматуры.

Согласно пункту 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 27 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

При определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции в полной мере учтены вышеприведенные положения закона и разъяснений.

Определяя ко взысканию компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., судом учтены характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, вызванных повреждением здоровья, длительность лечения.

Учтено, что ФИО1 в результате полученной травмы длительное время испытывает болевые ощущения, ее привычный образ жизни был изменен, причем значительно, она была ограничена в движении, периодически посещала врачей, вину ответчика, допустившего ненадлежащее содержание тротуара, степени тяжести вреда здоровью, индивидуальных особенностей (возраст, общее состояние здоровья, продолжительность лечения, невозможность в этот период вести активный образ жизни).

При изложенных обстоятельствах, определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда согласуется с принципом конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьями 21 и 53 Конституции Российской Федерации), отвечает требованиям разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, позволяющим, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Учитывая, что бездействие ответчика, выразившееся в необеспечении в указанный период времени надлежащего состояния участка тротуара по ул. Калугина, д.66 в сторону пр. Автостроителей, д.4б г. Димитровграда в виде торчащей из под снега арматуры и наледи, является непреднамеренным, отсутствие необратимых последствий в результате падения и полученной травмы, а также необходимость соблюдения баланса прав и интересов сторон, компенсация морального вреда в заявленном размере (900 000 руб.) являлась завышенной и правомерно снижена судом первой инстанции до 300 000 руб.

Оснований для увеличения определенного судом размера компенсации морального вреда у судебной коллегии не имеется. Денежная компенсация морального вреда в размере 300 000 руб. способствует восстановлению баланса между последствиями нарушения прав потерпевшего и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

Доводы апелляционной жалобы о заниженном размере компенсации морального вреда являются субъективной оценкой истцом критерия разумности и не свидетельствуют о неправомерности выводов суда первой инстанции, подлежат отклонению.

Кроме того, на основании пункта 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации суд обоснованно взыскал с надлежащего ответчика расходы связанные с лечением, нуждаемость в которых документально подтверждена.

Правомерно был взыскан с ответчика в пользу ФИО1 и утраченный заработок.

Статьей 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены правила по определению размера заработка (дохода), утраченного в результате повреждения здоровья.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда потерпевший на момент причинения вреда не работал, учитывается по его желанию заработок до увольнения либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации.

По смыслу пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» приведенное положение подлежит применению как к неработающим пенсионерам, так и к другим не работающим на момент причинения вреда лицам, поскольку в пункте 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержится каких-либо ограничений по кругу субъектов в зависимости от причин отсутствия у потерпевших на момент причинения вреда постоянного заработка.

При этом, когда по желанию потерпевшего для расчета суммы возмещения вреда учитывается обычный размер вознаграждения работника его квалификации (профессии) в данной местности и (или) величина прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации, суд с целью соблюдения принципов равенства, справедливости и полного возмещения вреда вправе учесть такие величины на основании данных о заработке по однородной (одноименной) квалификации (профессии) в данной местности на день определения размера возмещения вреда.

Если к моменту причинения вреда потерпевший не работал и не имел соответствующей квалификации, профессии, то применительно к правилам, установленным пунктом 2 статьи 1087 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд вправе определить размер среднего месячного заработка, применив величину прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации, установленную на день определения размера возмещения вреда.

Разрешая требования о взыскании утраченного заработка суд, руководствуясь приведенными выше разъяснениями и нормами материального права, определил его исходя из прожиточного минимума трудоспособного населения по Российской Федерации

Доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с окончанием периода нетрудоспособности истицы 14.04.2025, между тем доказательств тому, что после 14.04.2025 у истицы имелись ограничения к трудовой деятельности после указанной даты, стороной истца в суд первой инстанции представлено не было, не представлено таких доказательств и в суд апелляционной инстанции, несмотря на то, что судебной коллегией объявлялся перерыв в судебном заседании о чем уведомлялась ФИО1 Определяя день окончания периода нетрудоспособности, суд первой инстанции учел, что последняя запись травматолога датирована 14.04.2025 когда была снята иммобилизация.

Доводы апелляционной жалобы, указывающие на то, что расчет утраченного заработка должен быть произведен из размера вознаграждения учителя начальных классов, размещенных в объявлениях города Димитровграда, а не из величины прожиточного минимума, подлежат отклонению.

Как следует из материалов дела, истица на момент получения травмы (21 января 2025 года) являлась неработающим пенсионером и длительное время (с 2010 года) не осуществляла трудовую деятельность, доказательств обратного стороной истца в материалы дела не представлено.

Таким образом, стороной истца в материалы дела не представлено допустимых и достаточных доказательств того, что заработком, который потерпевшая определенно могла получить при прочих обстоятельствах, но не получила в результате причинения вреда ее здоровью, является доход по профессии учителя начальных классов.

При таких обстоятельствах, из приведенных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу, что размер утраченного заработка ФИО1 как неработающего гражданина правомерно был определен судом с применением величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации в соответствии с постановлением Правительства РФ от 12.06.2024 №789 «Об установлении величины прожиточного минимума на душу населения и по основным социально-демографическим группам населения в целом по Российской Федерации на 2025 год».

Суд с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, юридически значимые обстоятельства судом установлены правильно, выводы суда основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка которым дана судом по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и соответствует нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции следует признать законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену обжалуемого решения, судом при рассмотрении данного дела не допущено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Димитровградского городского суда Ульяновской области от 28 августа 2025 года, с учетом определения того же суда от 20 октября 2025 года об исправлении описки, оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения по правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через Димитровградский городской суд Ульяновской области.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 21 января 2026 года.