УИД 19RS0002-01-2020-002239-43 Дело № 2-1392/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 сентября 2020 года г.Черногорск 

Черногорский городской суд Республики Хакасия 

в составе председательствующего Дмитриенко Д.М.,

при секретаре Орловой Ю.Н., помощнике судьи Черчинской М.О.,

с участием истца – судебного пристава-исполнителя ФИО1,

представителя третьего лица ФИО2 – адвоката Неровных К.А.,

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску судебного пристава-исполнителя Черногорского городского отделения судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Хакасия ФИО1 к ФИО3, ФИО5, ФИО6 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности,

У С Т А Н О В И Л:

Судебный пристав-исполнитель Черногорского городского отделения судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Хакасия ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3, ФИО6, Гоголю Д.Д., просила признать недействительными договоры дарения от 03.06.2020 и от 04.06.2020, заключенные между ФИО3 и ФИО6, ФИО3 и ФИО5, и применить последствия недействительности указанных сделок. 

Исковые требования мотивированы тем, что в производстве судебного пристава-исполнителя ФИО1 находится исполнительное производство ***-ИП от 21.04.2020 по взысканию денежных средств в сумме 9 053 200 руб. с ФИО3 в пользу ФИО2 У должника ФИО3 в собственности имелось следующее имущество: ? доли в праве на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: ***, и ? доли в праве на квартиру, расположенную по адресу: ***.

В соответствии с требованиями ст. 30 Федерального закона от 02.10.2017 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» в адрес должника была направлена копия постановления о возбуждении исполнительного производства. 22.05.2020 судебным приставом-исполнителем было обращено взыскание на счета должника в банках. Из объяснений ФИО3 следует, что 22.05.2020 на ее мобильный телефон в приложения «СбербанкОнлайн», «Госуслуги» и «Кредиты» пришли СМС-оповещения о том, что на ее счета обращено взыскание по исполнительному производству в пользу ФИО2 

По договорам дарения от 03.06.2020 и от 04.06.2020 ФИО3 произвела отчуждение принадлежащих ей долей в праве на указанное выше недвижимое имущество в пользу своей матери ФИО6 и своего сына Гоголя Д.Д. Поскольку на момент заключения договоров дарения ФИО3 было известно о наличии возбужденного в отношении нее исполнительного производства, заключенные ею сделки являются злоупотреблением правом. 

В качестве правового основания своих требований судебный пристав-исполнитель ссылается на положения ст.ст. 10, 166, 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением суда от 10.08.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО7

В судебном заседании судебный пристав-исполнитель ФИО1 требования поддержала по вышеизложенным основаниям, пояснила, что задолженность по исполнительному производству не погашена.

Представитель третьего лица – взыскателя ФИО2 адвокат Неровных И.В., действующий на основании ордера, представил письменный отзыв на иск, требования судебного пристава-исполнителя полагал обоснованным; пояснил, что на момент заключения оспариваемых сделок ФИО3 было известно о задолженности по исполнительному производству.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО4, действующий на основании доверенности, в удовлетворении иска просил отказать, в обоснование своей позиции указал, что копия постановления о возбуждении исполнительного производства была вручена ФИО3 лишь 10.06.2020, то есть после совершения оспариваемых сделок. Договор дарения от 03.06.2020 был заключен ФИО3 во исполнение заключенного 15.04.2020 между ней и ФИО6 соглашения о погашении долга в размере 1 143 850 руб., взысканного решением Черногорского городского суда Республики Хакасия от 31.10.2018. Указанная сделка совершена в соответствии с требованиями ст.ст. 8, 9, 10, 209, 307, 421, 572 ГК РФ, не противоречит закону и не нарушает чьи-либо права. Суммы списания со счетов ФИО3 являлись незначительными (1 068,77 руб., 25 руб. и 49,76 руб.). В сообщении было указано, что произведены «иные взыскания имущественного характера не в бюджеты РФ». Данные факты не свидетельствуют о том, что ФИО3 было известно о возбуждении исполнительного производства, о котором она узнала лишь 10.06.2020 в Черногорском отделении судебных приставов. Доводы судебного пристава-исполнителя о том, что ФИО3 было известно о наложении арестов на счета по исполнительному производству в пользу ФИО2, ничем не подтверждены. Заключая договор дарения доли земельного участка и жилого дома, ФИО3 не знала о возбуждении исполнительного производства, при совершении сделки руководствовалась тем, что у ее сына нет никакой недвижимости, при этом ФИО3 подарила не все свое имущество, а только его часть. Кроме того, представитель ответчика ФИО3 указал на то, что решение Черногорского городского суда Республики Хакасия о взыскании с ФИО3 задолженности в пользу ФИО2 состоялось 29.05.2018. Представителем ФИО2 выступал ФИО4, ФИО3 в суд не явилась. Данное решение было необходимо для включения долгов в наследственную массу после смерти ФИО8 – мужа ФИО3 и друга ФИО2 Договоры займа являлись фиктивными, денежные средства никто никому не передавал. Исполнительное производство было возбуждено почти спустя 2 года с момента вынесения решения, после увольнения ФИО3 из организации, собственником которой является ФИО2 

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав судебного пристава-исполнителя, представителя третьего лица ФИО2, представителя ответчика ФИО3, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, постановлением судебного пристава-исполнителя Черногорского городского отделения судебных приставов УФССП России по РХ ФИО9 от 21.04.2020 возбуждено исполнительное производство ***-ИП в отношении должника ФИО3 в пользу взыскателя ФИО2, предмет исполнения – взыскание задолженности в размере 9 053 200 руб.

03.06.2020 между ФИО3 (даритель) и ФИО6 (одаряемый) заключен нотариально удостоверенный договор дарения доли квартиры, в соответствии с которым ФИО3 подарила ФИО6 ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: Республика Хакасия, г. Черногорск, ***.

04.06.2020 между ФИО3 (даритель) и ФИО5 (одаряемый) заключен нотариально удостоверенный договор дарения, в соответствии с которым ФИО3 подарила Гоголю Д.Д. ? долю в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу: ***, и ? долю в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по адресу: ***.

Согласно регистрационным делам объектов недвижимости и выпискам из Единого государственного реестра недвижимости от 19.08.2020 переход права собственности на вышеуказанные объекты недвижимости от ФИО3 к ФИО6 и Гоголю Д.Д. зарегистрирован 04.06.2020.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 ГК Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п.п. 1-3 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Под заинтересованным лицом в данном случае следует понимать лицо, чьи права и законные интересы затрагиваются в результате совершения недействительной сделки. Это лицо, не являясь стороной оспариваемой сделки, должно иметь материально-правовой интерес относительно ее последствий. 

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Пунктами 2-4 ст. 167 ГК РФ установлено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

В соответствии с п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 ст. 10 ГК РФ)

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО3 произвела отчуждение принадлежащих ей долей в праве на объекты недвижимости в пользу своей матери и сына по безвозмездным сделкам при наличии неисполненной возложенной вступившим в законную силу судебным решением обязанности по возврату долга третьему лицу ФИО2

Довод представителя ответчика ФИО3 о недоказанности факта вручения ей копии постановления о возбуждении исполнительного производства до совершения оспариваемых сделок является обоснованным, поскольку представленная судебным приставом-исполнителем копия Списка простых почтовых отправлений № 19 от 21.04.2020 факт вручения документа достоверно не подтверждает.

Вместе с тем, в своих объяснениях судебному приставу-исполнителю 03.08.2020 ФИО3 указала, что 22.05.2020 ей стало известно о наложении ареста на ее счета по делу ФИО2 

Данное обстоятельство в совокупности с тем, что ФИО3 не оспаривается факт наличия у нее сведений о вынесении 29.05.2018 Черногорским городским судом Республики Хакасия решения о взыскании с нее задолженности в сумме 9 053 200 руб. в пользу ФИО2, свидетельствует о том, что на момент совершения оспариваемых сделок ФИО3 знала о наличии долга, возбуждении исполнительного производства и наложении арестов на ее счета.

Разрешая заявленные требования, суд принимает во внимание сведения об отсутствии в собственности ФИО3 иного имущества в объеме, достаточном для полного погашения требований исполнительного документа, а также совершение безвозмездных сделок в пользу лиц, состоящих с ней в близких родственных отношениях.

Доводы представителя ФИО3 о фиктивности договора займа, на основании которого с ФИО3 в пользу ФИО2 была взыскана задолженность, судом отклоняются, поскольку доказательств признания договора займа недействительным (безденежным) суду не представлено, при этом представителем ФИО2 данные обстоятельства не признаны. 

Тот факт, что исполнительный документ был предъявлен ФИО2 к исполнению по истечении достаточно длительного периода со дня его выдачи, также не свидетельствует о наличии оснований для отказа в иске, поскольку взыскатель вправе предъявить выданный судом исполнительный документ к исполнению в любой момент в пределах трехлетнего срока, установленного статьей 21 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве".

Предъявление исполнительного документа к исполнению после увольнения ФИО3 из предприятия, принадлежащего ФИО2, на что ссылается представитель ответчика, также не подтверждает фиктивность договора займа. 

При таких обстоятельствах требования судебного пристава-исполнителя являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

С учетом положений ст. 167 ГК РФ и существа спорных правоотношений последствиями недействительности оспариваемых сделок будет являться прекращение права собственности ответчиков ФИО6 и Гоголя Д.Д. на подаренные им доли в праве на объекты недвижимости и восстановление права собственности должника ФИО3 на указанные доли. 

На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ФИО3 в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 40 433 руб., от уплаты которой от уплаты которой истец освобожден в силу подп. 19 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 193-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Иск удовлетворить.

Признать недействительным в силу ничтожности заключенный 04.06.2020 между ФИО3 и ФИО5 договор дарения ? доли в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу: ***, и ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по адресу: ***, и применить последствия недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО5 на ? долю в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу: ***, и ? долю в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по адресу: ***, и восстановления права собственности ФИО3 на доли в праве общей долевой собственности на указанные объекты недвижимого имущества.

Признать недействительным в силу ничтожности заключенный 03.06.2020 между ФИО3 и ФИО6 договор дарения ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: ***, и применить последствия недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО6 на ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: ***, и восстановления права собственности ФИО3 на ? долю доли в праве общей долевой собственности на указанный объект недвижимого имущества.

Решение суда является основанием для внесения соответствующих записей в Единый государственный реестр недвижимости.

Взыскать с ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 40 433 руб. 00 коп. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Хакасия через Черногорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Председательствующий Д.М. Дмитриенко

Справка: мотивированное решение составлено 16.09.2020