РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Калач 12 октября 2020 года 

Калачеевский районный суд Воронежской области в составе:

председательствующего Романова М.А.

при секретаре Васильевой М.А.,

с участием истца ФИО1, его представителей ФИО2, Козловой И.А.,

представителей ответчиков ФИО3, ФИО4, 

прокурора Мельникова А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Кристалл» и БУЗ ВО «Калачеевская районная больница» о признании недействительными медицинского заключения, медицинской справки, заключения государственного инспектора труда, акта о несчастном случае на производстве, а также о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском, в котором просит суд признать недействительными: медицинское заключение № 1284 о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 24.09.2019 г., выданное БУЗ ВО «Калачеевская районная больница» в отношении ФИО1, справку о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве, выданную 26.05.2020 г. БУЗ ВО «Калачеевская районная больница», заключение государственного инспектора труда ФИО5, акт № 1 от 27.09.2019 г. о несчастном случае на производстве, выданный АО «Кристалл», в части указания степени тяжести повреждения здоровья. Просит также обязать ФКУ «Бюро медико-социальной экспертизы» Министерства труда и соцзащиты РФ определить степень утраты им профессиональной трудоспособности. Кроме того, просит суд взыскать с АО «Кристалл» в его пользу в счет компенсации морального вреда 500 000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец пояснил следующее. ДД.ММ.ГГГГ он находился на рабочем месте в качестве слесаря-ремонтника в цехе сушки жома АО «Кристалл» по адресу: 

<

...>. При осуществлении ремонта оборудования он стоял на ленточном конвейере. Конвейерная лента начала двигаться и его затянуло в короб. В связи с полученной производственной травмой, он проходил лечение в травматологическом отделении БУЗ ВО «ФИО6» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и в травматологическом отделении Воронежской областной клинической больницы № 1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, диагноз - разрыв лонного и левого крестцово-подвздошного сочленения. Между тем, в медицинском заключении № 1284 от 24.09.2019 г., выданном БУЗ ВО «ФИО6», в акте № 1 о несчастном случае на производстве, указано, что ему установлен диагноз: «рваная рана левого бедра» и указанное повреждение относится к категории легкого несчастного случая на производстве. Данный диагноз и степень тяжести повреждения указаны также в акте несчастном случае на производстве. С указанным медицинским заключением и актом о несчастном случае он не согласен, так как считает, что повреждения, имеющиеся у него, относятся к категории тяжелого несчастного случая на производстве. Согласно заключению государственного инспектора труда по несчастному случаю с легким исходом, происшедшему ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1, проведено расследование данного несчастного случая в связи с рассмотрением обращения работника о несогласии, с решением работодателя по проведению несчастного случая произошедшего с ним ДД.ММ.ГГГГ, основной причиной несчастного случая является неудовлетворительная организация производства работ. Выплат ответчик в связи с причинением ему вреда здоровью не произвел. По своей прежней специальности он работать не может. В результате травмы он также лишился того заработка, на который мог рассчитывать до ее получения. Принимая во внимание обстоятельства несчастного случая на производстве, учитывая его основные причины, тяжесть перенесенных им физических и нравственных страданий, длительность его лечения, считает, что у него есть правовые основания для предъявления требования к ответчику о выплате компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей. Также им было израсходовано 7 220 рублей на приобретение лекарственных средств и транспортные расходы в связи с лечением, которые он просит взыскать с ответчика.

В возражении на иск ответчика БУЗ ВО «ФИО6» указано, что степень тяжести травмы на производстве ФИО1 определена в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.02.2005 г. № 160 «Об определении степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве», пункт 3 которого содержит исчерпывающий перечень случаев повреждения здоровья, которые относятся к тяжелым несчастным случаям на производстве. Такие повреждения здоровья как разрыв лонного сочленения, рваная рана правой и левой паховой области не относится к тяжелым несчастным случаям на производстве.

В отзыве на иск представитель ответчика АО «Кристалл» указал, что исковые требования в части размера компенсации морального вреда и возмещения материального ущерба считает необоснованными. Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести (учетная форма № 315/у), выданному БУЗ ВО «ФИО6» № 1284 от 24.09.2019 г., ФИО1 был поставлен диагноз: «рваная рана левого бедра». В соответствии с заключением БУЗ ВО «ФИО6» и согласно «Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве» (Приказ Минздравсоцразвития РФ от 24.02.2005 г. N 160) указанное повреждение относится к легкой категории. Данный диагноз и легкая степень тяжести повреждения здоровью ФИО1 подтверждены справкой о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве БУЗ ВО «ФИО6» от 26.05.2020 г. Последствия несчастного случая - выздоровление. У истца не наступило осложнений, связанных с повреждениями, а также развитие и усугубление имеющихся хронических заболеваний в связи с получением повреждения; не наступила стойкая утрата трудоспособности в соответствии со Схемой определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве (Приказ Минздравсоцразвития РФ от 24.02.2005 г. N 160). Истец может работать по прежнему месту работы, а также не ограничен в выборе работ, связанных с физическими нагрузками, может вести обычную жизнь. Таким образом, требуемая истцом к взысканию сумма морального вреда 500 000 руб. не соразмерна и не соответствует характеру и объему нравственных страданий истца вследствие повреждения здоровья в результате несчастного случая на производстве. В абзаце четвертом п.63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами РФ Трудового кодекса РФ" разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работника, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. АО «Кристалл» является одним из основных объектов поддерживающих инфраструктуру, обеспечивающую значительной части жителей Калачеевского района Воронежский области работу и, соответственно, материальный доход. Размер морального вреда, указанный истцом, является для Общества значительным. Поэтому уплата большой суммы морального вреда негативно отразится на финансовом положении Общества, что в свою очередь неблагоприятно скажется на неограниченном круге лиц (задержка материальных выплат работникам, расчеты с контрагентами, уплата обязательных платежей). Истцом к исковому заявлению не приложены доказательства понесенного им материального ущерба в размере 7220 руб., что исключает возможность его взыскания.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал заявленные требования по изложенным в иске основаниям, указал, что с выводами о степени тяжести повреждений, полученных в результате несчастного случая на производстве, он не согласен, полагая, что характер полученных им повреждений относится к тяжелым несчастным случаям на производстве. Ему был причинен моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях. Он проходил стационарное лечение в ФИО6 1 месяц, в дальнейшем ему была сделана операция в Воронежской областной больнице, после чего еще 2 месяца он продолжал лечение амбулаторно. В настоящее время он все еще испытывает сильные боли от последствий полученной травмы. Группу инвалидности ему не дали, однако трудоустроиться и выполнять работу, которую он выполнял ранее, по состоянию своего здоровья он не может. 

Представитель истца адвокат Козлова И.А. в судебном заседании исковые требования поддержала в части признания недействительным медицинского заключения №1284 выданного БУЗ ВО ФИО6 в отношении ФИО1, справки о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве, выданной 26.05.2020 г. БУЗ ВО ФИО6, заключения государственного инспектора труда, выданного государственным инспектором труда ФИО5, акта № 1 о несчастном случае на производстве, выданного АО «Кристалл», в части указания степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, а также в части взыскания с АО "Кристалл" в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей по изложенным в иске основаниям. В остальной части исковые требования просит оставить без рассмотрения. 

Представитель ответчика АО «Кристалл» ФИО3 в судебном заседании исковые требования признала частично, не признает исковые требования в части суммы взыскания материального ущерба, а также суммы компенсации морального вреда. Не возражает против взыскания с АО «Кристалл» компенсации морального вреда в сумме 10 000 рублей. 

Представитель ответчика БУЗ ВО «ФИО6» ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала, считает, что степень тяжести в заключительном диагнозе определена правильно. В соответствии с приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.02.2005 г. № 160 указанное повреждение относится к категории легкой степени тяжести. 

Выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего иск обоснованным частично, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему. 

ДД.ММ.ГГГГ в 2 часа 30 минут, во время исполнения трудовых обязанностей с ФИО1 произошел несчастный случай: в ходе производства ремонтных работ в цехе сушки жома АО «Кристалл» по адресу: 

<

...>, истец упал на конвейерную ленту, его начало затягивать в короб движущегося механизма и он получил производственную травму.

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести (учетная форма № 315/у) выданному БУЗ ВО «ФИО6» № 1284 от 24.09.2019 г. ФИО1 был поставлен следующий диагноз: «рваная рана левого бедра». Согласно схеме определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к легким (л.д.48).

В справке о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве, выданной ДД.ММ.ГГГГ БУЗ ВО «ФИО6» ФИО1, указано, что он проходил лечение в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по поводу: «Закрытый разрыв лонного и левого крестцово-подвздошного сочленений. Рваная рана левого бедра». S33.4, S33.2, S71.1 (л.д.45).

В акте № 1 о несчастном случае на производстве от 27.09.2019 г. (п.8.2) указано, что согласно медицинскому заключению о тяжести повреждения здоровья согласно медицинскому заключению № 1284 от 24.09.2019 г, выданному БУЗ ВО «ФИО6» ФИО1 установлен диагноз «рваная рана левого бедра». Согласно схеме определения степени тяжести, указанное повреждение относится к категории легких. Причинами несчастного случая указаны: нарушение техники безопасности работника и личная невнимательность работника при обслуживании непрерывного технологического транспорта и отсутствие контроля со стороны начальника смены (л.д.20-23). 

Не согласившись с решением работодателя по установлению причин несчастного случая, ФИО1 обратился Государственную инспекцию труда в Воронежской области. 

В заключении государственного инспектора труда ФИО5 несчастный случай 23.09.2019 г. с ФИО1 указан, как произошедший с легким исходом. В ходе проведенного расследования учитывалось медицинское заключение БУЗ ВО «ФИО6» № 1284 от 24.09.2019 г. В заключении указано, что основной причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии должностного контроля за проведением работ по ремонту ленточного конвейера, сопутствующая причина – ненадлежащее функционирование на предприятии системы управления охраной труда.

Согласно выписке из карты стационарного больного травматологического отделения № 7187 ФИО1 находился на стационарном лечении в БУЗ ВО «ФИО6» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, заключительный диагноз: «разрыв лонного сочленения, рваная рана правой и левой паховой области» (л.д.39). 

Как следует из выписного эпикриза № 01102/3 ФИО1 находился на лечении в травматологическом отделении БУЗ ВО Воронежской областной клинической больницы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом «

<

данные изъяты>» (л.д.46-47).

Исследовав представленные доказательства, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца в части признания недействительным медицинского заключения № 1284 о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 24.09.2019 г., выданного БУЗ ВО «Калачеевская районная больница»; акта № 1 от 27.09.2019 г. о несчастном случае на производстве, выданном АО «Кристалл» в части указания степени тяжести повреждения здоровья ФИО1; заключения государственного инспектора труда от ДД.ММ.ГГГГ по результатам расследования несчастного случая, происшедшего с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, в части указания степени тяжести повреждения здоровья.

Из пункта 8.2 акта о несчастном случае на производстве от № 1 от 27.09.2019 г. следует, что вывод о полученных истцом в результате несчастного случая на производстве повреждениях и их характере сделан на основании медицинского заключения № 1284 от от 24.09.2019 г., выданного БУЗ ВО «Калачеевская районная больница».

Указанное заключение явилось также основанием для указания в заключении государственного инспектора труда о полученных ФИО1 в результате несчастного случая на производстве повреждениях и их характере (категории легких).

Судом установлено, что ни 23 ни 24 сентября 2019 года истцу не производилось рентгенологического исследования костей таза, в связи с чем, не был распознан «разрыв лонного и левого крестцово-подвздошного сочленения». Указанная травма была расценена как «рваная рана левого бедра» и, исходя из характера повреждений, истцу определена легкая степень тяжести, что и было отражено в медицинском заключении № 1284 о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести (учетная форма № 315/у), выданном БУЗ ВО «ФИО6» ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, согласно заключению судмедэксперта № 243.20 от 01.09.2020 г., телесные повреждения, полученные ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью. Экспертом были исследованы медицинские карты стационарного больного ФИО1 БУЗ ВО «ФИО6» и «ВОКБ № 1», а также рентгенограммы. На представленных Р-граммах костей таза от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.г., ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ был определен разрыв лонного и разрыв левого крестцово-подвздошного сочленения (л.д.85-87). Кроме того, наличие у истца разрыва лонного и разрыва левого крестцово-подвздошного сочленения подтверждается также выписным эпикризом № 01102/3 БУЗ ВО Воронежской областной клинической больницы.

В соответствии с п.2 ч.3 Схемы определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, утвержденной приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.02.2005 г. N 160, такие повреждения здоровья, как двусторонние переломы заднего полукольца таза с разрывом подвздошно-крестцового сочленения и нарушением непрерывности тазового кольца или двойные переломы тазового кольца в передней и задней частях с нарушением его непрерывности относятся к тяжелым несчастным случаям на производстве. 

Учитывая наличие у истца полученных в результате несчастного случая на производстве повреждений здоровья, тяжесть причиненного вреда здоровью, суд считает, что несчастный случай на производстве, произошедший с ФИО1 по степени тяжести повреждения здоровью относится к категории – тяжелые.

Суд не находит оснований для удовлетворения иска в части признания недействительной справки о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве от 26.05.2020 г., т.к. данная справка не содержит какой-либо недостоверной информации и сама по себе не повлекла нарушений прав и законных интересов истца. 

Суд полагает, что требование истца о взыскании с ответчика АО «Кристалл» компенсации морального вреда также является обоснованным. 

Частью 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 ст.21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 ст.22 Трудового кодекса РФ).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса РФ).

Частью 1 ст.212 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 ст.212 Трудового кодекса РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом РФ, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 ст.219 Трудового кодекса РФ).

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст.237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Факт получения ФИО1 повреждений в результате несчастного случая на производстве подтверждается представленными в материалы дела документами.

Причиной несчастного случая согласно заключению государственного инспектора труда в Воронежской области от 22.06.2020 г. явилась неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии должностного контроля за проведением работ по ремонту ленточного конвейера, сопутствующая причина – ненадлежащее функционирование на предприятии системы управления охраной труда.

В соответствии со ст.229.2 Трудового кодекса РФ факта грубой неосторожности ФИО1, которая содействовала бы возникновению вреда, причиненного его здоровью, установлено не было.

Нарушение АО «Кристалл» требований по охране труда, является в силу ст.237 Трудового кодекса РФ самостоятельным основанием для взыскания компенсации морального вреда.

Таким образом, полагает суд, имеются все основания для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

При определении размера подлежащей взысканию с ОАО «Кристалл» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, суд принимает во внимание все фактические обстоятельства дела, степень и характер физических и нравственных страданий истца, тяжесть полученных истцом в результате несчастного случая на производстве повреждений, длительность стационарного и амбулаторного лечения ФИО1, проведение истцу операции, длительный период нахождения в лежачем состоянии и нетрудоспособности в связи с нарушением функции нижних конечностей, степень вины причинителя вреда, а также требования справедливости и разумности, и приходит к выводу о снижении заявленной истцом суммы компенсации до 400 000 рублей.

Что касается требований истца о взыскании с АО «Кристалл» компенсации материального ущерба в размере 7220 рублей, суд полагает, что данные требования удовлетворению не подлежат. 

В силу п.1 ст.1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Суду не представлены доказательства, подтверждающие, что истец нуждался в приобретении лекарственных средств (ксарелто, викасол, этамзилат, дицинол, кальция глюконат), в приобретении шприцов и повязок, корсета ортопедического и не имел права на их бесплатное получение. Соответствующие назначения врача, рецепты, суду не представлены. 

Не подлежит удовлетворению также требование истца о возложении обязанности на ФКУ «Бюро медико-социальной экспертизы» Министерства труда и соцзащиты РФ определить степень утраты им профессиональной трудоспособности, поскольку данные требования ничем не обоснованы, кроме того, данная организация не привлечена к участию в деле в качестве соответчика.

Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины, то на основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ и абз. 8 п. 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса РФ, ст. 333.19. Налогового кодекса РФ с ответчиков следует взыскать государственную пошлину в доход местного бюджета.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Признать недействительным медицинское заключение № 1284 о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 24.09.2019 года, выданное БУЗ ВО «Калачеевская районная больница» в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 

Признать недействительным заключение государственного инспектора труда ФИО5 от 22.06.2020 года по результатам расследования несчастного случая, происшедшего с ФИО1 23.09.2019 года, в части указания степени тяжести повреждения здоровья. 

Признать недействительным акт № 1 от 27.09.2019 года о несчастном случае на производстве, выданный АО «Кристалл», в части указания степени тяжести повреждения здоровья ФИО1. 

Взыскать с АО «Кристалл» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 400 000 рублей.

В остальной части в удовлетворении иска отказать. 

Взыскать с АО «Кристалл» в доход местного бюджета госпошлину в сумме 600 рублей.

Взыскать с БУЗ ВО «Калачеевская районная больница» в доход местного бюджета госпошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд в течение 1 месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, т.е. с 17.10.2020 г.

Судья М.А.Романов 

1версия для печати