ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ САХА (ЯКУТИЯ)

Дело № 22–280/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Якутск 13 марта 2025 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) в составе: 

председательствующего судьи Мунтяну И.Е., 

с участием прокурора Ядреевой Е.С., 

осужденной ФИО1,

защитника-адвоката Посельского Н.В., 

при секретаре судебного заседания Рожиной С.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе и дополнению адвоката Мамаевой О.Г. и дополнениям осужденной ФИО1 на приговор Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 23 декабря 2024 года, которым

ФИО1, _______ года рождения, уроженка .........., гражданка .........., не судимая, 

осуждена: 

по ч. 1 ст. 286 УК РФ к наказанию в виде лишения права занимать должности, связанные с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями в государственных органах и органах местного самоуправления сроком на 3 года.

В приговоре разрешены вопросы о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств. 

Заслушав доклад председательствующего судьи Мунтяну И.Е., выступление сторон, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО1 осуждена за превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы ее полномочий и повлекших существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 свою вину в совершении инкриминируемого преступления не признала.

В апелляционных жалобах адвокат Мамаева О.Г. считает приговор суда незаконным, не соответствующим требованиям п.п. 19, 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 года № 19. Полагает, что ФИО1 действовала в пределах своих полномочий, во исполнение Распоряжения правительства РФ от 31.12.2019 №3260-р и приказа Росимущества от 24.03.2020 № ... и соответствующего план-графика продаж объектов иного имущества, то есть во исполнение обязательных для неё указаний вышестоящего руководства. Считает, что из приведенных в приговоре доказательств не усматривается наличие у ФИО1 умысла совершить действия, выходящие за пределы её полномочий. Участие С. в конкурсе в качестве физического лица не противоречит требованиям п. 8 ст.18 Федерального закона «О приватизации государственного имущества» № 178-ФЗ от 21.12.2001г.. Торги проводились комиссией, ФИО1 членом комиссии не являлась. В силу требований п.3, 14 ст.18 ФЗ №178-ФЗ ФИО1 не могла не исполнить решение постоянно действующей комиссии. 

У ФИО1 не было умысла ввести потенциальных покупателей в заблуждение, поскольку в прогнозный план приватизации земельный участок и гараж были внесены как единый комплекс, и центральный аппарат Росимущества знал об отсутствии гаража на земельном участке. Из показаний представителя потерпевшего Ф. следует, что в аукционной документации было прописано о фактическом отсутствии гаража.

ФИО1 не имела оснований не доверять начальнику отдела ******** Б., не могла повлиять на решение С. принять участие в торгах, последний никому не говорил, что подал заявку.

По мнению защитника, судом не приняты во внимание заключение эксперта № ... от 20.01.2023, показания свидетелей Д., Б., Е., И., а также Р., которые подтверждают позицию защиты о неликвидности земельного участка. Считает, что действия ФИО1 не могли повлечь существенные нарушения охраняемых законом интересов общества и государства и ущерба. Просит приговор суда отменить, ФИО1 оправдать. 

В дополнении к апелляционной жалобе адвоката осужденная ФИО1 приводит следующие доводы: приговор требованиям п. 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 55 не соответствует, описание преступного деяния, признанного судом доказанным, фактически скопировано из обвинительного заключения с сохранением стилистических оборотов, орфографии и пунктуации, изложено громоздко, что влечет неясность приговора. В ее действиях отсутствует превышение каких-либо служебных полномочий, она руководствовалась распоряжением Правительства РФ № 3260-р и приказом руководителя Росимущества № ..., в связи с чем в соответствии со ст. 42 УК РФ ее действия не могут быть признаны преступными. Никто не скрывал, о том, что гараж отсутствует. Оснований не доверять оценке земельного участка не имелось. ФИО1 не входила в состав комиссии по проведению продаж приватизируемого имущества. Распоряжением ФИО1 установлена начальная цена земельного участка, а не ее рыночная стоимость. Торги являлись конкурентными и реальными. Не установлена, в чем выразилась иная личная заинтересованность ФИО1, все действия ТУ носили гласный характер. ФИО1 не могла достоверно знать, что С. участвует в конкурсе. Установление обстоятельств, указанных в п. 4 ч. 1 ст. 17 ФЗ от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входило в обязанность комиссии по проведению продаж приватизируемого государственного имущества, а не в обязанности ФИО1. Судом достоверно не установлены действия, которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению или устранению конкуренции, а лишь приведены предположения. Судом не проведена проверка степени значительности влияния связанного лица на принятие решений, касающихся участия в обязательной процедуре, конкурентной закупке (п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства»). ФИО1 не выходила за пределы своих полномочий, определенных пунктами 3.4 и 3.9 приказа Росимущества № ..., пунктами 4.1.5 и 4.2.5 положения ТУ Росимущества в РС (Я), поскольку на момент проведения аукциона полученный отчет об оценке рыночной стоимости земельного участка был проверен, оценка имущества была организована. 

В дополнении № ... к апелляционной жалобе осужденная ФИО1 приводит следующие доводы: обстоятельств, подтверждающих совершение ФИО1 превышения должностных полномочий, судом не установлено, ее действия связаны лишь с обычными действиями по исполнению служебных обязанностей. Показания ФИО1 не опровергнуты стороной обвинения. Из приговора суда следует, что превышение должностных полномочий ФИО1 по приватизации земельного участка, выразилось в том, что она совершает действия, которые могут быть совершены только при наличии особых обстоятельств, указанных в законе, однако, в чем именно выразились эти действия, приговор не содержит. Приговор суда в отношении ФИО1, не содержит указания на нарушение ею конкретных пунктов ее должностного регламента; судом не установлен явный выход действий ФИО1 за пределы представленных ей полномочий, все ее действия носили прозрачный характер. В приговоре суда не приведены доказательства о прямом умысле (объективное вменение прямого умысла). Доказательств о наличии в действиях подсудимой стремления извлечь выгоду неимущественного характера, обусловленное различными низменными, аморальными устремлениями, судом не приведено и в материалах дела не установлено.

В нарушение п. 18 постановления Пленума ВС РФ от 16 октября 2009 г. № 19 по уголовному делу нет ни одного действительного потерпевшего, которому был бы причинен какой-либо ущерб, а представитель потерпевшего Ф. говорит об отсутствии ущерба. Материальный ущерб в размере 1 569 462 рублей является предположением. 05.04.2023 решением суда договор купли-продажи признан ничтожным. При этом судом не изложено объективных доказательств, подтверждающих причинение существенного вреда охраняемым законом интересам общества и государства, дискредитацию федерального органа исполнительной власти. Просит приговор суда отменить и вынести оправдательный приговор, либо отменить обвинительный приговор и прекратить уголовное дело в связи с отсутствием состава преступления.

В возражениях на апелляционную жалобу и дополнение адвоката Мамаевой О.Г. государственный обвинитель Анисимов И.А. просит приговор суда оставить без изменения. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, дополнений и возражения, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Виновность ФИО1 в совершении преступления установлена исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами, которые в необходимом объеме приведены в приговоре суда и соответствуют им. 

Так, в основу приговора судом первой инстанции были положены показания ФИО1, которая вину в совершении инкриминируемого преступления не признала и дала соответствующие показания о том, что она действовала в пределах своих полномочий, торги были законные, конкурентные, антимонопольное законодательство не нарушено. Оценка земельного участка была допустимая, она не являлась членом комиссии и обязана была подписать договор купли-продажи с победителем торгов, она выполнила свои должностные обязанности без превышения их полномочий.

Так, из показаний представителя потерпевшего Ф. следует, что руководитель несет персональную ответственность за действия, которые совершаются специальными уполномоченными лицами; свидетель Б. показала, что она подготовила мотивированное положительное заключение том, что отчет об оценке имущества соответствует требованиям законодательства Российской Федерации, т.к. по ее мнению грубых нарушений при его составлении не было, сформировала комиссию для организации проведения торгов. При этом Ф. и Б. полагали, что С., будучи сотрудником ТУ Росимущества, мог участвовать в торгах. Указанное подтверждается показаниями свидетеля А.. Об участии и выигрыше в аукционе С. показывают свидетели А., Г., Е., З., В., К.. Свидетель Р. показала об обстоятельствах составления ею отчета об оценке земельного участка; О. о том, что он выполнял риэлтерские обязанности в должности специалиста в ООО «********»; И. о том, что в лот аукциона не был включён гараж, что вторым участником аукциона являлся работник ТУ Росимущества в РС (Я) С., он не знал. 

Из письменных доказательств подтверждаются наличие у осужденной должностных полномочий, наличие плана приватизации федерального имущества, проведение оценки стоимости земельного участка, не соответствующей требованиям закона, сам факт проведения конкурса, участие в нем С., приобретение им земельного участка, а также информация о том, что последний не вправе был принимать участие в аукционе.

Все доказательства, положенные в основу приговора в отношении ФИО1 обоснованно признаны судом относимыми, достоверными и допустимыми, полученными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Суд исследовал и оценил представленные сторонами доказательства в соответствии с положениями ст. ст. 87 - 88 и 307 УПК РФ, с приведением мотивов, по которым принял одни доказательства и отверг другие.

Из протокола судебного заседания видно, что судебное разбирательство по делу в отношении ФИО1 проведено в соответствии с требованиями УПК РФ, соблюдены права участников процесса. Нарушений права на защиту ФИО1, принципа состязательности сторон, необоснованных отказов в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для исхода дела, судом не допущено. 

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению.

В соответствии с п. 3 ст. 389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является неправильное применение уголовного закона.

Фактические обстоятельства совершения преступления ФИО1, за исключением вывода о превышении ею должностных полномочий, верно установлены судом, основаны на проверенных в ходе судебного разбирательства доказательствах, анализ которых в их совокупности полно и правильно изложен в описательно-мотивировочной части приговора, при этом имеющиеся доказательства, суд апелляционной инстанции считает достаточными.

Однако выводы суда о том, что совершенные ФИО1 действия, описанные в приговоре, носили умышленный характер и явно выходили за пределы ее полномочий, являются необоснованными, поскольку не соответствуют исследованным доказательствам, не подтверждаются ими.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ описательно- мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния с указанием формы вины и доказательств, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, в том числе и по вопросам формы вины.

Так, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», превышение должностных полномочий может выражаться в совершении должностным лицом при исполнении служебных обязанностей действий, которые: относятся к полномочиям другого должностного лица (вышестоящего или равного по статусу); могут быть совершены только при наличии особых обстоятельств, указанных в законе или подзаконном акте; совершаются должностным лицом единолично, однако могут быть произведены только коллегиально либо в соответствии с порядком, установленным законом, по согласованию с другим должностным лицом или органом; никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать.

Таким образом, по смыслу уголовного закона ответственность за превышение должностных полномочий наступает в случае совершения должностным лицом активных действий, явно выходящих за пределы его полномочий, которые повлекли существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законных интересов общества или государства, если при этом должностное лицо осознавало, что действует за пределами возложенных на него полномочий.

Убедительных доказательств тому, что ФИО1 явно превысила свои должностные полномочия при утверждении протокола № ... о результатах аукциона, подписании договора купли-продажи о приобретении С. земельного участка по заниженной цене и акта приема-передачи о передаче земельного участка С., суд в приговоре не привел. Вместе с тем, из исследованных доказательств и в частности из должностных регламентов, утвержденных руководителем Росимущества 13.12.2018 и 12.10.2020, следует, что подписание вышеназванных документов, как и подписание договора купли-продажи, входило в должностные обязанности ФИО1, что указывает на необоснованность выводов суда о совершении ею действий, явно выходящих за пределы ее полномочий.

Установление обстоятельств того, что ФИО1, обладая необходимыми познаниями и навыками работы по организации приватизации федерального имущества, не обеспечила организацию надлежащей оценки земельного участка и не определила его реальную рыночную стоимость, не может свидетельствовать о явном превышении ею своих должностных полномочий, поскольку данные обстоятельства указывают на ее бездействие, а объективная сторона инкриминируемого ей преступления предполагает совершение активных действий.

При этом начальником отдела ******** Б. было подготовлено мотивированное положительное заключение о том, что отчет № ... от 11.06.2020 соответствует требованиям законодательства РФ.

Кроме того, 05.08.2020 приказом руководителя ТУ Росимущества в РС(Я) ФИО1 № ... была утверждена постоянно действующая комиссия по проведению продаж приватизируемого имущества, в состав которой ФИО1 не входила, однако контроль за исполнением указанного приказа ФИО1 возложила на себя.

Субъективная сторона преступления, предусмотренного ст. 286 УК РФ, характеризуется умышленной формой вины, однако достоверных доказательств тому, что инкриминируемые ФИО1 действия носили умышленный характер, также не установлено.

Таким образом, допущение в документах о приватизации указания о наличии несуществующего гаража на земельном участке, необеспечение организации надлежащей оценки земельного участка, допуск ******** С. к участию в конкурсе, не могут быть признаны активными действиями, явно превышающими должностные полномочия, и свидетельствует о том, что в данном случае имела место халатность, а именно ненадлежащее исполнение руководителем ТУ Росимущества в РС (Я) своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе и обязанностям по должности, повлекшее причинение крупного ущерба, существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

С учетом вышеизложенного и исходя из исследованных судом первой инстанции доказательств, суд апелляционной инстанции полагает, что описанные в приговоре обстоятельства совершения преступления ФИО1 были обусловлены ненадлежащим исполнением ею своих должностных обязанностей.

Указанные в приговоре суда обстоятельства, согласно которым ФИО1, не обеспечив организацию надлежащей оценки земельного участка и не определив его реальную рыночную стоимость, руководствуясь соображениями карьеризма, достоверно зная, что С. является ******** ТУ Росимущества в РС (Я), тем самым обладает преимущественным положением перед иными потенциальными покупателями, осознавая незаконный характер и общественную опасность своих действий, совершила действия, которые могут быть совершены только при наличии особых обстоятельств, указанных в законе (согласно п. 4 ч. 1 ст. 17 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» при проведении торгов запрещается участие в торгах работников организаторов и заказчиков торгов, в связи с участием в торгах С. не урегулирован возникший конфликт интересов), тем самым явно вышла за пределы своих полномочий, - своего подтверждения в ходе судебного следствия не нашли. Принимая во внимание, что последствия в виде существенного нарушения охраняемых законом интересов общества и государства наступили вследствие недобросовестного и небрежного исполнения ФИО1, как должностным лицом своих обязанностей, выразившемся в утверждении протокола № ... и подписании договора купли-продажи и акта приема-передачи о передаче земельного участка С., без проверки законности указанных действий, суд переквалифицирует действия ФИО1 с ч. 1 ст. 286 УК РФ на ч. 1 ст. 293 УК РФ, как халатность, т.е. ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе и обязанностям по должности повлекшее существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

При этом суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что преступные действия руководителя ТУ Росимущества в РС(Я) ФИО1 повлекли существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, что выражается: 

- в незаконном отчуждении федеральной собственности в виде земельного участка по заниженной цене подчиненному работнику С., являющемуся работником организатора торгов, повлекшем причинение государству материального ущерба в размере 1 569 462 рублей, то есть в размере действительной рыночной стоимости земельного участка на момент отчуждения 02.11.2020; 

- в нарушении конституционного принципа недопущения деятельности, направленной на недобросовестную конкуренцию, установленного статьей 34 Конституции Российской Федерации, а также требований статей 2, 14 и 15 Федерального закона от 21.12.2001 № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества» о признании равенства покупателей государственного имущества путем предоставления С. преимущественного положения перед иными потенциальными покупателями торгов;

- в дискредитации себя, как должностного лица федерального органа исполнительной власти, выразившейся в нарушении порядка служебной деятельности, определенной положением о ТУ Росимущества в РС(Я), ее должностными регламентами, приказом руководителя Росимущества № ... от 24.03.2020, Федеральными законами от 21.12.2001 № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества», от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» вследствие проявленной халатности, а именно ненадлежащего исполнения руководителем ТУ Росимущества в РС (Я) своих должностных обязанностей ввиду недобросовестного и небрежного отношения к службе и обязанностям по должности. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы и дополнений о невиновности ФИО1 оснований для ее оправдания суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку ее вина в совершении, преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ, полностью доказана, приведенными в приговоре доказательствами.

С учетом исследованных в суде доказательств, все доводы жалобы осужденной и ее защитника, о том, что ФИО1 не могла проверить оценку рыночной стоимости земельного участка на соответствие законодательству, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными и подлежащими отклонению. 

Доводы о неликвидности земельного участка, с учетом выводов заключения эксперта № ... от 20.01.2023, не признанного в установленном порядке недопустимым доказательством, являются несостоятельными. Выводы заключения эксперта, которым определена рыночная стоимость земельного участка, обоснованы, мотивированы, требованиям ст. 204 УПК РФ не противоречат, оснований ставить под сомнение квалификацию эксперта не имеется. 

Ссылка защиты на ст. 42 УК РФ в настоящем случае основана на неверном понимании закона. 

При этом доводы защиты о том, что земельный участок неоднократно безуспешно реализовывался центральным аппаратом Росимущества и в 2020 году реализация была делегирована территориальному управлению, сами по себе не свидетельствуют о надлежащем выполнении обязанностей осужденной, возложенных на нее в силу должностного положения. 

Вопреки доводам жалоб, в приговоре суд изложил показания допрошенных по уголовному делу лиц и содержание других доказательств с учетом результатов проведенного судебного разбирательства, в связи с чем доводы о техническом копировании описания преступного деяния из обвинительного заключения, не находят своего подтверждения. 

При назначении ФИО1 наказания, должным образом судом изучена личность осужденной, которая не судима, состоит в браке, характеризуется с положительной стороны, на учете у врача-психиатра, у врача-нарколога не состоит. 

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих обстоятельств судом признаны положительные характеристики с места работы, состояние здоровья, совершение преступления впервые.

Отягчающих обстоятельств в соответствии со ст. 63 УК РФ, суд обоснованно не усмотрел.

Суд апелляционной инстанции, принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновной, обстоятельства смягчающие наказание и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, имущественное положение ФИО1, а также влияние назначенного наказание на ее исправление и условия жизни ее семьи, считает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде штрафа, в переделах санкции ч. 1 ст. 293 УК РФ, в соответствии с правилами назначения наказания, предусмотренными ст. 6, 60 УК РФ.

Учитывая, что к моменту рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, истек срок давности уголовного преследования ФИО1 за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 293 УК РФ, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ она подлежит освобождению от назначенного наказания за данное преступление.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб и дополнений, судом при рассмотрении уголовного дела, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389. 13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционную жалобу и дополнение адвоката Мамаевой О.Г. и дополнения осужденной ФИО1 удовлетворить частично. 

Приговор Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 23 декабря 2024 года в отношении ФИО1, изменить. 

Действия ФИО1 переквалифицировать с ч. 1 ст. 286 УК РФ на ч. 1 ст. 293 УК РФ, по которой назначить наказание в виде штрафа в размере 40 000 (сорок тысяч) рублей.

В соответствии с п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ освободить ФИО1 от наказания в виде штрафа в размере 40 000 (сорок тысяч) назначенного по ч. 1 ст. 293 УК РФ, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

В остальной части приговор суда оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в течении шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора через суд первой инстанции.

В случае пропуска срока на обжалование или отказа в его восстановлении апелляционные жалоба или представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденная вправе заявить ходатайство о своем участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий судья И.Е. Мунтяну