УИД 38RS0027-01-2025-000977-72

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 октября 2025 г. р.п. Чунский

Чунский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Седых М.А., при секретаре судебного заседания Кедик Ю.И., 

с участием старшего помощника прокурора Чунского района Иркутской области – Дресвянской Е.С., истца ФИО1, ответчика – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-637/2025 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

установил:

в обоснование исковых требований указано, что вступившим в законную силу приговором мирового судьи 113 судебного участка Чунского района Иркутской области от 23.06.2025 по уголовному делу № 1-6/2025 ФИО2 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 112, ч. 1 ст. 119 УК РФ с назначением наказания в виде ограничения свободы сроком на 2 года 6 месяцев.

ФИО2, находясь в 

<

адрес>, в период времени с 02 часов 00 минут по 04 часов 25 минут, 01.01.2025 в состоянии сильного алкогольного опьянения, умышленно и целенаправленно причинил ФИО3 телесные повреждения в виде закрытой травмы грудной клетки, с переломом тела грудины, также ФИО2 угрожал ей убийством, что она восприняла реально, с учетом причиненных ей телесных повреждений. Длительное время она не могла вести привычный образ жизни, поскольку испытывала сильную боль, головокружение и она вынуждена была принимать медицинские препараты и обезболивающие мази, кроме того она испытывала тяжелые нравственные страдания, которые в совокупности выразились в посягательстве на ее достоинство личности в общественном месте, на ее честь и здоровье, как человека со стороны осужденного ФИО2

На основании изложенного истец просила взыскать с ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала заявленные требования по доводам, изложенным в иски, настаивала на удовлетворении.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований истца, полагая, что размер компенсации морального в сумме 500000 руб. завышен. 

Выслушав пояснения участников процесса, заключение старшего помощника прокурора Дресвянской Е.С., полагавшей, что исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к следующим выводам. 

Защита интересов потерпевших от преступления закреплена ст. 52 Конституции Российской Федерации. 

Судом установлено, что приговором мирового судьи судебного участка № 113 Чунского района Иркутской области от 23.06.2025, вступившим в законную силу, ФИО2 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 112, ч. 1 ст. 119 УК РФ, и ему на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 2 года 6 месяцев с ограничениями: не уходить из места постоянного проживания в ночное время с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут, не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не выезжать за пределы Чунского муниципального округа Иркутской области, не изменять место жительства, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Вышеуказанным приговором суда установлено, что ФИО2 совершил угрозу убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, а также умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, при следующих обстоятельствах. В период времени с 02 час. 00 мин. по 04 час. 25 мин. 01.01.2025 ФИО2, находясь в 

<

адрес>, учинил ссору с ФИО1 В ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений, у ФИО2 сформировался умысел на причинение телесных повреждений потерпевшей ФИО1 Реализуя свой преступный умысел ФИО2, в период времени с 02 час. 00 мин. по 04 час. 25 мин. 01.01.2025, находясь по вышеуказанному адресу, с целью причинения вреда здоровью, действуя умышленно, на почве личной неприязни, нанес один удар своей левой руки сжатой в кулак, в область груди потерпевшей. В результате ФИО2 своими умышленными преступными действиями, причинил ФИО1 телесное повреждение в виде закрытой травмы грудной клетки, с ушибом мягких тканей передней поверхности грудной клетки, с переломом тела грудины, относящиеся к категории повреждений, причинившее средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья сроком свыше 3-х недель. 

Кроме того, в период времени с 02 час. 00 мин. по 04 час. 25 мин. 01.01.2025 ФИО2, находясь в 

<

адрес>, учинил ссору с ФИО1 В ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений, у ФИО2 сформировался умысел на угрозу убийством в адрес потерпевшей. Реализуя свой преступный умысел, направленный на угрозу убийством, ФИО2 в период времени с 02 час. 00 мин. по 04 час. 25 мин. 01.01.2025, находясь по вышеуказанному адресу, в ходе ссоры, с целью запугивания ФИО1, усиливая психологический эффект устрашения, вооружился фрагментом разбитой бутылки, и, используя данный фрагмент в качестве оружия и предмета устрашения, умышленно высказал в адрес ФИО1 угрозу убийством, а именно сказал, что убьет ее. В силу сложившихся обстоятельств потерпевшая ФИО1, опасаясь за свою жизнь и здоровье, угрозу убийством восприняла реально, так как ФИО4. К.В. вел себя агрессивно, нанес ей телесные повреждения, использовал при совершении преступления фрагмент разбитой бутылки, чем подтверждал свою решимость в реализации угрозы лишения жизни. Тем самым, у потерпевшей имелись все основания опасаться осуществления высказанной в ее адрес угрозы убийством.

Как следует из содержания ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. 

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. 

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. 

Согласно п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. 

Таким образом, преюдициальными для гражданского дела являются выводы приговора суда по двум вопросам: имели ли место сами действия и совершены ли они данным лицом. 

ФИО2 свою вину в совершении вмененных ему преступлений не признал, однако приговором мирового судьи судебного участка № 113 Чунского района Иркутской области от 23.06.2025, вступившим в законную силу, его вина в совершении вмененных ему преступлений, совершенных им в отношении ФИО1, установлена. 

При рассмотрении уголовного дела установлено, что своими действиями ФИО2 причинил ФИО1 телесные повреждения, повлекшие средний вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья сроком более 3-х недель. 

Причинение указанных выше телесных повреждений подтверждены и квалифицированы заключениями экспертов, имеющиеся в материалах уголовного дела, а именно: 

- заключением эксперта 

<

данные изъяты>

- заключением эксперта 

<

данные изъяты>

Как следует из представленных медицинских документов, 28.01.2025 ФИО1 осмотрена психиатром с жалобами: 

<

данные изъяты>

Из листков нетрудоспособности следует, что ФИО1 была освобождена от работы врачом-хирургом с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Выписана к труду с ДД.ММ.ГГГГ.

Оценивая собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд считает, что ФИО1 получила травму жизненного важного органа – грудной клетки, что безусловно свидетельствует о причинении истцу физических и нравственных страданий, при этом истец ФИО1 испытывала физическую боль как в момент совершения противоправного деяния, так и после в период реабилитационного периода, длительности лечения, невозможности вести свой быт в обыденном режиме, осуществлять свои трудовые функции, что подтверждается исследованными в судебном заседании медицинскими документами. 

Кроме того, суд учитывает, что приговором суда установлен факт угрозы убийством ФИО1 со стороны ответчика ФИО2 данная угроза истцом была воспринята реально и имелись все основания опасаться осуществления данной угрозы. 

Согласно ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Из ч. 1 ст. 1079 ГК РФ следует, что граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, который владеет источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании. 

Согласно ч. 1 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в том числе, в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. 

В соответствии с ч. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. 

Из ст. 151 ГК РФ следует, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

В силу п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. 

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20.12.1994 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» необходимо выяснять характер взаимоотношений сторон, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя в том случае, если она должна учитываться, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. 

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. 

В результате полученной травмы истец длительное время испытывал и испытывает физическую боль и неудобства, связанные с полученными травмами, которые лишили его возможности вести активный образ жизни. Таким образом, изменение жизненного уклада истца, обусловленное травмами, особенностями обеспечения его жизнедеятельности после полученных травм, необходимостью систематического лечения, наряду с переживаниями в результате самого происшествия, страдания, свидетельствуют о причинении истцу нравственных страданий. 

Оценив в совокупности доказательства по делу, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению. 

Вместе с тем, Верховный Суд Российской Федерации отмечает, что «при взыскании денежных сумм в возмещение морального вреда суду следует учитывать реальные возможности физического лица для его возмещения». 

Судом установлено, что на иждивении ФИО2 имеется несовершеннолетних ребенок.

С учетом вышеизложенного, характера причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий в результате нанесенных травм жизненного важных органа, а также угрозы убийством, которую потерпевшая воспринимала реально, периода реабилитации и лечения, а также степени вины причинителя вреда, нахождение на его иждивении несовершеннолетнего ребенка и, учитывая материальное положение, с учетом требования разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда в сумме 150000 руб., полагая, что указанная сумма отвечает критериям разумности и справедливости. 

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ предусмотрено, что государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством РФ. 

Поскольку в силу п. п. 3 п. 1 ст. 333.36 НК РФ истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, в соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ при удовлетворении требований неимущественного характера с ответчика в доход соответствующего бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей.

В удовлетворении требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в большем размере - отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Чунский районный суд Иркутской области путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий М.А. Седых

В окончательной форме решение изготовлено 31 октября 2025 г.

Председательствующий М.А. Седых