УИД: 68RS0001-01-2022-006646-38

Дело № 33-2409/2025

Судья: Нишукова Е.Ю. (дело № 2-8/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

10 декабря 2025 года город Тамбов

Судебная коллегия по гражданским делам Тамбовского областного суда в составе:

председательствующего судьи Сорокиной С.Л.,

судей Альчиковой Е.В., Емельяновой Н.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кануткиной Е.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова», ОГБУЗ «Тамбовская инфекционная клиническая больница» и Министерству здравоохранения Тамбовской области о компенсации морального вреда, причиненного в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи,

по апелляционным жалобам ТОГБУЗ «ГКБ № 3 имени И.С. Долгушина города Тамбова», ФИО1 на решение Октябрьского районного суда г. Тамбова от 29 апреля 2025 года,

заслушав доклад судьи Альчиковой Е.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском к ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова».

В обосновании требований истец указал, что 01.06.2022, после нескольких дней плохого самочувствия, у него появились следующие симптомы: усиление болевого синдрома в животе, повышение температуры до 38,1 С, диарея, тошнота, слабость. По указанной причине он был вынужден вызвать бригаду скорой медицинской помощи, доставившей его в 2-е отделение ОГБУЗ «ТИКБ» с диагнозом: ***». В приемном отделении инфекционной больницы простой пальпацией живота (без каких-либо диагностических манипуляций) ему был поставлен диагноз: «***».

С указанным диагнозом он был доставлен в приемное отделение ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова», где был осмотрен врачом приемного отделения ФИО2, установившим, что нет оснований считать наличие острой хирургической патологии, и повторно был направлен в ОГБУЗ «ТИКБ».

В выписке, выданной ему этим врачом, было указано, что датой его обращения является 19.04.2021 и что он является женщиной, считающей себя больной около 2-х недель.

01.06.2022 он также по его обращению, был осмотрен участковым врачом-терапевтом ТОГБУЗ «ГКБ №3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» ФИО3 Несмотря на наличие болевого синдрома в животе, повышение температуры до 38.1 С, диареи, тошноты, слабости, налета на языке, показателей лейкоцитов 17,98х10*9/л, данным врачом выставлен диагноз: «***».

03.06.2022 по экстренным показаниям он был госпитализирован и прооперирован в ночь с 9 на 10 июня 2025 г. в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница им. Архиепископа Луки» с основным диагнозом: «***», осложнения: «***».

Считает, что не установление сотрудниками ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» верного диагноза и не назначение ему своевременного и адекватного лечения, привело не только к причинению вреда его здоровью, но и могло быть причиной летального исхода, которого он избежал благодаря медицинскому персоналу ТОГБУЗ «Городская клиническая больница им. Архиепископа Луки». Этот вывод подтверждается результатами контрольно-экспертных мероприятий, проведенных Тамбовским филиалом АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед».

Первоначально просил суд взыскать с ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб.

08.09.2023 ФИО1 дополнил исковые требования, указав в качестве соответчика ОГБУЗ «Тамбовская инфекционная клиническая больница», указав следующее. Представители ТОГБУЗ «ГКБ № 3 имени И.С. Долгушина города Тамбова» неоднократно утверждали, что медицинские работники данного учреждения не смогли подтвердить диагноз, поставленный ему в ОГБУЗ «ТИКБ», ввиду объективных причин, а именно: наличием нетипичной клинической картины; не исключением ОГБУЗ «ТИКБ» наличия у него инфекционного заболевания при направлении его в ТОГБУЗ «ГКБ № 3 имени И.С. Долгушина города Тамбова» с диагнозом ***. Аналогичные обстоятельства были отражены в заключении экспертов. Таким образом, основываясь на позиции представителей ТОГБУЗ «ГКБ № 3 имени И.С. Долгушина города Тамбова», перекладывающих вину на ОГБУЗ «ТИКБ», и соответствующее экспертное заключение, можно сделать вывод о ненадлежащем оказании ему медицинской помощи и в инфекционной больнице. Просил взыскать с данного ответчика компенсацию морального вреда в сумме 500 000 рублей.

Поскольку ответчики, направленные в их адрес претензии, оставили без удовлетворения, считает, что с них подлежит взысканию штраф в размере, установленном ч. 6 ст. 13 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», в размере 50 % от суммы, взысканной судом по основному требованию.

Протокольным определением от 14.04.2025 к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство здравоохранения Тамбовской области, как учредителя других ответчиков по делу.

Решением Октябрьского районного суда г. Тамбова от 29.04.2025 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, постановлено:

Взыскать с Тамбовского областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, а также штраф за неисполнение требования потребителя в добровольном порядке в сумме 50 000 рублей.

При отсутствии или недостаточности у ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» имущества (денежных средств), необходимых для исполнения решения суда - взыскать в пользу ФИО1 недостающую денежную сумму в порядке субсидиарной ответственности с Министерства здравоохранения Тамбовской области.

В удовлетворении остальной части исковых требований, предъявленных к ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» и Министерству здравоохранения Тамбовской области, а также в удовлетворении исковых требований, предъявленных к ОГБУЗ «Тамбовская инфекционная клиническая больница» полном объеме, ФИО1 отказать.

Взыскать с Тамбовского областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» в доход муниципального образования городской округ - город Тамбов государственную пошлину в сумме 300 рублей.

ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» в апелляционной жалобе считает, что судом неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, установленные обстоятельства не доказаны, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, а также нарушены или неправильно применены нормы материального и процессуального права, просит решение отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1

Автор жалобы указывает, что в основу решения суда положены устные пояснения врача-хирурга ТОГБУЗ «ГКБ им. Арх. Луки г. Тамбова» и экспертизы качества медицинской помощи, проведенные АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед», однако эксперт не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений.

Приведя положения Клинических рекомендаций «Острый аппендицит у взрослых, утвержденных Министерством здравоохранения РФ 2020г., ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» указывает, что КТ визуализация брюшной полости рекомендована пациентам со средней вероятностью ОА по шкале AAS/AIR с отсутствием ультразвуковых признаков *** Согласно листу осмотра врачом приемного отделения ФИО2 от 01.06.2022 у пациента ФИО1 отмечено по шкале AIR – 3, по AAS – 8, что соответствует низкой вероятности ***. В связи с чем, КТ визуализация брюшной полости врачом не назначалась.

Судом не дана оценка листу осмотра врача ФИО2, отвергнуты результаты судебной экспертизы, а в основу положена таблица со шкалой Альварадо с признаками, не соответствующими листу осмотра от 01.06.2022. Выводы суда основаны на пояснениях истца, которые не проверены на предмет достоверности.

Обращает внимание, что согласно экспертному заключению № 45, дефекты оказания медицинской помощи ответчиком пациенту ФИО1, не были выявлены. Данный факт подтвержден и экспертом ФИО4, допрошенной в судебном заседании.

Считает, возникновение у ФИО1 осложнений в виде ***, было обусловлено особенностями течения имеющихся заболеваний ***), и в причинно-следственной связи с действиями медицинских работников не состоит. В связи с чем, обязанность компенсации морального вреда не может быть возложена на ответчика. Суд не обосновал отсутствие какой-либо причинно-следственной связи.

Судом не дано надлежащей оценки положениям судебной экспертизы, в соответствие с заключением которой, причинение вреда здоровью истца сотрудниками ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» не установлено, а напротив указано, что их действия были направлены на выявление хирургической и инфекционной патологии: пациент осмотрен хирургом, выполнены ОАМ, ОАК, УЗИ.

Кроме того, лист осмотра истца врачом ОГБУЗ «ТИКБ» не содержал информации об исключении инфекционного заболевания, в связи с чем, у врача–хирурга ФИО2 имелись все основания повторно направить ФИО1 в ОГБУЗ «ТИКБ».

Также ответчик не согласен с взысканием штрафа по Закону «О защите прав потребителей», поскольку действующим законодательством это предусмотрено лишь по платным медицинским услугам.

ФИО1 также подана апелляционная жалоба на принятое решение, в которой просит его отменить в части взыскания с ТОГБУЗ «ГКБ № 3 имени И.С.Долгушина города Тамбова» о компенсации морального вреда и штрафа, принять новое решение, увеличив сумму компенсации морального вреда.

Истец указывает, что суд при вынесении судебного акта опирался на экспертное заключение № 45, выданное ТОГБУЗ «БСМЭ», и указанные в нем обстоятельства, которые не соответствуют действительности. Кроме того, указанная экспертная организация учреждена ответчиком – Министерством здравоохранения Тамбовской области.

Проведение экспертизы поручено судом названной организации по собственной инициативе, хотя он просил поручить ее проведение ФГБУ «Российский центр судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения РФ».

Экспертом, участвующим в проведении экспертизы, был ФИО5, являющий главным внештатным специалистом Министерства здравоохранения Тамбовской области, которое также является учредителем ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабенко», где ФИО5 работает врачом-хирургом.

Таким образом, ни ФИО5, ни ТОГБУЗ «БСМЭ» не могли принимать участия в проведении экспертизы.

Заинтересованность Минздрава Тамбовской области в итогах рассмотрения дела очевидца, поскольку при отсутствии денежных средств у больницы, на министерство возложена субсидиарная ответственность.

Указывает, что им заявлялось ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы, однако, прямо нарушая закон, судом назначена по собственной инициативе повторная экспертиза по основаниям, предназначенным для назначения дополнительной экспертизы, с возложением обязанности по ее оплате на него.

Определение было оставлено без исполнения в связи с неоплатой истцом экспертизы.

Однако судом первой инстанции не учтена правовая позиция, изложенная в п. 2 Постановления Конституционного Суда РФ от 20.07.2023 N 43-П «По делу о проверке конституционности абзаца второго части второй статьи 85, статей 96 и 97, части шестой статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации…», согласно которой денежные средства вносятся сторонами предварительно до вынесения судом о назначении экспертизы, на счет, открытый соответствующему суду в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации; после принятия такого определения отказ от проведения порученной экспертизы в установленный судом срок в связи с невнесением указанной суммы не допускается.

Определение суда о проведении экспертизы было принято судом без предварительного внесения суммы в счет ее оплаты, в связи с чем, экспертное учреждение не вправе отказаться от ее проведения, а истец имеет право не вносить данную сумму до получения экспертного заключения.

При определении размера компенсации морального вреда судом не учтено, что установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства, подтверждены пояснениями медицинских работников и экспертов, находящихся в подчинении Министерства здравоохранения Тамбовской области, заинтересованного в исходе дела.

Более того, суд установил отсутствие осложнений в процессе лечения. Данный вывод сделан также на основании показаний врачей и экспертов.

По мнению суда, наличие признаков *** не является основанием для незамедлительной госпитализации. Тогда как в соответствии с Клиническими рекомендациями даже пациентов со средней вероятностью *** необходимо госпитализировать в стационар. Он же вообще не был госпитализирован ответчиком.

Суд первой инстанции не установил прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) врачей ТОГБУЗ «ГКБ № 3 имени И.С. Долгушина города Тамбова» и теми последствиями, которые имели место быть.

В силу действующего законодательства именно медицинская организация (ответчик по делу) обязана доказать факт отсутствия наличия такой связи. Ни одного допустимого доказательства, исключающего наличие данной связи, материалы дела не содержат.

Напротив суд сам указывает, что согласно экспертному заключению АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» действия ответчика привели к ухудшению здоровья истца, созданию риска прогрессирования имеющегося заболевания и развития нового заболевания (абзац 5 страницы 20 оспариваемого решения).

Суд не установил факт причинения вреда здоровью. Обязанность доказывания отсутствия вреда здоровья также лежит на медицинской организации. С этой целью назначались экспертизы, результаты которых не могут учитываться при рассмотрении дела.

По мнению истца, суд не мог выносить решение, не разрешив вопроса о наличии или отсутствии вреда здоровья.

ФИО1 также поданы возражения на апелляционную жалобу ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова», в которых просил оставить ее без удовлетворения.

Учитывая имеющиеся данные о надлежащем извещении лиц, привлеченных к участию в деле, не явившихся в судебное заседание, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Суд апелляционной инстанции, исходя из положений ч.1 ст.327.1 ГПК РФ, рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, возражениях на нее.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, возражения, выслушав объяснения лиц, участвовавших в судебных заседаниях, заслушав заключение прокурора Судоргина Д.В., судебная коллегия приходит к следующему выводу.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи, согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО1 усматривается, что основанием его обращения в суд с требованием о компенсации причиненного морального вреда явилось ненадлежащее оказание ему медицинской помощи (дефекты оказания медицинской помощи) ответчиками ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им.И.С.Долгушина г.Тамбова» и ОГБУЗ «Тамбовская инфекционная клиническая больница», приведшее по его мнению к причинению вреда здоровью и могло стать причиной летального исхода.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено п.25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - Пленум № 33), при разрешении спора о компенсации морального вреда судам необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.(п.26 Пленума № 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага. (п.27 Пленума № 33).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет. (п.28 Пленума № 33).

Как разъяснено в пунктах 48, 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда (пункт 48).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Судом установлено и из материалов дела следует следующее.

01.06.2022 ФИО1 обратился в ГБУЗ «Тамбовская областная станция скорой медицинской помощи и медицины катастроф» с определенными жалобами на боли в животе, повышение температуры тела до 38,1°С. В карте вызова СМП отражено, что со слов больного - он заболел 29.05.2022. На основании жалоб, данных проведенного осмотра, истцу был установлен диагноз: «***». После чего ФИО1 был доставлен в ОГБУЗ «Тамбовская инфекционная клиническая больница».

01.06.2022 ФИО1 был осмотрен в приемном отделении ОГБУЗ «Тамбовская инфекционная клиническая больница», предварительно ему был установлен диагноз: «***?». После проведенного осмотра он был направлен по скорой помощи на консультацию к хирургу в ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова».

01.06.2022 ФИО1 был осмотрен в приемном отделении врачом-хирургом ТОГБУЗ «ГКБ №3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» ФИО2 В медицинских документах отражено, что при осмотре предъявлял жалобы на периодические боли в животе без четкой локализации, повышение температуры тела до 38°С, диарею. Со слов пациента, считает себя «больной около 2-х недель»- так указано в документах, когда начал отмечать вышеописанные жалобы. В объективном статусе: состояние - удовлетворительное, сознание ясное, температура - нормальная, ЧДД - 16 в мин, пульс 78 в минуту, язык обложен белым налетом, влажный, живот - мягкий, не вздут, симметричный, в акте дыхания участвует, при пальпации - малоболезненный над лоном, левой и правой подвздошной области, симптомы раздражения брюшины отрицательный, стул – диарея; осмотр прямой кишки - без особенностей. Проведены лабораторно-инструментальные исследования: УЗИ органов брюшной полости - патологии не выявлено; общий анализ мочи - в норме; общий анализ крови - отмечено повышение лейкоцитов до 17,98 х 10*9/л (N - 3,6-10,2).

По результатам проведенного осмотра врач ТОГБУЗ «ГКБ №3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» не установил острой хирургической патологии и повторно направил в ОГБУЗ «Тамбовская инфекционная клиническая больница». При этом, ФИО1 не обратился повторно в ОГБУЗ «Тамбовская инфекционная клиническая больница».

В тот же день – 01.06.2022 ФИО1 самостоятельно вызвал участкового врача-терапевта поликлиники ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. Долгушина г. Тамбова», и был осмотрен врачом-терапевтом ФИО3 При осмотре он жаловался на боли в животе, преимущественно - в области пупка и по ходу толстого кишечника, тошноту. С его слов, вышеуказанные жалобы - около суток, был консультирован в ТИКБ, не госпитализирован. Врач-терапевт оценила его общее состояние как относительно удовлетворительное и указала следующий анамнез: сознание - ясное, температура тела - 36°С, живот - мягкий, при пальпации - болезненный в верхних отделах, в области пупка, стул - без особенностей, установлен диагноз: «***». Рекомендации - консультация гастроэнтеролога; назначены медикаменты.

03.06.2022 ФИО1 самостоятельно обратился в хирургическое отделение ТОГБУЗ «ГКБ им. Арх. Луки г. Тамбова» с жалобами на боли в подвздошной области, тошноту, повышение температуры тела до 38С. При осмотре было установлено: живот - мягкий, не вздут, при пальпации - болезненный, в правой подвздошной области, где пальпируется плотный, болезненный инфильтрат размерами 5 на 6 см. В правой подвздошной области при УЗИ ОБП у него определилась инфильтративная зона размерами 59 на 47 мм. На основании жалоб, анамнеза и данных обследования посредством УЗИ, ЭГДС, КТ, R-исслед., был выставлен предположительный диагноз: «***)». Ему была назначена консервативная терапия, проводилось наблюдение. С указанного времени ФИО1 находился в ТОГБУЗ «ГКБ им. Арх. Луки г. Тамбова» на стационарном лечении.

В период с 4 по 6 июня 2022 г. врачом ТОГБУЗ «ГКБ им. Арх. Луки г. Тамбова» фиксировалось удовлетворительное состояние, температура тела - в норме, жалобы на небольшие боли в правой подвздошной области; живот - мягкий, слабо болезненный при пальпации в правой подвздошной области, где пальпируется инфильтрат; перитонеальных знаков – нет. Проводилось консервативное лечение.

07.06.2022 врачом ТОГБУЗ «ГКБ им. Арх. Луки г. Тамбова» зафиксировано: удовлетворительное состояние, жалобы на дискомфорт, ноющие боли в правых боковых отделах живота, живот мягкий, при пальпации болезненный в правой подвздошной области. Была выполнена КТ ОБП и малого таза. Диагноз: ***.

09.06.2022 был проведен повторный осмотр врачом-хирургом, поскольку имели место жалобы на ноющие, тянущие боли в подвздошной области. В вечернее время того же дня зафиксировано состояние средней степени тяжести, жалобы на резкие боли в нижних отделах живота, живот -напряжен, резко болезненный в нижних отделах; перитонеальные симптомы – положительные; у больного - клиника перитонита. При проведении КТ ОБП – картина абсцесса в правой подвздошной области. При УЗИ ОБП - свободная жидкость в брюшной полости. Больному показано выполнение диагностической лапароскопии.

09.06.2022 в 23:00 час проведена операция - диагностическая лапароскопия, лапаротомия, аппендэктомия, санация, дренирование брюшной полости. При ревизии в правом и левом латеральном канале, в малом тазу - ***; в правой подвздошной ямке – ***. Выполнена нижне-срединная лапаротомия. В правом и левом латеральном канале - до 120 мл гнойного выпота, который был осушен, взят на посев. В правой подвздошной ямке - ***. При разделении инфильтрата вскрылся абсцесс до 40 мг гноя. Был осушен. Отросток у основания - перевязан, отсечен. Правый, левый латеральный калан и малый таз был промыт раствором фурациллина, осушен. Диагноз: «***

10.06.2022 в 07:00 часов больной был доставлен из операционной в палату в состоянии средней степени тяжести. Были жалобы на умеренные боли в послеоперационной ране. В 11:07 часов был повторный осмотр врачом-хирургом, проводилась инфузионная, антибактериальная терапия, выыявлены язвы и эрозии ВОПТ, в связи с чем была назначена противоязвенная терапия.

В период с 11 по 16 июня 2022 г. у ФИО1 обнаруживалось удовлетворительное и стабильное состояние, проводилось лечение швов, противоязвенное лечение. При контроле ЭГДС от 16.06.2022 - зеркальные язвы ЛДПК зарубцевались, в желудке - единичные острые эрозии, с положительной динамикой. Больной выписан в удовлетворительном состоянии с рекомендациями. Заключительный клинический диагноз: основной – «***»; осложнения – «***».

В связи с поступлением жалобы от ФИО1, проводились соответствующие экспертизы качества медицинской помощи с целью выявления нарушений прав застрахованного лица.

В экспертном заключении АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» № *** от 21.09.2022 (т. 1 л.д. 146-147) в отношении действий врача ФИО2 (ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина г.Тамбова») сделан вывод о следующих недостатках: невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных в мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций с применением телемедицинских технологий, приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевание исключением случаев отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства в установленных законодательством Российской Федерации случаях). При этом указано, что в объективном статусе у ФИО1 была отмечена болезненность живота под лоном, левой и правой подвздошной области; уровень лейкоцитов – повышенный; пациент не был госпитализирован для динамического наблюдения; в медицинской документации имеются признаки искажения сведений в разделе анамнез заболевания: дата и время проведения осмотра(19.04.2021, 16.55), неверные сведения об обращении в медицинскую организацию (поликлиника).

В экспертном заключении АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» № *** от 15.09.2022 (т. 1 л.д. 149-150) в отношении действий врача ФИО3 (ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина г.Тамбова») фактически сделан аналогичный вывод. При этом указано, что сбор анамнеза не соответствует Приказу МЗ РФ № 834н от 2014 года, отсутствуют результаты консультации врача-инфекциониста с предварительным диагнозом «***» и информация о консультации у врача в приемном отделении ТОГБУЗ; не назначена консультация врача-хирурга и лабораторно-инструментальная диагностика.

Согласно экспертным заключениям АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» № *** от 12.09.2022 и № *** от 12.09.2022 (т. 1 л.д. 152-155) в отношении действий врача ФИО6.( ГБУЗ «ТОССМП и МК»), при доставлении в ОГБУЗ «ТИКБ», а также при эвакуации в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» для консультации хирурга, нарушений при оказании помощи и дефектов оформления первичной медицинской документации не выявлено.

В соответствии с заключением экспертизы качества медицинской помощи № № *** от 21.09.2022 врача ФИО7 (ТОГБУЗ «ГКБ им.Арх.Луки г.Тамбова), установлено невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий не повлиявшие на состояние здоровья застрахованного лица. Отражено, что не правильно собран анамнез заболевания, в истории болезни отсутствует бакпосев из брюшной полости, гистологическое исследование препарата удаленного червеобразного отростка.(л.д.156,157 т.1).

Определением суда первой инстанции от 09.01.2023 по делу назначалась судебно-медицинская экспертиза, на разрешение ставились вопросы: правильно ли ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» установило ФИО1 диагноз и назначило лечение; являются ли осложнения, выявленные у ФИО1, а именно: *** - следствием неверного установления диагноза при обращении за медицинской помощью 01.06.2022 в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова»; могли ли осложнения, выявленные у ФИО1, а именно: *** - привести к летальному исходу; причинен ли вред здоровью ФИО1 в связи с не установлением сотрудниками ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» правильного диагноза и возникновением у него следующих осложнений: ***

В заключении *** от 31.05.2023 комиссия экспертов ТОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» пришла к следующим выводам:

по первому вопросу: на момент осмотра 01.06.2022 в приемном отделении ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушна г. Тамбова» ФИО8 по объективным причинам не был установлен диагноз, и не было назначено лечение; для исключения инфекционного процесса, проведения дифференциальной диагностики, с целью установления диагноза и назначения соответствующего лечения пациент повторно был направлен в ОГБУЗ «Тамбовская инфекционная клиническая больница»;

по второму вопросу: развитие *** явилось осложнением течения ***; в свою очередь, абсцедирование ***, явилось вариантом клинического течения ***; несвоевременное обращение за медицинской помощью (отмечал наличие жалоб в течение нескольких дней до первичного обращения за медицинской помощью), самостоятельное лечение являются одними из факторов, способствующих формированию ***; учитывая отсутствие патологии при проведении УЗИ от 1 июня 2022 г. и клинической симптоматики ***, можно высказаться, что его развитие происходило в период с 01.06.2022 по 03.06.2022; состоявшееся 10.06.2022 в условиях стационара желудочно-кишечное кровотечение явилось следствием обострения имевшегося у пациента заболевания - ***, что подтверждается данными поведенной ЭГДС (выявлен ***);

по третьему вопросу: абсцедирование *** с прорывом абсцесса в брюшную полость так же, как и желудочное кровотечение при отсутствии оказания специализированной медицинской помощи могут привести к летальному исходу; в настоящее время в судебно-медицинской практике отсутствуют какие-либо научно обоснованные медицинские технологии и рекомендованные экспертные методики, позволяющие моделировать исходы заболевания (смерть, выздоровление и т.д.), т.к. развитие осложнений какого-либо заболевания зависит от множества как внешних (экзогенных), так и от внутренних (эндогенных) факторов, учесть в полной мере которые невозможно; следует отметить, что развитие осложнений у ФИО1 произошло в условиях стационара, где незамедлительно была оказана медицинская помощь;

по четвертому вопросу: возникновение у ФИО1 осложнений в виде *** было обусловлено особенностями течения имевшихся заболеваний (***), и в причинно-следственной связи с действиями медицинских работников не состоит. В соответствии с пунктом 24 Медицинских критерий, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008, ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, отравления, заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и другими причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью.

Не согласившись с заключением судебной экспертизы, ФИО1 ходатайствовал о назначении повторной экспертизы.

Определением суда первой инстанции от 30.11.2023 по делу была назначена повторная судебная экспертиза, её проведение было поручено ФГБУ «Российский центр судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Российской Федерации». Расходы по проведению экспертизы суд возложил на ФИО1

В связи с неоплатой ФИО1 судебной экспертизы – определение суда о назначении экспертизы осталось без исполнения, гражданское дело – возвращено в суд.

Принимая решение о частичном удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь вышеприведенными положениями действующего законодательства, разъяснениями Пленума № 33, экспертными заключениями оценки качества медицинских услуг АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед», Клиническими рекомендациями «Острый аппендицит у взрослых», утвержденными Министерством здравоохранения РФ, 2020 (период действия 01.01.2020-31.12.2023), показаниями врача-специалиста ФИО7, проводившего лечение ФИО1 в условиях стационара ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепискова Луки г.Тамбова», суд первой инстанции пришел к следующему выводу.

Заключение экспертов ТОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» *** от 31.05.2023, не может быть принято в качестве доказательства абсолютного отсутствия в действиях врачей каких-либо недостатков, свидетельствующих о некачественном оказании медицинской услуги. Эксперты не дали никакой оценки указанным Рекомендациям «Острый аппендицит у взрослых» и не исследовали необходимость назначения ФИО1 компьютерной томографии (КТ), которая, в отличие от УЗИ, еще до образования *** могла показать наличие ***. 01.06.2022 врач-хирург ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» такого исследования не назначил.

Отсутствие на тот момент работающего КТ-аппарата в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» (на что ссылалась представитель ответчика) не являлось поводом к не проведению данного исследования. В такой ситуации врач мог предложить ФИО1 пройти это обследование в другом учреждении, чего также не сделал.

Приходя к выводу о том, что врач правомерно направил ФИО1 к инфекционисту, эксперты сослались на опасность инфекционных заболеваний. Вместе с тем, эксперты не привели в заключении действующих Правил и рекомендаций, которые запрещали бы врачу направить ФИО1 на стационарное лечение при отсутствии заключения инфекциониста. Не был проведен анализ и того, насколько соразмерно направление к инфекционисту с опасностью и скоротечностью такого заболевания, как острый аппендицит. Представитель ответчика также не привел суду доводов со ссылкой на действующее законодательство, которые ставили бы в приоритет не острое заболевание, требующее госпитализации а, возможно, и оперативного вмешательства, а наличие инфекции.

В Клинических рекомендациях указано, что осложненный *** – это признаки распространения инфекции в брюшной полости с развитием аппендикулярного инфильтрата, абсцесса(-ов), местного или распространенного перитонита, забрюшинной флегмоны, пилефлебита. К осложнениям относятся: ***).

В заключении судебной экспертизы эксперты пришли к выводу о том, что развитие у ФИО1 *** происходило в период с 01.06.2022 по 03.06.2022, и ссылались на то, что об этом свидетельствовало отсутствие патологии при проведении 01.06.2022 УЗИ, а также клиническая симптоматика ***

Приходя к такому выводу, эксперты сослались на результаты УЗИ, но, при этом, указали диапазон времени – с 01.06.2022 по 03.06.2022. То есть выводы экспертов не исключают возникновение *** 01.06.2022, когда ФИО1 осматривался врачами ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова». При том, что КТ-исследование, которое с точностью могло бы установить его наличие, ему не проводилось.

Также, по мнению суда первой инстанции, выводы экспертов АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» позволяют констатировать, что неполный анамнез, собранный врачами ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова», мог привести к недооценке тяжести заболевания ФИО1, а потому допущенные дефекты, по мнению суда, могли способствовать ухудшению состояния его здоровья (доказательств обратному не представлено). При недопущении таких недостатков - более точное установление диагноза, в том числе посредством аппарата КТ; максимально быстрое принятие мер к стационарному наблюдению в медицинском учреждении могли ускорить оказание ФИО1 квалифицированной медицинской помощи, и, соответственно, увеличить для него вероятность лучшего исхода, чем тот, который фактически был получен.

Если бы врач-хирург при первом поступлении ФИО1, описавшего симптомы, подходившие под ***, учел установленные рекомендации и принял надлежащие меры, возникновение осложнений можно было бы избежать (доказательств обратного не представлено). В свою очередь, врач поликлиники ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» ФИО3 не приняла во внимание результаты осмотра у врача-хирурга, у врача-инфекциониста и не выяснила у ФИО1 весь спектр имевшихся симптомов, что также привело к установлению неверного диагноза и затягиванию процесса лечения.

Допустимых и достаточных доказательств полного отсутствия своей вины и того, что врачами ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» были приняты все возможные меры для своевременного и квалифицированного обследования ФИО1 и установления ему правильного диагноза; того, что у них отсутствовала возможность осуществить необходимые мероприятия; а равно - того, что соблюдение всех требований не гарантировало бы более благоприятного исхода от своевременного вмешательства в условиях стационара, представителем ответчика - ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» не представлено.

Выводы судебных экспертов о том, что несвоевременное обращение ФИО1 за медицинской помощью и самостоятельное лечение являются одним из факторов, способствовавших формированию ***, не исключает того, что бездействие врачей ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» не могли повлечь его возникновение.

По мнению суда первой инстанции, установленные обстоятельства являются достаточными, чтобы считать ненадлежащим оказание ФИО1 медицинской помощи (что опосредованно привело к указанным последствиям); а равно некачественное оказание медицинской услуги как таковой, причинило ему моральный вред, и, как следствие, является основанием для привлечения ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» к гражданско-правовой ответственности в виде денежной компенсации морального вреда, причиненного истцу.

В действиях второго ответчика - ОГБУЗ «Тамбовская инфекционная клиническая больница», суд первой инстанции не установил нарушений прав ФИО1 как пациента, повлекших для него причинение морального вреда. Напротив, врач ОГБУЗ «ТИКБ», в отличие от врача-хирурга другого учреждения, максимально быстро по данным анамнеза установил наличие у истца подозрения на *** (что впоследствии и подтвердилось) и принял в связи с этим правильное решение – о направлении его на консультацию к врачу-хирургу.

В связи с изложенным, суд первой инстанции отказал ФИО1 в удовлетворении исковых требований, предъявленных к ОГБУЗ «ТИКБ».

При определении размера компенсации, подлежащей взысканию в пользу ФИО1 с ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова», суд первой инстанции учел длительность его лечения, а также нахождения на амбулаторном лечении; период нетрудоспособности; отсутствие по окончании лечения последствий, требующих регулярное обращение к специалистам в области медицины и получение дальнейшего лечения (об отсутствии такового пояснил сам истец); не выявление в процессе лечения иных осложнений (открывшаяся в ходе стационарного лечения *** не являлись следствием осложненного ***, что подтвердили врач ТОГБУЗ «ГКБ им. Архиепископа Луки г. Тамбова» и эксперты); вина врачей ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» является опосредованной, при том, что из представленных доказательств не усматривается наличие у врачей очевидных оснований оценивать состояние ФИО1 как критическое, требовавшее незамедлительной госпитализации; факт не установления прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) врачей ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» и теми последствиями, которые имели место быть; отсутствие вреда здоровью, подлежащего квалификации в соответствии с Приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008.

В связи с чем, суд первой инстанции счел разумным и справедливым взыскать с ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Руководствуясь положениями п.1 ст.1068 ГК РФ, ч.ч. 2,3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ч.5 ст.123.22 ГК РФ, Устава ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова», п.12.1 ч.1 ст.158 БК РФ, положением о Министерстве здравоохранения Тамбовской области, суд пришел к выводу о том, что Министерство здравоохранения Тамбовской области является лицом, несущим субсидиарную ответственность в случае недостаточности у подведомственного ему учреждения - ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» денежных средств (имущества), необходимых для исполнения решения суда. Поэтому, взысканная в пользу ФИО1 с ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова», компенсация морального вреда, подлежит взысканию с Министерства здравоохранения Тамбовской области в порядке субсидиарной ответственности - в случае, если у ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» будет отсутствовать либо недоставать имущества, необходимого для исполнения обязательств, возникших на основании данного решения.

На основании статьи 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета суд взыскал государственную пошлину в размере 300 руб., от уплаты которой, истец в силу закона был освобожден.

Кроме того, установив факт оказания истцу некачественной медицинской услуги, руководствуясь Законом Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-I «О защите прав потребителей», суд взыскал в пользу истца штраф 50% от размера взыскиваемой компенсации морального вреда.

В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции определением от 18.08.2025 была назначена повторная комплексная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы», расположенного по адресу: 

<

...>, с возложением обязанности по оплате стоимости экспертизы на ответчиков ОГБУЗ «ТИКБ» и ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина г.Тамбова» в равных долях.

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы: 1.Какие были допущены недостатки или дефекты в оказании медицинской помощи ФИО1 на этапе ее оказания 1 июня 2022 года врачами лечебных учреждений ОГБУЗ «ТИКБ» и ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина г.Тамбова»? 2. Являются ли острый *** и осложнения, выявленные у ФИО1 в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница имени Архиепископа Луки города Тамбова», а именно: *** следствием дефектов или недостатков оказания медицинской помощи врачами лечебных учреждений ОГБУЗ «ТИКБ» и ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина г.Тамбова»? Имеется ли причинно – следственная связь между допущенными дефектами или недостатками медицинской помощи и неблагоприятным исходом при оказании ФИО1 медицинской помощи?

При этом под неблагоприятным исходом в определении было указано- ***.

Определением судебной коллегии от 06.10.2025 удовлетворено ходатайство начальника Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы», к участию в проведении повторной комплексной судебно-медицинской экспертизы привлечены ФИО9 врач-хирург, заведующий хирургическим отделением № 2 ГБУЗ «ПОКБ им.Н.Н.Бурденко»; ФИО10 – врач инфекционист, заместитель главного врача по медицинской части ГБУЗ «ПОКЦСВМП», главный внештатный специалист по инфекционным болезням МЗ Пензенской области.

Из заключения повторной комплексной судебно-медицинской экспертизы ***-к от 30.10.2025 Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» (л.д.117-175 т.5) следует следующее.

Выявленные недостатки оказания медицинской помощи на этапе оказания скорой медицинской помощи в ГБУЗ «ТОССМП и МК» 01.06.2022 (по вызовам скорой, принятым в 07.40 и в 09.04), в причинно-следственной связи с несвоевременной диагностикой хирургической патологии не состоят.(л.д.162 т.5).

Выявленные на этапе оказания медицинской помощи в ГБУЗ «Тамбовская инфекционная клиническая больница» 01.06.2022 выявленные недостатки оказания медицинской помощи в причинно-следственной связи с неблагоприятным исходом не состоят, недостатки ведения медицинской документации прямого влияния на неблагоприятный исход заболевания (***) не оказали.(л.д.162 т.5).

На этапе оказания медицинской помощи в ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина г.Тамбова» 01.06.2022 экспертами выявлен ряд недостатков оказания медицинской помощи, которые подробно перечислены на страницах 91 -93 заключения экспертизы (л.д. 162-163 т.5). Указано, что выявленные недостатки оказания медицинской помощи состоят в причинно-следственной связи с несвоевременной диагностикой хирургической патологии у ФИО1, привели к неверной тактике ведения пациента, отсроченной госпитализации пациента в профильное отделение, отсутствию динамического наблюдения пациента (сохранению болевого синдрома, интоксикации, гипертермии), не исключали формирование *** и угрозу его прорыва в брюшную полость в амбулаторных условиях. Отмечено, что классическая картина отсутствует в 20-33% случаев. *** может «маскироваться» под другие заболевания. При неясной клинической и КТ-картине и подозрении на атипичное расположение воспалительного червеобразного отростка, а также для дифференциальной диагностики с другими острыми заболеваниями органов брюшной полости и малого таза рекомендуется выполнение диагностической лапароскопии.

На этапе оказания медиицнской помощи в ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина г.Тамбов» (поликлиника) врачом-терапевтом участковым 01.06.2022 выявлены недостатки оказания медицинской помощи, перечисленные на стр.94 заключения (л.д.163 т.5 обор.стор). Указано, что в связи с затруднительной диагностикой *** на тот момент (после консультации инфекциониста и хирурга), выявленные недостатки оказания медицинской помощи, с учетом назначенной терапии (пантопрозол, дюспаталин) причинно-следственной связи с формированием ***, не состоят, однако являлись одним из условий для отсроченной госпитализации пациента в профильное отделение.

На этапе оказания медиицнской помощи в ТОГБУЗ «ГКБ им.Арх.Луки г.Тамбова» в период с 03.06.2022 по 17.06.2022 выявлены недостатки, которые перечислены на стр.94 заключения экспертизы (л.д.163 т.5 обор.стор). Указано, что следовало рассмотреть решение вопроса о проведении диапевтических(пункция, дренирование) или открытых внебрюшинных способах санации, до случившегося прорыва *** в брюшную полость, с развитием распространенного ***.

Исходя из характера течения патологического процесса у ФИО1, клинических данных, зафиксированных в картах вызова скорой медицинской помощи и осмотре врача-терапевта от 01.06.2022, заключение врача- инфекциониста от 01.06.2022, осмотра хирурга от 01.06.2022, с учетом того, что пациент сообщал факт начала заболевания как 29.05.2022, а сроки формирования *** обычно соответствуют 3-4 суткам от начала заболевания, эксперты высказались о том, что на момент обращения в ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина г.Тамбова» 01.06.2022 вероятнее всего, имела место клиническая картина стихающего приступа *** и начальная стадия формирования ***, что согласуется с данными анамнеза и клинических проявлений».

Прямой причинно-следственной связи между несвоевременной диагностикой острой хирургической патологии в условиях ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина» 01.06.2022, отсутствием госпитализации пациента в стационар хирургического профиля, отсутствием динамического наблюдения хирурга в период с 01.06.2022 (после осмотра в приемном отделении) по 03.06.2022 (до момента госпитализации в стационар) и формированием ***, ***, не усматривается. ***, обусловлено заболеванием- ***, что в причинно-следственной связи с действиями/бездействиями медицинских работников ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина г.Тамбова» 01.06.2022, не состоит.

С учетом выводов, содержащихся в заключении повторной комплексной судебно-медицинской экспертизы ***-к от 30.10.2025 Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы», вывод суда первой инстанции о ненадлежащем оказании истцу в ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина г.Тамбова» медицинской помощи, является верным.

Экспертами указано, что имела место несвоевременная диагностика хирургической патологии, что привело к неверной тактике ведения пациента, отсроченной госпитализации пациента в профильное отделение, отсутствию динамического наблюдения пациента (сохранению болевого синдрома, интоксикации, гипертермии).

Вместе с тем, эксперты пришли к выводу об отсутствии прямой причинно-следственной связи между несвоевременной диагностикой острой хирургической патологии в ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина» 01.06.2022 и формированием ***

То есть, даже при госпитализации 01.06.2022 истца в ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина» не исключалось полностью наступление неблагоприятного для истца исхода в виде формирования ***

При этом, ***, обусловлено заболеванием- ***, что в причинно-следственной связи с действиями/бездействиями медицинских работников ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина г.Тамбова» 01.06.2022, не состоит.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что вина врачей ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина» в наступлении у ФИО1 последствий в виде формирования *** является опосредованной, т.е. косвенной, является верным.

Следовательно, решение суда первой инстанции о взыскании с ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им.И.С.Долгушина» в пользу истца компенсации морального вреда, является законным.

Вместе с тем, с учетом установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу о том, что судом первой инстанции не в полной мере были учтены физические и нравственные страдания истца.

Не проведение ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» своевременной госпитализации ФИО1 привели к тому, что с 01.06.2022 по 03.06.2022 истец был вынужден продолжать испытывать физическую боль, происходила интоксикация организма, истец ввиду не оказания ему вовремя и надлежащей медицинской помощи испытывал чувство страха за свою жизнь и здоровье.

В связи с чем, судебная коллегия считает необходимым решение суда первой инстанции в части размера компенсации морального вреда взысканного с ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» подлежащим изменению, с принятием в данной части нового решения о взыскании в пользу истца с данного ответчика компенсации морального вреда в сумме 200 000 рублей.

Доводы апелляционной жалобы ответчика ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» об отсутствии дефектов оказания медицинской помощи врачами данного учреждения в отношении истца ФИО11 01.06.2022, не состоятельны, поскольку опровергаются экспертизами качества медицинской помощи и заключением повторной комплексной судебно-медицинской экспертизы ***-к от 30.10.2025 Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы».

Оснований для отмены либо изменения решения суда в части отказа в удовлетворении исковых требований к ответчику ОГБУЗ «Тамбовская инфекционная клиническая больница» по доводам апелляционной жалобы ответчика ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова», судебная коллегия не усматривает исходя из выводов, содержащихся в заключении повторной комплексной судебно-медицинской экспертизы ***-к от 30.10.2025.

Решение суда первой инстанции в части возложения на Министерство здравоохранения Тамбовской области субсидиарной ответственности лицами, участвующими в деле, не обжалуется, следовательно, не является предметом рассмотрения в суде апелляционной инстанции.

С доводами апелляционной жалобы ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» о незаконности решения суда первой инстанции в части взыскания штрафа в соответствии с Законом «О защите прав потребителей», судебная коллегия не может не согласиться.

Так, медицинская помощь, являющаяся предметом рассмотрения по настоящему делу, оказывалась истцу бесплатно в рамках обязательного медицинского страхования. В связи с чем, оснований для взыскания штрафа на основании положений Закона РФ "О защите прав потребителей", подлежащих применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг, не имеется.

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции в части взыскания с ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» в пользу ФИО1 штрафа за неисполнение требований потребителя в добровольном порядке в размере 50 000 рублей подлежит отмене, с принятием нового решения об отказе в удовлетворении данной части требований.

Руководствуясь статьями 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

Определила:

Решение Октябрьского районного суда г. Тамбова от 29 апреля 2025 года в части взыскания с ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» в пользу ФИО1 штрафа за неисполнение требований потребителя в добровольном порядке в размере 50 000 рублей отменить, с принятием нового решения об отказе в удовлетворении данной части требований.

Это же решение в части размера компенсации морального вреда взысканного с ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» изменить, взыскать с ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. И.С. Долгушина г. Тамбова» (ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт серия *** ***) компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей.

В остальной части это же решение оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с даты его принятия.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 29.12.2025.