4

Дело № 2-820/2018

Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

Заводский районный суд города Кемерово

в составе: председательствующего- судьи Бобрышевой Н.В.

при секретаре- Юргель Е.Е.

с участием истца- ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Кемерово

03 мая 2018 года

гражданское дело по иску ФИО1 к Топкинскому потребительскому кооперативу об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы и компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

Первоначально истец ФИО1 обратилась в суд с иском к Топкинскому потребительскому обществу об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы и компенсации морального вреда.

Исковые требования мотивирует тем, что с 17 января 2018 года по 04 февраля 2018 года она работала в магазине 

<

данные изъяты> расположенном по адресу: 

<

адрес> в должности 

<

данные изъяты>. 

Трудовые отношения с ней не были оформлены, трудовой договор не выдавался, с директором ФИО3 встречи не было. Ее трудоустройством она принимается на стажировку с последующим трудоустройством по согласованию с директором. Размер заработной платы был согласован в 12000 рублей в месяц (оклад) плюс 2% от продаж. Однако, за время работы ей ничего не выплатили. 

04 февраля 2018 года она ушла с работы, поскольку со слов директора ФИО3 в отсутствие продаж заработная плата ей не будет выплачена.

Действия работодателя считает незаконными, поскольку она была допущена к работе с ведома и по поручению работодателя, однако трудовой договор не был оформлен, отчисления не производились. 

Незаконными действиями работодателя ей причинен моральный вред, который выразился в депрессии, бессоннице, мыслях о том, что она была вынуждена уволиться с другого места работы. Проходя стажировку в магазине Практик, параллельно она отрабатывала на предыдущем месте работы две недели, поскольку была трудоустроена. Моральный вред оценивает в 50000 рублей.

На основании вышеизложенного просит установить факт трудовых отношений между ней и Топкинским потребительским обществом в период с 17 января 2018 года по 04 февраля 2018 года, взыскать с ответчика в свою пользу задолженность по заработной плате в размере 3881,70 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

Определением Заводского районного суда города Кемерово от 02 апреля 2018 года произведена замена Топкинского потребительского общества на надлежащего ответчика- Топкинский потребительский кооператив.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала заявленные требования к Топкинскому потребительскому кооперативу, пояснила об обстоятельствах, изложенных в исковом заявлении.

Ответчик Топкинский потребительский кооператив о времени и месте слушания дела извещался по месту регистрации юридического лица: 

<

адрес>. Судебная повестка ответчиком получена (л.д. 53). Ответчик в судебное заседание не явился, своего представителя в суд не направил, рассмотреть дело в свое отсутствие не просил.

Согласно требованиям ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неявка лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела, потому, учитывая, что ответчик был надлежаще извещен о времени и месте слушания дела, в том числе путем размещения информации на официальном интернет-сайте Заводского районного суда города Кемерово в соответствии со ст.ст. 14 и 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика.

Выслушав пояснения истца, допросив свидетелей, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Работодатель, реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации права (статьи 34, 35), в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.

Трудовые отношения- отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В силу ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор- соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех дней со дня фактического допущения к работе.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель (или его уполномоченный представитель) обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Само по себе отсутствие трудового договора, приказа о приеме на работу и увольнении, а также должности в штатном расписании не исключает возможности признания отношений трудовыми- при наличии в этих отношениях признаков трудового договора. К характерным признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер (оплата производится за труд); процедура (порядок приема работника на работу, порядок оформления приема на работу), включающая в себя оформление трудового договора в письменной форме с включением в него обязательных и необходимых сторонам дополнительных условий (о месте работы, трудовой функции работника, условиях оплаты труда, дате начала работы и т.д.), направлены на закрепление и возможность дальнейшего подтверждения как факта заключения трудового договора, так и условий, на которых он заключен.

Основная деятельность Топкинского потребительского кооператива согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц связана с розничной торговлей преимущественно пищевыми продуктами, включая напитки, и табачными изделиями в неспециализированных магазинах дополнительная, среди прочего- розничная торговля мебелью, осветительными приборами и прочими бытовыми изделиями в специализированных магазинах, местом нахождения ответчика является: 

<

адрес> председателем совета ФИО4 (л.д. 25-26). 

Из пояснений истца ФИО1 следует, что в период с 17 января 2018 года по 04 февраля 2018 года она состояла в трудовых отношениях с Топкинским потребительским обществом, в должности 

<

данные изъяты> работала в магазине 

<

данные изъяты> Трудовые отношения не были оформлены надлежащим образом. С директором ФИО3 она лично не встречалась, на работу ее принимала администратор ФИО5, которая пояснила, что принимает ее на стажировку с последующим трудоустройством, по согласованию с директором. В ее обязанности входили: консультация клиентов, составление договоров. С работодателем был согласован размер заработной платы- 12000 рублей в месяц, а также 2% от продажи. График работы был установлен пять рабочих дней и два выходных: суббота и воскресенье. Изначально ее принимали на стажировку, она работала по несколько часов в день, иногда по три, иногда по четыре. Заявление о приеме ее на работу она не писала. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 уведомила, что директор ФИО6 просил передать, что в связи с отсутствием продаж, заработная плата им не будет выплачена, в связи с чем, на работу она больше не выходила. За период работы заработная плата ей выплачена не была. Со слов ФИО5 свои должностные обязанности она выполняла в Топкинском потребительском кооперативе. 

Согласно п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в силу статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Из правового смысла ч. 2 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что суд принимает решение по имеющимся в материалах дела доказательствам, при этом в силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя по основаниям ч. 3 ст. 16, ч. 1 ст. 61 Трудового кодекса Российской Федерации, а также бремя доказывания возникновения между сторонами именно трудовых отношений, возложено на истца.

Поскольку законом не предусмотрено, что факт допущения работника к работе может подтверждаться только определенными доказательствами, суд при рассмотрении дела исходит из допустимости любых видов доказательств, указанных в ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Таких доказательств, свидетельствующих о наличии между ФИО1 и ответчиком Топкинским потребительским кооперативом трудовых отношений и наличия обязанности ответчика по выплате заработной платы истцом не представлено.

В соответствии со ст. 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В подтверждение своих пояснений о нахождении в трудовых отношениях с Топкинским потребительским кооперативом истец представила распечатку переписки в социальных сетях (л.д. 6-12).

Между тем, суд не может принять ее во внимание, в качестве доказательства подтверждающего наличие между истцом и ответчиком трудовых отношений, поскольку из представленной распечатки переписки не представляется возможным достоверно установить наличие между истцом и ответчиком трудовых отношений, допуск ее к работе с ведома и по поручению работодателя, выполнение ею трудовых функций в должности 

<

данные изъяты> период ее работы. 

Более того, представленная распечатка не соответствует положениям ст. 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку не является относимым и допустимым доказательством по делу.

Истец пояснила, что при трудоустройстве заявление о приеме на работу она не писал, трудовую книжку и другие документы, необходимые для трудоустройства работодателю не передавала. 

Кроме того, сама истец в судебном заседании поясняла, что с 17 января 2018 года она проходила стажировку на должность 

<

данные изъяты> выполняла свои обязанности всего по несколько часов, поскольку была официально трудоустроена на другом предприятии.

В ходе судебного разбирательства по делу истцом не было представлено каких-либо доказательств выражения Топкинским потребительским кооперативом согласия на допуск истца к выполнению обязанностей 

<

данные изъяты> Топкинского потребительского кооператива, с подчинением работника правилам трудового распорядка, определением круга должностных обязанностей, согласования размера заработной платы и ее выплаты.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств существования между истцом и ответчиком трудовых отношений в период с 17 января 2018 года по 04 февраля 2018 года, поскольку кадровых решений в отношении истца ответчиком либо уполномоченным им лицом не принималось, трудовой договор не заключался, приказов о приеме истца на работу и об увольнении не издавалось, в трудовую книжку записи о трудовой деятельности не вносились. Какие-либо письменные доказательства, подтверждающие выполнение истцом трудовой функции в должности 

<

данные изъяты> подчинение правилам внутреннего распорядка в организации работодателя, получение заработной платы, суду со стороны истца представлены не были.

Из пояснений истца следует, что на работу ее принимала администратор ФИО5 В свою очередь, доказательств делегирования администратору полномочий по найму и увольнению работников истцом не представлено и в судебном заседании не установлено.

Прохождение стажировки по несколько часов в день подтверждает лишь факт реализации ответчиком своего исключительного права на подбор персонала, но не трудоустройство истца на конкретную должность.

По ходатайству истца, в подтверждение факта трудовых отношений между истцом и Топкинским потребительским кооперативом в судебном заседании были допрошены свидетели ФИО7, ФИО8, ФИО9

Так, свидетель ФИО7 поясняла, что работала в магазине 

<

данные изъяты> салон 

<

данные изъяты> Она писала заявление о приеме на работу, однако, трудовые отношений с ней оформлены не были. При заключении договоров с клиентами в разделе «Продавец» было указано Топкинское потребительское общество, стояла печать организации. График работы сотрудников не был установлен, о выходе на работу сообщали в смс-сообщениях. 

Свидетель ФИО8 поясняла, что 28 января 2018 года она приходила в 

<

данные изъяты> мебельный магазин, владельцем которого является ФИО2. В магазине она встретила истца, у которой был бейдж – продавец-консультант. Ранее она сама работала в 

<

данные изъяты> с 2015 года по 2017 год. Какой график работы был у истца, размер ее заработной платы, период работы пояснить не смогла.

Свидетель ФИО9 поясняла, что вместе с истцом пришла на стажировку в 

<

данные изъяты> На работу их принимала менеджер ФИО10. Несколько дней они проходили обучение, после чего работали полный рабочий день. Трудовые отношения с ними официально не оформляли. В обязанности 

<

данные изъяты> входило консультирование клиентов, продажа. Заработная плата была установлена в 12000 рублей в месяц плюс 2% от продажи. В феврале началось давление со стороны руководства, поскольку не было продаж. Истец работала до начала февраля 2018 года, после чего уволилась. Выплачивалась ли истцу заработная плата ей не известно.

Оценивая показания указанных свидетелей наряду с другими доказательствами по делу, суд приходит к выводу, что показания указанных свидетелей достоверно наличие между истцом и Топкинским потребительским кооперативом трудовых отношений не подтверждают, не согласуются между собой и с пояснениями истца. Показания допрошенных свидетелей не конкретизируют условия трудового договора истца, срок его действия, режим работы и должностные обязанности, не подтверждают факт выполнения ею должностных обязанностей 

<

данные изъяты>

Более того, свидетели указали, что работали в разных организациях, не смогли указать наименование организации, в которой работала истец. При этом, никто из допрошенных свидетелей не работал в Топкинском потребительском кооперативе.

Оценивая представленные сторонами доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд исходит из того, что ФИО1 не представлено доказательств в подтверждение доводов о работе в Топкинском потребительском кооперативе менеджером в период с 17 января 2018 года по 04 февраля 2018 года, поскольку трудовой договор с истцом, не заключался, режим труда, отдыха, продолжительность учетного периода, условия оплаты труда не устанавливались, обстоятельств фактического допуска к работе в спорные периоды, и именно в рамках трудовых правоотношений, не установлено, и ответчиком не подтверждено. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований об установлении факта трудовых отношений между истцом и Топкинским потребительским кооперативом, поскольку в ходе рассмотрения дела данный факт своего безусловного подтверждения не нашел.

Как следствие, суд оставляет без удовлетворения требования истца о взыскании с ответчика задолженности по заработной плате, так как доказательств возникновения именно трудовых отношений между сторонами, обязанности выплаты истцу заработной платы и наличия задолженности ответчика по заработной плате в спорный период при рассмотрении дела истцом не представлено, а судом не установлено.

Учитывая, что факт трудовых отношений между сторонами в ходе рассмотрения дела не установлен и суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о взыскании задолженности по заработной плате, суд считает, что оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда не имеется и требования истца в данной части также удовлетворению не подлежат. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований к Топкинскому потребительскому кооперативу об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы и компенсации морального вреда ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 08 мая 2018 года.

Председательствующий: Н.В. Бобрышева

Решение в законную силу не вступило.

В случае обжалования судебного решения сведения об обжаловании и результатах обжалования будут размещены в сети «Интернет» в установленном порядке.