Дело № 2-5/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 января 2020 года г. Змеиногорск

Змеиногорский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Сафронова А.Ю.,

при секретаре: Зиновьевой А.С.,

с участием: истца ФИО1,

ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 и ФИО5 о признании недействительными договоров дарения и договора купли-продажи квартиры с земельным участком, применении последствий недействительности сделок, признании квартиры с земельным участком наследственным имуществом наследодателя,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением к указанным ответчикам, указывая, что ДД.ММ.ГГГГ умерла его мать ФИО2, проживающая на момент смерти в принадлежащей ей на праве собственности квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес> В связи с её смертью должно было открыться наследство, состоящее из вышеуказанной квартиры, а также иного принадлежащего ей имущества. Истцу впоследствии стало известно об отчуждении квартиры с приусадебным участком ФИО4, приходящейся внучкой ФИО2 В 2010 году спорная квартира с земельным участком ФИО2 подарены ФИО3 по договору дарения, который расторгнут ФИО2 по указанию ФИО3 и оформлен договор дарения на дочь ФИО4 Пенсии и пособия, причитающиеся его матери, в 2010 году по её доверенности получала также ФИО3

Данные сделки являются недействительными, так как совершены с пороком воли ФИО2, не способной понимать значение своих действий в силу возраста и в связи с болезненным состоянием здоровья в виде психического расстройства её личности. 

В результате указанных сделок нарушены права ФИО2 и истца как наследника имущества, явившегося предметом сделок. 

Ссылаясь на ст. 11, 12, 171, 177, 179, 432, 433 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) просит признать договор дарения между ФИО3 и ФИО4 квартиры недействительным, применив в качестве последствий недействительности одностороннюю реституцию, а также признать квартиру с земельным участком наследственным имуществом, открывшимся после смерти ФИО2 

В последующем исковые требования истцом уточнены в части, просит признать недействительными сделки - договор дарения от 08.07.2010, заключенный между ФИО2 и ФИО3, договор дарения между ФИО3 и ФИО4, а также договор купли-продажи недвижимого имущества, заключенный между ФИО4 и ФИО5

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил их удовлетворить в полном объёме. Пояснил, что его матерью ФИО2 в 1973 году были получены тяжелейшие травмы головы от его отца, в связи с чем, у неё в дальнейшем возникали проблемы со здоровьем. До оформления договора дарения, еще в 2008 году у неё были проблемы с памятью и здоровьем, она могла теряться, не понимала номинала денег, поэтому была оформлена доверенность на получение пенсии на ФИО3 Также обратил внимание суда на доверенность, выданную 11.05.2016 ФИО6 на имя ФИО3 на распоряжение принадлежащими ей денежными средствами на счёте ПАО Сбербанк, в которой указано, что ввиду болезни доверителя ФИО2 по её просьбе, в её присутствии и в присутствии нотариуса подписана ФИО7, выступающим рукоприкладчиком при подписании доверенности (т.1 л.д. 22).

Ответчик ФИО3 исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении, поскольку ФИО2 совершила указанную сделку по собственной воле, ранее ещё в 2000 году она оформила завещание на квартиру на свою внучку на ФИО4 Проблем со здоровьем, на что указывает истец, у ФИО2 не было, так как она работала на предприятии до последнего, больше чем положено. 2 года перед смертью у неё начались проблемы со здоровьем, в период совершения сделки в 2010 году она понимала значение своих действий, была в своей памяти и уме.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась в связи с дальностью проживания, о дате, времени и месте его проведения уведомлена надлежащим образом.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте его проведения уведомлена надлежащим образом. Конверты с судебной корреспонденцией, направленные судом по месту регистрации возвратились с отметкой «истёк срок хранения». Ранее судебную корреспонденцию получала, осведомлена о нахождении дела в производстве суда.

Пунктом 1 ст. 165.1 ГК РФ предусмотрено, что заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – ППВС) разъяснено, что статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное (п.68 ППВС).

По смыслу п.1 ст. 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора) либо его представителю (п. 1 ст. 165.1 ГК РФ) - (п. 63 ППВС).

Юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (п. 1 ст. 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем, она была возвращена по истечении срока хранения.

Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат (п. 67 ППВС).

Таким образом, возвращение в суд неполученной адресатом судебной корреспонденции с отметкой «по истечении срока хранения» не противоречит действующему порядку вручения заказных писем и оценивается в качестве надлежащей информации органа связи о неявке адресата за получением судебной корреспонденции. В таких ситуациях добросовестность органа почтовой связи по принятию всех мер, необходимых для вручения направленных судом извещений и копий документов, презюмируется, пока заинтересованным адресатом не доказано иное.

Вышеуказанные обстоятельства, связанные с неполучением ответчиком судебных писем свидетельствуют о том, что последняя не проявила ту степень заботливости и осмотрительности, какая от неё требовалась в целях своевременного получения направляемых ей судом документов. 

Не явившись на почтовое отделение за получением судебной корреспонденции, адресат тем самым выразил свою волю на отказ от ее получения, что приравнивается к надлежащему извещению (ст. 117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ). 

Исходя из изложенного, суд полагает, что требования закона об извещении лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения дела, выполнены надлежащим образом, с принятием исчерпывающих мер для уведомления ответчика о судебном разбирательстве, в связи с чем извещение ответчика следует признать надлежащим, позволяющим суду рассмотреть дело в его отсутствие.

В связи с чем, суд считает сообщения о судебном заседании доставленным ответчику. Таким образом, о дате, месте и времени судебного заседания он уведомлен надлежащим образом.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлеченного к участию в деле по инициативе суда, - ПАО Сбербанка России, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, привлеченное к участию в деле по инициативе суда, нотариус Змеиногорского нотариального округа в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте его проведения уведомлен надлежащим образом, представил письменный отзыв на исковое заявление, согласно которому, указывает, что право собственности на объекты недвижимости перешло в установленном законом порядке, заемщику ФИО5 предоставлен кредит в целях приобретения готового жилья, право собственности на объекты недвижимости и ипотека в силу закона зарегистрированы в Управлении Росреестра по Алтайскому краю. Право собственности на объекты недвижимости за продавцом ФИО4 11.08.2011. Продавец открыто, добросовестно владел имуществом на протяжении 7 лет. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Считают, что применение реституции не должно ущемлять права третьих лиц, действовавших добросовестно и имевших законные основания полагаться на действительность сделки. Полагают, что нет оснований для признания сделки недействительной.

Суд счёл возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что 08.07.2010 ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемая) заключили договор дарения, согласно которому даритель дарит, а одаряемая принимает в дар безвозмездно квартиру и земельный участок, находящиеся по адресу: 

<

адрес>

Право собственности дарителя на квартиру и земельный участок зарегистрированы в ЕГРП 12.11.2004 и 11.05.2004, указанный договор также зарегистрирован в ЕГРП, что подтверждается выписками из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости от 11.09.2019 № и №.

18.07.2011 ФИО3 (даритель) и ФИО4 (одаряемая) заключили договор дарения, согласно которому даритель дарит, а одаряемая принимает в дар безвозмездно вышеуказанную квартиру и земельный участок.

Право собственности дарителя на квартиру и земельный участок зарегистрированы в ЕГРП 18.08.2010, указанный договор также зарегистрирован в ЕГРП, что подтверждается выписками из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости от 11.09.2019 № и №.

Впоследствии вышеуказанная квартира и земельный участок проданы по договору купли-продажи от 02.08.2018 ФИО5, право собственности зарегистрировано в ЕГРП 06.08.2018, объекты недвижимости обременены ипотекой в силу закона в пользу ПАО «Сбербанк России», поскольку частично приобретены за счет кредитных средств по кредитному договору 

<

***> от 02.08.2018. Сделка от имени ФИО4 совершена ФИО3 на основании доверенности от 25.04.2018, удостоверенной нотариусом Третьяковского нотариального округа.

Из копии амбулаторной карты КГБУЗ «ЦРБ г. Змеиногорска» ФИО6, следует, что в июле 2001 г. она обращалась на контроль АД. При осмотре глазного дна 17.07.2001; «диск зрительного нерва бледный, граница сглажена, артерии узкие, вены темные, сетчатка б/о». С 23.04. по 30.04.2003 находилась на стационарном лечении (выписка в карте) с диагнозом: ЖКБ, хронический калькулезный холецистит; на лечение поступила планово, проведена операция – холецистэктомия, выписана в удовлетворительном состоянии. В последующем обратилась 18.11.2005 к окулисту (диагноз: начальная сенильная катаракта OU, даны рекомендации) и терапевту с жалобами на слабость, недомогание, головную боль, головокружение, при осмотре: сердце тоны приглушены, ритмичные, в легких N, живот безболезненный мягкий, печень не увеличена, отеков нет, стул и мочеиспускание в N, диагноз: хр. панкреатит, постхолистэктомический с-м; даны рекомендации. При обращении к врачу 01.12.2005 жалоб не предъявляла, указано, что прошла обследование, диагноз: хронический панкреатит в ст. неполной ремиссии, атеросклероз, ХЦВН-2; рекомендован прием панкреатина, печеночного сбора.

28.01.2015 ФИО6 осмотрена неврологом на дому: «находилась на лечении в терапевтическом отделении. Жалобы со стороны дочери на дезориентированность, психомоторное возбуждение. Объективно: ЧМН – слабость конвергенции, сух. рефлексы ДН, чувст. сохр коор. пробы с мимопопаданием. Диагноз: ЦВБ ДЭ III ст., ХЦВН III ст. сост. После ТИА в ВББ от ДД.ММ.ГГГГ; рекомендован таб. феназепам на ночь. Указанная запись в карте последняя.

Из копии карты № 27 стационарного больного ФИО6 из КГБУЗ «ЦРБ г. Змеиногорска» следует, что 10.01.2015 «поступила по «СП», до 12.01.2014 находилась в реанимации, затем переведена в терапевтическое отделение, проведено лечение по стандартам ишемического инсульта», диагноз : «ЦВБ, ТИА в ВББ от 10.01.2015, дисцикулярная энцефалопатия 3 ст., ИБС, пароксизм нарушения ритма по типу желудочковой экстрасистолии от 10.01.2014. ХСН II ст.».

Согласно ответу на запрос суда КГБУЗ «Курьинская ЦРБ» № 156 от 01.10.2019 следует, что медицинская документация на ФИО8 в КГБУЗ «Курьинская ЦРБ» и Колыванской участковой больнице отсутствует.

В соответствии с ответом на запрос суда ГУ –УПФР в Змеиногорском районе Алтайского края № 4508 от 27.08.2019 доставка пенсии ФИО6 производилась через Алтайское отделение № 8644 ПАО Сбербанк путем перечисления на счет.

Согласно ответу на запрос суда Змеиногорского межмуниципального отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Алтайскому краю № 00482 от 03.10.2019 в Едином государственном реестре недвижимости отсутствуют сведения о признании недееспособной ФИО21 (В соответствии с п. 28 Постановления Правительства РФ от 31.12.2015 N 1532 "Об утверждении Правил предоставления документов, направляемых или предоставляемых в соответствии с частями 1, 3 - 13, 15, 15(1) статьи 32 Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости" в федеральный орган исполнительной власти (его территориальные органы), уполномоченный Правительством Российской Федерации на осуществление государственного кадастрового учета, государственной регистрации прав, ведение Единого государственного реестра недвижимости и предоставление сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости", в случае вынесения решения о признании гражданина ограниченным в дееспособности или недееспособным суд направляет в орган регистрации прав копию судебного акта, вступившего в законную силу, о признании гражданина ограниченным в дееспособности или недееспособным).

Учитывая отсутствие запрашиваемых сведений ФИО22 недееспособной не признавалась. В соответствии с ответом МО МВД РФ «Змеиногорский» на запрос суда № 77/5876 от 07.10.2019 согласно СОДЧ ИСОД МВД России сведения об обращении с сообщениями о правонарушениях, заявленными в отношении поведения ФИО23. за период с 2008 г. по 2012 г. отсутствуют.

На запрос суда о наличии сведений об установлении инвалидности ФИО24 бюро № 21 ФКУ «Главное бюро СМЭ по Алтайскому краю» Министерства труда и социальной защиты РФ письмом № 4328 от 07.10.2019 сообщило, что указанных сведений нет. 

06.01.2018 ФИО2 умерла, что подтверждается копией свидетельства о смерти и записью акта о смерти №3 от 10.01.2018.

Из представленной нотариусом Змеиногорского нотариального округа копии наследственного дела к имуществу умершей ФИО2, после ее смерти с заявлением о принятии наследства обратилась ФИО3, являющаяся её дочерью, что подтверждается свидетельством о рождении и свидетельством о заключении брака, которой выдано свидетельство о праве на наследство по закону от 06.08.2018 на наследственное имущество прав на денежные средства на счетах.

Постановлением нотариуса истцу ФИО1, являющемуся сыном умершей, отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону к имуществу ФИО2 в связи с пропуском шестимесячного срока принятия наследства и отсутствием правоустанавливающих документов на квартиру.

Также нотариусом представлена копия доверенности от 11.05.2016, согласно которой ФИО2 уполномочила ФИО3 распоряжаться принадлежащими ей денежными средствами, внесенными во вклад, находящийся в подразделении № Сибирского банка ПАО Сбербанк на счете №. Ввиду болезни доверителя по её просьбе в её присутствии и в присутствии нотариуса доверенность подписана ФИО7, выступающим рукоприкладчиком.

Согласно ч. 3 ст. 160 ГК РФ если гражданин вследствие физического недостатка, болезни или неграмотности не может собственноручно подписаться, то по его просьбе сделку может подписать другой гражданин. Подпись последнего должна быть засвидетельствована нотариусом либо другим должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, с указанием причин, в силу которых совершающий сделку не мог подписать ее собственноручно.

Из материала проверки, проведённой в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ по номером в книге учёта сообщений № 2435 МО МВД РФ «Змеиногорский» по заявлению ФИО1 следует, что ФИО1 28.07.2018 обращался в МО МВД РФ «Змеиногорский» с заявлением о привлечении к ответственности ФИО3, которая в 2010 г. незаконно оформила дарственную на дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>2.

Из объяснения ФИО1, отобранного в ходе проведения проверки по его заявлению, следует, что после смерти его матери ФИО2, обратившись к своей сестре ФИО3 ему стало известно о том, что в 2010 году ФИО2 оформлена дарственная на спорную квартиру.

Из объяснений ФИО3 следует, что в 2010 году ФИО2, находясь в памяти и уме, отдавая отчет своим действиям, добровольно оформила договор дарения спорной квартиры. В 2012 году она подарила данный дом своей дочери ФИО4 Денежные средства ФИО2 она получала по доверенности со счета, так как по уходу за ФИО2 была оформлена ФИО9, которая за ней ухаживала, она отдавала ей за это 1380 руб. и остальные получаемые деньги, себе ничего не оставляла.

Из рапорта помощника УУП и ПДН ОВ ППСМ МО МВД РФ «Змеиногорский» ФИО10 следует, что в ходе проверки материала по сотовому телефону состоялся разговор с ФИО4, которая пояснила, что в 2010 году ФИО2 оформляла дарственную на свою дочь ФИО3 на спорную квартиру, при этом находилась в здравом уме и памяти. В 2000 году ФИО2 оформляла завещание на указанную квартиру на ФИО4

В материалах проверки имеется также копия завещания от 24.10.2000, согласно которому спорную квартиру ФИО2, завещала ФИО4, указанное завещание удостоверено администрацией Карамышевского сельсовета.

По результатам проверки вынесено постановление от 04.08.2018 об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, - за отсутствием состава преступления.

Из показаний свидетеля ФИО12, допрошенной в судебном заседании 09.10.2019, следует, что в 1973 году ФИО2 была сильно избита своим мужем, 2-3 месяца лежала в больнице, после больницы родители свидетеля забрали её к себе, потом она переехала в 

<

адрес>. Отец свидетеля после смерти её матери, переехал в 

<

адрес>, где женился на ФИО2 Они заняли деньги на покупку машины, когда пришло время их отдавать, денег у ФИО2 не имелось, так как она их отдала ФИО13. 

Свидетель ФИО11 показал, что ФИО2 болела, была не совсем дееспособной, у неё с головой что-то случалось. Один раз чуть не замерзла у него на крыльце, так как перепутала калитки. В 2010 году она перепутала огороды, выкапывала чужую картошку, хотя своя рядом росла и она всё лето за ней ухаживала. Были у неё помутнения с головой.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 ГК РФ (п. 2 ст. 177 ГК РФ).

По смыслу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Если из существа оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время.

В соответствие с абз. 2 ст. 171 ГК РФ каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

Согласно п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.

В соответствии с положениями ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п.1 ст.177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса (п.3 ст.177 ГК РФ).

Как указано в этих абзацах п.1. ст.171 ГК РФ, каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость. Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

Рассматривая иск о признании недействительным договора дарения, совершенного гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ч. 1 ст. 177 ГК РФ), суд должен установить, имели ли место указанные обстоятельства на момент заключения договора.

Если при заключении договора гражданин осознавал и мог руководить своими действиями и не был признан недееспособным, а доказательств обратного суду не представлено, нет оснований для признания заключенного им договора недействительным, так как его права и охраняемые законом интересы нарушены не были.

Решая вопрос о способности дарителя ФИО2 понимать значение своих действий и руководить ими, судом назначена посмертная судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам КГБУЗ «Алтайская краевая клиническая психиатрическая больница имени Эрдмана Ю.К.».

Согласно заключению комиссии экспертов КГБУЗ «

<

адрес>вая клиническая психиатрическая больница имени Ю.К. Эрдмана» от 12.12.2019 по представленным материалам дела и медицинской документации решить вопрос о том, в каком психическом состоянии находилась ФИО2 в момент совершения сделки дарения 08.07.2010 не представляется возможным в связи с отсутствием сведений о её состоянии на исследуемое время. В представленной медицинской документации отсутствуют сведения о её состоянии здоровья с 2006 года по 2015 год. Истец не был свидетелем совершения оспариваемой им сделки, поясняет, что в 2008 г. его мать ФИО2 могла «заблудиться», не понимала «номинала денег». Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО11 показал, что в 2010 г. ФИО2 «перепутала огороды, выкапывала чужую картошку, хотя своя рядом росла и она всё лето за ней ухаживала». Описанное свидетелем и истцом поведение ФИО2 предположительно может свидетельствовать о переходящих (временных) состояниях сосудистой спутанности. Что возможно на фоне повышенного артериального давления и атеросклероза, имевших место у ФИО2 с развившейся транзиторной ишемической атакой (ТИА) в 2015 г. и инсультом в январе 2018 г., сопровождавшихся с 2015 года значительным ухудшением её состояния здоровья, в том числе и психического, о чём свидетельствуют медицинские документы. Утверждать, что описанное свидетелем и истцом поведение у ФИО2 (с нарушением ориентировки в окружающем) имело место и на момент совершения сделки 08.07.2010 года не представляется возможным, указанные ими нарушения носят преимущественно временный (непостоянный) характер («могла заблудится») и они не были свидетелями заключения сделки а медицинских документов ФИО2 на исследуемое время нет. Ответчик по делу ФИО15 в судебных заседаниях поясняла различно: «моя мать дурой не была до последнего дня» а в последующем: «мама стала такой последние 2 года перед смертью, в 2010 году она была нормальной, в своем уме и памяти». Таким образом, исследовав представленные материалы дела и медицинские документы комиссия пришла к выводу, что решить экспертные вопросы в отношении ФИО2 не представляется возможным по независящим от эксперта причинам, так как в деле не содержится информации для решения вопросов о психическом состоянии ФИО2, её способности по психическому состоянию понимать значение своих действий и руководить ими на момент совершения сделки дарения 08.07.2010. Вопрос о способности ФИО2 «отдавать отчет своим действиям и руководить ими» некорректен, так как сформулирован в соответствии с утратившим силу Уголовным кодексом РСФСР. 

Из психологического анализа представленных на экспертизу материалов дела следует, что имеющаяся информация о ФИО2, её индивидуально-психологических особенностях скупа и неоднозначна: отсутствуют подробные сведения, описывающие особенности интеллектуально-мнестической и эмоционально-волевой сферы, состояния на исследуемый период времени, пояснения участников судебного процесса кратки и противоречивы, не имеют конкретных временных указаний (от описаний, указывающих на самостоятельность в принятии решений о подписании договоров дарения, адекватность поведения, продуктивность контакта с окружающими до «невменяемости», потребности в посторонней помощи, не узнавания окружающих, дезориентировки в окружающем). Кроме того, в деле полностью отсутствуют описания личности ФИО2 (индивидуально-психологических особенностей), в частности на исследуемый период времени. В связи с чем, решить экспертные вопросы, входящие в компетенцию медицинского психолога, не представляется возможным по независящим от эксперта причинам (т. 1 л.д. 217-224).

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Согласно ст. 12 ГПК РФ, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел. 

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались. Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено ГПК РФ.

Истцом указанные требования ст. 56 ГПК РФ не выполнены, несмотря на то, что судом соответствующим образом распределялось бремя доказывания и возлагалась обязанность на истца доказать те обстоятельства на которые он ссылается.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно ч. 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Определениями суда от 30.08.2019 и 27.12.2019 о принятии и подготовке дела к судебному разбирательству и принятии уточнённого искового заявления (т.1 л.д. 1-3; 230-235), на истца возложено бремя доказывания:

- недействительности заключенных сделок со спорными объектами недвижимости;

- отсутствия у ФИО2 в момент подписания доверенности способности понимать значение своих действий и руководить ими, (в том числе путём предоставления медицинских документов, справок, показаний свидетелей, заключений экспертов и т. д.);

- доказательства наличия у ФИО14 заболеваний, либо состояния, влекущих ограничение способности понимать значение своих действий (медицинские карты, выписки из истории болезни, справки и т.д.);

- отсутствия у ФИО2 в момент совершения сделки дарения 23.11.2010 способности понимать значение своих действий и руководить ими (медицинские документы, справки, показания свидетелей, заключения экспертов и т. д.);

- сведений о поведении и состоянии здоровья ФИО2 за период не менее 1 -2 лет до совершения сделки в 2010 году и 1-2 лет после совершения указанной сделки свидетельствующих о её способности (или неспособности) понимать значение своих действий и руководить ими (медицинские документы, справки, показания свидетелей и т.д.); 

- иных обстоятельств, на которых истец ссылался в обоснование своей позиции.

Вышеуказанных доказательств суду не представлено и в материалах дела не содержится.

Суд критически относится к доводам истца относительно доверенности, выданной ФИО2 на имя ФИО3, в присутствии рукоприкладчика ФИО7 (т. 1 л.д. 22), так как она выдана 11.05.2016, то есть намного позже заключения оспариваемых истцом сделок, следовательно, не подтверждает, а опровергает доводы истца о том, что ФИО2 не отдавала отчёт своим действиям, не понимала и не осознавала, что делает (была недееспособной), на момент совершения оспариваемой сделки от 08.07.2010, так как в ином случае (в случае недееспособности), на указанную дату и через продолжительное время – на момент подписания доверенности 11.05.2016, она не была бы оформлена (заверена) нотариусом.

Изучив представленные доказательства в их совокупности с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, суд приходит к выводу о том, что отчуждение и приобретение спорных объектов недвижимости соответствовало действительной воле сторон договоров, о чем свидетельствует исполнение сторонами условий оспариваемых договоров. 

Наступление правовых последствий в виде регистрации права собственности спорных объектов недвижимости так же указывает на обоюдную волю сторон на совершение вышеуказанных сделок.

С учётом положений ст.ст. 166-181 ГК РФ, суд не находит оснований признать спорные сделки недействительными.

Истцом не представлено доказательств того, что ФИО2 в момент совершения сделки дарения квартиры с земельным участком, расположенных по адресу: 

<

адрес>2 от 08.07.2010, заключенной между ФИО2 и ФИО3, не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

То есть истцом не доказано, что указанные обстоятельства имели место на момент заключения оспариваемой сделки.

Экспертами ответа на данный вопрос не дано, так как в деле не содержится информации для решения вопросов о психическом состоянии ФИО2, её способности по психическому состоянию понимать значение своих действий и руководить ими на момент совершения сделки дарения 08.07.2010.

Медицинские документы, свидетельствующие о состоянии её здоровья на момент совершения сделки и до момента её совершения отсутствуют. В амбулаторной карте имеются записи о её обращении 18.11.2005 к окулисту, а затем 28.01.2015 об осмотре неврологом. То есть на момент совершения сделки в 2010 году, документов о состоянии её здоровья не имеется. Доказательств ухудшения её здоровья в указанный период нет. Жалобы на её дезориентированность датированы 2015 годом, что не относится к моменту совершения сделки.

Показание свидетелей о наличии проблем со здоровьем у ФИО2 и способности понимать значение своих действий, суд во внимание не принимает, поскольку наличие указанных обстоятельств именно на момент совершения сделки 08.07.2010 свидетелями не подтверждено.

ФИО2 при заключении договора не признана недееспособной, осознавала и могла руководить своими действиями, доказательств обратного суду не представлено, нет оснований для признания заключенного договора дарения квартиры с земельным участком, расположенных по адресу: 

<

адрес> от 08.07.2010, заключенного между ФИО2 и ФИО3, а также нет оснований для применения односторонней реституции (возврата полученного по сделке).

Поскольку в удовлетворении исковых требований о признании договора дарения от 08.07.2010 недействительным отказано, не подлежат удовлетворению и производные требования о признании последующих сделок недействительными: договора дарения от 18.07.2011, заключенного между ФИО3 и ФИО4, и договора купли-продажи недвижимого имущества от 02.08.2018, заключенного между ФИО4 и ФИО5

Других оснований для их признания недействительными также не установлено.

Также не может быть удовлетворено требование истца о признании спорной квартиры наследственным имуществом по следующим основаниям. 

В соответствии с п. 1 ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина.

Поскольку на момент смерти ФИО2 спорная квартира с земельным участком наследодателю не принадлежала, указанные требования истца о признании их наследственным имуществом не подлежат удовлетворению.

Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований истца ФИО1 в полном объеме.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований понесенные истцом судебные расходы ему не возмещаются.

При подаче иска истцом оплачена госпошлина в размере 5450 руб. исходя из цены иска 225000 руб.

Поскольку иск о признании недействительными договоров купли-продажи или дарения, а также спор о применении последствий недействительности сделки связан с правами на имущество, государственную пошлину при подаче таких исков следует исчислять в соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) - как при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, в зависимости от цены иска.

В связи с чем, сумма госпошлины по требованию о признании договора дарения недействительным исчисляется как при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке.

А по двум требованиям о признании недействительным последующего договора дарения и договора купли-продажи требования об оспаривании сделок следует считать имущественными, не подлежащими оценке, поскольку заявлены в отношении прав на одно и то же имущество.

Кроме того, истцом заявлено требование имущественного характера, не подлежащего оценке о признании квартиры наследственным имуществом.

Согласно сведениям ЕГРН кадастровая стоимость спорной квартиры составляет 236 597,69 руб., земельного участка - 65 139,12 руб., а всего – 301 736,81 руб.

Расчет госпошлины (далее – ГП) суд проводит следующим образом. 

Полная цена иска: 301 736,81 руб.

В соответствии с подп.1 п.1 ст. 333.19 НК РФ при цене иска от 200001 до 1000000 руб. госпошлина составляет 5200 руб. плюс 1% от суммы, превышающей 200000 руб.

Формула расчета ГП: размер ГП = 5200 + (полная цена иска - 200000)* 1%

Расчет: 5200 + ((301736,81 - 200000)* 1) / 100 = 6 217,37 руб.

В соответствии с подп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера госпошлина для физических лиц составляет 300 рублей.

Итоговый размер госпошлины: 7117,37 руб. (6 217,37 руб. + 300 руб. + 300 руб. + 300 руб.). 

Истцом уплачена ГП в размере: 5450 руб. (т.1 л.д. 8), недоплата госпошлины составила 1667,37 (7117,37 руб. - 5450 руб.).

С ответчика в пользу местного бюджета подлежат взысканию судебные расходы в сумме 1667,37 руб.

Руководствуясь ст. ст.194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО4 и ФИО5 о признании недействительными договоров дарения и договора купли-продажи квартиры с земельным участком, применении последствий недействительности сделок, признании квартиры с земельным участком наследственным имуществом наследодателя отказать в полном объёме.

Взыскать с ФИО1 в пользу местного бюджета - муниципального образования «Змеиногорский район» Алтайского края судебные расходы – госпошлину в сумме 1667,37 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Змеиногорский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья А.Ю. Сафронов

Мотивированное решение изготовлено 28.01.2020.

Судья А.Ю. Сафронов