К делу № 2-73/2025

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

29 апреля 2025г. г. Майкоп

Майкопский городской суд Республики Адыгея в составе председательствующего - судьи Зубкова Г.А., 

при секретаре судебного заседания Бешуковой С.Б.,

с участием истца ФИО1 и ее представителя ФИО2,

представителя ГБУЗ РА «Адыгейская республиканская детская клиническая больница» - ФИО5,

прокурора Гук С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей в свих интересах, а также в интересах несовершеннолетнего ФИО4, к ГБУЗ РА «Адыгейская республиканская детская клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, действующая в свих интересах, а также в интересах несовершеннолетнего ФИО4, обратилась в суд с иском к ГБУЗ РА «Адыгейская республиканская детская клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование иска указала, что 20 июня 2024 года ее сын ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в результате игры в футбол получил травму правой нижней конечности. 26 июня 2024 года, в связи с жалобами на сильные боли в правой ноге ребенка, истица вместе со своим ребенком была вынуждена обратиться в травматологическое отделение ГБУЗ РА «Адыгейская республиканская детская клиническая больница» для медицинского обследования, постановки диагноза и назначения лечения.

После проведения врачом-травматологом первичного осмотра ребенок был направлен на рентгенологическое исследование. Согласно протоколу исследования от 26.06.2024 г., проведенного в рентгеновском кабинете ГБУЗ РА «АРДКБ», установлено, что «На R- граммах т/б суставов в прямой проекции суставной поверхности сформированы правильно, с ровными четкими контурами. D=S, нормальной ширины. Деструктивных изменений костной ткани и видимых костных повреждений не выявлено. Костной патологии не выявлено». 

На основе указанного протокола рентгенологического исследования врачом-травматологом ГБУЗ РА «АРДКБ» в госпитализации сына истицы было отказано. Было проведено амбулаторное консервативное лечение без положительной динамики.

05.07.2024 г. состояние здоровья ФИО4 резко ухудшилось: появились сильные боли правой нижней конечности, затруднения в передвижении, появление отечности в области правого тазобедренного сустава. Ввиду резкого ухудшения состояния здоровья, сопровождающегося сильными ноющими болями нижней правой конечности, истец была вынуждена обратиться к травматологу медицинского центра «Гиппократ» для проведения консультации, выполнения осмотра и обследования травмированной области правой ноги ребенка. 

На основании обследования было выдано заключение с постановкой диагноза «Эпифизеолиз головки правого бедра» и дана рекомендация «Стационарное лечение в условиях травматологического отделения». Для подтверждения поставленного диагноза травматологом было рекомендовано проведение КТ-диагностики. 

Соответствующая КТ-диагностика была выполнена в ГБУЗ РА «АРДКБ», по результатам которой было выдано заключение о переломе головки правой бедренной кости вдоль ростковой зоны (эпифизеолиз) со смещением, синовит правого тазобедренного сустава.

Вследствие ухудшения состояния здоровья ребенка истец была вынуждена обратиться за медицинской помощью с дальнейшей экстренной госпитализацией в Российскую детскую клиническую больницу (филиал ФГАОУ ВО РНИМУ им. Н.И. Пирогова Минздрава России) для обследования и проведения лечения. По результатам обследования был поставлен диагноз «Соскальзывание верхнего эпифиза бедренной кости» и проведено стационарное лечение. 

11 июля 2024 года в рамках стационарного лечения в Российской детской клинической больнице было проведено оперативное вмешательство травмированной области правой ноги в виде эпифизеолиза зоны роста правой бедренной кости винтом. Данный факт подтверждается выписным эпикризом, выданным Российской детской клинической больницей.

Считает, что в результате халатного отношения, несоблюдения требований действующего законодательства РФ в области охраны здоровья граждан, а также неверно трактуемого результата инструментального рентгенографического исследования правой нижней конечности несовершеннолетнего ФИО4, медицинским работником ГБУЗ РА «АРДКБ» был неверно поставлен диагноз, вследствие чего был причинен вред здоровью, сопровождающийся костно-мышечной болью, затруднениях в передвижении, а также ограничения в осуществлении полноценной жизни. В случае правильно поставленного диагноза ФИО4 своевременно бы получил необходимую медицинскую помощь и консультацию, ограничил бы себя в физической нагрузке, в передвижениях, что не привело бы к ухудшению состояния его здоровья, а также не потребовалась бы экстренная госпитализация и оперативное вмешательство. 

Размер причиненного ответчиком морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи ребенку оценивается истцом в сумме 1 000 000 рублей, при определении которой истец исходил из того, что ответчик вследствие неправильно поставленного диагноза, ненадлежащего и несвоевременного оказания медицинской помощи несовершеннолетнему ФИО4 ограничил его в возможности свободно передвигаться и вести активный образ жизни, посещать спортивные секции и занятия. Кроме того, потребуется проходить реабилитационные мероприятия, приобретать дорогостоящие медикаменты и лекарственные препараты для лечения и в последующем проходить физиотерапевтическое лечение в поликлинике. 

При этом истице также причинены моральные и нравственные страдания в виде переживаний за здоровье своего несовершеннолетнего сына, чувства страха и тревоги, боязни, что в дальнейшем ее несовершеннолетний сын будет хромать и иметь посттравматические осложнения и деформации.

С учетом уточненных требований просила взыскать с ГБУЗ РА «Адыгейская республиканская детская клиническая больница» в свою пользу, а также в пользу компенсацию морального в размере по 3 000 000 рублей каждому.

В судебном заседании истец и ее представитель поддержали исковые требования и просили их удовлетворить в полном объеме, дополнив доводы тем обстоятельством, что в результате установленного заболевания ребенку была установлена инвалидность.

Представитель ответчика против иска возражала, просила в его удовлетворении отказать.

Выслушав истца, его представителя, представителя ответчика, исследовав представленные доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск обоснованным, суд считает исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено в судебном заседании, 20 июня 2024 года несовершеннолетний сын истца - ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в результате игры в футбол получил травму правой нижней конечности. 26 июня 2024 года, в связи с жалобами на сильные боли в правой ноге ребенка, истица вместе с ребенком была вынуждена обратиться в травматологическое отделение ГБУЗ РА «Адыгейская республиканская детская клиническая больница» для медицинского обследования, постановки диагноза и назначения лечения.

После проведения врачом-травматологом первичного осмотра ребенок был направлен на рентгенологическое исследование, на основании результатов которого в госпитализации сына истицы было отказано, было проведено амбулаторное консервативное лечение без положительной динамики.

Как указывает истец, 05.07.2024 г. ввиду резкого ухудшения состояния здоровья ребенка, сопровождающегося сильными ноющими болями нижней правой конечности, истец была вынуждена обратиться к травматологу медицинского центра «Гиппократ» и на основании обследования было выдано заключение с постановкой диагноза «Эпифизеолиз головки правого бедра» и дана рекомендация «Стационарное лечение в условиях травматологического отделения». Для подтверждения поставленного диагноза травматологом было рекомендовано проведение КТ-диагностики. 

КТ-диагностика была выполнена в ГБУЗ РА «АРДКБ», по результатам которой было выдано заключение о переломе головки правой бедренной кости вдоль ростковой зоны (эпифизеолиз) со смещением, синовит правого тазобедренного сустава.

Вследствие ухудшения состояния здоровья ребенка истец была вынуждена обратиться за медицинской помощью с дальнейшей экстренной госпитализацией в Российскую детскую клиническую больницу (филиал ФГАОУ ВО РНИМУ им. Н.И. Пирогова Минздрава России) для обследования и проведения лечения. По результатам обследования был поставлен диагноз «Соскальзывание верхнего эпифиза бедренной кости» и проведено стационарное лечение. 

11 июля 2024 года в рамках стационарного лечения в Российской детской клинической больнице было проведено оперативное вмешательство травмированной области правой ноги в виде эпифизеолиза зоны роста правой бедренной кости винтом.

Учитывая, что исковые требования основаны на оказании ответчиком медицинских услуг ненадлежащего качества по делу было назначено проведение соответствующей судебной экспертизы, проведение которой было поручено ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» министерства здравоохранения Краснодарского края и на разрешение которой были поставлены следующие вопросы:

- каков характер заболевания (травмы), в связи с которым законный представитель несовершеннолетнего ФИО4, 29.03.2013г., обратилась 26.06.2024г. в ГБУЗ РА «Адыгейская республиканская детская клиническая больница»?

- своевременно и правильно ли были использованы возможности обследования, проведенного ГБУЗ РА «АРДКБ» в отношении ребенка, для установления имевшегося у него заболевания (травмы) и правильно ли был установлен диагноз?

- имеется ли на R-граммах тазобедренных суставов в прямой проекции+ бок пр справа от 26.06.2024 года перелом?

- исходя из имеющегося (установленного) при первичном обращении заболевания (травмы) нуждался ли ФИО4 в госпитализации?

- соответствовало ли стандартам и практикам (иным обязательным требованиям) оказание ГБУЗ РА «АРДКБ» медицинской помощи ребенку (включая первичное обращение), и если, нет, то в какой форме (виде) должна была быть оказана медицинская помощь в данном случае?

- насколько могло правильное и своевременное оказание ГБУЗ РА «АРДКБ» на начальном этапе медицинской помощи ребенку избежать наступивших последствий?

- возможна ли в будущем компенсация (восстановление) установленного у ребенка повреждения (заболевания)? Если такая компенсация (восстановление) невозможна, то каковы последствия в виде ограничения жизнедеятельности ребенка в будущем?

- имеется ли прямая причинно-следственная связь между действиями медицинских работников ГБУЗ РА «АРДКБ» и наступившими последствиями, с учетом установленного у ребенка заболевания (травмы)?

Из представленного заключения экспертизы усматривается, что для ее проведения, помимо материалов гражданского дела, были представлены:

- медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях № 20513-с/2024 РДКБ - филиал ФГАОУ ВО «РНИМУ им. Н.И. Пирогова» М3 РФ отделение травматологии и ортопедии на имя ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

- медицинская карта (без номера) ГБУЗ РА «Майкопская городская детская поликлиника» на имя ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

- медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №3378 ГБУЗ РА «Адыгейская республиканская детская клиническая больница» на имя ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

- диски (3 шт.) с записью изображений компьютерных томограмм от 11.10.2024 г., 05.07.2024г., 18.01.2025 г. на имя ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

- рентгеновские снимки (1 пленка), диск (1 шт.) с записью изображений рентгеновских снимков таза с захватом тазобедренных суставов от 26.06.2024 г. на имя ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Исследование предоставленных материалов дела №2-73/2025 года, медицинских и иных документов проводилось по общепринятой в судебной медицине и экспертной практике методике исследования такого рода объектов путем их изучения, сопоставления, системного анализа, проверки и оценки, содержащихся в них сведений.

Оценка полученной совокупности сведений проводилась с позиции относимости их к предмету экспертизы, объективной достаточности для ответов на постановленные вопросы и обоснования выводов экспертов. Экспертное исследование выполнено в соответствие с требованиями Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации (Минздрав России) от 25 сентября 2023 г. № 491н «Об утверждении Порядка проведения судебно-медицинской экспертизы».

В части исследования представленных на экспертизу медицинских документов комиссией экспертов отмечено, что согласно медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №3378 ГБУЗ РА «Адыгейская республиканская детская клиническая больница»: «...26.06.2024 г.: ЧДД 20, ЧСС 96. Жалобы: на боли в правом т/б. Анамнез: болеет неделю, не лечился, факт травмы отрицает. Соматический статус без особенностей. Диагноз: Артрит т/б сустава? R т/б сустава. От предложенной госпитализации отказались. Осмотр после R, ОАК. Рекомендовано: 1. Нимесулид. 2. Место мазь найз. При сохранении болевого синдрома рек-но повторное обращение на прием АРДКБ. Протокол исследования от 26.06.2024 г.: На R-граммах т/б суставов в прямой проекции + бок. пр. справа суставные поверхности сформированы правильно, с ровными, четкими контурами. D=S, нормальной ширины. Деструктивных изменений костной ткани и видимых костных повреждений не выявлено. - костной патологии не выявлено...».

Из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях № 20513-с/2024 РДКБ - филиал ФГАОУ ВО «РНИМУ им. Н.И. Пирогова» М3 РФ отделение травматологии и ортопедии: «...ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (11 лет).. . 08.07.2024 г. 20:55 ч. первичный осмотр врача приемного отделения: Жалобы на боль в правой нижней конечности. Анамнез: 20 июня получил травму играя в футбол. Обратилась в стационар по месту жительства, консультирован травматологом, в госпитализации было отказано. Получал амбулаторно консервативное лечение без положительной динамики. 05.07.24 резкое ухудшение состояния, повторно консультирован травматологом: перелом головки правой бедренной кости в зоне эпифизиолиза со смещением. Самостоятельно обратились в приемное РДКБ. Госпитализируется в отделение травматологии первично, экстренно для обследования и лечения... Объективно:.. . костные деформации: нет. Суставы: движения в суставах в полном объеме, безболезненные... Диагноз: «Основное заболевание: Соскальзывание верхнего эпифиза бедренной кости».. . 11.07.2024 г. предоперационный эпикриз... Локальный статус: правый тазобедренный сустав слегка отечен. Движения в суставе ограничены из-за болевых ощущений. При осевой нагрузке отмечает сильную боль. При пальпации болезненности нет. Нейротрофических изменений не выявлено. Протокол оперативного вмешательства № 469 «Открытый остеосинтез при переломе бедра». Диагноз «Соскальзывание верхнего эпифиза бедренной кости (нетравматическое)».. . Протокол: выполнена репозиция костных отломков. Костные отломки зафиксированы спицей... костные отломки фиксированы канюлированным винтом 6,5 мм... спица удалена... 1. 12.07.2024 г. консультация детского эндокринолога: Диагноз: Эндокринное расстройство неуточненное. Рекомендовано дообследование: 1. Наблюдение педиатра, ортопеда, эндокринолога по месту жительства. 2. Провести исследование показателей б/х крови (кальций общий, альбумин, ионизированный кальций, фосфор, щелочная фосфатаза, магний). 3. Исследовать уровень гормонов: ТТГ, Т4св, АТ ТПО, паратиреоидный гормон, витамин Д25 - ОН. 4. ЭКГ - исследование. 5. Рентгенография кистей рук (КВ). 6. УЗИ щитовидной железы и паращитовидных желёз. 7. Б/х мочи (суточный анализ). 8. Соотношение кальций/креатинин в разовой порции мочи (2 или 3 порция). 9. По получению результатов исследования, для определения плотности костной ткани решение вопроса о проведении денситометрии. 16.07.2024 г. КТ костей таза: Заключение: Состояние после остеосинтеза бедренной кости справа у пациента с эпифизиолизом головки б.к., п/о изменения в зоне вмешательства. Минимальное смещение эпифиза относительно метадиафиза кзади. Послеоперационный период без осложнений... В удовлетворительном состоянии выписывается на амбулаторное лечение...».

Из медицинской карты (без номера) ГБУЗ РА «Майкопская городская детская поликлиника»: «...29.07.2024 г. врач-педиатр: Диагноз: Соскальзывание верхнего эпифиза бедренной кости (нетравматическое). На ВК в связи с имеющимся заболеванием разрешить домашнее обучение. В карте имеется выписной эпикриз РДКБ - филиал ФГАОУ ВО «РНИМУ им. Н.И. Пирогова» М3 РФ отделение травматологии и ортопедии, согласно которому ФИО6 находился на стационарном лечении с диагнозом «Юношеский эпифизиолиз головки бедренной кости».. . В межгоспитальный период рекомендации выполнялись в полном объеме... 11.10.2024 г. запнулся, почувствовал резкую боль в левой нижней конечности — обратились по м/ж, подтвержден перелом, проведена иммобилизация, назначена анальгезирующая терапия.

Госпитализируется повторно по экстренным показаниям с целью оперативного лечения... Данные осмотра: левая нижняя конечность фиксирована лонгетой. Движения в левом тазобедренном суставе резко ограничены из-за выраженного болевого синдрома. Нейротрофических изменений не выявлено. 14.10.2024 г. выполнено хирургическое вмешательство в объеме «Комбинированное и последовательное использование чрескожного и блокируемого интрамедуллярного или накостного остеосинтеза (Репозиция, эпифизеодез головки бедренной кости канюллированным винтом).. . Послеоперационный период без осложнений... Выписан на амбулаторное лечение...».

18.11.2024г. врач-травматолог-ортопед: Жалобы: на боли в тазобедренных суставах, боли в спине, быструю утомляемость, затруднение передвижений. Анамнез заболевания: Болеете июня 2024г. Ребёнок жаловался на хромоту, боли в тазобедренных суставах. Ребёнок на инвалидности. Периодически проходит курсы консервативного лечения. Оперирован в РНИМУ Пирогова На фоне лечения и реабилитации у ребёнка сохраняются стойкие умеренные нарушения нейромышечных, скелетных статодинамических функций. Локальный статус: Объективно: Состояние ребенка средней степени тяжести. Верхние конечности без патологии D=S. Позвоночник: При осмотре определяется асимметрия надплечий, нижних углов лопаток. Нижние D=S. Контрактуры левого т/б суставов. Слева: Сгибание 110 гр. Разгибание 160 гр. Отведение 20 гр. Выраженный болевой синдром. Вследствие перечисленных симптомов не может быстро ходить, преодолевать препятствия, участвовать в активных играх, быстро устает при передвижениях и старается чаще отдыхать. Послеоперационные рубцы без патологии. Диагноз: М93.0 Соскальзывание верхнего эпифиза бедренной кости (нетравматическое). Состояние на этапе хирургического лечения. Контрактуры левого т/б сустава. Нарушение осанки. Оформление на

МСЭ...».

Исследование рентгеновских снимков на имя ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения показало, что на представленных на диске цифровых рентгенограммах, пленке тазобедренных суставов в прямой проекции от 26.06.2024 г. - эпифиз головки правой бедренной кости с минимальным смещением (эпифизиолиз) назад менее 30° и вниз менее 15° на фоне структуральных изменений в шейке бедренной кости (ШБК) при «открытой» проксимальной ростковой зоне бедренной кости (соответствует не травматическому соскальзыванию проксимального эпифиза бедренной кости 2 ст.) Крыши вертлужных впадин нечеткие, неровные, уплотнены.

Исследование результатов рентгеновской компьютерной томографии на имя ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, дата исследования: 05.07.2024 г., показало, что на описание предоставлен компакт диск. Просмотрен на рабочей станции ЛИНС Махаон Рабочая станция врача. Регистрационное удостоверение РОСЗДРАВНАДЗОРА на медицинское изделие от 07апреля 2017 года № РНЗ 2017/5616 Лицензия №38384E17h от 01.06.2018 г., срок действия бессрочная. На серии КТ-срезов получено изображение костей таза, тазобедренных суставов, органов малого таза от уровня до уровня проксимальных отделов бедер. Определяется эпифизиолиз головки правой бедренной кости, с расширением зоны роста до 5 мм и смещением головки до 5 мм кзади. В полости правого тазобедренного сустава определяется умеренно повышенное количество жидкостного компонента. Соотношение головки и вертлужной впадины не нарушены.

На основании исследования представленных материалов дела №2-73/2025 года, медицинских документов на имя ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, анализа лабораторных и специальных методов исследования, с учетом обсуждения полученных результатов, в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 г. № 522 «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», и Приказом М3 СР РФ от 24.04.2008 г. № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», в ответ на поставленные в определении вопросы, комиссия экспертов пришла к следующим выводам.

Отвечая на вопрос № 1, комиссия экспертов пояснила, что юношеский эпифизеолиз головки бедренной кости или нетравматическое соскальзывание проксимального эпифиза бедренной кости (данный диагноз установлен ребенку ФИО6) - относительно редкое ортопедическое заболевание при котором эпифиз частично либо полностью отделяется от другой части кости в области ростковой зоны. Этиология болезни до конца не раскрыта, но доказано, что она имеет связь с гормональными нарушениями - их нормальным соотношением. Недостаток половых гормонов и повышение гормонов роста приводит к уменьшению прочности кости, ее разрыхлению. Данные изменения создают условия для смещения эпифизарной части головки бедренной кости. Чем оно сильнее, тем более выражена картина нарушений работы тазобедренного сустава.

Отвечая на вопрос № 2, комиссия экспертов указала, что при первичном обращении 26.06.2024 г. на приемный покой ГБУЗ РА «АРДКБ» в условиях приемного покоя ребенок был осмотрен зав. приемного отделения (специальность врача в представленной мед. документации не указана). С учетом жалоб на боль в области правого тазобедренного сустава были проведены необходимые исследования (проведена рентгенография тазобедренных суставов в прямой проекции и по Лауншнейну), сдан общий анализ крови. В связи с тем, что в описании врача рентгенолога есть заключение об отсутствии патологии со стороны тазобедренных суставов, врач приемного покоя расценил жалобы пациента на боль в тазобедренном суставе как явления артрита тазобедренного сустава (заключение врача приемного покоя - «Артрит тазобедренного сустава?») и назначил симптоматическую терапию.

В рамках экспертизы был выполнен пересмотр представленных рентгеновских снимков от 26.06.2024 г. на имя ФИО4, уточнен характер и объем имеющегося патологического состояния - на представленных рентгенограммах у ребенка имеются признаки смещения проксимального эпифиза назад менее 30° и вниз менее 15° на фоне структуральных изменений в шейке бедренной кости (ШБК) при «открытой» проксимальной ростковой зоне бедренной кости, что может соответствовать нетравматическому соскальзываю проксимального эпифиза бедренной кости 2 ст. по Классификация Кречмара (1982 г.).

Учитывая данные рентгенографии тазобедренных суставов от 26.06.2024 г., комиссия экспертов приходит к выводу, что диагноз «Артрит тазобедренного сустава?» ребенку выставлен неправильно, так же не проведено дообследование согласно клиническим рекомендациям М3 РФ (не проведено УЗ исследование тазобедренных суставов, нет консультации узкого специалиста (травматолога-ортопеда).

Согласно ответу на вопрос № 3 в рамках экспертизы выполнен пересмотр представленных рентгеновских снимков от 26.06.2024 г. на имя ФИО4, уточнен характер и объем имеющегося патологического состояния - на представленных рентгенограммах у ребенка имеются признаки смещения проксимального эпифиза назад менее 30° и вниз менее 15° на фоне структуральных изменений в шейке бедренной кости (ШБК) при «открытой» проксимальной ростковой зоне бедренной кости, что может соответствовать не травматическому соскальзываю проксимального эпифиза бедренной кости 2 ст. по Классификация Кречмара (1982 г.). Комиссия экспертов поясняет, что данное патологическое состояние не является переломом (определение, этиология, патогенез указаны в ответе на вопрос № 1).

Согласно ответу на вопрос № 4 артрит тазобедренного устава, установленный ребенку при первичном обращении, не требует, как правило, госпитализации в профильное отделение. Нетравматическое соскальзывание проксимального эпифиза бедренной кости (диагноз не установлен при первичном обращении) - требует госпитализации в профильное отделение (травматолого-ортопедическое отделение) для оказания медицинской помощи, определения тактики ведения пациента.

Согласно ответу на вопрос № 5 комиссия экспертов поясняет, что стандартов оказания медицинской помощи, а также утвержденных клинических рекомендаций по ведению пациентов с нетравматическим соскальзыванием проксимального эпифиза бедренной кости нет. Имеются утвержденные клинические рекомендации по ведению пациентов с «Юношеский артрит с системным началом», утвержденными в 2024 г. (размещены в рубрикаторе клинических рекомендаций). В соответствии с данными рекомендациями пациент должен быть осмотрен в том числе травматологом-ортопедом, который при наличии жалоб, данных рентгенологического обследования должен был выставить ребенку соответствующий диагноз, дать рекоменации, назначить лечение и, при необходимости обеспечить госпитализацию в профильное отделение.

Согласно ответу на вопрос № 6 эксперты указали, что учитывая статус лечебного учреждения ГБУЗ РА «АРДКБ» обладает в полном объеме необходимыми лечебно-диагностическими возможностями для правильного и своевременного оказания медицинской помощи на начальном этапе, обеспечить или направить пациента для госпитализации в профильное отделение или лечебное учреждение. Своевременно и правильно установленный диагноз мог обеспечить своевременную госпитализацию в профильное отделение или лечебное учреждение для проведения ребенку оперативного лечения (эпифизиодеза головки бедренной кости). Отсрочка в проведении оперативного вмешательства к каким-либо последствиям не привела.

Согласно ответу на вопрос № 7 комиссия экспертов указала, что юношеский эпифизеолиз головки бедренной кости - довольно опасная патология, так как при отсутствии лечения могут развиться серьезные осложнения, одно из них - ранний тяжелый артроз тазобедренного сустава, который может быть причиной инвалидности.

При выписке из Российской детской клинической больнице (РДКБ) - филиал ФГАОУ ВО РНИМУ им. Н.И. Пирогова Минздрава России врачом-эндокринологом были даны рекомендации для выявления причин возникновения, имеющегося у ФИО4 патологического состояния. Также было рекомендовано после получения результатов исследования, для определения плотности костной ткани решение вопроса о проведении денситометрии (Денситометрия — исследование, позволяющее быстро, безопасно и с высокой точностью оценить минеральную плотность костной ткани, наличие остеопороза, оценить риск переломов костей, а также состав тела человека при диагностике широкого спектра болезней и состояний у пациентов разного роста и телосложения). В представленной на исследование медицинской документации отсутствуют результаты рекомендованного исследования. При выполнении пациентом рекомендаций, данных лечащим врачом, возможно восстановление.

При ответе на вопрос № 8 комиссией экспертов установлено, что в данном случае имело место неправильная интерпретация рентгеновских снимков (на которых имелись признаки нетравматического соскальзывания проксимального эпифиза бедренной кости 2 ст. по классификации Кречмара), что привело к неправильно установленному диагнозу и соответственно неправильному лечению. Отсрочка в проведении оперативного вмешательства к каким- либо последствиям не привела.

Медицинская помощь в условиях Российской детской клинической больнице (РДКБ) - филиал ФГАОУ ВО РНИМУ им. Н.И. Пирогова Минздрава России оказана правильно, обоснованно и по показаниям.

Таким образом, оценивая приведенные выводы проведенной по делу судебной экспертизы, суд приходит к выводу о ненадлежащем оказании ответчиком медицинских услуг, заключающееся в том, что при первоначальном обращении истца ребенку был выставлен неправильный диагноз (артрит тазобедренного сустава вместо правильного - юношеский эпифизеолиз головки бедренной кости), не было проведено дообследование согласно клиническим рекомендациям М3 РФ (не проведено УЗ исследование тазобедренных суставов, не была проведена консультации узкого специалиста (травматолога-ортопеда).

Неправильная постановка диагноза привела к тому, что ребенок не был своевременно, исходя из правильного диагноза, госпитализирован в профильное отделение (травматолого-ортопедическое отделение) для оказания медицинской помощи и определения тактики ведения пациента, что могло способствовать ухудшению состояния его здоровья и ограничить его право на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения..

При этом, учитывая статус лечебного учреждения ГБУЗ РА «АРДКБ», ответчик обладал в полном объеме необходимыми лечебно-диагностическими возможностями для правильного и своевременного оказания медицинской помощи на начальном этапе, обеспечения или направления ребенка для госпитализации в профильное отделение или лечебное учреждение. 

В соответствии с абз. 11 ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является взыскание компенсации морального вреда.

На основании п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Пунктом 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными ст. 1064 - 1101 и ст. 151 Гражданского кодекса РФ.

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Пунктом 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

На основании ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и норм Конституции РФ, Семейного кодекса РФ, положений ст. 150, 151 Гражданского кодекса РФ, разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством, в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 48, 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33, медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст. 19 и ч. 2, 3 ст.98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Для компенсации морального вреда необходимым и достаточным является установление косвенной причинно-следственной связи между обстоятельствами ненадлежащей медицинской помощи и состоянием здоровья пациента, что наблюдается в спорном случае. 

Как разъяснено в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Кроме того, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 2 указанного постановления отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Так, например, судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного незаконными решениями, действиями (бездействием) органов и лиц, наделенных публичными полномочиями.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Устанавливая размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд исходит из того, что в результате ненадлежащего оказания медицинских услуг ребенок не получил своевременно качественную медицинскую помощь, в связи с чем длительное время вынужден был испытывать боль и переживать из-за своего состояния и невозможности вести прежний активный образ жизни, переживает от того, насколько своевременно оказанная ответчиком медицинская помощь смогла бы позволить избежать наступивших последствий (включая инвалидность) или нивелировать их.

Суд также учитывает наличие у матери аналогичных переживаний (нравственных страданий) за ребенка, связанных с невозможностью продолжения им привычного образа жизни, которые тяжело переносятся родителем. 

При изложенных обстоятельствах, учитывая тяжесть причиненных ребенку физических и нравственных страданий в связи с некачественно оказанной медицинской помощью, тяжесть нравственных страданий матери ребенка, а также то, что недостатки оказания персоналом ответчика медицинской помощи ФИО4 способствовали ухудшению состояния его здоровья и ограничили его право на получение своевременного лечения, с учетом требований разумности и справедливости, фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, степени вины причинителя вреда, индивидуальных особенностей потерпевших, суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО4 и ФИО1, в размере по 250 000 руб. в пользу каждого.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 указанного Кодекса.

Учитывая, что при подаче иска истец уплатила государственную пошлину в размере 300 руб., то указанные расходы также подлежат взыскания с ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, действующей в своих интересах, а также в интересах несовершеннолетнего ФИО4, к ГБУЗ РА «Адыгейская республиканская детская клиническая больница» о возмещении морального вреда – удовлетворить.

Взыскать с ГБУЗ РА «Адыгейская республиканская детская клиническая больница» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.

Взыскать с ГБУЗ РА «Адыгейская республиканская детская клиническая больница» в пользу ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения 

<

адрес>, паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Адыгея через Майкопский городской суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 19.05.2025г.

Председательствующий - подпись - Г.А. Зубков

Уникальный идентификатор дела 01RS0004-01-2024-006683-20

Подлинник находится в материалах дела № 2-73/2025 в Майкопском городском суде Республики Адыгея.