РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июня 2018 года г. Сызрань

Сызранский городской суд Самарской области в составе :

председательствующего судьи Бабкина С.В.,

с участием помощника Сызранского транспортного прокурора Зверева Д.Н.,

при секретаре Симоновой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-290/18 по иску ФИО1 к Самарской дистанции гражданский сооружений структурного подразделения Куйбышевской дирекции по эксплуатации зданий и сооружений - структурного подразделения Куйбышевской железной дороги – филиала Открытого Акционерного Общества «Российские железные дороги» и Открытому Акционерному Обществу «Российские железные дороги» в лице Куйбышевской железной дороги – филиала Открытого Акционерного Общества «Российские железные дороги» о признании акта о расследовании несчастного случая со смертельным исходом незаконным, признании смерти несчастным случаем на производстве и взыскании компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве,

Установил :

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику Самарской дистанции гражданский сооружений структурного подразделения Куйбышевской дирекции по эксплуатации зданий и сооружений - структурного подразделения Куйбышевской железной дороги – филиала Открытого Акционерного Общества «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве, ссылаясь в обосновании иска на то, что ее муж Д, работал плотником 4 разряда в цехе капитального ремонта Самарской дистанции гражданский сооружений структурного подразделения Куйбышевской дирекции по эксплуатации зданий и сооружений - структурного подразделения Куйбышевской железной дороги – филиала Открытого Акционерного Общества «Российские железные дороги», который 

<

дата> был направлен в командировку в Дом связи на станции Жигулевское море, находящийся по адресу : Самарская область, 

<

адрес>. В этот же день ее муж Д, при невыясненных обстоятельствах в результате несчастного случая погиб. Полагает, что расследование несчастного случая было проведено поверхностно и необъективно, а из письма ответчика № ***/КБШ НГЧ от 

<

дата> следует, что решением комиссии несчастный случай, произошедший с ее мужем, был квалифицирован как несчастный случай, не связанный с производством. Акт расследования несчастного случая и выписка судебно-медицинского исследования ей не были выданы, несмотря на ее письменное обращение. Поэтому она обратилась с данным иском в суд и просит признать смерть ее мужа Д,, погибшего 

<

дата>, несчастным случаем произошедшим на производстве и взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда, нанесенного ей по случаю потери кормильца, в размере 3 000 000 руб. 

В судебном заседании истец ФИО1 подала уточненное исковое заявление и просила признать акт о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от 

<

дата> незаконным, признать смерть Д,, умершего 

<

дата>, несчастным случаем на производстве, подлежащим оформлению ответчиком актом о несчастном случае по форме Н-1, и взыскать с ответчика в её пользу моральный вред, нанесенный ей в сумме 3 000 000 руб., ссылаясь в обоснование исковых требований на то, что её муж Д, действовал в интересах Ответчика и выполнил его задание. Его смерть наступила во время выполнения данною задания, т.е. во время работы. Отправляя его в командировку, Ответчик не обеспечил ему условия работы, режима труда и отдыха, безопасность при выполнении распоряжения. Данные нарушения и повлекли смерть Д., т.е. несчастного случая, связанного именно с производством. Ответчик так же не выполнил требований ст. 228 ТК РФ и не организовал первую помощь Д, и не доставил его в медицинское учреждение. Будучи в командировке, Д, по сути, был брошен ответчиком на произвол судьбы. То обстоятельство, что Д, вместе с членами бригады, в момент смерти находился в командировке, подтверждается материалами, находящимися в гражданском деле. В материалах дела имеются письменные объяснения членов бригады, в которых они поясняют, что работодателем были отправлены на автобусе на объект - гаражи ШЧ, находящиеся на станции «Жигулевское море», и которые не имеют никакого отношения к основному месту работы Д, Они же, в судебном заседании дополнили, что действительно, они были предупреждены администрацией ответчика, что отправляются на ст. «Жигулевское море» на длительный срок и взяли с собой продукты, смену белья и т.д. Они же в своих письменных объяснительных, а также в суде заявили, что приехав на объект, сразу занялись обустройством комнат в общежитие. Стало быть, администрация Ответчика изначально предполагала (решила) оставить работников с ночевой на объекте. При направлении сотрудника в командировку оформляются следующие документы : служебное задание; приказ о направлении в командировку; командировочное удостоверение. Ничего подобного в данном случае не произошло. Администрация ответчика не составила ни единого документа, подтверждающего факт нахождения Д, в командировке, не представила в суд доказательств и того, что его трудовой процесс согласно ст. 297 ТК РФ относится к вахтовому методу. Исходя из этого, следует, что смерть Д, наступила, когда он находился в командировке, куда его с грубейшими нарушениями норм трудового законодательства отправила администрация ответчика. Его смерть наступила именно на территории opганизации, в которой он исполнял свои трудовые обязанности. В соответствии со ст.166 ТК РФ и с Инструкцией Минфина СССР Госкомтруда СССР и ВЦСПС от 

<

дата> № *** «О служебных командировках» в пределах СССР», которая действует по настоящее время в части, не противоречащей ТК РФ, следует, что служебной командировкой признается поездка работника по распоряжению руководителя объединения, предприятия, учреждения, opганизации на определенный срок в другую местность для выполнения служебного поручения вне места его постоянной работы. В соответствии с трудовым договором № *** от 

<

дата>, трудовой книжки, личной карточки Д, был принят на работу плотником 4 разряда в цех 01 по адресу : г. Сызрань, 

<

адрес>. На основании п. 3.1 данного договора ответчик обязался создать Д, условия для безопасного и эффективного труда, оборудовать рабочее место в соответствии с правилами охраны груда и техники безопасности. На основании п. 4.1 данного же договора ответчик установил, что режим работы Д, устанавливается согласно Правилам внутреннего распорядка. Согласно п. 3.1 Правил ответчик обязан был предоставить работу и рабочее место, обусловленное трудовым договором. Рабочим местом Д,, как видно из трудового договора, является цех 01 

<

адрес>. Согласно п. 4.2 данных же Правил, ответчик обязан предоставить Д, работу, обусловленную трудовым договором, организовать его труд в соответствии с его специальностью и квалификацией, закрепить за ним рабочее место, т.е. в цехе 01 станции Сызрань. Исходя из данных документов, из договора, следует, что режим труда Д, не имел разъездной характер. В ст. 57 ТК РФ указано: «Условия, определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы». В трудовом договоре, Правилах внутреннего трудового распорядка ответчика, представленных ответчиком в суд, о подвижном либо разъездном характере работы Д, ничего не сказано. Должностная инструкция работника ответчиком в суд не представлена. Согласно п. 3 Положения об особенностях направления работников в служебные командировки, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 13.10.2008г. № ***, местом постоянной работы следует считать место расположения организации (обособленного структурного подразделения организации), работа в которой обусловлена трудовым договором. Поездка работника, направляемого в командировку на основании письменного решения работодателя в обособленное подразделение командирующей организации (представительство, филиал), находящиеся вне места постоянной работы, также признается командировкой. Д, умер на месте работы, т.е. при исполнении им трудовых обязанностей. Он страдал заболеванием сердца, температурный режим 

<

дата>, был крайне высок, т.е. днем в районе 15.00 часов температура доходила до 32 градусов тепла. В медицинском заключении указано, что содержание алкоголя в крови соответствовала не смертельному отравлению, а тяжелому, т.е. Д, мог умереть не от отравления этиловым спиртом, а от других причин. Поэтому она считает, что неудовлетворительные условия труда, т.к. администрация ответчика не обеспечила соблюдение режима труда и отдыха своих работников, отправленных в командировку, и послужили провоцирующим фактором, усугубившем болезнь и приблизили наступление смерти Д,, т.к. он страдал гипертонией, заболеванием сердца. Совершенно очевидно, что произошло событие, которое должно было находиться в сфере контроля работодателя, т.е. Ответчика, но из-за халатности и небрежности, допущенные с его стороны, этот контроль не осуществлялся. Со стороны работодателя никаких мер по предотвращению нарушений требований техники безопасности не предпринималось. В настоящее время действует Положение об особенностях расследования несчастных на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденное Постановлением Минтруда РФ от 24.10.2002г. № ***. Как предусматривает п. 4 Положения № ***, работники организации обязаны незамедлительно извещать своего непосредственного или вышестоящего руководителя о каждом происшедшем несчастном случае или об ухудшении состояния своего здоровья в связи с проявлением признаков острого заболевания (отравления) при осуществлении действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем. Но в данном случае у Д, не было никаких шансов сообщить об ухудшении состояния своего здоровья, т.к. мастер и бригадир, как усматривается из материалов данного гражданского дела, уехали с места работы, оставив своих работников одних. Исходя из этого следует, что смерть Д. наступила, когда он находился в командировке, куда его. с грубейшими нарушениями норм трудового законодательства отравила администрация ответчика. Несчастный случай, происшедший с Д, в силу ч. 3 ст.227 ТК РФ относится к перечню событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев на производстве, т.к. температурный режим, имевший место в этот день, составлял 30 градусов и никем не исключено, что Д, погиб именно от теплового удара. В медицинском заключении указано, что отравление Д, этиловым спиртом было тяжелым, но не смертельным. Не исключается, что отравление произошло именно на фоне теплового удара. Не исключается и то, что алкогольного отравления вообще не было, т.к. документами, находящимися в материалах данного гражданского дела, а также показаниями очевидцев несчастного случая не подтверждена причинно-следственная связь между смертью Д, и алкогольным отравлением. В акте о расследовании несчастного случая со смертельным исходом установлено, что члены бригады, в которой состоял Д,, и которые являются очевидцами несчастного случая, пояснили, что в 19 часов 10 минут 

<

дата> Д, был совершенно трезв, шутил с остальными членами бригады и ни на что не жаловался. Около 20 часов 10 минут, т.е. ровно через час после этого, он был обнаружен мертвым в комнате и по заключению врача, умер от острого отравления этиловым спиртом. При расследовании несчастного случая не выяснялись его подробности, не выяснялось, почему рабочие бригады были брошены администрацией ответчика в нежилом и неприспособленном для проживания здании, почему не была оказана первая, неотложная медицинская помощь Д,. почему заключение судебно-медицинского исследования противоречат показаниям рабочих бригады, почему схема места происшествия, составленная ответчиком с фотографиями, также сделанными на месте происшествия, почему подпись Д, в протоколе № *** от 

<

дата> заседания комиссии по проверке знаний требований охраны труда работников, в удостоверении о проверке знаний правил работы в электроустановках и Правил охраны труда (правил безопасности) по эксплуатации электроустановок от 

<

дата> были подделаны ответчиком, т.к. подписи Д. в данных документа отличаются от его подписи в приказе о приеме на работу, в трудовом договоре, паспорте и т.д., что видно невооруженным взглядом. Данные документы, несмотря на определение суда, обязывающее Ответчика представить все документы, касающихся расследования несчастного случая, Ответчиком в суд представлены не были, хотя они находятся в материалах расследования несчастного случая. В соответствии с гл. 59 ГК РФ и п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> № ***, работодатель (страхователь) несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трутовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации. В связи с утратой близкого ей человека она пережила и до сих пор переживает нравственные и физические страдания. У нее нарушился сон, появились резкие перепады давления, сильные головные боли. Полагает, что ей нет необходимости доказывать это, т.к. наличие нравственных страданий при причинении смерти близкому родственнику это общеизвестный факт.

В судебном заседании истец ФИО1 уточненные исковые требования поддержала, сославшись на доводы, изложенные в исковом заявлении, просила удовлетворить и пояснила, что с постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела и актом о расследовании несчастного случая от 

<

дата> она не согласна, но не обжаловала данные документы в установленном законом порядке, от проведения судебно-медицинской экспертизы она отказалась в виду отсутствия денежных средств. 

Представитель истца по доверенности ФИО2 в судебном заседании поддержал уточненные исковые требования и дополнил, что он ездил в 

<

адрес> на заседание комиссии по расследованию несчастного случая, но ему документы для ознакомления не дали. Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела и заключение судебно-медицинского эксперта о причине смерти Д, истец не оспаривала, поскольку это ее право. От проведения судебно-медицинской экспертизы истец отказалась в виду отсутствия денежных средств. Считает, что вина работодателя в произошедшем несчастном случае доказана имеющимися в деле материалами, и поэтому требования истицы подлежат удовлетворению в полном объеме.

Определением Сызранского городского суда от 

<

дата> к участию в деле в качестве соответчика привлечено ОАО «РЖД» в лице Куйбышевской железной дороги – филиала ОАО «РЖД».

Представитель ОАО «РЖД» по доверенности ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал и пояснил, что предположения истицы и ее представителя об иной причине смерти Д, и нахождении его в момент смерти в командировке какими-либо доказательствами в ходе рассмотрения дела не были подтверждены. Также поддержал доводы представителя ответчика ФИО4, приведенные ею в предыдущих судебных заседаниях, согласно которым, 

<

дата> с плотником Самарской дистанции гражданских сооружений структурного подразделения Куйбышевской дирекции по эксплуатации зданий и сооружений - структурного подразделения Куйбышевской железной дороги - филиала ОАО «РЖД» Д, на станции Жигулевское Море произошел несчастный случай со смертельным исходом. Приказом начальника Самарской дистанции гражданских сооружений В.Г. № *** от 

<

дата> была создана комиссия по расследованию несчастного случая со смертельным исходом, которой было установлено, что 

<

дата> Д, пришел на работу к 08:00, прошел целевой инструктаж. В 08:15 на автобусе ПАЗ был отправлен для проведения отделочных работ на объект 

<

адрес>. В 15.30. мастер Р. дал рабочим команду на сборы и отъезд на 

<

адрес>, на что от рабочих последовало предложение остаться и рано утром приступить к работе. Остаться мастер не разрешал, но плотники самостоятельно остались на 

<

адрес>. Согласно табеля учета рабочего времени, рабочий день плотника Д, закончился в 17.00 часов. В перерыве между 19-10 и 20-10 с плотником Д, произошел несчастный случай со смертельным исходом. Согласно выписки из акта судебно-медицинского исследования трупа гр. Д,, смерть наступила в результате острого отравления этиловым спиртом. Указанные обстоятельства также подтверждаются постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 

<

дата> Таким образом, достоверно установлено, что причиной смерти Д, послужило острое отравление этиловым спиртом в нерабочее время и не при исполнении трудовых обязанностей. Следовательно, нет оснований для квалификации данного случая как несчастного случая, связанного с производством и оформления акта по форме Н-1. Требования истицы о компенсации морального вреда, нанесенного ей по случаю потери кормильца, также считает не законными, поскольку не доказан факт нахождения истицы на иждивении у погибшего и факт нетрудоспособности, не представлено никаких документов, которые хоть каким-то образом подтверждали бы, что она находилась на его полном содержании или получала от него помощь, которая была для нее постоянным и основным источником средств к существованию. 

Представитель третьего лица Филиала № *** ГУ – Самарского РО Фонда социального страхования РФ по доверенности ФИО5 в судебное заседание не явился, представив в суд письменный отзыв, в котором просили в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать, поскольку обстоятельства произошедшего несчастного случая с Д, не соответствуют условиям, указанным в части 3 статьи 227 ТК РФ и, установленным статьей 3 Федерального закона от 

<

дата> № 125-ФЗ. Нахождение работника Д, в момент несчастного случая со смертельным исходом не в рабочее время и не при исполнении трудовых обязанностей не может быть квалифицирован как несчастный случай связанный с производством. Экспертиза данного несчастного случая Фондом социального страхования не проводилась в результате того, что отсутствует акт по форме Н-1.

Суд, заслушав пояснения сторон, допросив свидетелей В., Б.О., Б,А., Х., З., Б.В., Б.С., Р., заключение помощника Сызранского транспортного прокурора, полагавшего исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению, изучив письменные материалы дела, приходит к следующему.

Статьей 1064 ГК РФ определено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В статье 22 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со статьей 227 Трудового кодекса РФ расследованию в установленном порядке как несчастные случаи на производстве подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

При этом расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которого наступила смерть пострадавших, если указанные события произошли, в том числе, в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

Аналогичный подход к квалификации несчастного случая как произошедшего на производстве следует также из абз. 10 ст. 3 ФЗ от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", из п. 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 24.10.2002 N 73.

По смыслу приведенных правовых норм несчастный случай на производстве образует любое повреждение здоровья, полученное работником при исполнении им трудовых обязанностей или выполнении иной работы по поручению работодателя, а также при осуществлении других правомерных действий, вытекающих из трудовых отношений, которое повлекло необходимость перевода пострадавшего на другую работу, временную или стойкую утрату им трудоспособности, а также его смерть.

В силу ч. 6 ст. 229.2 Трудового кодекса РФ несчастный случай может квалифицироваться как не связанный с производством, если смерть работника наступила вследствие общего заболевания или самоубийства и это подтверждено в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом; единственной причиной смерти явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение (отравление) пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса, в котором используются технические спирты, ароматические, наркотические и иные токсические вещества; несчастный случай произошел при совершении пострадавшим действий (бездействия), квалифицированных правоохрани-тельными органами как уголовно наказуемое деяние.

Из Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" следует, что при рассмотрении иска о признании несчастного случая, связанным с производством, необходимо учитывать, что вопрос об установлении причинно-следственной связи между получением увечья либо иным повреждением здоровья и употреблением алкоголя подлежит разрешению судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела и имеющихся по нему доказательств.

В соответствии с положениями статьи 230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой, в том числе потерю потерпевшим трудоспособности на срок не менее одного дня, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

Процедура, порядок проведения и оформления несчастного случая на производстве урегулированы статьями 228 - 230.1 ТК РФ.

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

В силу статьи 231 ТК РФ разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. В этих случаях подача жалобы не является основанием для невыполнения работодателем (его представителем) решений государственного инспектора труда.

Из положений статьи 231 ТК РФ безусловно не следует, что законодатель установил досудебный порядок урегулирования спора между работником и работодателем относительно наличия факта несчастного случая на производстве, порядка его расследования и оформления. Анализ приведенной нормы позволяет прийти к выводу, что при неурегулированных разногласиях по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев на производстве, несогласная сторона может обратиться непосредственно в суд.

Судом установлено, что между Сызранской дистанцией гражданских сооружений, водоснабжения и водоотведения и Д, 

<

дата> был заключен трудовой договор № ***, в соответствии с которым Д, был принят на должность плотника 4 разряда, 1 цеха, что также подтверждается приказом № *** от 

<

дата> С учетом дополнительного соглашения от 

<

дата> к трудовому договору № *** от 

<

дата> Д, был переведен на должность плотника 4 разряда участка капитального, текущего ремонта и обслуживания служебно-технических зданий на станции Сызрань (II группа) Самарской дистанции гражданских сооружений (I группа) - структурного подразделения Куйбышевской дирекции по эксплуатации зданий и сооружений - структурного подразделения Куйбышевской железной дороги - филиала ОАО «РЖД». На основании приказа № *** от 

<

дата> трудовой договор с Д, был расторгнут на основании п. 6 ст. 83 ТК РФ в связи со смертью работника, что также подтверждается свидетельством о смерти серии III-ЕР № *** от 

<

дата>.

Также судом установлено, что 

<

дата> Д, пришел на работу к 08.00 часам. В 8:15 на автобусе ПАЗ совместно с другими работниками был отправлен для проведения отделочных работ на объект (гараж рельсовых цепей ШЧ) 

<

адрес>, где до 15.30 часов выполнял задание мастера Р. и осуществлял уборку комнаты отдыха в здании «дома связи». В 15 ч. 30 мин мастер Р. дал рабочим команду на сборы и отъезд на 

<

адрес>, на что последовало предложение от рабочих остаться и рано утром приступить к работе. Мастер Р. не возражал этому и плотники, в том числе Д,, остались в здании дома связи на 

<

адрес>, принадлежащем на праве собственности ОАО «РЖД». После ужина, в 19.10 ч. плотник Д,, почувствовав себя плохо, направился в другую комнату отдыхать, а около 20.10 ч. он был обнаружен плотником З. лежащим на кровати без признаков жизни, что также подтверждается показаниями свидетелей Р., Б.В., Х., Б.С., которые в судебном заседании пояснили, что не видели как Д, вечером после окончания рабочего дня употреблял алкоголь. Однако, в ходе проведения Самарским следственным отделом Приволжского следственного управления на транспорте СК РФ проверки по факту смерти Д, установлено, что Д, вечером 

<

дата> употреблял пиво, что подтверждается материалом проверки № *** пр/С-16.

Согласно акта судебно-медицинского исследования трупа Тольяттин-ского отдела Отделения судебно-медицинской экспертизы трупов ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» № ***т-03/1939 от 

<

дата> при судебно-медицинском исследовании трупа гр. Д,, 

<

дата> г.р., каких-либо телесных повреждений не обнаружено. При судебно-медицинском исследовании трупа гр. Д, каких-либо заболеваний, которые могли привести к наступлению смерти, не установлено. При судебно-химическом исследовании в крови и моче от трупа гр. Д, обнаружен этиловый алкоголь в концентрации 3,76 %о и 3,76 %о соответственно. Обычно данная концентрация этилового алкоголя в крови у живых лиц со средней степенью чувствительности к данному веществу, соответствует тяжелому отравлению, при котором может наступить смерть. Таким образом, на основании вышеизложенного считают, что смерть гр. Д, наступила в результате острого отравления этиловым спиртом. На это указывают токсическая концентрация этилового алкоголя в крови 3,76 %о и в моче 3,76 %о (по данным судебно-химического исследования); обильные и разлитые трупные пятна, синюшность и одутловатость лица, острое венозное полнокровие внутренних органов, жидкое состояние крови, точечные и мелкопятнистые кровоизлияния под наружной оболочкой сердца, легочной плеврой, слизистой оболочкой желудка и почечных лоханок, отек ложа желчного пузыря, переполнение желчного пузыря (30 мл), переполнение мочевого пузыря (800 мл); эмфизема и отек легких, отек головного мозга (макроскопически); дистрофические изменения внутренних органов в виде дистрофии кардиомиоцитов, гепатоцитов, эпителия канальцев почек; венозное полнокровие органов (микроскопически).

Приказом И.о. начальника Самарской дистанции гражданских сооружений Н. № КБШ НГЧЧ - 228 от 

<

дата> была создана комиссия по расследованию несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего 

<

дата> с плотником Д,, в составе которой были представители государственной инспекции труда в Самарской области и ГУ Самарского регионального отделения ФСС РФ.

В ходе расследования указанного обстоятельства комиссией по расследованию несчастного случая было установлено, что Д, на момент несчастного случая состоял в трудовых отношениях с Самарской дистанцией гражданских сооружений – структурного подразделения Куйбышевской дирекции по эксплуатации зданий и сооружений - структурного подразделения Куйбышевской железной дороги – филиала ОАО «РЖД». Согласно табеля учета рабочего времени, рабочий день плотника Д, закончился в 17.00 часов. На момент несчастного случая Д, трудовые обязанности не исполнял, в здании дома связи находился не по заданию непосредственного руководителя. Единственной причиной смерти явилось алкогольное опьянение (отравление), вне рабочее время и не при исполнении трудовых обязанностей. Учитывая вышеизло-женное комиссия посчитала, что данный несчастный случай следует квалифицировать как несчастный случай, со смертельным исходом, не связанный с производством, не подлежащий оформлению Актом формы Н-1, а также учету и регистрации в Самарской дистанции гражданских сооружений. Указанные обстоятельства подтверждаются актом о расследова-нии несчастного случая от 

<

дата>, правилами внутреннего распорядка, утвержденными 

<

дата>.

Постановлением следователя по особо важным делам Самарского следственного отдела Приволжского следственного управления на транспорте Следственного комитета РФ З.Р. от 

<

дата> было отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 143 УК РФ, ч. 1 ст. 105 УК РФ по основаниям п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием события преступления, по факту смерти 

<

дата> Д, 

Судом установлено, что ни акт о расследовании несчастного случая от 

<

дата>, ни постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 

<

дата>, ни результаты судебно-медицинского исследования трупа Д, от 

<

дата> истицей ФИО1 в установленном законом порядке оспорены не были, а доказательств, подтверждающих наступление смерти Д, от других причин, связанных с выполнением трудовых обязанностей, стороной истицы в ходе рассмотрения дела по существу в суд не было представлено.

Судом установлено, что Д, проходил периодический медицинский осмотр 

<

дата> – медицинских противопоказаний не имеет, свидетели Х., З., Б.В., Б.С., Р. в судебном заседании пояснили, что Д, 

<

дата> на здоровье не жаловался и только вечером незадолго до смерти ему стало плохо, 

<

дата> проводилась проверка его знаний требований охраны труда, что подтверждается актом о несчастном случае на производстве от 

<

дата>.

Согласно Положения об особенностях расследования и учета несчастных случаев в отдельных отраслях и организациях, утв. Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 

<

дата> № ***, расследуются в установленном порядке, квалифицируются, оформляются и учитываются в соответствии с требованиями статьи 230 Трудового кодекса РФ, как связанные с производством несчастные случаи, происшедшие с работниками или другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или работ по заданию работодателя (его представителя), а также осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем, либо совершаемых в его интересах.

Анализ приведенных правовых норм позволяет сделать вывод о том, что для учета несчастного случая, как произошедшего на производстве, необходимо, чтобы увечье или иное повреждение здоровья было получено работником при исполнении трудовых обязанностей в рабочее время.

В судебном заседании установлено и подтверждено материалами дела, что смерть Д, наступила не в связи с осуществлением последним действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем на территории работодателя, случившееся было правомерно квалифицировано работодателем как несчастный случай, со смертельным исходом, не связанный с производством. 

Таким образом, учитывая, отсутствие причинно-следственной связи между исполнением Д, трудовых обязанностей и его смертью, а также отсутствие со стороны администрации Самарской дистанции гражданских сооружений допущенных нарушений законодательных и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая (п. 6 Акта о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от 

<

дата>), суд считает, что отсутствуют основания для признания Акта о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от 

<

дата> незаконным и признания смерти Д, несчастным случаем на производстве, подлежащим оформлению актом о несчастном случае по форме Н-1.

Доводы истицы ФИО1 и ее представителя по доверенности ФИО2 о том, что несчастный случай, произошедший с Д, связан с производством, поскольку смерть работника наступила во время его нахождения в командировке в здании, принадлежащем работодателю, не могут быть приняты во внимание, поскольку опровергаются установленными в ходе рассмотрения дела обстоятельствами. Материалами дела не подтвержден факт нахождения Д, 

<

дата> в командировке, его смерть наступила вне рабочего время и не в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Доводы представителя истицы ФИО2 о том, что ему не дали возможность ознакомиться с результатами проверки противоречат материалам дела, поскольку он принимал участие в расследовании несчастного случая, произошедшего с Д, как доверенное лицо ФИО1, что подтверждено Актом о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от 

<

дата> Кроме того, 

<

дата> в адрес ФИО1 в ответ на ее заявление от 

<

дата> работодателем было направлено письмо о том, что она может ознакомиться с актом о расследовании несчастного случая и выпиской из акта судебно-медицинского исследования.

Доводы истицы ФИО1 о том, что в нарушение ст. 230 ТК РФ работодатель не направил ей по ее требованию экземпляр акта о расследовании несчастного случая, основаны на неверном толковании норм права. Из буквального толкования положений ст. 230 ТК РФ следует, что экземпляр утвержденного работодателем акта о несчастном случае на производстве в трехдневный срок после завершения расследования несчастного случая на производстве со смертельным исходом подлежит выдаче только лицам, состоявшим на иждивении погибшего, либо лицам, состоявшим с ним в близком родстве или свойстве (их законному представителю или иному доверенному лицу), по их требованию.

Исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда являются производными от основного заявленного требования, в связи с чем также удовлетворению не подлежат.

Кроме того, заявляя требования о компенсации морального вреда, истица ФИО1 ссылается на то, что моральный вред причинен ей по случаю потери кормильца со ссылкой на ст. 1088 ГК РФ.

В силу положений ст. 1088 ГК РФ, в случае смерти потерпевшего (кормильца) право на возмещение вреда имеют : нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания; ребенок умершего, родившийся после его смерти; один из родителей, супруг либо другой член семьи независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за находившимися на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими четырнадцати лет либо хотя и достигшими указанного возраста, но по заключению медицинских органов нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе; лица, состоявшие на иждивении умершего и ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет после его смерти. Один из родителей, супруг либо другой член семьи, не работающий и занятый уходом за детьми, внуками, братьями и сестрами умершего и ставший нетрудоспособным в период осуществления ухода, сохраняет право на возмещение вреда после окончания ухода за этими лицами.

Кроме того, как разъясняется в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 21.06.1985 г. № 9 «О судебной практике по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение», установление факта нахождения лица на иждивении умершего имеет значение, если оказываемая помощь являлась для заявителя постоянным и основным источником средств к существованию. В тех случаях, когда заявитель имел заработок, получал стипендию, пенсию и т.п., необходимо выяснять, была ли помощь со стороны лица, предоставлявшего содержание, постоянным и основным источником средств к существованию заявителя. 

Таким образом, вышеуказанным постановлением разъясняется, что при установлении факта нахождения на иждивении необходимо учитывать не только наличие полного содержания лица умершим кормильцем, но и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключается наличие у лица (члена семьи умершего кормильца) какого-либо собственного дохода. 

Согласно позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении от 30.09.2010 г. № 1260-О-О, факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего супруга может быть установлен как во внесудебном, так и судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой погибшим супругом, и собственными доходами иждивенца, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником его средств к существованию.

Однако, истицей ФИО1 в судебное заседание не представлено доказательств, подтверждающих факт ее нахождения на иждивении у умершего Д, и факт своей нетрудоспособности, также ею не были представлены документы, подтверждающие, что она находилась на его полном содержании или получала от него помощь, которая была для нее постоянным и основным источником средств к существованию.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к Самарской дистанции гражданский сооружений структурного подразделения Куйбышевской дирекции по эксплуатации зданий и сооружений - структурного подразделения Куйбышевской железной дороги – филиала Открытого Акционерного Общества «Российские железные дороги» и Открытому Акционерному Обществу «Российские железные дороги» в лице Куйбышевской железной дороги – филиала Открытого Акционерного Общества «Российские железные дороги» о признании акта о расследовании несчастного случая со смертельным исходом незаконным, признании смерти несчастным случаем на производстве и взыскании компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве, - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Сызранский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья : Бабкин С.В.

Мотивированное решение составлено 

<

дата>.

Судья : Бабкин С.В.