РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 ноября 2020 г. пос. Дубна Тульской области

Одоевский районный суд Тульской области в составе

председательствующего Никифоровой О.А.,

при секретаре Костиной Е.А.,

с участием помощника прокурора Дубенского района Тульской области Парфенова Д.А., истца ФИО6, ее представителя по ордеру адвоката Волдаевой К.П., представившей удостоверение 

<

данные изъяты> и ордер № 278651 от 10 ноября 2020 г., ответчика ФИО7, ее представителя по ордеру адвоката Шестопалова И.В., представившего удостоверение 

<

данные изъяты>. и ордер № 268929 от 26 ноября 2020 г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-615/2020 по иску ФИО6 к ФИО7 о взыскании компенсации морального вреда и материального ущерба, причиненного административным правонарушением,

установил:

ФИО6 обратилась в суд с иском, уточненным в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО7 о взыскании компенсации морального вреда и материального ущерба, причиненного административным правонарушением, указав в обоснование исковых требований на то, что 25 мая 2020 г. ФИО7, находясь в подъезде дома 7, расположенного на 

<

адрес>, из возникших личных неприязненных отношений, в ходе конфликта, нанесла ей (истцу) более двух ударов пластиковым ведром в область головы, спины, причинив тем самым физическую боль и телесные повреждения в виде ссадин на лбу, которые расценены экспертом как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 15 Одоевского судебного района Тульской области от 16 сентября 2020 г. ФИО7 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьей 6.1.1 КоАП РФ, и ей назначено наказание в виде административного штрафа в размере 10000 руб. 

Действиями ФИО7 ей (истцу) были причинены нравственные и физические страдания, которые заключаются в физической боли, причиненной во время конфликта, в результате чего образовался ушиб мягких тканей лба, а в последствии диагностировано сотрясение головного мозга и она (истец) вынуждена до настоящего времени проходить лечение и нести расходы на лекарственные препараты. Более того, моральный вред заключается также в многочисленных оскорблениях, которые ФИО7 высказывала в ее (истца) адрес. И до настоящего времени она живет в страхе возможного повторения конфликта и причинения физических повреждений.

ФИО7 после совершения правонарушения не интересовалась ее судьбой, состоянием здоровья, не принесла свои извинения, не предприняла попыток загладить причиненный вред в какой-либо форме.

Она (ФИО6) была вынуждена обратиться за юридической помощью, в связи с чем, понесла расходы по оплате юридических услуг в общей сумме 13000 руб.

Просит суд взыскать с ФИО7 в ее пользу компенсацию морального вреда, причиненного в результате административного правонарушения, в размере 100000 руб., расходы на лекарственные препараты в размере 3141,33 руб., расходы за составление искового заявления в размере 3000 руб., а также расходы на оплату юридической помощи в размере 10000 руб.

Истец ФИО6 в судебном заседании доводы искового заявления с учетом уточнения поддержала, просила его удовлетворить в полном объеме. Пояснила, что после удара пластиковым ведром по лбу, у нее (истца) пошла кровь, капли которой были и в подъезде и дома. До настоящего времени ее беспокоят головные боли из-за сотрясения головного мозга. В связи с назначениями врачом лекарств из-за полученной травмы ею приобретались лекарства на общую сумму 3141,33 руб.

Представитель истца ФИО6 по ордеру адвокат Волдаева К.П. в судебном заседании доводы искового заявления с учетом уточнения поддержала, просила его удовлетворить в полном объеме. 

Ответчик ФИО7 в судебном заседании исковые требования ФИО6 не признала по основаниям, изложенным в письменном возражении, просила отказать в их удовлетворении. Не отрицала, что ударила ФИО6 пластиковым ведром по голове, поскольку оборонялась, однако сотрясение головного мозга причинить не могла. Добавила, что с постановлением мирового судьи не была согласна, однако его не обжаловала. Полагала, что моральный вред, который просит взыскать с нее истец, сильно завышен и возник в результате ее же (истца) умышленных действий.

Представитель ответчика ФИО7 по ордер адвокат Шестопалов И.В. в судебном заседании исковые требования ФИО6 не признал. Судебным решением мирового судьи, которым ФИО7 признана виновной в совершении административного правонарушения, установлено, что вред здоровью ФИО6 не был причинен. Поскольку обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением, не подлежат доказыванию вновь в соответствии со статьей 61 Гражданского процессуального кодекса и имеют преюдициальное значение для данного дела, то просил отказать в удовлетворении исковых требований.

Выслушав объяснения истца ФИО6, ее представителя по ордеру адвоката Волдаевой К.П., ответчика ФИО7, ее представителя по ордеру адвоката Шестопалова И.В., а также заключение помощника прокурора Дубенского района Тульской области Парфенова Д.А., полагавшего требования истца подлежащими частичному удовлетворению, заслушав пояснения свидетелей ФИО2, ФИО1, ФИО3, исследовав материалы дела, в том числе, дело № 5-261/15/2020 об административном правонарушении в отношении ФИО7 по ст. 6.1.1 КоАП РФ, руководствуясь положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об обязанности доказывания обстоятельств по заявленным требованиям и возражениям каждой стороной, об отсутствии ходатайств о содействии в реализации прав в соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также требованиями статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об определении судом закона, подлежащего применению к спорному правоотношению, суд приходит к следующему.

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (часть 1 статьи 20).

Статьей 45 Конституции Российской Федерации гарантируется государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В силу подпункта 6 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают, в частности, вследствие причинения вреда другому лицу.

В соответствии с действующим законодательством для установления виновности какого-либо лица в причинении вреда, в том числе и морального, необходимо наличие 3-х составляющих: совершение данным лицом каких-либо действий (бездействия), наступление у другого лица негативных последствий и причинно-следственной связи между совершенными действиями (бездействием) одного лица и наступившими негативными последствиями у другого лица.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 11 Постановления от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. 

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 25 мая 2020 г. около 11 час. 30 мин., ФИО7, находясь в подъезде дома 7, расположенного на 

<

адрес>, из возникших личных неприязненных отношений, в ходе конфликта, нанесла ФИО6 более двух ударов пластиковым ведром в область головы, спины, причинив ей тем самым физическую боль и телесные повреждения в виде ссадин на лбу, которые согласно заключения ГУЗ ТО «БСМЭ» от 13 июля 2020 г. № 1431-Д, не причинили вреда здоровью.

В ходе судебного заседания у мирового судьи ФИО7 свою вину признала, с протоколом об административном правонарушении согласилась. Указала, что с соседкой ФИО6 у нее сложились неприязненные отношения.

Вина ФИО7 подтверждалась, в том числе, заключением судебно-медицинской экспертизы ГУЗ ТО «БСМЭ» от 13 июля 2020 г. № 1431-Д, согласно которому у ФИО6 имеются телесные повреждения – ссадины на лбу, который образовались от ударного действия с действием трения тупым твердым предметом, давностью в пределах 5-10 суток на момент осмотра и не причинили вреда здоровью.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 15 Одоевского судебного района Тульской области от 16 сентября 2020 г. ФИО7 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьей 6.1.1 КоАП РФ, а именно в нанесении побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 УК РФ, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, и ей назначено наказание в виде административного штрафа в размере 10000 руб. 

Копия постановления об административном правонарушении получена ФИО7 16 сентября 2020 г. 

Данное постановление не было обжаловано и вступило в законную силу 29 сентября 2020 г.

Согласно статье 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу судебное постановление по ранее рассмотренному делу обязательно для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Настаивая на удовлетворении исковых требований, истец ФИО6 указала, что в результате неправомерных действий ответчика она пережила нравственные и физические страдания, вынуждена была проходить стационарное лечение, испытывала физическую боль и стресс, до настоящего времени ее испытывает, опасается за свою жизнь и здоровье.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик ФИО7 пояснила, что сотрясение головного мозга, о котором говорит ФИО6, ее действиями не причинено, напротив она лишь оборонялась от умышленных действий ФИО6, с которой у нее на протяжении длительного времени сложились неприязненные отношения.

Для проверки указанных доводов и возражений сторон, а также относительно обстоятельств случившегося 25 мая 2020 г., суду были представлены свидетельские показания.

Так, согласно показаний свидетеля со стороны истца – ФИО2, он является супругом ФИО6, они проживают на втором этаже в квартире 7 дома 7 по 

<

адрес>, живет соседка ФИО7 Ему известно со слов супруги, что 25 мая 2020 г. ФИО7 в подъезде их дома избила ее ведром по голове. Он видел кровь на лбу супруги, когда та вошла домой, держась за голову. Он вызвал полицию и скорую, которая приехала минут через 15 и отвезла супругу в больницу. И в подъезде, и в квартире были капли крови. Было около 11 часов. Он слышал, находясь дома, что в подъезде кто-то ругается. Участковый полиции все фотографировал. Супруге было плохо, она рвалась, болела голова. 25 мая 2020 г. супругу госпитализировали в Суворовскую больницу, откуда выписали 29 мая 2020 г. с диагнозом - 

<

данные изъяты>. Указал, что с соседкой ФИО7 у них постоянные конфликты. Его супруга до настоящего времени испытывает страх, боится выходить на улицу, испытывает боли в голове, продолжает лечение.

Свидетель со стороны ответчика ФИО7 - ФИО1, суду пояснила, что ФИО7 является женой ее умершего брата. Являются подругами около 40 лет. Соседкой ФИО7 является ФИО6, которую она знает как скандальную женщину в с. Воскресенское Дубенского района. Со слов ФИО7 ей известно, что ее сосед ФИО2 стал оказывать ей знаки внимания, но получив отказ, рассказал все своей жене ФИО6 и начались конфликты между ними, которые продолжаются на протяжении длительного времени. А-вы превратили жизнь ФИО8 в ад. Также со слов ФИО7 ей известно, что она (ФИО7) признана виновной за совершение административного правонарушения, и привлечена к административной ответственности за то, что ФИО6 спровоцировала ФИО7 и та стукнула ее ведром по голове. Виновата во всем ФИО6, а ФИО7 в данном случае жертва, она защищалась, терпела, молчала. Также указала, что следствие велось плохо, ее не допрашивали в качестве свидетеля.

Свидетель со стороны ответчика ФИО7 – ФИО3, в суде показала, что ФИО7 является ей золовкой, ФИО6 соседка ФИО9, житель с. Воскресенское. Что произошло летом 2020 г. между ФИО10 и ФИО8 она лично не видела, со слов ФИО7 ей известно, что ФИО6 напала на ФИО7, спровоцировала ее и та стукнула ее ведром по голове, пробила ей голову. Также со слов ФИО8 ей известно, что она оборонялась от действий ФИО10, которая на протяжении длительного времени оскорбляла и унижала ФИО8. В полицию ФИО7 не обращалась, поскольку всегда сторонилась их семью, сглаживала все, терпела, приходила плакала, никогда не шла на конфликт. ФИО7 была признана виновной и привлечена к административной ответственности из-за своей неграмотности. Ни в полиции, ни в суде ее (свидетеля) не допрашивали.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне подлежит их доказать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В силу статьи 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (статья 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд учитывает, что свидетель по делу в результате стечения обстоятельств воспринимает факты, имеющие юридическое значение для правильного разрешения спора, и является носителем информации об этих фактах; свидетель не высказывает суждения, включающие субъективную оценку относительно фактов.

Из положений статьи 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что свидетели не относятся к субъектам материально-правовых отношений и в отличие от лиц, участвующих в деле, не имеют юридической заинтересованности в его исходе.

У суда нет оснований ставить под сомнение истинность фактов, сообщенных свидетелем ФИО2, данных о какой-либо заинтересованности свидетеля в исходе дела нет, его показания последовательны, дополняют друг друга, соответствуют и не противоречат обстоятельствам, сведения о которых содержатся в других собранных по делу доказательствах.

Суд не может придать доказательственное значение и положить в основу решения суда показания свидетелей ФИО1, ФИО3, данные ими в ходе судебного заседания, относится к ним критически и расценивает их как стремление помочь ФИО7 избежать ответственности.

Однако при этом суд учитывает, что свидетели ФИО2, ФИО1, ФИО3 фактически не являлись очевидцами рассматриваемого события относительно нанесения ФИО6 побоев 25 мая 2020 г.

На основании статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Учитывая, что причинение вреда здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, указанное лицо в силу приведенных правовых норм имеет право на компенсацию морального вреда. Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. 

Соответственно, постановлением мирового судьи судебного участка № 15 Одоевского судебного района Тульской области от 16 сентября 2020 г. установлено неправомерное действие ФИО7 по отношению к ФИО6, в связи с чем причинение истцу морального вреда предполагается, подлежит определению лишь сумма компенсации морального вреда.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20 декабря 1994 г. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В подтверждение своих доводов, истцом ФИО6 представлены медицинские документы, а именно консультация врача-нейрохирурга от 25 мая 2020 г., выписной эпикриз от 25 мая 2020 г., консультации врача-терапевта и врача-невролога от 01 июня 2020 г., из которых следует, что ей (ФИО6) установлен диагноз – 

<

данные изъяты>.

Также данный диагноз подтверждается медицинской картой ФИО6, представленной по запросу суда.

Кроме того, из письма и.о. главного врача ГУЗ «Суворовская ЦРБ» ФИО4 от 17 ноября 2020 г., следует, что ФИО6 находилась на стационарном лечении в хирургическом отделении ГУЗ «Суворовская ЦРБ» с 25 мая 2020 г. по 29 мая 2020 г. с диагнозом «Сотрясение головного мозга».

Также, из письма и.о. главного врача ГУЗ ТО «Территориальный центр медицины катастроф, скорой и неотложной медицинской помощи» ФИО5 от 23 октября 2020 г., следует, что за период времени с 25 мая 2020 г. по 22 октября 2020 г. включительно зафиксирован один вызов скорой медицинской помощи к ФИО6 – 25 мая 2020 г. в 11 час. 17 мин. по адресу: 

<

адрес>, повод к вызову – 

<

данные изъяты>, результат выезда – оказана помощь, доставлена в ГУЗ «ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина».

В силу положений статьей 56, 59, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд самостоятельно определяет обстоятельства, которые имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Таким образом, в судебном заседании с достаточностью установлен факт причинения истцу ФИО6 физических страданий виновными действиями ответчика ФИО7

Поскольку действиями ответчика истцу причинены физические и нравственные страдания, выразившиеся в физической боли, переживаниях по поводу сложившихся обстоятельств, суд приходит к выводу о наличии оснований для компенсации морального вреда.

Основания для освобождения ФИО7 от гражданско-правовой ответственности и возложения ее на иных лиц, отсутствуют. Доказательств обратного суду не представлено.

Моральный вред оценен истцом ФИО6 в размере 100000 руб.

Вместе с тем, оценив обстоятельства причинения и характер вреда истцу, степень вины ответчика, особенности личности каждой из сторон, длительность взаимного конфликта сторон, степень разумности и справедливости, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требования истца о компенсации морального вреда, оценив его размер в 20000 руб., что, по мнению суда, согласуется с требованиями статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также с разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20 декабря 1994 г. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Разрешая заявленные истцом ФИО6 требования о возмещении материального ущерба на приобретение лекарственных препаратов в размере 3141,33 руб., суд приходит к следующему.

Согласно статье 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит, в том числе также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В силу подпункта «б» пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», согласно статье 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включаются, в том числе, расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). 

Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Истцом ФИО6 в подтверждение понесенных затрат на лекарственные препараты, представлены следующие документы:

- товарный чек № 194426 и кассовый чек от 04 июня 2020 г. на сумму 1478,33 руб., покупка актовегина раствора для инъекций ампула 40 мг/мл 5 мл № 5 в количестве 1 шт., натрия хлорида 0,9% р-ра для инъекций ампула 10 мл № 10 в количестве 1 шт., шприца 20 мл 2-х комп. имп. игла 21G 0,8?40 мл СФИ в количестве 10 шт., фенибут таблетки 250 мг № 20 в количестве 3 шт., диакарб таблетки 250 мг № 30 в количестве 1 шт., панангин таблетки п/о № 50 в количестве 1 шт.;

- товарный чек № 194427 и кассовый чек от 04 июня 2020 г. на сумму 657 руб., покупка актовегина раствора для инъекций ампула 40 мг/мл 5 мл № 5 в количестве 1 шт.;

- товарный чек № 220218 и кассовые чеки от 08 ноября 2020 г. на общую сумму 1006 руб., покупка комбилипен раствор в/м ампула 2 мл № 10 в количестве 1 шт., мелоксикам-дс раствор для инъекций 10 мг/мл 1,5 мл № 3 в количестве 2 шт., шприц 5 мл 3-х комп. 0,7?40 мл 22G ВМ в количестве 10 шт., моксонидин канон таблетки п/о 0,4 мг № 28 в количестве 1 шт., глицин таблетки 100 мг № 100 в количестве 1 шт., пенталгин таблетки п/о № 12 в количестве 1 шт.

Из медицинской карты ФИО6 усматривается, что 01 июня 2020 г. она была на приеме у врача-невролога ГУЗ «Дубенская ЦРБ» с жалобами на головные боли, несистемное головокружение, забывчивость, внутреннюю тревогу и страх. ФИО6 был установлен диагноз – 

<

данные изъяты>. Рекомендовано лечение: актовегин 5 % - 5 мл в/с стр. медленно на 15 мл физ.раствора № 10; фенибут 250 мг по 1 таблетки 2 раза в день № 60; диакарб 250 мг по 1 таблетке утром, панангин по 2 таблетки 3 дня подряд, на 4-й день перерыв, повторить курс 3 раза.

В строгом соответствии с назначением врача-невролога от 01 июня 2020 г. истцом ФИО6 приобретены вышеуказанные лекарственные препараты, назначенные врачом и оплачены ею, что подтверждается товарным чеком № 194426 и кассовым чеком от 04 июня 2020 г. на сумму 1478,33 руб.

Не доверять данным документам у суда оснований не имеется, поскольку они заверены уполномоченным лицом, представлены в суд по его ходатайству, с очевидностью подтверждают рекомендации по лечению, назначенному ФИО6 01 июня 2020 г. врачом и сопоставимы с административным правонарушением, произошедшем 25 мая 2020 г., по вине ФИО7

Представленный истцом ФИО6 товарный чек № 194427 и кассовый чек от 04 июня 2020 г. на сумму 657 руб., покупка актовегина раствора для инъекций ампула 40 мг/мл 5 мл № 5 в количестве 1 шт., не может быть признан судом достоверным доказательством, поскольку данного назначения препарата врачом рекомендовано не было, актовегин по рекомендации врача уже был куплен истцом в тот же день 5 мг как и было назначено врачом, назначения данного препарата в большей дозировке врачом в рекомендациях не указано.

Кроме того, истец ФИО6 просит взыскать затраты на лекарственные препараты, назначенные ей врачом 10 октября 2020 г., в размере 1006 руб.

Из медицинской карты ФИО6 усматривается, что 10 октября 2020 г. она была на приеме у врача-терапевта ГУЗ «Дубенская ЦРБ» с жалобами на боли в поясничной области, с иррадиацией в ноги до уровня бедра, слабость, онемение правой руки, покалывание кончиков пальцев, боли при поднятии руки в области плеча, периодически ухудшение на фоне стрессов, анамнез заболевания – более около 2-х недель. ФИО6 был установлен диагноз – 

<

данные изъяты>. Рекомендовано лечение: комбилипен раствор 1 раз в день внутримышечно 10 дней; баклосан 10 мг, 1 таблетка в обед, 1 вечером, 5 дней; мелоксикам 1 раз в день внутримышечно 6 дней, далее по 1 таблетке 1 раз в день 7-10 дней; местно на поясницу долгит крем, вольтарен гель, кеторол гель, пенталгин гель; пустырник 1 таблетку 3 раза в день 10 дней.

Истцом представлен товарный чек и кассовые чеки от 08 ноября 2020 г. на приобретение назначенных врачом препаратов на сумму 1006 руб.

Однако, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца в данной части, поскольку доказательств наличия причинно-следственной связи между виновными действиями ответчика, совершенными 25 мая 2020 г., и наступившим у истца заболеванием в поясничной области, истцом не представлено. При этом судом учитывается, что телесные повреждения причинены истцу ответчиком в области лба (головы), а расходы истца в размере 1006 руб. связаны с болями в поясничной области, другими расстройствами вегетативной нервной системы.

Более того, врачом 10 октября 2020 г. указано, что ФИО6 по ее же жалобам болеет около 2-х недель, а исходя из данных медицинской карты в тот период ФИО6 обращалась к врачу 26 августа 2020 г., 28 августа 2020 г., 02 сентября 2020 г. с жалобами на температуру 38,2, насморк, кашель, инфекции верхних дыхательных путей, назначено обследование на коронавирус.

Проанализировав вышеизложенные нормы материального права, суд приходит к выводу о нуждаемости истца ФИО6 в приобретении лекарственных средств и медикаментов, назначенных врачами в связи с полученной ею в результате действий ФИО7 травмой, и о наличии доказательств их приобретения за счет средств истца.

Вместе с тем, доказательств нуждаемости ФИО6 в приобретении лекарственных препаратов на общую сумму 1663 руб. (657 руб. от 04 июня 2020 г. и 1006 руб. от 08 ноября 2020 г.), истцом не представлено, в связи с чем суд исключает данные препараты из размера материального ущерба и полагает необходимым взыскать частично с ответчика понесенные истцом расходы на приобретение лекарств в сумме 1478,33 руб.

Доводы ответчика ФИО7 о том, что ее действия 25 мая 2020 г. носили оборонительный характер, а действия ФИО6 носили умышленный характер, суд находит несостоятельными, опровергнутыми вступившим в законную силу постановлением мирового судьи судебного участка № 15 Одоевского судебного района Тульской области от 16 сентября 2020 г., а также данные доводы не нашли своего объективного подтверждения во время рассмотрения дела.

В силу статьи 1066 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит возмещению вред, причиненный в состоянии необходимой обороны.

Вместе с тем, гражданское законодательство не содержит понятия необходимой обороны. Она содержится в уголовном законодательстве РФ и определяется статьей 37 УК РФ. Так необходимая оборона - это защита личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства.

Однако причинение вреда в случае превышения пределов необходимой обороны является противоправным действием.

Согласно части 2 статьи 37 УК РФ превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и общественной опасности посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Кроме того, доказательств того, что в результате произошедшего между истцом и ответчиком конфликта у ответчика ФИО7 имелись какие-либо телесные повреждения, образовавшиеся от действий истца 25 мая 2020 г., в результате чего ответчик был вынужден обороняться, материалы дела не содержат.

<

данные изъяты>.

Довод представителя ответчика ФИО7 по ордеру адвоката Шестопалова И.В. о том, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением, не подлежат доказыванию вновь в соответствии со статьей 61 Гражданского процессуального кодекса и имеют преюдициальное значение для данного дела, суд находит необоснованным. 

Согласно части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. 

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, дела об административном правонарушении, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Поскольку совершение ответчиком ФИО7 действий по нанесению побоев истцу ФИО6 установлено постановлением мирового судьи по делу об административном правонарушении, данное обстоятельство обязательно для суда, не доказывается вновь и не подлежит оспариванию при рассмотрении настоящего дела.

Кроме того, Верховный Суд РФ в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018 г.) разъяснил, что сам факт причинения телесных повреждений является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Привлечение ответчика к уголовной или административной ответственности не является при этом обязательным условием для удовлетворения такого иска.

Рассматривая исковые требования ФИО11 о взыскании с ФИО7 расходов на юридические услуги в общей сумме 13000 руб., суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (часть 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В обоснование несения судебных издержек истцом ФИО6 представлены следующие документы: 

- квитанция серии АА № 155955 от 22 сентября 2020 г. на сумму 3000 рублей, согласно которой данная сумма ФИО6 заплачена адвокату Волдаевой К.П. за составление искового заявления;

- квитанция серии АА № 155974 от 19 октября 2020 г. на сумму 5000 рублей, согласно которой данная сумма ФИО6 заплачена адвокату Волдаевой К.П. за представление ее интересов в Одоевском районном суде Тульской области;

- соглашение об оказании юридической помощи адвокатом от 19 октября 2020 г., заключенное между адвокатом коллегии адвокатов «Юстиниан» Тульской области Волдаевой К.П. (адвокат) и ФИО6 (доверитель), согласно которому адвокат принимает на себя обязательство по просьбе и поручению доверителя оказать юридическую помощь в предоставлении интересов доверителя в Одоевском районном суде Тульской области по иску о взыскании компенсации морального вреда, причиненного административным правонарушением, а доверитель обязуется выплатить адвокату вознаграждение за оказанную юридическую помощь; по соглашению сторон вознаграждение адвоката определено в сумме 5000 рублей за каждое судебное заседание (пункт 3.1 соглашения);

- квитанция серии АА № 155974 от 25 ноября 2020 г. на сумму 5000 рублей, согласно которой данная сумма ФИО6 заплачена адвокату Волдаевой К.П. за представление ее интересов в Одоевском районном суде Тульской области.

Проверяя доводы, приведенные в обоснование заявления о взыскании судебных расходов, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов по оплате услуг представителя, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

К ходатайству стороны на возмещение затрат по оплате помощи представителя должны быть приложены письменные доказательства произведенных расходов. Суд вправе возместить только реально уплаченную доверителем представителю сумму, при этом допустимо ее разумное ограничение.

Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 23 января 2007 г. № 1-П по делу о проверке конституционности положений пункта 1 статьи 779 и пункта 1 статьи 781 Гражданского Кодекса Российской Федерации в связи с жалобами ООО "агентство корпоративной безопасности" и гражданина ФИО12, определяя исчерпывающим образом такое существенное условие договора, как его предмет, федеральный законодатель не включил в понятие предмета договора возмездного оказания услуг достижение результата, ради которого он заключается. Выделение в качестве предмета данного договора совершения определенных действий или осуществления определенной деятельности обусловлено тем, что даже в рамках одного вида услуг результат, ради которого заключается договор, в каждом конкретном случае не всегда достижим, в том числе в силу объективных причин. Следовательно, заключая договор возмездного оказания услуг, стороны, будучи свободны в определении цены договора, сроков его исполнения, порядка и размера оплаты, вместе с тем не вправе изменять императивное требование закона о предмете данного договора.

Спецификой договора возмездного оказания правовых услуг, в частности, является то, что в соответствии с этим договором «совершение определенных действий или осуществление определенной деятельности» направлено на отстаивание интересов услугополучателя в судах и иных государственных (юрисдикционных) органах, обязанных, как правило, принять решение в отношении заявленного требования. Поэтому интересы заказчика, зачастую не ограничиваясь предоставлением собственно правовых услуг исполнителем, заключаются в достижении положительного результата его деятельности (удовлетворение иска, жалобы, получение иного благоприятного решения), что выходит за предмет регулирования по договору.

В силу конституционных принципов и норм, в частности принципов свободы договора, доступности правосудия, независимости и самостоятельности судебной власти, состязательности и равноправия сторон, предполагается, что стороны в договоре об оказании правовых услуг, будучи вправе в силу диспозитивного характера гражданско-правового регулирования свободно определять наиболее оптимальные условия оплаты оказанных услуг, в том числе самостоятельно устанавливать порядок и сроки внесения платежей (уплата аванса, предварительные платежи, рассрочка платежа, предоставление кредита, почасовая оплата, исчисление размера вознаграждения в процентах от цены иска и т.д.), не могут, однако, обусловливать выплату вознаграждения принятием конкретного судебного решения: в системе действующего правового регулирования, в том числе положений гражданского законодательства, судебное решение не может выступать ни объектом чьих-либо гражданских прав (статья 128 Гражданского кодекса Российской Федерации), ни предметом какого-либо гражданско-правового договора (статья 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснений, данных в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

На основании пунктов 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Таким образом, в судебном заседании установлено и подтверждается письменными материалами дела, что истцом ФИО6 понесены издержки, связанные с рассмотрением дела, в виде оплаты услуг представителя в общей сумме 13000 рублей.

Суд обращает внимание на то, что установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного, и определяется договором. 

Проанализировав представленные доказательства, учитывая конкретные обстоятельства дела, документальное подтверждение понесенных истцом расходов, характер и специфику спора, его сложность, продолжительность рассмотрения дела, участие представителя истца ФИО6 по ордеру адвоката Волдаевой К.П. в 2 (двух) судебных заседаниях (10.11.2020 и 26.11.2020), объем и качество выполненной представителем истца правовой работы, составление искового заявления, сложившуюся гонорарную практику, требования разумности, суд считает необходимым частично удовлетворить исковые требования ФИО6 в данном части и полагает возможным взыскать с ответчика судебные расходы на оплату юридических услуг в размере 9000 руб.

Рассмотрев дело в пределах заявленных и поддержанных в судебном заседании исковых требований, руководствуясь статьями 196-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО6 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО7, 

<

данные изъяты>, в пользу ФИО6, 31 

<

данные изъяты>, денежную компенсацию в счет возмещения морального вреда, причиненного в результате административного правонарушения, в размере 20000 (двадцать тысяч) руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 9000 (девять тысяч) руб., а также расходы на лекарственные препараты в размере 1478 (одна тысяча четыреста семьдесят восемь) руб. 33 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО6 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Одоевский районный суд Тульской области в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 30 ноября 2020 г. 

Председательствующий О.А. Никифорова