Дело № 2-1103/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 июня 2019 года г. Горно-Алтайск

Горно-Алтайский городской суд Республики Алтай в составе: 

председательствующего судьи Сумачакова И.Н., 

при секретаре Яндиковой Н.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к жилищной комиссии Пограничного управления ФСБ России по Республике Алтай, Пограничному управлению ФСБ России по Республике Алтай о признании незаконным решения жилищной комиссии об отказе в принятии на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении, обязании поставить на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к жилищной комиссии Пограничного управления ФСБ России по Республике Алтай, Пограничному управлению ФСБ России по Республике Алтай о признании незаконным решения жилищной комиссии от 30.01.2019 г. об отказе в принятии на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении, обязании поставить на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении. Исковые требования мотивированы тем, что истец начал проходить военную службу по призыву с 09.12.1994 г. После окончания срочной службы заключил первый контракт для прохождения военной службы в пограничных войсках. Срок военной службы по контракту прерывался 15.03.2003 г. ФИО1 вновь был призван для прохождения военной службы по контракту 10.11.2006 г. в ту же войсковую часть № Пограничного управления ФСБ России по Республике Алтай. 30.12.2018 г. он уволен с военной службы в запас по истечении срока контракта. Общий срок военной службы составил 20 лет 4 месяца, в льготном исчислении 29 лет. В настоящее время ФИО1 является 

<

данные изъяты>. Жилым помещением ФИО1 по установленным нормам не обеспечен, уволился с оставлением в списках очередников на получение жилой площади по установленным нормам. 12.12.2018 г. по выходе на пенсию истец обратился с заявлением в жилищную комиссию Пограничного управления ФСБ России по Республике Алтай для его принятия на жилищный учет в качестве нуждающегося в жилом помещении в 

<

адрес>. При этом им были представлены все необходимые документы, в том числе и сведения о наличии у бывшей супруги жилого помещения. Решением от 30.01.2019 г. в выписке из протокола №, отправленной по почте, жилищная комиссия Пограничного управления ФСБ России по Республике Алтай отказала истцу в принятии на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении в связи с тем, что период брака его супруга Ч.Н.В. приобрела жилое помещение площадью 127 кв. м., расположенное по адресу: 

<

адрес> по договору купли-продажи от 09.08.2013 г. Брак между ним и Ч.Н.В. расторгнут 17.07.2018 г. По мнению комиссии, ФИО1 является собственником ? части указанного жилого помещения, что составляет 63,5 кв.м. Решение жилищной комиссии незаконно. Жилое помещение площадью 127 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес>, приобретено Ч.Н.В. на собственные деньги, для чего она продала принадлежащую ей до брака квартиру по адресу: 

<

адрес>, площадь купленного жилого дома составляет 53 кв.м. Дом был куплен в период, когда супруги уже совместно не проживали. При разводе между супругами было составлено соглашение о разделе указанного жилого помещения. В соглашении указано, что истец не претендует на долю этого имущества. Трое детей от брака проживают вместе с бывшей супругой. Отказом в принятии на учет нуждающихся в жилых помещениях истец лишен законного права на получение жилья по договору социального найма. Истцу не актуально предоставление жилья в 

<

адрес>. ФИО1 вторично обращался с заявлением в жилищную комиссию, где просил признать его нуждающимся в жилом помещении и поставить на учет в 

<

адрес>. Однако ему было отказано на основании того, что на момент подачи заявления вторично он уже не является военнослужащим. 

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании поддержали исковые требования и просили их удовлетворить. 

Представитель ответчика Пограничного управления ФСБ России по Республике Алтай ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал и просил отказать в их удовлетворении.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что 12 декабря 2018 года в жилищную комиссию Пограничного управления ФСБ России по Республике Алтай обратился 

<

данные изъяты> ФИО1 с заявлением о признании его нуждающимся в жилом помещении в соответствии со ст. 51 ЖК РФ и принятии на учет для обеспечения жилым помещением в 

<

адрес>. 

Однако решением жилищной комиссии Пограничного управления ФСБ России по Республике Алтай от 30.01.2019 г. отказано 

<

данные изъяты> Чижу К.В. в принятии на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении, поскольку он в соответствии с ч. 1 ст. 39 СК РФ является собственником ? части жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес> тем самым обеспечен жилым помещением. 

Данное решение жилищной комиссии Пограничного управления ФСБ России по Республике Алтай от 30.01.2018 г. суд считает законным по следующим основаниям. 

Юридически значимым обстоятельством для правильного разрешения спора является выяснение вопроса о том, имеет ли ФИО1 основания быть признанным нуждающимся в жилом помещении.

Как следует из материалов дела, ФИО1 состоял в зарегистрированном браке с Т. (Ч.Н.В. с 07 июля 2006 года по 12 сентября 2018 года. ФИО1 и Ч.Н.В. имеют троих несовершеннолетних детей Ч.Б., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, Ч.Г., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и Ч.М., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Поскольку Ч.Б. и Ч.Г. родились ДД.ММ.ГГГГ, то семейные отношения между Чижом К.В. и Ч.Н.В. возникли до регистрации брака в органах записи актов гражданского состояния (07 июля 2006 года).

В период брака по договору купли-продажи от 09.08.2013 г. Ч.Н.В. приобрела у Н.Н.К., Т.Ю.П. (продавцы) жилое строение с земельным участком, находящиеся по адресу: 

<

адрес>. Жилое строение имеет общую площадь 127 кв.м., земельный участок имеет общую площадь 702 кв.м. Объект недвижимости продается по цене 3 600 000 рублей, из них стоимость жилого строения составляет 3 250 000 рублей, стоимость земельного участка – 350 000 рублей. Жилое строение и земельный участок приобретаются покупателем у продавцов частично за счет собственных средств в размере 540 000 рублей, частично за счет кредитных средств в размере 3 060 000 рублей, предоставляемых покупателю по кредитному договору № от 09.08.2013 г., заключенному с 

<

данные изъяты> (пункты 1, 2, 5, 6). 

09 августа 2013 года между 

<

данные изъяты> (кредитор) и Ч.Н.В. (заемщик 1), ФИО1 (заемщик 2) заключен кредитный договор №, по условиям которого заемщикам предоставлен кредит в размере 3 060 000 рублей сроком до 09 августа 2028 года. Заемщики обязуются использовать полученный кредит на цели приобретения жилого строения с земельным участком, находящиеся по адресу: 

<

адрес> 

В соответствии с п. 1 ст. 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Брачный договор между Чижом К.В. и Ч.Н.В. не заключен и установленный законом режим совместной собственности всего их имущества не изменен, что следует из нотариально удостоверенного согласия ФИО1 от 09.08.2013 г. 

Таким образом, жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 127 кв.м., является совместной собственность супругов ФИО4. По общему правилу, содержащемуся в п. 1 ст. 39 СК РФ, доли супругов в их общем имуществе признаются равными (презумпция равенства долей). При этом силу положения ч. 4 ст. 60 СК РФ дети не имеют права собственности на имущество родителей.

Доводы истца ФИО1 о том, что в приобретение жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, вложены средства материнского (семейного) капитала, нельзя признать состоятельными, поскольку доказательств этому не предоставлено. В реестровом деле в отношении данного жилого помещения отсутствуют сведения о его приобретении с использованием средств материнского (семейного) капитала. Как установлено судом, средства материнского (семейного) капитала использованы Ч.Н.В. для приобретения жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 43,7 кв.м., по договору купли-продажи от 26.08.2014 г., что подтверждается нотариально удостоверенным обязательством от 09.09.2014 г. 

При таких обстоятельствах жилищная комиссия Пограничного управления ФСБ России по Республике Алтай пришла к правильному выводу о том, что ФИО1 в силу закона является собственником ? доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, общая площадь на которую приходится 63,5 кв.м. (127 кв.м. / 2 = 63,5 кв.м.). 

В соответствии с п.п. 1, 2 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ гражданами, нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, признаются: 1) не являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма, договорам найма жилых помещений жилищного фонда социального использования или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, договору найма жилого помещения жилищного фонда социального использования либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения; 2) являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма, договорам найма жилых помещений жилищного фонда социального использования или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, договору найма жилого помещения жилищного фонда социального использования либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и обеспеченные общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее учетной нормы.

Согласно п. 1 ст. 15 Федерального закона от 27.05.1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета, в том числе военнослужащим – гражданам, обеспечиваемым на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями и признанным нуждающимися в жилых помещениях, по достижении общей продолжительности военной службы 20 лет и более, а при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности военной службы 10 лет и более федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба, предоставляются жилищная субсидия или жилые помещения, находящиеся в федеральной собственности, по выбору указанных граждан в собственность бесплатно или по договору социального найма с указанным федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом по избранному постоянному месту жительства и в соответствии с нормами предоставления площади жилого помещения, предусмотренными статьей 15.1 настоящего Федерального закона (абзац 12).

Военнослужащие-граждане признаются федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба, нуждающимися в жилых помещениях по основаниям, предусмотренным статьей 51 Жилищного кодекса Российской Федерации, в порядке, утверждаемом Правительством Российской Федерации (абз. 13 п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих»).

В соответствии с п. 14 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» обеспечение жилым помещением военнослужащих - граждан, имеющих общую продолжительность военной службы 10 лет и более, при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями и членов их семей при перемене места жительства осуществляется федеральными органами исполнительной власти и федеральными государственными органами, в которых предусмотрена военная служба, за счет средств федерального бюджета на строительство и приобретение жилого помещения, в том числе путем выдачи государственных жилищных сертификатов. Документы о сдаче жилых помещений Министерству обороны Российской Федерации (иному федеральному органу исполнительной власти или федеральному государственному органу, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба) и снятии с регистрационного учета по прежнему месту жительства представляются указанными гражданами и совместно проживающими с ними членами их семей при получении жилого помещения по избранному месту жительства.

Порядок и условия обеспечения военнослужащих жилыми помещениями за счет средств федерального бюджета в силу п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» устанавливаются названным Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Во исполнение названных предписаний Федерального закона «О статусе военнослужащих» Правительство Российской Федерации постановлением от 29 июня 2011 года № 512 утвердило Правила признания нуждающимися в жилых помещениях военнослужащих – граждан Российской Федерации (далее – Правила).

В соответствии с п. 2 Правил в целях признания военнослужащих нуждающимися в жилых помещениях применяется учетная норма площади жилого помещения, установленная в соответствии с законодательством Российской Федерации по месту прохождения военной службы, а при наличии в соответствии с абзацами третьим и двенадцатым пункта 1 статьи 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» у военнослужащего права на получение жилого помещения по избранному месту жительства – по избранному постоянному месту жительства.

Согласно ч.ч. 4 - 6 ст. 50 ЖК РФ учетной нормой площади жилого помещения является минимальный размер площади жилого помещения, исходя из которого определяется уровень обеспеченности граждан общей площадью жилого помещения в целях их принятия на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях. Учетная норма устанавливается органом местного самоуправления. Федеральными законами, указами Президента Российской Федерации, законами субъектов Российской Федерации, устанавливающими порядок предоставления жилых помещений по договорам социального найма указанным в части 3 статьи 49 этого Кодекса категориям граждан, данным категориям граждан могут быть установлены иные учетные нормы.

Вместе с тем положения ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» не предусматривают единой учетной нормы, исходя из которой определялся бы уровень обеспеченности военнослужащих общей площадью жилого помещения в целях их принятия на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 29 мая 2018 года № 1231-О указал, что положение абз. 13 п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», применяемое во взаимосвязи со ст. 51 ЖК РФ, предусматривает принятие военнослужащих на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях с учетом показателей их жилищной обеспеченности в муниципальных образованиях, на территории которых они намерены получить жилье, т.е. призвано обеспечить реализацию жилищных гарантий для военнослужащих, не имеющих жилья или обеспеченных жильем ниже нормы предоставления, установленной в избранном ими месте жительства, препятствуя при этом необоснованному сверхнормативному обеспечению граждан жильем за счет бюджетных средств.

Таким образом, в целях признания военнослужащих нуждающимися в жилых помещениях применяется учетная норма площади жилого помещения, установленная в соответствии с законодательством Российской Федерации (органами местного самоуправления) по месту, где их жилищные права подлежат реализации. При этом социальная гарантия в виде обеспечения жилым помещением по избранному месту жительства предоставляется указанным категориям военнослужащих и совместно проживающим с ними членам их семей только при условии сдачи соответствующему органу жилых помещений по прежнему месту жительства.

Если военнослужащий не принял в отношении занимаемого по месту военной службы жилого помещения обязательства о его сдаче или возможность сдачи этого жилого помещения отсутствует, то при решении вопроса о признании такого военнослужащего нуждающимся в жилом помещении по избранному месту жительства применяется учетная норма площади жилого помещения, установленная в соответствии с законодательством Российской Федерации, по избранному постоянному месту жительства.

Данные выводы изложены Верховным Судом Российской Федерации в апелляционном определении от 29 января 2018 года № АПЛ17-506, определении от 20 марта 2018 года № 201-КГ18-1. 

Согласно ст. 9 Закона г. Москвы от 14 июня 2006 года № 29 «Об обеспечении права жителей города Москвы на жилые помещения» учетная норма площади жилого помещения на одного человека в г. Москве установлена в размере 10 квадратных метров площади жилого помещения.

Исходя из требований ч. 1 ст. 50, ч. 2 ст. 51 ЖК РФ, учетная норма жилого помещения должна рассчитываться исходя из общей площади жилого помещения, а не жилой.

Поскольку обеспеченность ФИО1 жильем составляет более учетной нормы площади жилого помещения, установленной по избранному месту жительства при общей площади имеющегося в собственности жилого помещения (63,5 кв.м. на истца без членов семьи и 25,4 на всех членов семьи (127 кв.м. / 5 человек), и на момент рассмотрения заявления он не принимал в отношении занимаемого жилого помещения обязательства о сдаче, то у жилищной комиссии отсутствовали законные основания для признания ФИО1 нуждающимся в жилом помещении в 

<

адрес>.

То обстоятельство, что жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, приобретена семьей ФИО4 за счет кредитных средств с последующим его обременением в виде ипотеки правового значения не имеет, поскольку приобретение жилья за счет кредитных средств является одной из форм жилищного обеспечения, и на такое имущество распространяются правила, установленные п. 1 ст. 256 ГК РФ, п. 2 ст. 34, п. 2 ст. 39 СК РФ. 

Доводы стороны истца о том, что жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес> по соглашению о разделе имущества супругов от 17.07.2018 г. перешло в индивидуальную собственность Ч.Н.В.. с тремя несовершеннолетними детьми, не могут повлечь иные выводы суда по следующим основаниям.

В силу положения п. 2 ст. 38 СК РФ соглашение о разделе общего имущества, нажитого супругами в период брака, должно быть нотариально удостоверено.

Вместе с тем предоставленное в суд подписанное Чижом К.В. и Ч.Н.В. соглашение о разделе имущества супругов от 17.07.2018 г. нотариально не удостоверено, а потому данное соглашение не может быть признано допустимым доказательством по делу. 

Заключая данное соглашение о разделе имущества супругов от 17.07.2018 г. в отношении жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 127 кв.м., являющегося совместно нажитым имуществом, и отказавшись от данного имущества в пользу супруги Ч.Н.В., истец ФИО1 тем самым совершил действие, повлекшее ухудшение его жилищных условий. Согласно п. 6 Правил и ст. 53 ЖК РФ данные действия, фактически являющиеся отчуждением жилого помещения, являются намеренными, что препятствует в принятии ФИО1 на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении до истечения пяти лет с момента отчуждения имущества. При этом, как следует из материалов дела, до совершения указанных действий истец на момент подачи заявления от 12.12.2018 г. являлся обеспеченным общей площадью жилого помещения на одного члена семьи.

Из материалов дела следует, что ФИО1 с 18 мая 2016 года по 20 августа 2018 года был регистрирован по месту жительства по адресу: 

<

адрес> Затем 20 августа 2018 года снят с учет и зарегистрирован по месту жительства по адресу: 

<

адрес>, а с 09 апреля 2019 года по 08 апреля 2020 года зарегистрирован по месту пребывания по адресу: 

<

адрес>. 

Снятие с учета по месту жительства по адресу: 

<

адрес> (20 августа 2018 года) и расторжение брака с Ч.Н.В. (ДД.ММ.ГГГГ) было осуществлено Чижом К.В. перед обращением в жилищную комиссию Пограничного управления ФСБ России по Республике Алтай с заявлением о признании нуждающимся в жилом помещении и принятии на учет для обеспечения жилым помещением (12 декабря 2018 года). 

В судебном заседании ФИО1 указал, что проживает по адресу: 

<

адрес>. По этому же адресу им получена судебная корреспонденция. 

Регистрация по месту жительства носит административно-учетный характер и сама по себе не подтверждает факт проживания истца ФИО1 в жилом помещении по 

<

адрес> в 

<

адрес>. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 фактически проживает в собственном жилом помещении по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, совместно с Ч.Н.В. и тремя несовершеннолетними детьми. 

В этой связи соглашение о разделе имущества супругов от 17.07.2018 г. подлежит оценки с точки зрения действительности и добросовестного поведения.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

При этом суд, установив факт злоупотребления правом, может применить последствия, предусмотренные п. 2 ст. 10 ГК РФ, по собственной инициативе.

Формальное соблюдение требований закона при составлении соглашения о разделе совместно нажитого имущества без подтверждения факта раздела имущества иными, обладающими свойствами публичной достоверности доказательствами, не может само по себе служить доказательством действительности заключения такого договора. Такое соглашение может быть составлено произвольно, в любое время, в том числе с целью ухудшения своих жилищных условий для признания нуждающимся в жилом помещении и принятия на учет для обеспечения жилым помещением. 

Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям, данным в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», судам следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Как правило, совершение такой сделки не направлено на достижение каких-либо правовых результатов (последствий) для ее сторон, так как действия сторон имеют в виду создание видимости правовых последствий для третьих лиц. Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых.

Таким образом, оценивая фактические обстоятельства дела, суд приходит к выводу о мнимости соглашения о разделе имущества супругов от 17.07.2018 г., совершенного между Чижом К.В. и Ч.Н.В. Такие действия истца суд также признает недобросовестными, направленными на ухудшение своих жилищных условий с целью признания нуждающимся в жилом помещении и принятия на учет для обеспечения жилым помещением за счет средств федерального бюджета. 

Доводы стороны истца о том, что жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, является личной собственностью Ч.Н.В., так как приобрела его на собственные денежные средства после продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, являющейся личной собственностью ФИО5, приобретенной до заключения брака с Чижом К.В., суд признает несостоятельными, поскольку по условиям договора купли-продажи от 09.08.2013 г. жилое строение с земельным участком, находящиеся по адресу: 

<

адрес>, приобретены по цене 3 600 000 рублей, из которых за счет собственных средств в размере 540 000 рублей, за счет кредитных средств – 3 060 000 рублей. При этом ФИО1 является созаемщиком по кредитному договору № от 09.08.2013 г. Как объяснил в судебном заседании ФИО1, обязательства по данному кредитному договору исполняются им. Договор купли-продажи между Ч.Н.В. (продавец) и С.Д.А. (покупатель) в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключен 28 ноября 2013 года, то есть после заключения договора купли-продажи от 09 августа 2013 года с Н.Н.К. и Т.Ю.П. в отношении жилого строения с земельным участком по адресу: 

<

адрес>. Таким образом, частично вложенные в приобретение данного жилого помещения 540 000 рублей не могли быть получены от продажи вышеуказанной квартиры, являющейся личной собственностью Ч.Н.В. 

Как указано выше, в период брака с использованием средств материнского (семейного) капитала Ч.Н.В. приобретено жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 43,7 кв.м., которое также является общим имуществом супругов ФИО4. В последующем данное жилое помещение было отчуждено. Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРН, Ч.Н.В. являлась собственником данного жилого помещения в период с 29 августа 2014 года (дата государственной регистрации права) по 04 декабря 2017 года (дата государственной регистрации прекращения права). 

Согласно ч. 2 ст. 51 ЖК РФ при наличии у гражданина и (или) членов его семьи нескольких жилых помещений, занимаемых по договорам социального найма, договорам найма жилых помещений жилищного фонда социального использования и (или) принадлежащих им на праве собственности, определение уровня обеспеченности общей площадью жилого помещения осуществляется исходя из суммарной общей площади всех указанных жилых помещений.

В этой связи перед обращением в жилищную комиссию Пограничного управления ФСБ России по Республике Алтай с заявлением о признании нуждающимся в жилом помещении и принятии на учет для обеспечения жилым помещением в 

<

адрес> Чижом К.В. допущено намеренное ухудшение своих жилищных условий путем отчуждения жилого помещения в 

<

адрес> путем совершения мнимой сделки о разделе имущества супругов от 17.07.2018 г. без ее нотариального удостоверения.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения искового заявления ФИО1 к жилищной комиссии Пограничного управления ФСБ России по Республике Алтай, Пограничному управлению ФСБ России по Республике Алтай о признании незаконным решения жилищной комиссии об отказе в принятии на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении, обязании поставить на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать Чижу К.В. в удовлетворении исковых требований к жилищной комиссии Пограничного управления ФСБ России по Республике Алтай, Пограничному управлению ФСБ России по Республике Алтай о признании незаконным решения (протокол №) жилищной комиссии Пограничного управления ФСБ России по Республике Алтай от 30.01.2019 г. об отказе в принятии на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении, обязании поставить на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Алтай в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Горно-Алтайский городской суд Республики Алтай.

Судья И.Н. Сумачаков

Решение в окончательной форме изготовлено 26 июня 2019 года