Судья 1-ой инстанции - ФИО1 №22-1361/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

14 мая 2025 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Ивановой Л.Ю., 

при ведении протокола помощником судьи Ворожниным А.Г., 

с участием прокурора Пашинцевой Е.А.,

подсудимого Н.А.Ю. посредством системы видео-конференц-связи, 

защитника – адвоката Ш.А.И., 

рассмотрел в открытом судебном заседании судебный материал по апелляционной жалобе защитника-адвоката Ш.А.И. на постановление Иркутского районного суда 

<

адрес изъят> от Дата изъята , которым

Н.А.Ю., (данные изъяты),

обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

в порядке ст. 255 УПК РФ продлен срок содержания под стражей на 03 месяца, по Дата изъята включительно. 

Этим же постановлением уголовное дело в отношении Н.А.Ю. возвращено прокурору 

<

адрес изъят> для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Выслушав подсудимого Н.А.Ю., его защитника - адвоката Ш.А.И., настаивавших на удовлетворении апелляционной жалобы, прокурора Пашинцеву Е.А., возражавшую против её удовлетворения, суд

УСТАНОВИЛ:

Н.А.Ю. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Постановлением Кировского районного суда 

<

адрес изъят> от Дата изъята в отношении Н.А.Ю. была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которой продлевался на основании судебных решений, вступивших в законную силу.

Уголовное дело в отношении Н.А.Ю. поступило в Иркутский районный суд 

<

адрес изъят> Дата изъята .

Постановлением Иркутского районного суда 

<

адрес изъят> от Дата изъята срок содержания под стражей Н.А.Ю. продлён на 03 месяца, по Дата изъята в порядке ст. 255 УПК РФ.

В апелляционной жалобе на постановление суда в части продления срока содержания под стражей защитник-адвокат Ш.А.И. считает, что судебное решение было принято с существенными нарушениями ч.4 ст. 7, ч. 1 ст. 108, ч. 1 ст. 97, ст. 99, ч. 1 ст. 110, ст. 109 УПК РФ, п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от Дата изъята № «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога».

Вывод о необходимости продления срока содержания под стражей суд обосновал тяжестью предъявленного обвинения, возможностью Н.А.Ю. скрыться от органов предварительного следствия и суда, возможностью воспрепятствовать производству по делу, в том числе угрожать свидетелям и иным участникам уголовного судопроизводства. Полагает, что данные выводы не подтверждаются материалами уголовного дела.

Отмечает, что инкриминируемые Н.А.Ю. деяния имели место около 24 лет назад. В связи с чем все действия Н.А.Ю., которые по мнению суда могут быть направлены на воспрепятствование производству по уголовному делу, могли быть им совершены задолго до задержания.

Вывод о возможности скрыться от суда ничем не подтвержден. Так, у Н.А.Ю. имеется двое несовершеннолетних детей, состоит в фактических брачных отношениях, что свидетельствует о наличии устойчивых социальных связей, характеризуется удовлетворительно, имеет постоянное место жительства, где и был задержан.

Также ссылка суда на заявление свидетеля А.Ю.А. является не обоснованной ввиду того, что последняя является бывшей супругой Н.А.Ю., с которой у них имеется двое общих детей.

Обращает внимание, что сроки давности по инкриминируемому Н.А.Ю. преступлению истекли в 2016 году при этом приводит положения ч. 3 ст. 97 УПК РФ. Уголовное дело ранее возвращалось прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ и в настоящее время также возвращено прокурору, что свидетельствует о неэффективной организации предварительного следствия и влечёт необоснованное продление срока содержания под стражей.

На основании изложенного просит постановление суда в части продления срока содержания под стражей Н.А.Ю. отменить, избрать в отношении него меру пресечения в виде домашнего ареста, либо более мягкую меру пресечения. 

Выслушав участников процесса, проверив в апелляционном порядке представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Решение вопроса о мере пресечения после поступления уголовного дела в суд для рассмотрения его по первой инстанции регламентировано ст. 255 УПК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 255 УПК РФ в ходе судебного разбирательства суд вправе избрать, изменить или отменить меру пресечения в отношении подсудимого.

Согласно ч. 2 ст. 255 УПК РФ, если заключение под стражу избрано подсудимому в качестве меры пресечения, то срок содержания его под стражей со дня поступления уголовного дела в суд и до вынесения приговора не может превышать 6 месяцев. На основании ч. 3 ст. 255 УПК РФ суд, в производстве которого находится уголовное дело, по истечении 6 месяцев со дня поступления уголовного дела в суд вправе продлить срок содержания подсудимого под стражей. При этом продление срока содержания под стражей допускается только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях и каждый раз не более чем на 3 месяца.

В соответствии со ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, и обстоятельства, предусмотренные ст. 99 УПК РФ. 

Согласно постановлению суда первой инстанции, основанием для продления срока содержания под стражей в отношении подсудимого Н.А.Ю. явилось опасение того, что последний, осознавая тяжесть предъявленного ему обвинения, может скрыться, а также оказать давление на свидетелей.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводом суда о возможности Н.А.Ю. скрыться ввиду того, что преступление, в совершении которого он обвиняется было совершено на территории 

<

адрес изъят> в 2001 году, при этом последний до момента его задержания (Дата изъята ) проживал в 

<

адрес изъят> и попыток скрыться до указанного момента не предпринимал.

Сохраняя избранную в отношении подсудимого меру пресечения в виде заключения под стражу и продлевая срок ее действия на 03 месяца, суд первой инстанции, установив наличие предусмотренного ст. 97 УПК РФ основания для избрания меры пресечения, не привел убедительных доводов о невозможности применения к Н.А.Ю. иных, более мягких мер пресечения, в том числе домашнего ареста, запрета определенных действий и не дал должной оценки, как того требуют положения ст. 99 УПК РФ, совокупности сведений о личности подсудимого.

Поскольку заключение под стражу применяется при невозможности применения более мягкой меры пресечения, то сами по себе риски ненадлежащего поведения подсудимого Н.А.Ю., в силу ч. 1 ст. 97 УПК РФ, учитываемые при избрании любой меры пресечения, недостаточны для продления наиболее строгого вида изоляции подсудимого. Указанные требования закона судом первой инстанции оставлены без внимания.

При оценке рисков ненадлежащего поведения подсудимым Н.А.Ю., воспрепятствования производству по делу, суд апелляционной инстанции учитывает характер, тяжесть и обстоятельства преступления, в совершении которого обвиняется Н.А.Ю., стадию производства по уголовному делу, данные о личности и поведение подсудимого в ходе расследования уголовного дела.

Так, Н.А.Ю. обвиняется в совершении преступления, которое направлено против личности, относящегося к категории особо тяжких, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде длительного лишения свободы; имеет регистрацию, постоянного и официального источника дохода не имеет, вместе с тем, имеет гражданство РФ, социальные связи, ранее не судим, к уголовной и административной ответственности ранее не привлекался, в материалах имеется представленные стороной защиты согласия собственников квартир по адресу: 

<

адрес изъят> – Н.Г.И. и Н.Ю.Л., соответственно, на проживание подсудимого в данных жилых помещениях при применении альтернативной заключению под стражу меры пресечения.

Суд апелляционной инстанции с учетом того, что срок давности привлечения к уголовной ответственности, в котором обвиняется Н.А.Ю., истёк в 2016 году, при этом он возражает против прекращения уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 3 ч.1 ст. 24 УПК РФ, что вероятность ненадлежащего поведения Н.А.Ю. снизилась ввиду длительности расследования и содержания под стражей подсудимого (с августа 2023 года), а также с учетом стадии производства по делу и полагает, что при наличии сведений о возможности его проживания по месту производства по делу, пропорциональной и соразмерной риску ненадлежащего поведения Н.А.Ю. будет являться мера пресечения в виде запрета определённых действий при ее исполнении по адресу: 

<

адрес изъят>, с установлением запретов в соответствии с ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ.

При таких обстоятельствах, несмотря на тяжесть предъявленного обвинения в совершении преступления, направленного против личности, с учетом установленных данных о личности подсудимого Н.А.Ю., снижения вероятности его ненадлежащего поведения с учетом длительности расследования дела и содержания под стражей (с августа 2023 года), суд апелляционной инстанции полагает, что на данном этапе производства по делу, с учетом возвращения его прокурору, пропорциональной и соразмерной риску ненадлежащего поведения Н.А.Ю. будет являться мера пресечения в виде запрета определенных действий при ее исполнении по адресу: 

<

адрес изъят>. При этом исполнение данной меры пресечения не создаст возможных препятствий для осуществления производства по делу. Для обеспечения реализация целей уголовного судопроизводства, надлежащего поведения подсудимого Н.А.Ю. и явки в суд следует установить запреты в соответствии с п.п. 3-5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Иркутского районного суда 

<

адрес изъят> от Дата изъята в части продления срока содержания под стражей в отношении подсудимого Н.А.Ю. изменить.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении подсудимого Н.А.Ю. изменить на меру пресечения в виде запрета определённых действий, определив местом ее исполнения жилое помещение по адресу: 

<

адрес изъят>. 

Подсудимого Н.А.Ю. из-под стражи освободить.

В соответствии с п.п. 3-5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ возложить на подсудимого Н.А.Ю. следующие запреты:

- общаться с потерпевшими и свидетелями по данному уголовному делу;

- отправлять и получать почтово-телеграфные отправления, за исключением случаев, связанных с осуществлением прав участника уголовного судопроизводства по уголовному делу, получения от следователя и суда документов и извещений по уголовному делу;

- использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением случаев, предусмотренных ч. 8 ст. 105.1 УПК РФ, а также случаев общения с защитником, контролирующим органом, следователем и судом (о каждом таком использовании средств связи Н.А.Ю. информирует контролирующий орган).

Обязать Н.А.Ю. самостоятельно являться по вызовам следователя и суда.

Разъяснить подсудимому Н.А.Ю., что возложенные запреты применяются до отмены или изменения меры пресечения в виде запрета определенных действий.

Разъяснить подсудимому Н.А.Ю., что в случае нарушения им условий и порядка избранной в отношении него меры пресечения, она может быть изменена по судебному решению на более строгую.

Возложить осуществление контроля за исполнением избранной подсудимому Н.А.Ю. меры пресечения и за соблюдением им установленных судом запретов на федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осуждённых (территориальный орган ФКУ УИИ ГУФСИН России по 

<

адрес изъят>).

Апелляционную жалобу защитника - адвоката Ш.А.И. удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г.Кемерово).

В случае обжалования подсудимый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении кассационной жалобы судом кассационной инстанции.

Председательствующий Л.Ю. Иванова