Дело № 2-2376/2017 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Санкт-Петербург 25 сентября 2017 года 

Кировский районный суд г.Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Есениной Т.В.,

с участием представителя истца ФИО2,

с участием представителя ответчика ФИО3,

при секретаре Жмейдо К.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Кировского районного суда г. Санкт-Петербурга гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5, ФИО5 и ФИО6 о признании недействительным и отмене договора дарения, договора безвозмездной передаче в пожизненное владение и пользование квартиры, аннулировании регистрационной записи о праве собственности,

установил:

Первоначально ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО5, ФИО5 и ФИО6 об отмене договора дарения на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО1, а также аннулировать регистрационную запись о праве собственности ФИО1 на спорную квартиру в ЕГРН.

В обоснование иска ФИО4 указала, что заключила договор дарения с братом ФИО1 в силу пожилого возраста, чтобы после смерти брату не вступать в наследство. Допустить мысли о том, что брат, который моложе истца на 10 лет уйдет из жизни раньше дарителя, истец не мог. Указанный договор дарения заключали под условием, указанным во втором договоре, который заключен одновременно с договором дарения, а именно, что квартира передается в безвозмездное и пожизненное владение и пользование истца. ДД.ММ.ГГГГ брат умер, открыто наследственное дело. Ответчики, наследники по закону ФИО1, выразили волю на вступление в наследство. Вступив в наследство, каждый собственник будет иметь право распоряжаться своей собственностью и отчуждать ее. При подписании договора дарения истец имела волю на дарение квартиры брату, с указанием права дарителя отменить дарение в случае, если он переживет одаряемого. Однако нотариус не указала данного условия, в связи с чем к договору дарения необходимо применить положения ст. 431 ГК Российской Федерации и п.4 ст. 578 ГК Российской Федерации (гр. дело №2-2376/2017).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 поданы дополнительные требования к ФИО5, ФИО5 и ФИО6, где истец просит признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ и договор о безвозмездной передачи в пожизненное владение и пользование квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО4 и ФИО1 (гр. дело №2-3825/2017).

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ гражданские дела № 2-2376/2017 и № 2-3825/2017 объединены в одно производство для совместного рассмотрения, делу присвоен единый номер № 2-2376/2017.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явилась, доверила представлять свои интересы представителю по доверенности ФИО2

Представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности (л.д.36-37), в судебное заседание явилась, требования поддержала в полном объеме, просила суд удовлетворить заявленные требования по доводам искового заявления, дополнительных письменных пояснений и возражений относительно заявленного ответчиком ФИО6 о применении судом срока исковой давности.

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явилась, доверила представлять свои интересы представителю по доверенности ФИО3

Представитель ответчика ФИО3, действующий на основании доверенности (л.д.126) в судебное заседание явился, требования не признал, просил суд отказать в их удовлетворении, при этом заявив суду о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд (л.д.). 

Ответчики ФИО5, ФИО5 в судебное заседание не явились, извещались судом надлежащим образом, ходатайств об отложении не заявили. Ранее участвовали в судебном заседании, признали исковые требования (л.д.131). Суд считает возможным слушать дело в их отсутствие. 

Третье лицо Управление Росреестра по Санкт-Петербургу в судебное заседание не явилось, извещено надлежащим образом, представило письменные возражения, в том числе с указанием пропуска срока исковой давности, об отложении не просило, суд считает возможным слушать дело в отсутствие представителя (отзыв л.д.51-54).

Суд в силу ч. 2 ст. 12 ГПК РФ, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, создав все условия для установления фактических обстоятельств дела, предоставив сторонам, возможность на реализацию их прав, исследовав материалы дела, выслушав истца приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии со ст. 123 Конституции РФ и ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, которые реализуются посредством представления доказательств. 

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основание своих требований и возражений.

Избрание судебного способа защиты и средства защиты является правом заинтересованного лица (ст. 12 Гражданского кодекса РФ). Однако реализация данного права безусловную обязанность суда по защите заявленного заинтересованным лицом права (законного интереса) не предопределяет.

Правомерным избранный судебный способ защиты может быть признан тогда и постольку, когда и поскольку подтверждено законное обладание прибегнувшим к судебной защите лицом действительными правами (законным интересом) и установлен факт нарушения (угрозы нарушения) прав (интереса) законного обладателя средствами и способами, указанными заинтересованным лицом в качестве неправомерных.

В том случае, если заявленные истцом нарушения фактического подтверждения в судебном заседании не нашли, а равно судом в качестве неправомерных, действия ответчика не квалифицированы, отказ в судебной защите по мотиву отсутствия нарушения права и законных интересов заявителя об ущемлении права на защиту не свидетельствует.

Из материалов дела следует, что истица ФИО4 являлась собственником жилого помещения – 

<

адрес> на основании справки №7, выданной ЖСК №105 Санкт-Петербурга ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированной в ГУЮ «Городское бюро регистрации прав на недвижимость» Администрации Санкт-Петербурга, свидетельство о государственной регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ рег. №-2.1 (п.2 Договора л.д.199, свидетельство л.д.12, 113).

ФИО4 с ДД.ММ.ГГГГ постоянно зарегистрирована в 

<

адрес> по настоящее время (Ф.9 л.д.116).

Частью 1 ст. 572 ГК Российской Федерации установлено, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

С учетом положений ст. 574 ГК Российской Федерации договор дарения недвижимости должен быть заключен в письменной форме и на ДД.ММ.ГГГГ год требовал обязательной государственной регистрации.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, подарила 

<

адрес> своему двоюродному брату ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается договором дарения, удостоверенного нотариусом ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ, рег. № (л.д.8-9).

Одновременно ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО4 был подписан договор о безвозмездной передаче ФИО4 в пожизненное владение и пользование 

<

адрес> корпус 3 по Дачному проспекту в Санкт-Петербурге (л.д.10-11).

По сведениям Единого государственного реестра недвижимости ДД.ММ.ГГГГ за № в отношении вышеуказанного объекта недвижимости зарегистрировано право собственности ФИО1 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, дата нотариального удостоверения ДД.ММ.ГГГГ, нот. ФИО7, лицензия № от ДД.ММ.ГГГГ, номер в реестре регистрации нотариальных действий № бланк 

<

адрес> (л.д.84, 94, 113).

Кроме того, судом было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4, ФИО1 выдали доверенность ООО «Адам и сыновья» для регистрации в Управлении Росреестра по Санкт-Петербургу договора дарения 

<

адрес> (л.д.202, 203). ФИО4 одновременно составила нотариальное заявление от ДД.ММ.ГГГГ в адрес Управления Росреестра по Санкт-Петербургу, что не имеет супруга, который в порядке ст. 35 СК Российской Федерации мог бы претендовать на отчуждаемою 

<

адрес> (л.д.204).

ДД.ММ.ГГГГ скоропостижно умер ФИО1 в 

<

адрес> (л.д.14).

Согласно материалам наследственного дела 49\2016, открытого после умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 (л.д.55-110), наследниками являются сыновья – ФИО5 и ФИО5 (л.д.69), а также супруга ФИО6 (л.д.68)

Договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО4 и ФИО1 в отношении 

<

адрес> а также договор о безвозмездной передаче ФИО4 в пожизненное владение и пользование 

<

адрес> до смерти ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, т.е. более 7 лет, не оспаривался.

Из первоначального иска следует, что ФИО4 «…оформляла с братом договор дарения в силу своего пожилого возраста, чтобы после ее смерти брату не вступать в наследство. Допустить мысли о том, что брат, который моложе на 10 лет уйдет из жизни раньше, не могли…. Указанный договор дарения заключали под условием, указанным во втором договоре, который заключен одновременно с договором дарения, а именно, что квартира передается ФИО4 в безвозмездное и пожизненное владение и пользование….».

Так же истец в иске указывает, что «…после смерти брата наследниками первой очереди являются супруга и сыновья….открыто наследственное дело… На сегодняшний день уже появились судебные притязания по наследственной массе. В Московский районный суд подано исковое заявление о взыскании с наследников сумм займа по договору. В таком случае есть вероятность, что в свои 77 лет истец может остаться без жилья (на улице), так как не имеет другого жилого помещения…».

Одновременно истец в иске указывает, что «воля (дарителя) и воля одаряемого сводилась к тому, что условия договора дарения имели место при жизни брата (одаряемого) и становились недопустимыми в случае его смерти. Однако, нотариус не указал данное условие в договоре дарения. В связи с отсутствием юридического образования, истец не могла самостоятельно догадаться о его включении в условия договора. Считает, что при толковании смысла и условий Договора дарения между ней и братом, необходимо принять во внимание ст. 431 Гражданского кодекса РФ, учитывая очевидную волю дарителя и волю одаряемого и применить по аналогии п.4 ст. 578 ГК Российской Федерации…».

Таким образом, из текста иска, подписанного лично истцом следует, что ФИО4 понимала, что заключает именно договор дарения, что заключает его под условием проживать и пользоваться данной квартирой пожизненно. 

Частью 1 ст. 572 ГК Российской Федерации установлено, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ч. 4 ст. 578 ГК Российской Федерации в договоре дарения может быть обусловлено право дарителя отменить дарение в случае, если он переживет одаряемого.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в Определении от 21.05.2015 № 1193-0, положение п. 4 ст. 578 ГК Российской Федерации, устанавливающее возможность обусловить в договоре дарения право дарителя отменить дарение в случае, если он переживет одаряемого, будучи диспозитивным по своему характеру, само по себе направлено на реализацию вытекающего из Конституции Российской Федерации гражданско-правового принципа свободы договора. Вместе с тем, данная оговорка в договоре отсутствует, относительно иных оснований, влекущих за собой отмену договора дарения, суд приходит к следующему.

В ходе предварительного судебного заседания представитель истца изменила основания оспаривания договора дарения (л.д.39-40), указав, что в силу возраста и физического состояния (плохое зрение, один глаз не видит), ФИО4 не могла прочитать договор дарения перед подписанием. Кроме того, представитель истца указал, что не были истцу нотариусом разъяснены последствия заключения договора дарения.

В ходе судебного разбирательства были даны пояснения самой истицей ФИО4 (протокол л.д.127-132). Из пояснений ФИО4 следует, что « …всегда хотела завещать квартиру брату, …разговор о дарении не было… не знает почему брат повез к нотариусу и оформили договор дарения…у нотариуса уже были готовы документы, нотариус ни о чем не спрашивала, просто дала подписать документы…не могу сказать, что прочитала все, что было написано в документах, плохо вижу… доверяла брату, думала что это завещание. Я не намеривалась подписывать договор дарения. Нотариус разъяснила, что остаюсь проживать в своей квартире пожизненно. Документы остались на руках (у истца), брат не забирал (л.д.129)…. Дома я прочитала документы, увидела, что написано договор дарения, но я верила брату и подумала, что так и надо. Я позвонила брату, после того как увидела документы о дарении, он сказал так и надо….(На вопрос суда: Вы подтверждаете, что в 2009 году вы уже знали, что это договор дарения?) …Да, я подтверждаю. Я спросила у брата почему подписан договор дарения, а он ответил, что мы с ним оба собственники, что могу не волноваться и жить спокойно..».

Таким образом, с ДД.ММ.ГГГГ по день обращения с иском в суд, ФИО4 знала о заключенном договоре дарения в отношении 

<

адрес> и о безвозмездной передаче ФИО4 в пожизненное владение и пользование 

<

адрес> сам договор дарения и договор о безвозмездной передаче в пожизненное владение и пользование квартиры, его условий не оспаривала, документы с 2009 года по настоящее время ранились у истца, о чем истец пояснил в судебном заседании.

Довод истца о том, что «плохо видит, не могла прочитать документы, не понимала значения прочитанного», был также опровергнут самим истцом в ходе судебного разбирательства, когда в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ истец самостоятельно прочитал первоначальный текст иска в присутствии сторон, пояснила что поняла текст прочитанного (л.д.130). Кроме того, также пояснила, что самостоятельно выдала доверенность на представителя на ведение данного дела, лично ходила к нотариусу, отвез племянник (л.д.129).

С учетом показаний истца данных в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ, истцом в последствии был подан иск ДД.ММ.ГГГГ, где истец указывает, что «…ездили к знакомому нотариусу брата…подписывать завещание. Приехав к нотариусу, брат и нотариус показали, где поставить подпись…,подписала. Прочитать, что там написано не могла, …..почти не вижу и доверяла брату…». «Я действовала под влиянием заблуждения, не имела намерения дарить свою квартиру, думала, что подписываю завещание», в связи с чем истец оспаривает сделки от ДД.ММ.ГГГГ на основании ч.1 ст. 178 ГК Российской Федерации (л.д.145-146). 

По смыслу ч.1-4 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (ч.1).

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (ч.2).

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (ч.3).

Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки (ч.4).

Исходя из требований ст. 56 ГПК РФ, бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ч.2 ст. 178 ГК РФ, лежит на истце.

В качестве доводов, истцовой стороной указывается (л.д.145), что ФИО1 ввел в заблуждение ФИО4 относительно природы сделки (п.3 ч.2 ст.178), что вместо завещания, заключен договор дарения, а в качестве критерия указывает медицинский фактор – «совсем не видит, не могла прочитать», однако сведений об установлении инвалидности (в т.ч. по зрению) не представлено, медицинские документы датированы перио

<

адрес> годами (л.д.28-34), затем справка от окулиста, которая взята в период рассмотрения дела в суде от ДД.ММ.ГГГГ «жалобы на низкое зрение».

Однако в ходе судебного разбирательства, истцом при личном опросе ФИО4 в суде ДД.ММ.ГГГГ было четко указано, что истец знала о договоре дарения, выяснила у брата почему был заключен договор дарения, а исходя из первичного иска заключался именно договор дарения под условием безвозмездной передаче ФИО4 в пожизненное владение и пользование 

<

адрес>. 

Изменение основания иска, изменение пояснений в дополнительном иске, суд расценивает как выбранный способ защиты истца и его представителя, с учетом выясненных по делу обстоятельств и позиций сторон.

Заблуждение относительно природы сделки (ст.178 ГК РФ) выражается в том, что лицо совершает не ту сделку, которую пыталось совершить. Истец не доказал, что при совершении сделки по передаче в собственность брата своей квартиры его воля была направлена на совершение какой-либо другой сделки. Более того, из представленных истцом доводов усматривается, что он желал совершить именно оспариваемую сделку, т.к. «не думала, что брат, который моложе истца на 10 лет, не переживет дарителя. Считала, что в силу своего пожилого возраста, чтобы после смерти истца, брату не надо было вступать в наследство» (л.д.5), но с условием, что жить истец в своей квартире будет пожизненно. 

Воля дарителя и одаряемого при подписании оспариваемого договора совпадали, ФИО4 хотела передать в собственность брату свою квартиру. Завещание в силу норм гражданского законодательства односторонняя сделка, которая создает права и обязанности после открытия наследства (ст. 1118 ГК РФ), присутствие посторонних лиц при составлении и подписании завещания у нотариуса не предполагает, т.к. имеется тайна завещания. Подготовить текст завещания заранее нотариус не может, он составляется только после обращения к нотариусу и сообщения воли завещателем.

Согласно абз.2 ч.1 ст. 1124 ГК Российской Федерации в случае, когда в соответствии с правилами настоящего Кодекса при составлении, подписании, удостоверении завещания или при передаче завещания нотариусу присутствуют свидетели, не могут быть такими свидетелями и не могут подписывать завещание вместо завещателя - лицо, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруг такого лица, его дети и родители.

В соответствии с п.8 оспариваемого договора дарения квартиры по адресу: 

<

адрес>, стороны подтвердили, что они приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, свободны в установлении и определении своих прав и обязанностей по договору, в определении любых условий договора, по состоянию здоровья могут самостоятельно осуществлять свои права и исполнять свои обязанности, не лишены и не ограничены в дееспособности, осознают суть подписываемого договора, у сторон отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершать сделку на крайне невыгодных для себя условиях.

Право дарителя отменить договор дарения в случае, если даритель переживет одаряемого, договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ не содержит.

Доводы истца о не разъяснении ей требований ч. 4 ст. 578 ГК Российской Федерации прямо противоречат представленному договору дарению, согласно которому истица данный договор подписала собственноручно, что не оспаривалось в суде, без каких либо оговорок и условий, при этом стороны, с учетом принципа диспозитивности, каких либо иных существенных условий сделки в самом договоре не предусмотрели, то есть не пришли к соглашению относительно необходимости применения к возникшим правоотношениям положений ч. 4 ст. 578 Гражданского кодекса РФ.

Суд считает, что заблуждение истца относилось только к правовым последствиям сделки (не указание оговорки, предусмотренной ч.4 ст. 578ГК Российской Федерации, если даритель пережил одаряемого), не может быть признано существенным заблуждением неправильное представление этой стороны сделки о правах и обязанностях по ней.

Совокупность установленных обстоятельств по делу во взаимосвязи с пояснениями истца указывает на то, что было намерение подписать именно договор дарение, а договор о безвозмездной передачи квартиры в пожизненное пользование и владение дополнительно подтверждает намерение сторон, что в силу ч.4 ст. 178 ГК Российской Федерации, свидетельствует о сохранении силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. 

В своих письменных возражениях на позицию ответчика ДД.ММ.ГГГГ истец указывает новое основание для оспаривания договора дарения, ее обман братом ФИО1 и злоупотребление ее доверием (л.д.174), т.е. в рамках ст. 179 ГК Российской Федерации, однако никаких доказательств этому не приводит. 

Иных достоверных доказательств того, что имеются основания, предусмотренные ст. 178, 179 Гражданского кодекса РФ для признания договора дарения недействительным, истцом суду представлено не было.

Принять признание исковых требований ФИО5, ФИО5, сыновей наследодателя ФИО1, в свою очередь племянников истца, суд в данном конкретном случае не может, т.к. они заинтересованы в исходе дела. Кроме того, между ответчиками ФИО5, ФИО5 (дети наследодателя) и ответчиком ФИО6 (супруга наследодателя), которые в свою очередь, являются наследниками первой очереди после смерти ФИО1, имеются конфликтные отношения, о чем было указано суду. 

Ответчиком ФИО6, исковые требования не признавались, заявлено о применении срока исковой давности к исковым требованиям истца (л.д. 163-164).

Истцом ФИО4 представлены были возражения относительно применения судом срока исковой давности, а также ходатайство о восстановлении пропущенного срока (л.д.173-175).

В соответствии с ч. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. 

В силу ч. 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Поскольку в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ судом установлено, что в момент совершения спорной сделки ДД.ММ.ГГГГ, а также после ее совершения, совершив дополнительно юридически значимые действия (выдача доверенности на регистрацию договора дарения, составление заявления в Управление Росреестра об отсутствии супруга, претендующего на отчуждаемую квартиру) истица знала, что подписала договор дарения, знала его последствиях (отчуждение квартиры), имела на руках документы по сделке, которые хранила более 7 лет у себя, то суд считает, что истцом пропущен срок исковой давности, поскольку с настоящим иском она обратилась ДД.ММ.ГГГГ. 

Согласно разъяснений, содержащихся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

В силу ст. 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности

Суд не может признать уважительным довод истца о том, что срок на подачу иска в суд не пропущен, т.к. только ДД.ММ.ГГГГ осознала и поняла, что подписала договор дарения, а значит осознала и поняла отрицательные для нее последствия (л.д.174), т.к. при подаче иска в суд истец собственноручно поставил подпись под доводами иска, что знал о договоре дарения, но не предвидел, что даритель переживет одаряемого. Оснований для восстановления срока исковой давности, судом не установлено.

Учитывая, что судом не установлено законных оснований, указывающих на незаконность и отмену договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в отношении 

<

адрес>, договора о безвозмездной передаче ФИО4 в пожизненное владение и пользование 

<

адрес> а также учитывая, что истцом пропущен срок исковой давности, а оснований для его восстановления судом не установлено, суд приходит к выводу об отказе ФИО8 в удовлетворении требований в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 56, 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении иска ФИО4 к ФИО5, ФИО5 и ФИО6 о признании недействительным и отмене договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, договора о безвозмездной передаче в пожизненное владение и пользование 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, аннулировании регистрационной записи о праве собственности, восстановлении срока исковой давности - ОТКАЗАТЬ. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через гражданскую канцелярию Кировского районного суда Санкт-Петербурга.

Председательствующий судья Т.В. Есенина