РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 июля 2024 года г.Алексин Тульской области

ФИО1 межрайонный суд Тульской области в составе:

председательствующего Жувагина А.Г.,

при секретаре Григорьевой А.В., 

с участием истца ФИО2 и ее представителя ФИО3,

ответчика ФИО4 и его представителя ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-764/2024 по иску ФИО2 к ФИО4 об обязании демонтировать камеры наружного наблюдения, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратилась в суд с вышеуказанным иском. В обоснование заявленных требований указала, что является собственником жилого дома, гаража и прилегающих к ним земельных участков по адресу: 

<

адрес>. В жилом доме проживает совместно с несовершеннолетним сыном и супругом. Ее сосед ФИО4, проживающий по адресу: 

<

адрес>, установил камеры наружного наблюдения, которые нарушают ее права на личную неприкосновенность (конституционные права и свободы). Полагала, что ФИО4 постоянно производит умышленный сбор сведений о ее частной жизни и слежку. В нарушение ст.3 Федерального закона «О персональных данных» ее согласие ФИО4 не получал. В обзор установленных видеокамер попадает, в том числе ее задний двор, где гуляет ее несовершеннолетний ребенок, при том, что с соседом – ФИО6 проживают и его дети (мужчины).

Просила обязать ФИО4 демонтировать камеры наружного наблюдения, расположенные по адресу: 

<

адрес>, и взыскать с ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб.

Определением суда от 07.05.2024 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО7

В судебном заседании:

Истец ФИО2 и ее представитель ФИО3 исковые требования поддержали и просили их удовлетворить по изложенным в иске основаниям. Дополнительно пояснили, что о факте установки и видеонаблюдении узнали только в ходе судебного разбирательства по уголовному делу, когда ответчиком в качестве доказательства была представлена соответствующая видеозапись. После этого по факту установки ответчиком камер видеонаблюдения они обращались в различные инстанции, однако каких-либо мер не предпринято. С требованиями к ответчику о демонтаже камер видеонаблюдения они не обращались, поскольку имеет место быть факт конфликтных отношений. В ракурс видеокамер попадала и попадает значительная часть, принадлежащего ей земельного участка с расположенным на нем жилым домом, окнами, а также принадлежащий ей земельный участок и расположенный на нем гараж, дорога общего пользования, то есть ответчик может видеть кто приезжает, приходит к ней, а также что творится на ее земельном участке и возможно в ее доме. Позади дома для ребенка ими устанавливался бассейн, и он также попадал в ракурс видеокамер. Фактически на протяжении длительного времени они постоянно находились и находятся под наблюдением ответчика, так как им производится сбор, хранение, использование информации о их частной, личной жизни. Действия ответчика посягают на принадлежащие ей нематериальные блага, такие как недопустимость получения фото- и видеоизображений ее и близких ей людей без их согласия. В результате действий ответчика ФИО7 попал в медицинское учреждение и проходит лечение.

Ответчик ФИО4 и его представитель ФИО5 возражали против удовлетворения исковых требований, полагали их необоснованными. Дополнительно пояснили, что камеры видеонаблюдения установлены исключительно в целях личной безопасности, поскольку между ответчиком и истцом имеется факт конфликтных отношений. Какого-либо разрешения, согласия на установку камер видеонаблюдения у истца либо иных лиц не бралось, они установлены по собственной инициативе. Одна из камер установлена под козырьком крыши дома, вторая - на столбе ЛЭП, расположенном напротив дома. На чердаке жилого дома, принадлежащего ответчику, имеется оборудовано помещение для монитора и блоков. Камеры в основном направлены на земельный участок и жилой дом, принадлежащие ответчику, имеют функцию приближения, однако при этом ухудшается качество видеозаписи и идентификация личности, других объектов не возможна. Какие-либо события из личной жизни истца под обзор камер не попадали и не попадают. Сбором, хранением информации ответчик не занимается и не занимался, поскольку объем жесткого диска составляет 80 Гбайт, что составляет не более 50 час. видеозаписи, с последующим ее стиранием и обновлением. Руководства по эксплуатации у ответчика не имеется, так как камеры заказывались по интернету, другие документы на иностранном языке. Только в рамках уголовного дела в отношении ФИО7 ответчиком представлялась запись видеокамеры за 15.04.2023 года, иные записи видеокамер куда-либо не предоставлялись, не размещалась, не выкладывались, и не являются доступной информацией. Указанная видеозапись исследовалась в ходе судебного заседания по уголовному делу для защиты прав ответчика, каких-либо ходатайств об исключении видеозаписи из числа доказательств не заявлялось. Полагали, что фактически действия стороны истца направлены на опровержение доказательств уголовного дела. После просмотра видеозаписей и фотоматериалов подтвердили, что на представленных ими фото отображено направление камер, ракурс, территория, попадающая под обзор, при этом не отрицали, что в обзор видеокамер в настоящее время попадает часть земельного участка и расположенный на нем гараж, принадлежащие истцу, а также дорога общего пользования. Ранее в обзор видеокамер также попадала передняя часть дома истца и прилегающий к нему земельный участок, однако впоследствии, после ее обращений в компетентные органы, изменен ракурс видеокамер. 

Третье лицо ФИО7 не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещался надлежащим образом.

Выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

В силу ст.150 ГК РФ нематериальные блага (в частности, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона) защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно ч.1 ст.152.1 ГК РФ обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускается только с согласия этого гражданина. Такого согласия не требуется в случаях, когда: 1) использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах; 2) изображение гражданина получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования; 3) гражданин позировал за плату.

В соответствие с ч.1 ст.152.2 ГК РФ если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, личной и семейной жизни. Не являются нарушением правил, установленных абзацем первым настоящего пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле.

К сбору и обработке фото- и видеоизображений применим Федеральный закон от 27.07.2006 г. N152-ФЗ «О персональных данных», предусматривающий, что персональными данными является любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных), что включает фото- и видеоизображение человека.

Согласно ст.2 данного Федерального закона его целью является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

Обработка персональных данных осуществляется с согласия на это субъекта (п.1 ч.1 ст.6 указанного Федерального закона), в связи с чем получение фото- и видеоизображений людей путем установки видеокамер, обработка биометрических персональных данных могут осуществляться только при наличии согласия в письменной форме (ч.4 ст.9) субъекта персональных данных (ст.11).

На основании абз.1 ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что ФИО2 является собственником земельного участка с кадастровым №, на котором расположен жилой дом с кадастровым №, земельных участков с кадастровыми № и №, на которых расположены гаражи с кадастровыми № и №, по адресу: 

<

адрес>.

ФИО4 принадлежат жилой дом с надворными постройками, площадью 162,3 кв.м, с кадастровым №, и земельный участок площадью 1 654 кв.м, с кадастровым №, расположенные по адресу: 

<

адрес>.

Указанные объекты недвижимости, принадлежащие ФИО8 и ФИО4 располагаются напротив друг друга, разделены земельным участком, находящимся в муниципальной собственности, и дорогой общего пользования, тогда как один из земельных участков с построенным на нем гаражом, принадлежащих истице, расположен по соседству с земельным участком ответчика. 

Между сторонами сложились личные, неприязненные, конфликтные отношения.

Ответчиком ФИО4 установлены под козырьком крыши своего жилого дома и на столбе ЛЭП, расположенном возле указанного дома, две камеры видеонаблюдения и осуществляется видеонаблюдение на протяжении более одного года. На установку камер видеонаблюдения истец либо иные лица согласия не давали, что не отрицалось сторонами, что не оспаривалось стороной ответчика. 

Приговором мирового судьи от 6.12.2023 года ФИО7 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.115 УК РФ, назначено наказание в виде штрафа в размере 10 000 руб. 

Данный приговор мирового судьи вступил в законную силу 1.02.2024 года.

В рамках судебного разбирательства по уголовному делу в отношении ФИО7 потерпевшим ФИО4 предоставлялась запись с камер видеонаблюдения от 15.04.2023 года, которая обозревалась в ходе судебного заседания.

В ходе судебного разбирательства по настоящему гражданскому делу, судом обозревалась запись с камер видеонаблюдения, фотоматериалы, представленные стороной истца и фотоматериалы, представленные стороной ответчика, которые подтверждают факт осуществления 15.04.2023 частичной видеофиксации земельного участка (территория перед входом и сбоку от дома), домовладения истца (фасад с окнами, входная группа), дороги общего пользования и расположенного напротив жилого дома истицы, земельного участка с построенным на нем гаражом, принадлежащих истице. 

Действительно, из видеозаписей и фотоматериалов усматривается, что ракурс камер видеонаблюдения изменен ответчиком, однако в настоящее время ответчиком также осуществляется видеофиксации территории, прилегающей к входу на земельный участок (перед калиткой), принадлежащий истице, дороги общего пользования и расположенного напротив жилого дома истицы, земельного участка с построенным на нем гаражом, принадлежащих истице. 

Указанные обстоятельства, по мнению суда, независимо от объяснений ответчика об отсутствии у него умысла на совершение каких-либо неправомерных действий, свидетельствуют о нарушении ответчиком личных неимущественных прав истицы на неприкосновенность частной жизни и посягательстве на принадлежащие ей такие нематериальные блага, как недопустимость получения ее фото- и видеоизображений без ее согласия.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о возможности частичного удовлетворения заявленных истцом требований и обоснованности доводов стороны истца в части необходимости переустановки камер системы видеонаблюдения, в положение, исключающее видеофиксацию жилого дома, принадлежащего истцам и ее земельных участков. Оснований для удовлетворения требований в остальной части суд не находит с учетом приведенных обстоятельств. 

Доводы стороны ответчика о том, что видеокамеры направлены на земельный участок и жилой дом, принадлежащие ему, неубедительны и опровергаются материалами дела.

Доказательств отсутствия у ответчика умысла на сбор и хранение информации о личной и семейной жизни истицы суду не предоставлено, отношения между сторонами сложились неприязненные, тогда как факт осуществления до настоящего времени видеофиксации объектов недвижимости, принадлежащих истице, ее передвижения по ним, и возможности отслеживания событий, происходящих на них, установлен в ходе судебного разбирательства. 

Доводы стороны ответчика о том, что установленные камеры видеонаблюдения и оборудование к ним не позволяют осуществлять сбор и хранение материалов, идентификация личности, других объектов не возможна, неубедительны, опровергаются материалами дела. 

Иные доводы стороны ответчика несостоятельны, поскольку не свидетельствуют о наличии законных оснований для осуществления видеофиксации объектов недвижимости, принадлежащих истице. 

В силу положений ст.206 ГПК РФ при принятии решения суда, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные с передачей имущества или денежных сумм, в случае, если указанные действия могут быть совершены только ответчиком, суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда должно быть исполнено.

Поскольку суд пришел к выводу о возможности частичного удовлетворения заявленных требований, суд считает необходимым установить ответчику срок в течение которого он должен совершить действия по предотвращению нарушения прав истца - в течении 10 дней со дня вступления решения суда в законную силу. Данный срок суд считает разумным. 

С учетом того, что суд пришел к выводу о наличии факта неправомерных действий со стороны ответчика, нарушении прав истца, с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, причиненного ФИО2 неправомерными действиями ФИО4, суд учитывает обстоятельства причинения вреда, период времени, в течение которого производилось нарушение ее прав, отсутствие наступивших в результате этого негативных для истца последствий, и принимая во внимание степень нравственных страданий истца, исходя из принципа разумности и справедливости, считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца 10 000 руб. в счет компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

исковые требования ФИО2 к ФИО4 об обязании демонтировать камеры наружного наблюдения, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Обязать ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, переустановить две видеокамеры системы видеонаблюдения, установленные под козырьком жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, и на столбе ЛЭП, установленном возле указанного дома, в положение, исключающее видеофиксацию жилого дома, принадлежащего истцам и их земельных участков с кадастровыми №№, №, в течении 10 дней со дня вступления решения суда в законную силу.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных ФИО2 требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Тульский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в ФИО1 межрайонный суд Тульской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 08.07.2024.

Судья