Дело № 22-2518/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург 05 декабря 2019 года

Ленинградский областной суд в составе судьи Ступиной Е.Р.

с участием:

государственного обвинителя - прокурора отдела управления прокуратуры Ленинградской области Орлова И.С.,

осужденного ФИО1,

адвоката Синькевича Е.И. в его защиту,

при секретаре Карташовой К.П.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Синькевича Е.И. в защиту осужденного ФИО1 и апелляционному представлению государственного обвинителя Павлова Е.В. на приговор Подпорожского городского суда Ленинградской области от 03 сентября 2019 года, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты> 

осужден:

по ч.1 ст.222 УК РФ к ограничению свободы сроком 6 месяцев,

по ч.1 ст.223 УК РФ с применением ст.64 УК РФ к лишению свободы сроком 3 года без штрафа.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ, с учетом положений п. «б» ч.1 ст.71 УК РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено лишение свободы сроком 3 года 2 месяца.

В соответствии со ст.73 УК РФ наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год, с возложением предусмотренных законом обязанностей.

Также судом изменена категория преступления, предусмотренного ч.1 ст.223 УК РФ, на преступление небольшой тяжести.

Изложив существо обжалуемого судебного решения, выслушав объяснения осужденного ФИО1 и адвоката Синькевича Е.И., поддержавших доводы апелляционной жалобы, государственного обвинителя Орлова И.С., поддержавшего доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан виновным в незаконном хранении боеприпасов, когда он ДД.ММ.ГГГГ в нарушение ФЗ-150 от 13 декабря 1996 года «Об оружии», незаконно хранил по месту жительства 

<

адрес> 22 патрона, не являющихся штатными к принадлежащему ему на законных основаниях оружию, а именно 15 пригодных для стрельбы 5,6 мм спортивно-охотничьих патронов кольцевого воспламенения, относящихся к категории боеприпасов для нарезного огнестрельного оружия, 2 пригодных для стрельбы 7,62 мм винтовочных патрона, относящихся к категории боеприпасов для нарезного огнестрельного оружия, 5 пригодных для стрельбы 5.45 мм автоматических патрона, относящихся к категории боеприпасов для нарезного огнестрельного оружия, до момента их обнаружения сотрудниками полиции в ходе осмотра места происшествия в указанное время.

Он же признан виновным в незаконном ремонте огнестрельного оружия, когда он ДД.ММ.ГГГГ в нарушение ФЗ-150 от 13 декабря 1996 года «Об оружии», с целью ремонта оружия, незаконно отпилил часть нижнего ствола гладкоствольного длинноствольного охотничьего ружья «ТОЗ-34Р», заводской №, 12-го калибра, укоротив его на 36 мм, приведя его в боевое состояние с сохранением тактико-технических и баллистических характеристик.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину не признал и пояснял, что изъятые патроны ему не принадлежат, а укорочение ствола ружья произошло в 1996 году, законным способом, в мастерской при оружейном магазине, с уведомлением лицензионно-разрешительного органа, который до инкриминируемых событий неоднократно проверял оружие и претензий к нему не предъявлял.

В апелляционной жалобе адвокат Синькевич Е.И. просит отменить приговор в отношении ФИО1 в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела и существенным нарушением уголовно-процессуального закона, допущенных в ходе предварительного следствия, и прекратить в отношении него уголовное преследование. В обоснование жалобы указывает, что судом необоснованно отказано в исключении из числа доказательств протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку данный документ составлен ненадлежащим лицом. Из показаний свидетелей, участковых уполномоченных полиции Р.., К. и З.А. следует, что они в нарушение ч.8 ст.31 и ст.35 ФЗ-342 от 30 ноября 2011 года «О службе в органах внутренних дел РФ» действовали по собственной инициативе, без письменного поручения начальника территориального органа МВД либо лица, его замещающего, вне своего административного участка, что подтверждается материалами уголовного дела.

Оспаривает вывод суда о законности проводимого осмотра в жилище осужденного, поскольку осмотр проведен без согласия проживающих в нем лиц, проникновение в жилище осуществлено под обманным предлогом проверки хранения оружия, право возражать против осмотра жилища ФИО1 не разъяснено. В нарушение ст. 166 УПК РФ в протоколе отражено неверное время осмотра, а показания свидетелей в этой части опровергаются фотографиями дома осужденного. Согласно длины отбрасываемой домом тени и с учетом нахождения дома в северном полушарии, осмотр производился не ранее 13 часов 30 минут. В нарушение ч.3 ст.166 УПК РФ в протоколе не указано участие иных лиц – К. и З.А. В нарушение ч.4 ст.166 УПК РФ в протоколе не указано об изменении следовой обстановки, что подтверждается показаниями свидетелей. В нарушение ч.6 указанной нормы уголовно-процессуального закона протокол осмотра не был предъявлен участвующим лицам. В нарушении ч.10 ст.166 УПК РФ Р. не разъяснил осужденному порядок производства следственного действия, права и обязанности, в том числе право, предусмотренное ст.51 Конституции РФ.

В части изъятия патронов указывает, что осужденный является егерем, в его доме часто останавливаются другие охотники, патроны обнаружены не в сейфе осужденного.

Укорочение ствола ружья ТОЗ-34Р было произведено в специализированной мастерской, до вступления в силу ФЗ «Об оружии», в связи с чем вина осужденного не доказана. 

В возражениях на жалобу государственный обвинитель Павлов Е.В. полагает доводы стороны защиты необоснованными.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Павлов Е.В. просит изменить приговор в связи с неправильным применением уголовного закона и назначить осужденному наказание по совокупности преступлений в соответствии с ч.2 ст.69 УК РФ, поскольку совершенные ФИО1 преступления относятся к категории средней тяжести.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступлений соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, полно и правильно изложенных в приговоре, получивших надлежащую оценку суда.

В частности, такие выводы подтверждаются протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого в жилище осужденного, в металлическом шкафу, были обнаружены 22 патрона и ружье ТОЗ-34 с укороченным нижним стволом, показаниями свидетелей, участковых уполномоченных К., Р.. и З.А.., подтвердивших указанные обстоятельства обнаружения 22 патронов, не являющихся боеприпасами для ружей и карабинов осужденного, а также ружья ТОЗ-34 с укороченным нижним стволом, оглашенными в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями понятых З.Г.Г. и П.Н.А. подтвердивших обстоятельства изъятия, показаниями свидетелей Е.И. и П.И.., из которых следует, что при проверках ими в 2014 году условий хранения оружия ствол ружья ТОЗ-34 укорочен не был, актами проверок условий обеспечения ФИО1 сохранности оружия и патронов за 2014, 2017 года и от 03 марта 2018 года, согласно которым нарушений законодательства об обороте оружия не выявлено, разрешениями ФИО1 на хранение оружия, вид которого не совпадает с видом изъятых патронов, заключением эксперта о виде патронов, пригодности для стрельбы, отнесении их к категории боеприпасов, и нештатности изъятых патронов к оружию, хранение которого разрешено осужденному, а также об укорочении путем отпиливания нижнего ствола, с сохранением тактико-технических и баллистических свойств, что является самодельным ремонтом, и другими доказательствами, исследованными судом первой инстанции.

Таким образом, выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении данных преступлений соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, полно и правильно изложенных в приговоре, получивших надлежащую оценку суда. Положенные в основу обвинения осужденного доказательства получены в установленном законом порядке, в связи с чем выводы суда первой инстанции об их допустимости являются правильными. 

Доводы стороны защиты о недопустимости протокола осмотра места происшествия являлись предметом исследования суда первой инстанции и отвергнуты обоснованно, поскольку требования ст.176-177 УПК РФ при его производстве соблюдены, а протокол осмотра составлен в соответствии с положениями ст.ст.166 УПК РФ. Указанный осмотр проведен в целях обнаружения следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для дела, с согласия присутствовавшего при осмотре осужденного, что подтверждается протоколом осмотра места происшествия, показаниями свидетелей К., Р. и З.А., а также понятых З.Г.Г. и П.Н.Н. Из показаний указанных лиц также следует, что права и обязанности участвующим в осмотре лицам были разъяснены. Порядок производства следственного действия участвующим лицам, в том числе и ФИО1, был разъяснен, о чем свидетельствуют подписи в протоколе осмотра.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами стороны защиты о составлении протокола осмотра места происшествия ненадлежащим лицом, поскольку участковый уполномоченный полиции, являясь органом дознания, в соответствии с ч.1 ст.144, ч.2 ст.176 УПК РФ вправе до возбуждения уголовного дела производить осмотр места происшествия в целях обнаружения следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для дела. При этом участковый уполномоченный полиции Р., составивший протокол осмотра, в соответствии со ст.12 ФЗ-3 «О полиции» был обязан принять меры к выявлению и документированию преступлений и правонарушений, в том числе путем производства неотложных следственных действий, независимо от места территориальной службы. Вопреки доводам апелляционной жалобы, письменного поручения руководства территориального органа МВД при этом не требовалось, поскольку сотрудник полиции самостоятельно вправе принять решения и осуществить действия, указанные в законе.

Доводы стороны защиты о возражении ФИО1 против осмотра в принадлежащем ему жилище опровергаются показаниями свидетелей К., Р. и З. а также понятых З.Г.Г. и П.Н.А., в связи с чем не могут быть приняты во внимание судом апелляционной инстанции. 

Не может суд апелляционной инстанции согласиться и с доводами стороны защиты о неправильном указании времени производства осмотра места происшествия, поскольку они также опровергаются показаниями вышеуказанных участников осмотра, а выводы стороны защиты в этой части основаны на собственных умозаключениях и материалами дела не подтверждены.

При этом неуказание в протоколе осмотра на участие в нем УУП К.. и З.А. нарушением уголовно-процессуального закона не является, поскольку как видно из протокола указанные лица в осмотре места происшествия не участвовали, а одно лишь их нахождение в квартире в момент осмотра нарушением не является и не требовало обязательного внесения в протокол.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда первой инстанции не имелось, как не имеется их и у суда апелляционной инстанции, поскольку их показания последовательны, подробны, противоречий не содержат, согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга, объективно подтверждаются иными доказательствами по делу. Учитывая изложенное, а также отсутствие у свидетелей мотивов для оговора осужденного, суд апелляционной инстанции полагает правильными выводы суда первой инстанции о правдивости и достоверности показаний указанных лиц. 

Поскольку показания осужденного о принадлежности патронов иным лицам, а также о законности ремонта ружья ТОЗ-34 и ином его периоде опровергаются иными доказательствами, выводы суда первой инстанции о недостоверности показаний ФИО1 в этой части являются правильными. В частности показания осужденного о принадлежности патронов иным лицам опровергаются показаниями свидетелей и протоколом осмотра места происшествия, из которых следует, что патроны обнаружены в металлическом шкафу, доступ в который имел только осужденный. При этом непосредственно при изъятии патронов ФИО1 пояснял, что патроны принадлежат ему, что он их нашел ранее. В части законного ремонта ружья ТОЗ-34 и его периоде в 1996 году показания осужденного опровергаются показаниями свидетелей Е.И. и П.И.., актами проверок условий обеспечения ФИО1 сохранности оружия и патронов, из которых следует, что до 03 марта 2018 года ствол ружья укорочен не был. 

Действиям осужденного дана надлежащая юридическая оценка.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено.

Как видно из материалов дела, предварительное и судебное следствие по делу проведено полно, всесторонне и объективно. При этом судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст.15 УПК РФ была предоставлена возможность сторонам исполнить процессуальные обязанности и осуществить предоставленные им права, а само судебное разбирательство осуществлялось на основе равноправия и состязательности сторон.

При назначении наказания ФИО1 суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст.6 и 60 УК РФ в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность виновного, который ранее не судим, на учетах психиатра и нарколога не состоит, по месту жительства характеризуется без замечаний, смягчающие наказание обстоятельства, которыми суд первой инстанции признал наличие детей, многодетность семьи и звания «Ветеран труда», отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи и назначил справедливое наказание, полагать которое чрезмерно суровым оснований не имеется. 

При этом решение суда первой инстанции о назначении наказания с применением ст.64 УК РФ по ч.1 ст.223 УК РФ путем неприменения обязательного дополнительного наказания, об изменении категории данного преступления на преступление небольшой тяжести, а также о назначении наказания с применением ст.73 УК РФ также является правильным. 

Вместе с тем, изменив категорию предусмотренного ч.1 ст.223 УК РФ преступления на преступление небольшой тяжести, суд первой инстанции при назначении наказания по совокупности преступлений необоснованно указал на применение ч.3 ст.69 УК РФ, вместо части 2, учитывая, что все преступления, совершенные по совокупности, являются преступлениями небольшой и средней тяжести, в связи с чем обжалуемый приговор в данной части подлежит изменению.

Иные вопросы разрешены в приговоре в соответствии с законом.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

апелляционное представление государственного обвинителя Павлова Е.В. - удовлетворить.

Приговор Подпорожского городского суда Ленинградской области от 03 сентября 2019 года в отношении ФИО1 изменить:

на основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно ФИО1 назначить наказание в виде лишения свободы сроком три года два месяца.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Синькевича Е.И. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ.

Судья: