Дело №2-1/2024

УИД 75RS0024-01-2022-000955-03

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 мая 2024 года п. Чернышевск

Чернышевский районный суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Воротниковой Н.И.,

при секретаре судебного заседания Матыко М.С.,

с участием прокурора Шведко А.В.,

истца К.М.О.,

представителя истца Р.Ю.Н.,

представителя ответчика ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» - Ф.Д.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению К.М.О. к Государственному учреждению здравоохранения «Чернышевская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, убытков,

УСТАНОВИЛ:

К.М.О. обратилась в суд с указанным иском, ссылаясь на следующее.

ДД.ММ.ГГГГ К.М.О. обратилась в приемный покой Чернышевской ЦРБ с жалобами на температуру и острую боль в животе. Дежурный врач – терапевт Д.О.Ю. осмотрев истца, поставила диагноз «цистит». В этот же день истец сдала анализы крови, мочи, прошла флюорографию, было проведено ультразвуковое исследование органов малого таза. Острой патологии не было выявлено и истцу был рекомендован осмотр гинекологом, который истец прошла ДД.ММ.ГГГГ, по результатам осмотра истец была направлена на амбулаторное лечение в домашних условиях (препараты «Монурал», «Канефрон»), выдано направление на прием к терапевту. ДД.ММ.ГГГГ на приеме терапевт Э.А.А. истца не осмотрела, подтвердив диагноз «цистит», и добавила к лечению препарат «Но-шпа», также были назначены анализы крови, мочи и назначен повторный прием на ДД.ММ.ГГГГ, несмотря на то, что истец обращала внимание врача на сильные боли, но терапевт поставила запись в карте «жалоб нет, живот мягкий». ДД.ММ.ГГГГ истец была вынуждена обратиться за медицинской помощью в экстренном порядке на станцию скорой помощи, была доставлена в ЦРБ с клиникой острого живота, симптомами интоксикации и госпитализирована. В стационаре истцу хирургом Д.А.А. была проведена операция лапаротомия, аппендэктомия, санация, дренирование брюшной полости. В связи с ухудшением состояния ДД.ММ.ГГГГ истец была доставлена санавиацией в Краевую клиническую больницу 

<

адрес>, где проходила дальнейшее лечение. Заключительный клинический диагноз: «острый гангренозно-перфоративный аппендицит с формированием кишечного абсцесса». Осложнения: тифлит, разлитой фибринозно-гнойный перитонит, ИТШ 2, парез кишечника, анемия средней степени тяжести, двухсторонняя пневмония, двухсторонний экссудативный плеврит, вторичный послеоперационный панкреатит. В Краевой клинической больнице лечащий врач ФИО6 проводила истцу медикаментозное и оперативное лечение: лапаротомия, ревизия, санация брюшной полости, трахеостомия. 9 раз проведена лечебно-санационная фибробронхоскопия, и только ДД.ММ.ГГГГ истец была направлена для дальнейшего лечения в ГУЗ «Госпиталь ветеранов войны и труда», где находилась до ДД.ММ.ГГГГ. В ДД.ММ.ГГГГ года истец обращалась в Министерство здравоохранения Забайкальского края с жалобой на действия врачей Д.О.Ю. и Э.А.А.. ДД.ММ.ГГГГ ее обращение было направлено в ГК «Забайкалмедстрах» для проведения экспертизы качества медицинской помощи. Из ответа Министерства здравоохранения от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в ходе рассмотрения обращения истца был проведен анализ медицинской документации, приняты во внимание результаты проведенной экспертизы качества медицинской помощи, и обращение признано обоснованным, в связи с чем медицинские работники, допустившие дефекты оказания медицинской помощи, привлечены к дисциплинарной ответственности, и страховой компанией принято решение о применении к медицинской организации финансовых санкций. Несоблюдение стандартов и неоказание своевременной квалифицированной медицинской помощи со стороны врачей – сотрудников Чернышевской ЦРБ привели не к улучшению состояния здоровья истца (положительный результат лечения не был достигнут), а причинило ей вред и кардинально ухудшило ее состояние и повлекло за собой существенные, практически непоправимые последствия для ее здоровья. По вине ответчика истцу пришлось переживать физические страдания от грыжи, которая давала о себе знать, вызывая боль и физические страдания даже при легком покашливании в течение двух лет ежедневно. Кроме того по вине ответчика истцу пришлось пережить нравственные страдания, вспоминая о пережитом при каждом обследовании, без регулярного проведения которых теперь обходиться нельзя, и при каждом недомогании с ДД.ММ.ГГГГ года испытывать страх за свою жизнь, чем ей причинен моральный вред, который истец оценивает в сумму 3 000 0000 рублей. Также истец понесла расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе на его восстановление. В частности, в результате некачественно оказанной медицинской помощи, у истца образовалась послеоперационная вентральная грыжа, которая требовала ношения бандажа и оперативного лечения. ДД.ММ.ГГГГ истец была направлена ГУЗ ККБ на дополнительное предоперационное обследование, после которого госпитализирована ДД.ММ.ГГГГ, а ДД.ММ.ГГГГ ей была проведена операция. На дополнительное обследование истцом потрачено 11 100 рублей, кроме того ею приобретен послеоперационный бандаж стоимостью 1820 рублей, которые ей необходимо было носить после операции.

Уточнив и окончательно сформулировав исковые требования, истец К.М.О., просит взыскать с ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» в пользу истца убытки понесенные в связи с повреждением здоровья, в результате оказания некачественной медицинской помощи медицинским учреждением в размере 3820 рублей; взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей.

Определением Чернышевского районного суда Забайкальского края от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу в части требований о взыскании убытков в сумме15 194 рубля прекращено в связи с отказом истца от иска в данной части.

Судом привлечены к участию в деле в качестве ответчика Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика - Д.О.Ю.., Э.А.А., Д.А.А., ГУЗ «Краевая клиническая больница». 

Истец К.М.О. в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении, при этом пояснив, что ДД.ММ.ГГГГ в связи с болью в области живота была доставлена бригадой скорой медицинской помощи в приемное отделение ГУЗ «Чернышевская ЦРБ», где была осмотрена дежурным врачом ФИО1, сдала анализы, прошла УЗИ. ФИО1 выставила диагноз «цистит» и поставив укол антибиотика, отправила на амбулаторное лечение, рекомендовав сходить на прием к гинекологу и врачу-терапевту. ДД.ММ.ГГГГ истец была осмотрена врачом-терапевтом Э.А.А., высказав ей жалобы на плохое самочувствие, повышение температуры. Врач Э.А.А. скорректировала назначенное ранее лечение, добавив препарат «Но-шпа», назначив следующий прием на ДД.ММ.ГГГГ и отправила домой. В связи со значительным ухудшением состояния ДД.ММ.ГГГГ истец вновь вызвала машину скорой помощи, была доставлена в больницу, где ей врачом Д.А.А. была проведена экстренная операция по удалению аппендицита, после которой в связи с ухудшением состояния она была санавиацией доставлена в ГУЗ «Краевая клиническая больница», где она подверглась неоднократному оперативному лечению и впоследствии направлена на реабилитацию в ГБУЗ «

<

адрес>вой клинический госпиталь для ветеранов войн». Врач ФИО1 к врачу-хирургу её не направляла, больницу не дождавшись хирурга, она не покидала.

Представитель ответчика ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» Ф.Д.Н. в судебном заседании с требованиями истца не согласилась, при этом пояснив, что К.М.О. обратившись в медицинское учреждение за медицинской помощью рекомендации врачей не выполняла, не дождавшись приема врача-хирурга покинула медицинское учреждение, в стационар для дальнейшего наблюдения не легла, на повторный прием ДД.ММ.ГГГГ не явилась, назначенные врачом-терапевтом анализы не сдала, таким образом истец небрежно отнеслась к своему здоровью, в связи с чем самостоятельно должна нести ответственность за наступившие по ее вине последствия. Со стороны врачей ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» нарушений при оказании медицинской помощи истцу допущено не было, благодаря грамотным действиям хирурга ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» истцу сохранена жизнь. Расходы на медицинские услуги по забору анализов на наличие коронавирусной инфекции и приобретение бандажа взысканию с ответчика не подлежат, поскольку несение расходов на медицинское обследование документально не подтверждено, бандаж приобретен до операции, сведений в медицинских документах о необходимости его ношения и данных рекомендациях врача отсутствуют, в связи с чем требования К.М.О. о взыскании компенсации морального вреда и убытков удовлетворению не подлежат в полном объеме. 

Представитель ответчика - Департамента государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края по доверенности ФИО2, будучи надлежащим образом извещена о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явилась, в представленном в суд заявлении просила рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика, в удовлетворении исковых требований, предъявляемых к Департаменту, отказать, мотивируя следующим. Министерство здравоохранения Забайкальского края является исполнительным органом государственной власти Забайкальского края, на который возложены координация и регулирование деятельности данного учреждения. Министерство здравоохранения Забайкальского края является главным распорядителем бюджетных средств в отношении подведомственного ему учреждения, к компетенции которого относится формирование, утверждение и финансовое обеспечение государственного задания учреждения. Департамент осуществляет полномочия в соответствии с Положением о Департаменте, утвержденным постановлением Правительства Забайкальского края от 19.02.2017 №585 и бюджетными полномочиями в отношении учреждений здравоохранения не обладает. Субсидиарная ответственность при недостаточности имущества учреждения должна возлагаться на Забайкальский край в лице Министерства здравоохранения Забайкальского края, а взыскание должно производится с казны Забайкальского края, а не с органа исполнительной власти (т.3 л.д.161-162).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика Д.О.Ю., надлежащим образом уведомленная о времени и месте рассмотрения дела в судебном заседании участия не принимала. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что при обращении К.М.О. в медицинское учреждение, она сразу заподозрила у пациентки «аппендицит». После первичного осмотра К.М.О. подняли на третий этаж для того, чтобы она подождала врача-хирурга и готовилась к госпитализации, но К.М.О. отказалась, пояснив, что у нее ничего не болит, и самовольно покинула медицинское учреждение, не дождавшись врача-хирурга, о чем в журнале приема была сделана соответствующая запись (т.1 л.д.184-188).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика Д.А.А. ДД.ММ.ГГГГ суду показал, что пациентка К.М.О. поступила к нему в отделение только на 6 сутки с начала заболевания с уже ярко выраженной клиникой «острого живота», что предполагало экстренное оперативное вмешательство. Перед операцией был выполнен необходимый минимум, собраны анализы, проведена предоперационная подготовка. Операцию начали по разрезу ФИО3 в правой подвздошной области, непосредственно в месте скопления, увидев, что абсцесс более распространен перешли на средне-срединную лапаротомию, обеспечив более широкий доступ к брюшной полости для санации. На четвертые сутки пациентка в тяжелом состоянии была переведена в ГУЗ «Краевая клиническая больница», где далее проходила лечение. При нахождении пациентки в ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» в течение всего времени показаний для проведения санации не было, как и не было необходимости транспортировки К.М.О. в ГУЗ «Краевая клиническая больница», выздоровление пациентки могло быть достигнуто и на базе ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» (т.3 л.д.171-182).

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика – Министерство здравоохранения Забайкальского края, ГУЗ «Краевая клиническая больница», ГБУЗ «Забайкальский краевой клинический госпиталь для ветеранов войн», Э.А.А., надлежащим образом уведомленные о времени и месте рассмотрения дела, в судебном заседании участия не принимали, представителя в суд не направили, мнения относительно заявленных исковых требований не высказали, ходатайств об отложении судебного заседания не заявляли. 

Прокурор полагает, что иск подлежит удовлетворению, и с учетом разумности и справедливости в пользу истца с ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере, не превышающем 200 000 рублей, требования о взыскании убытков, с учетом уточнения, подлежат удовлетворению в полном объеме.

Учитывая характер заявленных требований, суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Суд, выслушав стороны, заключение прокурора, изучив материалы дела и оценив все в совокупности с действующим законодательством, приходит к следующему.

В части 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно статье 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма; охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи.

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Клинические рекомендации - документы, содержащие основанную на научных доказательствах структурированную информацию по вопросам профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, в том числе протоколы ведения (протоколы лечения) пациента, варианты медицинского вмешательства и описание последовательности действий медицинского работника с учетом течения заболевания, наличия осложнений и сопутствующих заболеваний, иных факторов, влияющих на результаты оказания медицинской помощи (пункт 23 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В соответствии с частью 1 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» экспертиза качества медицинской помощи проводится в целях выявления нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценки своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Оценка качества медицинской помощи осуществляется на основании критериев, формируемым по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи.

Из содержания искового заявления К.М.О. усматривается, что основанием для ее обращения в суд с требованиями о взыскании компенсации причиненного морального вреда, расходов на лечение послужило ненадлежащее и несвоевременное оказание ответчиком ей медицинской помощи, приведшее, по мнению истца, к ухудшению состояния ее здоровья и повлекшее необходимость несение расходов на лечение.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ в 18 час. 00 мин. К.М.О. был осуществлен вызов скорой медицинской помощи на дом, с жалобами на боль внизу живота с иррадиацией в промежность, повышение температуры до 37,5?С, головную боль, слабость. Со слов больной болеет 2-й день, на прием к врачу не обращалась, самостоятельно принимала таблетки «Кетанов», «Пенталгин», улучшения нет. Оказана помощь: ФИО4 2,0 в/м. Диагноз: «Хронический сальпингоофарит. О. аппендицит?». Доставлена в приемное отделение ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» в 18 час. 34 мин..

ДД.ММ.ГГГГ в 18 час. 50 мин. К.М.О. осмотрена дежурным врачом ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» Д.О.Ю.. Жалобы на момент осмотра на боли в правой подвздошной области, внизу живота. Заболела 3 дня назад. Предварительный диагноз: «О. цистит. Диагноз: исключить острый аппендицит, патологию женских половых органов»

ДД.ММ.ГГГГ в 19 час. 30 мин. К.М.О. осмотрена акушером-гинекологом. Диагноз: острой гинекологической патологии не выявлено. Хр.цервицит. О. цистит?».

Согласно записи врача Д.О.Ю,, «около 20.00 пациентка самовольно ушла домой, не дождавшись хирурга».

ДД.ММ.ГГГГ в 10 час. 40 мин. К.М.О. посредством вызова скорой медицинской помощи обратилась в приемный покой ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» с жалобами на общую слабость, боли внизу живота с 23.02., подъем температуры до 39?С. Осмотрена врачом ФИО7, выставлен диагноз «Острый цистит?». Назначена явка на ДД.ММ.ГГГГ, обследование: повторить пробу по ФИО5, ОАК, ОАМ. 

ДД.ММ.ГГГГ К.М.О. экстренно госпитализирована в ГУЗ «Чернышевская ЦРБ», осмотрена хирургом Д.А.А., которым выставлен диагноз: Острый аппендицит. Осложнение: Аппендикулярный инфильтрат? Абсцесс? Разлитой перитонит.

ДД.ММ.ГГГГ в период с 23 час. 50 мин. до 02 час. 40 мин. пациентке выполнена операция – лапаротомия, аппендэктомия, санация, дренирование брюшной полости. После операции выставлен диагноз: Острый деструктивный аппендицит с формированием межкишечного абсцесса, тифлитом. Осложнения: разлитой гнойный перитонит, инфекционно-токсический шок 2 ст.. После операции состояние пациента тяжелое.

ДД.ММ.ГГГГ К.М.О. в стабильно тяжелом состоянии санитарным транспортом переведена в ГУЗ «Краевая клиническая больница» в г. Чита, где ей при поступлении был поставлен диагноз «Острый гангренозно-перфоративный аппендицит с формированием межкишечного абсцесса. Осложнение основного заболевания: Тифлит. Разлитой фибринозно-гнойный перитонит. ИТШ 2 ст.», проводились диагностика и лечение, в том числе: ДД.ММ.ГГГГ - лапаротомия, ревизия, санация ОБП, наложение управляемой лапаростомы, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ программированная поднаркозная санация брюшной полости, ДД.ММ.ГГГГ - программированная поднаркозная санация брюшной полости, закрытие лапаростомы. 

ДД.ММ.ГГГГ К.М.О. выписана из ГУЗ «Краевая клиническая больница» и госпитализирована для дальнейшего лечения в ГУЗ «Забайкальский краевой госпиталь для ветеранов войн», где до ДД.ММ.ГГГГ проходила курс лечения и реабилитации.

ДД.ММ.ГГГГ К.М.О. обратилась в Министерство здравоохранения Забайкальского края с жалобой на оказание некачественной медицинской помощи врачами ГУЗ «Чернышевская ЦРБ».

ДД.ММ.ГГГГ Министром здравоохранения Забайкальского края ФИО8 заявителю К.М.О. дан ответ, согласно которому её обращение по вопросу оказания медицинской помощи в ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» признано обоснованным, медицинские работники, допустившие дефекты оказания медицинской помощи, привлечены к административной ответственности, к медицинской организации применены финансовые санкции (т.1 л.д.15).

Согласно акту экспертизы качества медицинской помощи и экспертному заключению ГК «Забайкалмедстрах» № от ДД.ММ.ГГГГ, лечащим врачом Д.О.Ю. в приемно-диагностическом отделении ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ К.М.О. медицинская помощь оказана с замечаниями, не соблюдена преемственность лечения – данные обследования не переданы участковому врачу. Нет осмотра хирурга по причине, не зависящей от медицинского учреждения (как записано в медицинской карте больная самовольно ушла, не дождавшись хирурга, больная находилась в приемном покое 1 час 10 минут) (т.1 л.д.203, 204).

Согласно экспертному заключению ГК «Забайкалмедстрах» К.М.О. ДД.ММ.ГГГГ медицинская помощь в поликлиническом отделении ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» лечащим врачом Э.А.А. оказана ненадлежащего качества, с нарушениями, больной не проведены необходимые диагностические мероприятия. При наличии болевого синдрома в животе, сопровождающееся лихорадкой в течение трех суток без положительной динамики медикаментозного лечения, являлось показаниями для экстренной госпитализации в стационар ЦРБ с непонятным диагнозом, с лихорадкой, консультации хирурга. Негативные последствия – риск прогрессирования процесса. Наиболее значимые ошибки, повлиявшие на исход заболевания: развитие острого деструктивного аппендицита (т.1 л.д.201, 202). 

Согласно акту экспертизы качества оказания медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ по поручению ГК «Забайкалмедстрах» при оказании К.М.О. в ГУЗ «Чернышевская центральная районная больница» (поликлиника) в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были допущены нарушения: медицинская помощь оказана не в полном объеме, пациентка не госпитализирована, ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, создавшее риск прогрессирования заболевания или возникновения нового заболевания (п.3.2.3) (т.1 л.д.200). 

Согласно акту экспертизы качества медицинской помощи и экспертному заключению № от ДД.ММ.ГГГГ в хирургическом отделении ГУЗ «Чернышевская центральная районная больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ лечащим врачом Д.А.А. медицинская помощь К.М.О. оказана ненадлежащего качества, с замечаниями, больной не проведены необходимые диагностические мероприятия, нет гистологического заключения операционного материала, не соблюдена преемственность (т.1 л.д.205, 206).

Согласно акту экспертизы качества медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ и экспертному заключению по поручению ГК «Забайкалмедстрах» № от ДД.ММ.ГГГГ нарушений при оказании медицинской помощи К.М.О. в стационаре ГУЗ «Краевая клиническая больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ лечащим врачом Чугай, не выявлено, качество оказанной медицинской помощи надлежащее, оказание медицинской помощи проведено в полном объеме, обоснованно (т.1 л.д.196,197). 

Согласно акту экспертизы качества медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ и экспертному заключению по поручению ГК «Забайкалмедстрах» медицинская помощь К.М.О. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в стационаре ГБУЗ «Забайкальский краевой клинический госпиталь для ветеранов войн» оказана не в полном объеме, нарушения выражаются в неполном обследовании пациента при появлении лихорадки в условиях пандемии. Выявленные нарушения не повлияли на состояние здоровья застрахованного лица (т.1 л.д.198, 199).

По ходатайству ответчика судом была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ГБУЗ «Приморское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению судебно-медицинской экспертной комиссии (экспертиза по материалам дела) № от ДД.ММ.ГГГГ из представленных медицинских документов выяснено, что К.М.О. в течение двух дней беспокоили боли внизу живота с иррадиацией в промежность и субфебрильная температура. Самостоятельно принимала обезболивающие препараты, к врачу не обращалась. ДД.ММ.ГГГГ вызвала скорую медицинскую помощь (СМП), с подозрением на «Хронический сальпингоофорит» и «Острый аппендицит» доставлена в приемный покой ГУЗ «Чернышевская ЦРБ». 

При обращении К.М.О. за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ в приемное отделение ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» были соблюдены стандарты качества оказания медицинской помощи, но не в полном объеме. Стандарты качества оказания акушерско-гинекологической медицинской помощи соблюдены. 

При этом при обращении К.М.О. за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ в приемное отделение ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» были выявлены дефекты оказания медицинской помощи (ДМП) диагностического, тактического характера, а также дефекты ведения медицинской документации: на титульных листах карты вызова СМП и листе осмотра врачом приемного отделения не указано название лечебного учреждения, не заполнены все графы; при сборе жалоб и анамнеза нет указания на дизурические расстройства, степень выраженности болевого синдрома со стороны брюшной полости; нет отметки о введении раствора «Дротаверина» фельдшером СМП; при осмотре: нет отметки о температуре на момент осмотра, ЧСС, очень скудно описан «живот»; есть отметка об однократном введении внутримышечно (в/м) антибиотика («Цефтриаксон»), спазмолитиков («ФИО4», «Но-шпа») в хирургическом отделении (?) – но понять вводились ли лекарственные средства или только предполагалось введение, не представляется возможным; врач терапевт при первичном осмотре пишет «…исключить острый аппендицит…», но после получения лабораторных анализов данную задачу не решает; выставлен предварительный диагноз: «Острый цистит», но в общем анализе мочи нет данных, подтверждающих это заключение (известно, что дизурические расстройства могут вызваться тазовой локализацией острого аппендицита); данные пациентки с признаками «острого живота» (со средней вероятностью – острого аппендицита, с учетом клинической картины, изменений со стороны анализа крови (лейкоцитоз, ускоренное СОЭ)) не переданы в поликлинику по месту проживания для дальнейшего ведения; наличие болей в нижних отделах живота, лейкоцитоз 13х10х?г/л, гипертермия 37,5?С, неуверенность в диагнозе – являются показанием к госпитализации для динамического наблюдения. В связи с самовольным уходом из отделения, пациентка не осмотрена врачом-хирургом по независящим от врача-терапевта причинам. В госпитализации пациентке К.М.О. не было отказано (нет отметки о направлении пациентки на амбулаторное лечение и рекомендации лекарственных средств консервативной терапии) в связи с продолжавшимися диагностическими мероприятиями и несформированным окончательным мнением о диагнозе (диагноз выставлен предварительный) и дальнейшей тактике ведения (ожидалась консультация врача-хирурга). В связи с самостоятельным уходом К.М.О. из приемного отделения и отсутствием осмотра её врачом-хирургом, действия врача-терапевта приемного отделения нельзя признать как несвоевременное оказание медицинских услуг, приведших к нежелательным последствиям.

При обращении К.М.О. за медицинской помощью в поликлинику к врачу-терапевту ДД.ММ.ГГГГ были выявлены дефекты оказания медицинской помощи диагностического, тактического характера, а также дефекты лечения и ведения медицинской документации: на титульном листе медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, отсутствует название лечебного учреждения и номер карты; очень скудно, формально описаны жалобы, без оценки их динамики от начала болезни до момента осмотра (из анамнеза от ДД.ММ.ГГГГ – боли в брюшной полости начались еще ДД.ММ.ГГГГ), их выраженности (в частности, степень интенсивности болей в животе, перемена их локализации, степень выраженности), дизурических расстройств и их изменения на фоне приема лекарств, динамики температуры (какая температура, сколько дней, сколько эпизодов подъема температуры (какая температура, сколько дней, сколько эпизодов подъема температуры до 39?С, были ли «светлые» промежутки) до момента осмотра; в анамнезе не указано кем назначено лечение («Монурал», «Канефрон», «Нолицин»), выполнение рекомендованных доз и режима приема, не оценен эффект от приема препаратов; нет отметки об отсутствии выписки из приемного покоя ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ с результатами проведенного там обследования от ДД.ММ.ГГГГ; при осмотре (5-й день клиники болей в брюшной полости) врач-терапевт может проверить некоторые симптомы раздражения брюшины для предварительной диагностики симптомов «острого живота» - отметки об их проведении нет; диагноз «Острый цистит?» вызывает сомнение (при остром неосложнённом цистите на фоне лечения (прием «Монурала», «Канефрона», «Нолицина») эффект наступает достаточно быстро, или прослеживается тенденция к улучшению); нет назначения консультации (осмотра) врача-хирурга (наличие болевого синдрома в животе, сопровождавшегося лихорадкой до 39?С в течение трех суток, с диагнозом «Острый цистит?» являются показаниями для экстренной госпитализации и осмотра хирургом); ДД.ММ.ГГГГ на контрольную явку пациентка не явилась, данных о результатах назначенных контрольных анализов нет. 

Таким образом, при обращении в лечебное учреждение ДД.ММ.ГГГГ К.М.О. была оказана медицинская помощь ненадлежащего качества, с нарушениями, не в полном объеме (диагноз достоверно не установлен, преемственность не соблюдена), приведшая к нежелательным последствиям – хирургическая помощь в дальнейшем выполнена с опозданием на 6 суток, и оперативное вмешательство выполнялось на фоне уже развившегося разлитого гнойно-фиброзного перитонита, межпетельного абсцесса и сепсиса.

При поступлении К.М.О. ДД.ММ.ГГГГ в хирургическое отделение ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» были соблюдены стандарты качества оказания медицинской помощи, но не в полном объеме. При госпитализации К.М.О. ДД.ММ.ГГГГ диагностика (сбор анамнеза, осмотр, формулирование диагноза, его осложнений, обследование) и оперативное вмешательство были проведены своевременно. Однако были выявлены дефекты оказания медицинской помощи: до проведения операции К.М.О. установлен диагноз «Разлитой перитонит» (как осложнение основного – «острый аппендицит»), но хирургическое вмешательство начато разрезом Волковича – ФИО4, и лишь позднее выполнена средне-срединная лапаротомия (в любом руководстве по хирургии указано, что при разлитом перитоните местные ограниченные доступы применяться не должны – они являются дополнительной травмой и удлиняют продолжительность операции); выявленный во время оперативного вмешательства «разлитой фибринозно-гнойный перитонит с наличием межпетельного абсцесса» не может быть полностью санирован посредством однократной операции. Пациентке была показана программированная релапаротомия, что и было впоследствии выполнено в ГУЗ «Краевая клиническая больница»; в медицинской карте № стационарного больного отсутствует заключение прижизненного патологоанатомического исследования операционного материала (нет гистологического заключения), а также нет указания хирурга во время оперативного вмешательства о том, какой отдел аппендикса был отправлен на гистологическое исследование; не выставлен диагноз тяжелого абдоминального сепсиса (имелись все 4 признака системной воспалительной реакции и легочная и сердечная недостаточность). Это могло повлиять на медикаментозное обеспечение больной (из резерва ЛПУ); в переводном эпикризе указывается на «острую внебольничную двустороннюю полисегментарную пневмонию с неуточненным возбудителем средней степени тяжести. ДН (дыхательная недостаточность) 1-2 ст., малый двусторонний гидроторакс (100 мл)». В сложившейся ситуации это осложнение правильнее трактовать как септический острый респираторный дистресс-синдром.

Таким образом, при обращении в лечебное учреждение ДД.ММ.ГГГГ К.М.О. была оказана медицинская помощь ненадлежащего качества, не в полном объеме (диагноз установлен достоверно и своевременно), диагностика проведена не в полном объеме (отсутствует заключение гистологического исследования операционного материала), тактически неверный выбор оперативного вмешательства, преемственность не соблюдена), приведшая к нежелательным последствиям – несвоевременнно назначенная программированная релапаротомия привела к тому, что пациентка К.М.О. не получала адекватного хирургического лечения перитонита в течение 3-х суток после операции, что, в дальнейшем привело к более тяжелой полиорганной недостаточности, вызываемой вторичными гнойно-септическими осложнениями перитонита.

Ошибки, допущенные ДД.ММ.ГГГГ, несвоевременно назначенная программированная релапаротомия привели к тому, что пациентка не получала адекватного хирургического лечения перитонита в течение 3-х суток после операции. Поэтому в ГУЗ «Краевая клиническая больница» была выполнена 3-х кратная релапаротомия, что свидетельствует о плохо санированном перитоните. К этому времени септическая полиорганная недостаточность стала значительно тяжелее, так как источник инфекции (перитонит) продолжал существовать, что в дальнейшем привело к развитию фиброза внутренних органов (плеврит, спайки в легком).

Хроническая обструктивная болезнь легких (ХОБЛ) и начальная старческая катаракта, имеющиеся у К.М.О. не могли быть получены вследствие некачественного оказания медицинской помощи, в том числе и по своевременному и полному установлению диагноза истцу в ходе первичного обращения к ответчику ДД.ММ.ГГГГ.

Указанные в перечне осложнений в выписном эпикризе карты № стационарного больного диагнозы ХОБЛ, реактивный гепатит и ухудшение зрения профильными специалистами не подтверждены и не могут рассматриваться как данность.

При поступлении К.М.О. ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» у последней имелся острый деструктивный аппендицит с формированием межкишечного абсцесса, осложненный диффузным гнойно-фибринозным перитонитом, абдоминальным сепсисом с выраженной полиорганной недостаточностью, которые повлекли за собой развитие пневмонии, плеврита, спайки в правом легком. Послеоперационная грыжа является закономерным исходом релапаротомий по поводу гнойного перитонита, так как при этом инфицируются и нагнаиваются все слои брюшной стенки, и заживление раны происходит вторичным натяжением. Пневмония, плеврит и спайки являются осложнением тяжелого течения сепсиса с выраженной полиорганной недостаточностью и возникают практически у всех подобных пациентов. 

Экспертной комиссией по представленным данным было выявлено, что на момент обращения ДД.ММ.ГГГГ К.М.О. не был установлен окончательный диагноз в связи с тем, что она после осмотра врачом-терапевтом, врачом-гинекологом, проведения лабораторных и инструментальных исследований самовольно покинула приемное отделение и не была осмотрена врачом-хирургом. В последующем, после приема врача-терапевта от ДД.ММ.ГГГГ К.М.О. на повторный прием, назначенный на ДД.ММ.ГГГГ не явилась. Каких-либо данных о состоянии здоровья К.М.О. с 25 по ДД.ММ.ГГГГ представлено не было. На момент поступления в лечебное учреждение ДД.ММ.ГГГГ у К.М.О. уже развились такие осложнения, как разлитой гнойно-фибринозный перитонит и сепсис с полиорганной недостаточностью. Качество оказания медицинской помощи при уже возникшем перитоните и сепсисе не могут предотвратить развитие грыжи и легочных осложнений (т.3 л.д.6-27).

Эксперт М.С.Е. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ выводы экспертизы поддержала, дополнительно пояснив, что самовольный уход пациентки К.М.О. из приемного отделения ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» без осмотра хирурга увеличил риск возникновения осложнений. Возможность постановки верного диагноза при повторном осмотре терапевтом ДД.ММ.ГГГГ была наиболее вероятна при выполнении врачом всех необходимых диагностических мероприятий, чего сделано не было. Проведение операции врачом – хирургом сразу посредством средне-срединной лапаротомии позволило бы избежать большей травматизации, своевременное санирование брюшной полости позволило бы уменьшить негативные последствия и ускорить процесс выздоровления пациентки (т.3 л.д.171-182). 

Допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве эксперта внештатный специалист в области хирургии Министерства здравоохранения Забайкальского края С.В.В. пояснил, что симптоматика аппендицита схожа со многими другими заболеваниями, для установления точного диагноза и единственно вероятной болезни необходима дифференциальная диагностика. В районных больницах конечный диагноз выставляет врач хирург. Терапевту необходимо было направить пациента к врачу-хирургу для установления точного диагноза. У пациента был перитонит, произошел разрыв, проведение операционного вмешательства было необходимо. Избежать развития аппендицита до перитонита было бы возможно при своевременно поставленном диагнозе острого аппендицита. Операция в Краевой клинической больнице пациенту проводилась для продолжения лечения, у пациента была нарушена брюшная полость. Вероятность исключения образования послеоперационной грыжи очень низкая. Своевременно выставленный диагноз и оперативное вмешательство помогло бы исключить множество послеоперационных последствий (т.1 л.д.184-188).

Таким образом, как усматривается из экспертных заключений, составленных как по поручению суда, так и при проведении проверки Министерством здравоохранения 

<

адрес> по обращению К.М.О. медицинская помощь пациенту К.М.О. в ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ оказана ненадлежащего качества, не в полном объеме, с наличием дефектов, что, по мнению суда, свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между оказанием К.М.О. медицинской помощи врачами ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» и послеоперационными последствиями в виде ухудшения состояния здоровья, причинения истцу физических и нравственных страданий.

Вышеприведенное экспертное заключение соответствует требованиям Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а также в полной мере соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, поскольку экспертиза была проведена квалифицированными экспертами, выводы которых мотивированы и научно обоснованы. Заключение имеет подробное описание проведенных исследований, сделанные в результате выводы на поставленные судом вопросы, являются объективными, полными, не противоречат друг другу и не содержат неясностей. 

Вопреки доводам представителя ответчика экспертами представлен список литературы, используемый при составлении экспертного заключения, и в обоснование своих выводов проведено сопоставление полученных результатов с теми либо иными показателями, приняты во внимание данные из официальной источников, оценена совокупность клинических признаков и лабораторных исследований.

Также суд находит надуманными и не подтвержденными доводы стороны ответчика об отсутствии доказательственного значения актов экспертизы качества медицинской помощи, составленных при проверке по поручению ГК «Забайкалмедстрах» ввиду заинтересованности в выявлении нарушений с целью наложения на медицинское учреждение штрафных санкций, поскольку доказательств этому стороной ответчика не представлено, кроме того как следует из актов экспертизы качества медицинской помощи за выявленные нарушения штрафные санкции в отношении ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» не применялись, медицинской организацией данные акты не обжаловались. Не предупреждение экспертов об уголовной ответственности при составлении ими актов экспертизы качества медицинской помощи, в данном случае, не свидетельствует о недопустимости этих доказательств, поскольку данные исследования проводились в рамках проверки Министерством здравоохранения Забайкальского края, не по назначению суда, до обращения К.М.О. в суд с исковым заявлением.

В обоснование несогласия с выводами судебно-медицинской экспертизы стороной ответчика представлено заключение специалиста - заместителя председателя экспертной группы хирургического направления Министерства здравоохранения 

<

адрес> Я.А.А.. от ДД.ММ.ГГГГ №.

Согласно выводам в вышеуказанном заключении клиника острого аппендицита у К.М.О. была атипичная и протекала под маской патологии мочевыделительной системы (дизурические расстройства – боли внизу живота, учащенное мочеиспускание, чувство неполного опорожнения мочевого пузыря), а также учитывая возрастные изменения со стороны сосудов и нервов – болевые ощущения были незначительными. Но при этом, острый аппендицит мог быть диагностирован ДД.ММ.ГГГГ при осмотре хирургом. Самовольный уход больной утяжелил течение данного заболевания и привел к развитию аппендикулярного инфильтрата, что еще сильнее изменило клинику данного заболевания (уменьшилось проявление всех ведущих симптомов). При своевременной диагностике, аппендикулярный инфильтрат лечится консервативно с последующим плановым оперативным вмешательством. Аппендикулярный инфильтрат мог быть заподозрен только при дополнительных методах обследования, в частности, ОАК, УЗИ ОБП. Не выполнение рекомендаций врача-терапевта по дообследованию (ОАК, ОАМ, проба по Нечипаренко) привели к тому, что аппендикулярный инфильтрат не был заподозрен и диагностирован своевременно, что привело к формированию периаппендикулярного абсцесса, который характеризуется выраженной лихорадкой. Несмотря на возможную протекающую клинику периаппендикулярного абсцесса ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ пациентка за медицинской помощью не обращается, вследствие чего состояние медленно ухудшается и ДД.ММ.ГГГГ происходит прорыв абсцесса в свободную брюшную полость с развитием перитонита. Действия врачей ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» на всех этапах направлены на своевременное оказание медицинской помощи, несмотря на атипичную клинику острого аппендицита. Своевременное оперативное вмешательство врача-хирурга ДД.ММ.ГГГГ при прорыве аппендикулярного абсцесса, позволило не допустить развитие синдрома полиорганной недостаточности. Хирург не выполнил релапаротомию «по плану» в виду отсутствия осложнений и в дальнейшем в ККБ выполнена релапаротомия «по требованию». Необходимо отметить, что выполнение релапаротомии «по плану» в данном случае привело бы к неблагоприятным исходам (смертность при «плановой релапаротомии» по сравнению «релапаротомии по требованию» более высокая 76,5%). Грамотные действия врача хирурга ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» позволили сохранить жизнь в достаточно «сложном» клиническом случае. Грыжевое выпячивание – это закономерное развитие выполнения релапаротомий и наложения лапаростомы, которые были направлены на сохранение жизни больной. Послеоперационная вентральная грыжа не является халатностью или врачебной ошибкой, а служит закономерным следствием лечебных мероприятий, направленных на купирование перитонита, который не развился бы при соблюдении К.М.О. всех рекомендаций врачей. Покидание стационара К.М.О. ДД.ММ.ГГГГ явилось «отправной» точкой (триггером, начальным этапом) всех закономерных событий, процесс стал малоуправляемым. Развитие спаечного процесса в плевральной полости является закономерным событием на фоне перитонита и интубации трахеи и не связан с действиями медицинского персонала. Благодаря правильным и своевременным действиям врачей удалось справиться с таким тяжелым осложнением острого аппендицита, как перитонит и сепсис. Основные выявленные дефекты: не приведшие к прогрессированию заболевания (возникновению аппендикулярного инфильтрата, периаппендикулярного абсцесса, перитонита сепсиса) и развитию неблагоприятных последствий (послеоперационной грыжи, «спайки в легком» и др.) – нарушения в ведении медицинской документации; приведшие прогрессированию заболевания и развитию неблагоприятных последствий – самовольно прерванное лечение (самовольный уход ДД.ММ.ГГГГ), не выполнение рекомендации врача (не выполнены назначения по дообследованию ДД.ММ.ГГГГ) (т.3 л.д.98-119).

В судебном заседании специалист Я.А.А.. дал пояснения аналогичные доводам представленного им заключения, дополнительно пояснив, что оказание медицинской помощи К.М.О. врачами ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» осуществлялось в меру их возможностей, по мере оснащения по стандартам. 

К выводам, изложенным специалистом Я.А.А.. об отсутствии нарушений в действиях врачей ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» при оказании медицинской помощи истцу, суд относится критически, как к данным с целью оказания ответчику помощи избежать материальной ответственности за допущенные им нарушения, поскольку Я.А.А.. является заместителем председателя экспертной группы хирургического направления Министерства здравоохранения 

<

адрес>, привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица на стороне ответчика, к тому же его выводы опровергаются выводами судебно-медицинской экспертизы и экспертными заключениями составленными по поручению ГК «Забайкалмедстрах» в 2020 году в связи с поступлением жалобы К.М.О..

Кроме того на исследование специалисту было представлено только экспертное заключение и медицинские документы по получению К.М.О. медицинской помощи на базе ГУЗ «Чернышевская ЦРБ», специалистом не исследовались материалы гражданского дела, а также медицинские документы о получении К.М.О. медицинской помощи после транспортировки в лечебное учреждение г.Читы. При этом, заключения специалиста сводятся к критике поведения К.М.О., покинувшей стационар ДД.ММ.ГГГГ, перечислению статистических данных и положительных отзывах о действиях врачей. 

Вышеуказанные выводы специалиста не свидетельствуют о недостоверности проведенного экспертного исследования.

При таком положении суд исходит из того, что никаких объективных доказательств, которые вступали бы в противоречие с заключениями экспертов и давали бы основания для сомнения в изложенных в нем выводах, суду в нарушение требования ст.56 ГПК РФ не представлено.

Допущенные дефекты оказания ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» медицинской помощи, привели к причинению К.М.О. физических и нравственных страданий, в связи с длительным претерпеванием истцом болевого синдрома и отсутствием улучшения состояния здоровья, которое носило длительный характер, возникновением осложнений. 

Наличие недостатков оказания медицинской помощи, констатированное проведенной судебно-медицинской экспертизой, само по себе в силу вышеприведенных положений статьи 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации» является обстоятельством, свидетельствующим о наличии оснований для компенсации морального вреда, а также возмещения убытков, связанных с восстановлением нарушенного права.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно статье 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 настоящего Кодекса.

В силу статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

На основании статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28).

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, характер и объем дефектов оказания медицинской помощи, степень вины ответчика, не имевшего умысла на причинение вреда, принимавшего меры по оказанию медицинской помощи пациенту, степень причиненных истцу нравственных и физических страданий (перенесенную физическую боль, длительность лечения и т.п.), связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, в том числе престарелый возраст, его материальное положение (основной источник дохода - пенсия), с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в части. С ответчика ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» надлежит взыскать в пользу К.М.О. компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей. Данная сумма соответствует требованиям разумности и справедливости, определена с учетом фактических обстоятельств дела, степени вины ответчика и наступивших для истца неблагоприятных последствий. 

При этом при определении размера компенсации морального вреда судом учитывается и действия самого пациента К.М.О., покинувшей ДД.ММ.ГГГГ отделение ГУЗ «Чернышевская ЦРБ», не дождавшись осмотра врачом-хирургом. Доводы истца о том, что отделение больницы ДД.ММ.ГГГГ она самовольно не покидала, и запись о том, что она ушла дописана врачами в последующем, суд отклоняет, поскольку объективных доказательств этому не представлено в материалы дела.

Так, согласно медицинской карте К.М.О., последняя обратилась в ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 50 минут с жалобами на боли в правой подвздошной области внизу живота, выставлен предварительный диагноз «о. цистит, исключить острый аппендицит, патологию женских половых органов», после 20:00 пациентка самовольно ушла домой, не дождавшись хирурга (т.2 л.д.21).

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ время выполнения рукописного текста «после 20-00 пациентка самовольно ушла домой, не дождавшись хирурга», в документе «Анкета с листом назначения от 23.02.2020», дате указанном на этом документе («ДД.ММ.ГГГГ») – соответствует с учетом принятых погрешностей проведенных измерений и расчетов, так как данный рукописный текст был выполнен в сроки, определяемые следующим интервалом: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.32-45). 

Представитель ответчика ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» исполняющая обязанности главного врача М.Н.В. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что в 2020 года она работала в ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» врачом-хирургом и когда находилась дома, ей позвонили из больницы и сообщили, что в приемный покой поступила женщина, которую нужно осмотреть, пока она ехала до своего рабочего места К.М.О. самовольно покинула приемное отделение (т.1 л.д.184-188).

Также суд учитывает и неявку К.М.О. в назначенное время ДД.ММ.ГГГГ на повторный прием врача терапевта и для сдачи назначенных пациенту дополнительных анализов, что не отрицала и сама К.М.О., сославшись на очень плохое самочувствие в этот день. Вместе с тем, несмотря на неудовлетворительное состояние здоровья, за медицинской помощью, истец обратилась только ДД.ММ.ГГГГ после 20 часов вечера, посредством вызова машины скорой помощи. 

Таким образом, требования истца К.М.О. о взыскании с ГУЗ «Чернышевская районная больница» компенсации морального вреда подлежит удовлетворению частично.

Разрешая требования истца о взыскании с ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» убытков, понесенных в связи с повреждением здоровья, суд приходит к следующему.

Как следует из искового заявления и материалов дела истец К.М.О. просит взыскать в свою пользу с ответчика расходы на прохождение медицинского обследования в 2022 году перед операционным лечением послеоперационной грыжи, образовавшейся ввиду оказания врачами ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» некачественной медицинской помощи (сдача экспресс-теста на наличие коронавирусной инфекции), и приобретение бандажа, ношение которого рекомендовано хирургом, в размере 3 820 руб..

В обоснование заявленных требований истцом представлены квитанция к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ о принятии ООО «Новиком» от К.М.О. оплаты в сумме 2000 руб. за экспресс тест короновирусов (т.1 л.д.123), а также кассовый чек от ДД.ММ.ГГГГ о приобретении бандажа послеоперационного стоимостью 1820 руб. в ООО «Забайкальский протезно-ортопедический центр» (т.1 л.д.123). 

Объем и характер возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья, определены в статье 1085 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В подпункте «б» пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включаются расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда здоровью гражданина расходы на его лечение и иные понесенные им дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, подлежат возмещению такому гражданину (потерпевшему) причинителем вреда или иным лицом, на которого в силу закона возложена такая обязанность, при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи и ухода, отсутствии права на их бесплатное получение, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и ухода и причиненным его здоровью вредом. При доказанности потерпевшим, имеющим право на бесплатное получение необходимых ему в связи с причинением вреда здоровью видов помощи и ухода, факта невозможности получения такого рода помощи качественно и своевременно на лицо, виновное в причинении вреда здоровью, или на лицо, которое в силу закона несет ответственность за вред, причиненный здоровью потерпевшего, может быть возложена обязанность по компенсации такому потерпевшему фактически понесенных им расходов.

В соответствии со статьей 19 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг.

С учетом исковых требований К.М.О., их обоснования, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные правоотношения норм материального права юридически значимыми обстоятельствами, являются такие обстоятельства как нуждаемость К.М.О. в конкретных медицинских исследованиях, которые проводились ей в иных медицинских учреждениях, отсутствие у К.М.О. права на бесплатное получение такой медицинской помощи либо невозможность получения необходимой медицинской помощи (проведения исследований) качественно и своевременно в ГУЗ «Чернышевская ЦРБ», а также наличие причинно-следственной связи между нуждаемостью К.М.О. в конкретных видах медицинской помощи (исследований), оказанной в иных медицинских учреждениях, и вредом, причиненным ее здоровью в ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» в результате некачественного оказания медицинской помощи.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как усматривается из материалов дела и не оспаривается истцом, К.М.О. является застрахованным лицом (номер страхового полиса ОМС №) и имеет право на бесплатное оказание ей медицинской помощи медицинскими организациями при наступлении страхового случая в соответствии с Федеральным законом от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», в том числе, на территории субъекта Российской Федерации, в котором выдан полис обязательного медицинского страхования, в объеме, установленном территориальной программой обязательного медицинского страхования (статья 16 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации»).

Согласно сообщению ГК «Забайкалмедстрах» в «Территориальную программу государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Забайкальского края на 2022 год и на плановый период 2023 и 2024 годов», утвержденную постановлением Правительства Забайкальского края от 29.12.2021 №551 (далее – территориальная программа) включены исследования, в том числе, экспресс тест на коронавирусную инфекцию.

Данные исследования предоставляются гражданам в медицинских организациях по месту прикрепления, включенных в программу обязательного медицинского страхования, в том числе в ГУЗ «Чернышевская ЦРБ», медицинских организациях, расположенных на территории г.Читы, по назначению лечащего врача. В случае отсутствия возможности проведения какого-либо из перечисленных видов исследования пациент направляется лечащим врачом в медицинскую организацию, обладающую данными возможностями и включенную в программу обязательного медицинского страхования, по направлению установленной формы (т.4 л.д.1-6).

Истец К.М.О. в судебном заседании пояснила, что за направлением к врачу для проведения медицинских исследований в рамках программы ОМС перед операцией в апреле 2022 года не обращалась, решение пройти обследования за плату в частных медицинских учреждениях г.Читы приняла самостоятельно ввиду ограниченности времени и необходимости в госпитализации в кратчайшие сроки.

Вместе с тем согласно медицинской карте стационарного больного № К.М.О. госпитализирована в ГУЗ «Краевая клиническая больница» ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 22 минуты, в то время как обследования и сдача анализов, в частности экспресс-теста, затраты на который она просит взыскать с ответчика, осуществлены истцом ДД.ММ.ГГГГ, то есть за 2 дня до госпитализации. Кроме того, на консультацию в ГУЗ «Краевая клиническая больница» К.М.О. была направлена врачом-хирургом ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем доводы истца об ограничении времени для проведения необходимых предоперационных обследований в рамках программы ОМС суд находит несостоятельными. 

Таким образом, К.М.О. не представлено доказательств отсутствия возможности получения медицинских услуг за счет средств Фонда обязательного медицинского страхования, а также необходимости проведения обследования на наличии коронавирусной инфекции и его назначении врачом ГУЗ «Краевая клиническая больница» перед госпитализацией. Кроме того, согласно медицинской карте стационарного больного № при госпитализации К.М.О. ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ «Краевая клиническая больница» у истца были взяты анализы на антитела SARS-CoV-2, что подтверждает отсутствие необходимости в сдаче данных анализов К.М.О. ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>».

В связи с изложенным требования истца о взыскании с ответчика понесенных в связи с повреждением здоровья расходов (стоимости экспресс теста на коронавирусы) в размере 2000 руб., удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем, суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению требования истца о взыскании с ответчика стоимости послеоперационного бандажа, приобретенного К.М.О., поскольку причинно-следственная связи между причиненным здоровью истца вредом и необходимостью использования бандажа установлена, о чем в том числе свидетельствуют рекомендации врача, указанные в выписном эпикризе. 

Согласно кассовому чеку от ДД.ММ.ГГГГ стоимость послеоперационного бандажа составила 1 820 руб., которые подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Таким образом, требования истца К.М.О. о взыскании компенсации морального вреда и убытков, причиненных повреждением здоровья, подлежат частичному удовлетворению.

Пунктом 3 статьи 123.21 ГК РФ определено, что учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами, а в случаях, установленных законом, также иным имуществом. При недостаточности указанных денежных средств или имущества субсидиарную ответственность по обязательствам учреждения в случаях предусмотренных пунктами 4-6 статьи 123.22 и пунктом 2 статьи 123.23 настоящего Кодекса, несет собственник соответствующего имущества.

Согласно пункту 5 статьи 123.22 ГК РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

В случае ликвидации бюджетного учреждения при недостаточности имущества бюджетного учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по обязательствам бюджетного учреждения, вытекающим из публичного договора, несет собственник имущества бюджетного учреждения.

В соответствии с пунктами 1.3, 1.4. и 4.1 Устава ГУЗ «Чернышевская ЦРБ» учреждение имеет тип бюджетное, собственником его имущества является Забайкальский край, функции учредителя и собственника имущества учреждения от имени Забайкальского края осуществляют Министерство здравоохранения Забайкальского края и Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края (т.3 л.д.33-39).

Согласно Положению о Департаменте государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, утвержденного Постановлением Правительства Забайкальского края №585 от 29.12.2017, Департамент осуществляет полномочия собственника имущества государственных унитарных предприятий, государственных учреждений края в соответствии с федеральным законодательством (пункт 12.3.12 Положения).

Руководствуясь положениями статьи 123.22 ГК РФ, а также Устава ГУЗ «Чернышевская ЦРБ», принимая во внимание вышеизложенное, следует возложить субсидиарную (дополнительную) ответственность по обязательствам ответчика, связанным с причинением вреда здоровью вследствие ненадлежащего оказания медицинской помощи, именно на Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, как на собственника имущества ГУЗ «Чернышевская ЦРБ». В связи с чем доводы представителя ответчика – Департамента государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, о возложении субсидиарной ответственности при недостаточности имущества учреждения на Забайкальский край в лице Министерства здравоохранения Забайкальского края являются несостоятельными и подлежат отклонению. 

В соответствии со статьей 103 ГПК РФ государственная пошлина от уплаты, которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. 

Принимая во внимание, что истец при подаче искового заявления был освобожден от уплаты государственной пошлины, то она в соответствии с п.8 ч.1 ст.333.20 НК РФ подлежит уплате ответчиком пропорционально размеру удовлетворенных судом требований в порядке п.1 ч.1 ст.333.19 НК РФ в сумме 700 рублей (300 руб. – государственная пошлина за удовлетворенное требование неимущественного характера (компенсация морального вреда) + 400 руб. – государственная пошлина за удовлетворенное требование имущественного характера) в местный бюджет.

Руководствуясь статьями 194 -199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования К.М.О. удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Чернышевская центральная районная больница» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу К.М.О. (паспорт гражданина РФ №, выдан ОВД 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, ИНН №) денежную компенсацию морального вреда в размере 400 000 (четыреста тысяч) рублей; расходов вызванных повреждением здоровья в сумме 1820 (одна тысяча восемьсот двадцать) рублей.

При недостаточности имущества у Государственного учреждения здравоохранения «Чернышевская центральная районная больница» субсидиарную ответственность по обязательствам перед К.М.О. возложить на Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Чернышевская центральная районная больница» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу бюджета муниципального образования «Чернышевский район» государственную пошлину в размере 700 (семьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда путем подачи апелляционной жалобы, апелляционного представления через Чернышевский районный суд Забайкальского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Н.И. Воротникова

Решение принято в окончательной форме 07 мая 2024 года.