Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город ФИО1 23 июля 2020 год

Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Митюгова В.В., при секретаре Ахметхановой А.А., участием помощника прокурора г.ФИО1 Хафизовой А.К., истица ФИО2, его представителя по доверенности и ордеру ФИО3, представителя ответчика по доверенности ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела № 03RS0014-01-2020-001936-37 (2-1562-20) по иску ФИО2 к ООО «Лукойл-Западная Сибирь» о компенсации морального вреда морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с иском к ООО «ЛУКОЙЛ - Западная Сибирь» о взыскании компенсации морального вреда, указывая, что 12.02.1999 года во время работы мастером капитального ремонта скважин в АООТ Лукойл ТПП «Когалымнефтегаз» получил тяжелую производственную травму головы, о чем был утвержден акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве. По заключению МСЭ с 13.10.1999 года истцу установлена 3 группа инвалидности. На неоднократные обращения об увеличении суммы выплаты морального вреда ответчик отвечал отказом со ссылкой на коллективный договор.

Истец просит взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 2000000 рублей.

Истец ФИО2 и его представитель по доверенности и ордеру ФИО3 в судебном заседании иск поддержала по изложенным в нем доводам.

Представитель ответчика по доверенности ФИО4 в судебном заседании иск не признал по доводам, изложенным в возражении на иск. Пояснил, что компенсация морального вреда выплачена истцу в рамках коллективного договора, оснований для выплаты компенсации морального вреда в большем размере отсутствует. Также указал на вину самого истца в произошедшем несчастном случае на производстве.

Выслушав участников процесса, помощника прокурора, полагавшего удовлетворить исковые требования частично в размере 200000 рублей, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По смыслу ст.ст.1099 - 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Из материалов дела следует, что истец работал АООТ Лукойл ТПП «Когалымнефтегаз» - ООО «ЛУКОЙЛ - Западная Сибирь».

В период работы у ответчика 12.02.1999 года истец получил производственную травму, о чем утвержден акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве.

В связи с травмой, полученной на производстве, истцу с 13.10.1999 года установлена 3 группа инвалидности. В дальнейшем указанная группа инвалидности истцу установлена бессрочно.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно ч.3 ст.55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с ч.2 ст.9 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно ст.237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст.237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в п.8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Из содержания указанных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что в марте 2000 года ответчиком истцу выплачена компенсация морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве и получением 3 группы инвалидности в соответствии с Коллективным договором, действующим на 1997-1999 годы в размере 5 среднемесячных заработков – 26968,30 рублей.

В настоящее время с учетом инфляционных процессов за период с марта 1999 года по июнь 2020 года включительно указанная выше сумма равна 152583,95 рублей.

С учетом имеющихся в материалах дела сведений суд полагает, что данной суммы недостаточно для компенсации морального вреда истца.

Как указано выше, в результате несчастного случая на производстве истец стал инвалидом третьей группы бессрочно. Диагноз истца – последствия перелома черепа и костей лица (травматическая болезнь головного мозга, последствия ЧМТ (вдавленного непроникающего перелома головного мозга средней степени тяжести от 12.02.1994 года) с синдромом внутричерепной гиепертензии, правосторонним рефлекторным гемипарезом, левосторонней пирамидной недостаточностью, легким встибуло-атактическим синдромом, недсегментарной вегетативной недостаточностью. Посттрепанационный дефект левой височной кости.

Указанный диагноз свидетельствует о тяжести трудовой травмы истца, а также указывает на проведенные операбельные вмешательства в связи с полученной на производстве травмой. 

В материалах дела также имеются сведения о том, что истец может выполнять работу по профессии со снижением объема профессиональной деятельности 1/10 часть прежней загрузки. 

При определении суммы морального вреда, подлежащей компенсации истцу, суд учитывает тяжесть полученной истцом травмы, ее последствия в виде нравственных и физический страданий истца, получением им инвалидности бессрочно, характера причиненных телесных повреждений, а также наличие вины самого истца в произошедшем несчастном случае на производстве. При этом суд отмечает, что действия истца не явились основной и единственной причиной несчастного случая на производстве, что следует из акта о несчастном случае на производстве №99/022.

Учитывая изложенное, суд полагает отвечающей принципу разумности и справедливости, а также обстоятельствам дела сумму компенсации морального вреда в размере 500000 рублей, а с учетом ранее выплаченной ответчиком суммы в размере 152583,95 рублей (с учетом инфляции), с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 347416,05 рублей.

В соответствии со ст.100 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 6000 рублей, считая указанный размер отвечающим принципу разумности и справедливости, определенным с учетом сложности и категории дела, с учетом работы, проделанной представителем и количества судебных заседаний с его участием, а также удовлетворенной части иска.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 12, 193-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 к ООО «Лукойл-Западная Сибирь» о компенсации морального вреда морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Лукойл-Западная Сибирь» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве в размере 347416 (триста сорок семь тысяч четыреста шестнадцать) рублей 05 копеек, расходы по оплате услуг представителя в размере 6000 (шесть тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ООО «Лукойл-Западная Сибирь» в доход бюджета городского округа город ФИО1 государственную пошлину 300 (триста) рублей.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в течение одного месяца через Октябрьский городской суд РБ.

Судья: В.В. Митюгов