Председательствующий в суде первой инстанции Фурман С.Б.

Р Е Ш Е Н И Е

 № 7-12/2019 

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

6 ноября 2019 года г. Калининград

Судья Балтийского флотского военного суда ФИО1, при секретаре Терещенко Л.С., с участием Семичевой Е.Е. - защитника лица, привлекаемого к административной ответственности, рассмотрев в судебном заседании в помещении суда в Калининграде, расположенного по адресу ул. Артиллерийская, 21Б, материалы по делу об административном правонарушении по жалобе защитника Семичевой Е.Е. на постановление судьи Балтийского гарнизонного военного суда от 11 сентября 2019 года, которым военнослужащему войсковой части 

<

000>, 

<

звание> ФИО2, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в посёлке 

<

адрес>, зарегистрированному по адресу: 

<

адрес>, фактически проживающему в 

<

адрес>, за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 (тридцати тысяч) рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 (один) год и 6 (шесть) месяцев. 

Заслушав объяснения его защитника в поддержку доводов поданной жалобы, 

у с т а н о в и л:

Указанным постановлением судьи Балтийского гарнизонного военного суда ФИО2 признан виновным в том, что около 01 часа 40 минут 14 мая 2019 года в районе дома № 2 на ул. Некрасова в г. Советске Калининградской области, в нарушение п.2.7 Правил дорожного движения РФ, управлял транспортным средством – автомобилем марки «Митсубиси», государственный знак -№-, находясь в состоянии алкогольного опьянения.

В жалобе защитника ставится вопрос об отмене указанного постановления и прекращении производства по делу в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление по настоящему делу. 

В обоснование этого автор жалобы ссылается на то, что ФИО2 транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения не управлял, поскольку его автомобиль не двигался, был неисправен и припаркован к обочине дороги, что подтверждается не только показаниями самого ФИО2, но и свидетеля ФИО8, а также постановлением по делу об административном правонарушении от 14 мая 2019 года о привлечении его к административной ответственности по ст. 12.19 КоАП РФ, имеющего преюдициальное значение. Однако суд не принял данный факт во внимание, необоснованно отверг показания свидетеля ФИО8 и, напротив, в основу обжалуемого постановления положил показания инспектора, составившего протокол об административном правонарушении, хотя эти показания не подкреплены результатами видео фиксации, о наличии которых было заявлено в суде первой инстанции.

Далее Семичева обращает внимание на то, что применение в отношении ФИО2 мер обеспечения производства по делу и составление процессуальных документов проводилось с нарушениями требований Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Понятые участвовали только при составлении акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, однако не видели факт управления ФИО2 транспортным средством. Протокол об отстранении ФИО2 от управления транспортным средством, как утверждает автор жалобы, нельзя признать допустимым доказательством, поскольку составлен в отсутствии понятых, что подтверждается показаниями свидетеля – понятого ФИО7 Заявленное ею в суде первой инстанции ходатайство о признании недопустимым указанного выше доказательства, в нарушение требований ч.2 ст. 24.4 КоАП РФ, судьей надлежащим образом рассмотрено не было, чем было допущено существенное нарушений норм процессуального права.

Автор жалобы, анализируя положения действующего законодательства, практику Верховного суда РФ, позиции ЕСПЧ, делает вывод о том, что исходя из выше изложенных обстоятельств, судом не был достоверно установлен факт управления транспортным средством ФИО3, находящимся в состоянии алкогольного опьянения, как и то, что он являлся участником дорожного движения. Таким образом, как указывается в заключении жалобы, суд нарушил требования ст.1.5 КоАП РФ о том, что лицо привлекается к административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

Рассмотрев представленные материалы, проверив и обсудив доводы жалобы, нахожу вывод судьи о виновности ФИО2 в совершении проступка, предусмотренного ч.1 ст. 12.8 КоАП РФ, обоснованным.

Факт совершения административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.8 КоАП РФ, и виновность ФИО2 в его совершении подтверждены совокупностью доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают и обоснованно были положены судьей в основу оспариваемого постановления.

Так, согласно протоколу об административном правонарушении ФИО2 после разъяснения ему прав, предусмотренных ст. 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также ст. 51 Конституции РФ, собственноручно сделал запись не только об употреблении им алкогольного напитка – пива, но и подтвердил факт управления им транспортным средством, так как «Была острая необходимость отогнать автомобиль до дома».

Согласно протоколу об отстранении ФИО2 от управления транспортным средством, также составленного в присутствии двух понятых, основанием для этого явилось наличие у него признаков алкогольного опьянения, в том числе запаха алкоголя изо рта. При этом и в данном протоколе ФИО2 факт управления им транспортным средством не оспаривал.

Из акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, проведенного с участием двух понятых, усматривается, что при освидетельствовании ФИО2 с применением технического средства измерения «Кобра», концентрация абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе у него составила 0,180 мг/л. С результатами освидетельствования, как и непосредственно с бумажным чеком из данного технического средства, содержащим аналогичную информацию, ФИО2 согласился.

Обстоятельства совершения ФИО2 указанного правонарушения и составления названных протоколов подтверждаются и показаниями инспекторов ГИБДД в судебном заседании гарнизонного военного суда.

Оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ - всесторонне, полно, объективно и в их совокупности, гарнизонный военный суд пришел к верному выводу о наличии в действиях ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.8 КоАП РФ.

В протоколах применения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, а также в протоколе об административном правонарушении все сведения, необходимые для правильного разрешения дела отражены. Данные процессуальные документы обоснованно признаны судом первой инстанции в качестве допустимых доказательств и получили надлежащую оценку в судебном постановлении.

Довод автора жалобы на то, что инспектором ГИБДД протокол об отстранении от управления транспортным средством составлен с нарушениями требований Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а поэтому не может быть признан допустимым доказательством по делу, является ошибочным. 

Составление протокола об отстранении ФИО2 от управления транспортным средством, как и процедура освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с составлением соответствующего акта осуществлялись в присутствии двух понятых, как это предусмотрено частью 2 статьи 27.12. КоАП РФ и Правилами освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, утвержденными постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 года № 475. 

Данные обстоятельства усматриваются не только из содержания указанных документальных доказательств и показаний инспекторов ГИБДД, но и из показаний допрошенного в судебном заседании гарнизонного военного суда по ходатайству ФИО2 и его защитника свидетеля ФИО7, который подтвердил, что в качестве понятого присутствовал как при освидетельствовании, так и при составлении названных протокола и акта. 

Также несостоятельным является и довод жалобы об ошибочности вывода суда первой инстанции в постановлении о том, что понятой может и не быть очевидцем факта управления транспортным средством.

В соответствии со ст. 25.7 КоАП РФ понятые привлекаются для удостоверения фактов осуществления в их присутствии соответствующих процессуальных действий, их содержания и результатов, а не для фиксации управления водителем транспортным средством. 

Утверждение в жалобе о том, что ФИО2 транспортным средством не управлял, поскольку автомобиль был неисправен и находился в статическом состоянии, не соответствует правильно установленным судьей гарнизонного военного суда фактическим обстоятельствам дела.

Допрошенные в суде первой инстанции инспекторы ГИБДД Юров и ФИО4 дали подробные показания, подтверждающие не только факт движения автомобиля «Митсубиси», государственный регистрационный знак -№- со стороны парковки войсковой части 

<

000> по улице Некрасова в городе Советске, но и то, что автомобилем управлял ФИО2. 

Именно остановка его автомобиля для высаживания пассажиров в месте, запрещенном п. 12.4 ПДД, и послужила основанием для того, чтобы указанные сотрудники полиции подъехали к автомобилю для пресечения правонарушения и составления административного материала по ст. 12.19 КоАП РФ. Однако при оформлении документов оба они обнаружили, что от ФИО2 исходит резкий запах алкоголя. В связи с этим водителю и было предложено пройти освидетельствование в присутствии понятых.

Показания сотрудников ГИБДД последовательны, согласуются с другими материалами дела, в связи с чем судья обоснованно принял их во внимание и признал достоверными. Каких-либо данных, объективно свидетельствующих о заинтересованности сотрудников полиции, ставящих под сомнение правдивость сообщаемых им сведений, а также указывающих на основания для оговора правонарушителя, в ходе рассмотрения дела установлено не было. Выполнение должностным лицом органов внутренних дел своих служебных обязанностей по выявлению и пресечению правонарушений само по себе не может свидетельствовать об их субъективности или предвзятости в изложении допущенных лицом нарушений закона. Подтверждения злоупотребления сотрудниками полиции служебными полномочиями в материалах дела не имеется, в связи с чем основания для сомнений в достоверности изложенных ими показаний у суда отсутствуют. 

Мотивы, по которым были отвергнуты показания свидетеля ФИО8, подробно изложены в постановлении суда первой инстанции, не соглашаться с которыми оснований не имеется

Более того, ни при составлении протокола об административном правонарушении, ни при оформлении других процессуальных документов ФИО2 не указал в них о неисправности автомобиля. При этом он добровольно прошел освидетельствование на состояние алкогольного опьянения именно как лицо, которое управляло транспортным средством.

Вопреки утверждению защитника, вынесенное в отношение ФИО2 постановление о привлечении его к административной ответственности по ч.1 ст. 12.19 КоАП РФ преюдициального значения для данного дела не имеет и тот факт, что он не управлял транспортным средством, не подтверждает.

Согласно копии данного постановления (л.д. 60), с которым ФИО2 также согласился и не обжаловал, уплатив назначенный ему штраф, он признан виновным в том, что «управляя транспортным средством – автомобилем марки «Митсубиси», государственный знак -№-», совершил остановку на пересечении проезжих частей, чем нарушил требования п. 12.4 Правил дорожного движения РФ. 

Довод жалобы о том, что в ходе судебного разбирательства сотрудники ДПС ОГИБДД МО МВД России «Советский» не представили в суд видео фиксацию процедуры освидетельствования, законность и обоснованность судебного постановления под сомнение не ставит.

Согласно ч.2 ст. 25.7 КоАП РФ в случаях, предусмотренных главой 27 Кодекса, регламентирующей применение мер обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, обязательно либо применение видеозаписи либо присутствие понятых, участие которых при оформлении материалов сотрудниками ГИБДД было обеспечено. 

Не влечет за собой отмену либо изменение оспариваемого постановления судьи и тот факт, что судья не вынес отдельное письменное определение по ходатайству защитника о признании недопустимым доказательством протокола об отстранении ФИО2 от управления транспортным средством, так как доводы защитника по вопросу допустимости и этого доказательства были подробно и правильно оценены при вынесении в совещательной комнате судебного постановления по делу.

С учетом характера совершенного ФИО2 административного правонарушения законных оснований для отмены или изменения постановления судьи гарнизонного военного суда либо прекращения производства по делу из материалов не усматривается. 

Наказание ФИО2 назначено в пределах, установленных законом.

Руководствуясь статьями 30.6. – 30.8. Кодекса РФ об административных правонарушениях, судья

решил:

Постановление судьи Балтийского гарнизонного военного суда от 11 сентября 2019 года о назначении административного наказания ФИО2 за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оставить без изменения, а жалобу его защитника Семичевой Е.Е. – без удовлетворения.

Судья: