Дело № 2-5/2020 

УИД № 33RS0010-01-2019-001073-35

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации 

25 мая 2020 года город Киржач

Киржачский районный суд Владимирской области в составе:

председательствующего судьи Трусковской Н.С.,

при секретаре Срибной Т.А.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца - адвоката Терехиной А.М.,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании земельным участком, обязании перенести (демонтировать) часть здания хозяйственной постройки, возводимой на границе между земельными участками, принадлежащими истцу и ответчику на праве собственности, и взыскании морального вреда в размере 50 000 рублей,

установил:

ФИО1, уточнив и дополнив заявленные требования, обратился к ФИО2 с исковым заявлением об устранении препятствий в пользовании земельным участком, расположенным по адресу: 

<

данные изъяты>, обязании перенести (демонтировать) часть здания хозяйственной постройки, возводимой на границе между земельными участками, принадлежащими истцу и ответчику на праве собственности, и о взыскании морального вреда в размере 50 000 рублей.

В обоснование иска указал, что в результате строительства ФИО2 хозяйственной постройки на территорию участка истца не попадает солнечный свет, в связи с чем затрудняется возможность выращивания агрокультурных растений. Сама конструкция надворной постройки нарушает все нормы и правила, а именно: находится на расстоянии 30 см от забора истца, скат крыши имеет склон в сторону его участка, заходит на его участок на высоте примерно 180 см, что представляет угрозу для жизни и здоровья и, поскольку наклон идет в сторону его участка, снег, дождевая вода будут напрямую попадать на его участок, что также сделает невозможным надлежащим образом использовать земельный участок, принадлежащий ему на праве собственности, в полном объеме. Считает, что со стороны ответчика совершены неправомерные действия, которые выразились в строительстве постройки, нарушающие его право собственности в части законного пользования земельным участком, в частности, возведенная ответчиком хозпостройка нарушает п.6.7 СНиП 30-02-97, согласно которым расстояние до границы соседнего участка по санитарно-бытовым условиям должны быть: 4м - постройки для содержания мелкого скота и птицы; 4м - стволов высокорослых деревьев; 2м - среднерослых стволов деревьев; 1м - кустарник. В обоснование требований о взыскании морального вреда указал, что занятая ответчиком позиция категорического отрицания обоснованности его исковых требований, линия поведения, направленная на непризнание ответчиком очевидных обстоятельств, заставили его в ограниченные сроки искать фактические и правовые аргументы в свою защиту. Это сопряжено с психологически-эмоциональными и физическими нагрузками, в результате чего ухудшилось его состояние здоровья, что подтверждается выпиской из его истории болезни от 07.10.2019г, приобщенной к материалам дела. 

Ответчик ФИО2 в своих возражениях на исковое заявление указала, что беспокойство истца о нарушении его прав собственника и землепользователя, о том, что хозяйственная постройка, якобы, производит затемнение участка, расположена в 30 см. от его забора, может повлечь стекание дождевых и талых вод на его участок и заболачивать его - носит предположительный характер, истец сообщает лишь о наличии возможности возникновения предполагаемых неудобств, и не приводит доказательств этому. Указывает, что в настоящий момент хозяйственная постройка находится в стадии возведения, располагается на достаточном расстоянии от забора и границ участка истца, на большом удалении от других построек и не может ни чем повредить истцу или как-либо нарушить его права пользования своим участком. Учитывая беспокойство истца, при возведении сарая ею будут применены и использованы конструкции, не допускающие попадание снега и воды на соседний участок. Таким образом, возведением сарая, ответчик не нарушает права владения и пользования истца. Спорная постройка возводится на принадлежащем ответчику земельном участке с соблюдением его целевого назначения и вида разрешенного использования. Считает, что само по себе несоблюдение строительных норм при возведении построек ответчиком в части расстояния до забора истца и расстояния до границы земельного участка не может являться безусловным основанием для удовлетворения иска о сносе постройки, поскольку решение о сносе строения является крайней мерой, допускаемой при существенном нарушении строительных норм и реальной угрозе жизни здоровью граждан. При рассмотрении заявленного спора, постройка может подлежать сносу только в том случае, если ее сохранение нарушает права и охраняемые интересы других лиц, либо создает непосредственную угрозу жизни и здоровью граждан. Такая угроза должна быть реальной, а не абстрактной, то есть основанной не только на нарушениях при строительстве каких-либо норм и правил, но и фактических обстоятельствах. Считает, что истцом не представлено суду доказательств, того обстоятельства, что возводимой постройкой существенно нарушаются его права и что снос спорной постройки является единственным способом устранения предполагаемого нарушения права истца и соразмерен самому нарушению (л.д.113-116 т.1).

Истец ФИО1 в судебном заседании иск поддержал, суду пояснил, что с 1995 года он является собственником земельного участка, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>. Собственник соседнего земельного участка - ФИО2, с которой ранее всегда были добрососедские отношения. Вместе с мужем ответчика где-то в 1998 году они совместно установили забор между своими участками. Граница по линии забора была определена до образования ЕГРН, установленная граница между их участками не претерпевала изменений и не была предметом спора, что подтверждает межевой план. В мае 2019 года на границе между их участками ФИО2 стала строить хозяйственную постройку в нарушение правил землепользования и застройки, которые требуют расстояние до соседнего участка - 1м, а для содержания скота и птицы - 4м. Данное строение фактически прижато к сетке-рабице, скат крыши обращен в сторону его земельного участка, и вся дождевая масса и снег будут находиться на его участке, забетонированный пол хозпостройки свидетельствует о том, что ФИО2 будет там содержать домашний скот, о чем сама ему говорила. Нависавшие над его участком стропила создавали угрозу жизни и здоровью. Проведенная экспертиза подтвердила обоснованность предъявленного им иска и факт нарушений ответчиком ФИО2 доказан по всем вопросам, поставленным перед экспертом. Основываясь на Постановлении Пленума Верховного Суда РФ, ВАС РФ от 29.04.2010г «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», считает, что не соблюдение ответчиком, в том числе незначительно, градостроительных, строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного им иска. 

Представитель истца - адвокат Терехина А.М. в судебном заседании просила суд удовлетворить уточненные и дополненные исковые требования. Обратила внимание суда на то, что ответчик за время нахождения дела в производстве суда достроила свой сарай, не изменив конфигурацию крыши, сделанный последней водоотвод с крыши фактически не устранил те негативные явления, которые отражаются на участке истца, поскольку под трубой водоотвода нет емкости для сбора воды. Зацементированный пол в сарае, по ее мнению, служит доказательством, что он построен для содержания овец и баранов. Считает, что исковые требования ее доверителя подкреплены заключением эксперта, подтвердившего, что допущенные ФИО2 нарушения строительных норм и правил при возведении сарая нарушают права владения земельным участком истцом. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании просила исковые требования оставить без удовлетворения, суду пояснила, что сарай построен на ее земельном участке, нарушения, допущенные ею при возведении хозяйственной постройки, - малозначительные, сарай никакого вреда истцу не причиняет, возведение ею сарая на расстоянии менее 1 метра от границы соседнего участка не нарушает санитарно-гигиенические нормы. Наличие цементного пола в сарае не является доказательством того, что она намерена содержать в нем домашний скот. Не отрицает, что скат крыши сарая обращен на участок истца, однако он составляет всего 10 градусов, при таком малом наклоне, снег будет скапливаться на такой плоской крыше и таять, а не съезжать на соседний участок. Сделанный ею водоотвод с крыши обращен в сторону ее земельного участка в желоб, по которому вода идет на ее земельный участок. Приобщенный к делу межевой план просит не учитывать, поскольку границы участков давно определены, спора по границам участков не было, забор между участками был установлен в 1998 году ее мужем совместно с истцом. Заявленный иск о взыскании с нее морального вреда расценивает как вымогательство. Ознакомившись с выпиской из амбулаторной карты истца, заявляет, что все изменения в состоянии его здоровья, связаны с возрастом, были и ранее, истец сам способствовал ухудшению своего здоровья. С размером морального вреда, заявленного истцом, также не согласна.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав заключение строительно-технической экспертизы, письменныедоказательства и фотоматериалы, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно ст. 263 ГК РФ собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (п. 2 ст. 260).

Ст.304 ГК РФ определяет, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В силу ст.60 Земельного кодекса Российской Федерации нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случаях: 1) признания судом недействительным акта исполнительного органа государственной власти или акта органа местного самоуправления, повлекших за собой нарушение права на земельный участок; 2) самовольного занятия земельного участка; 3) в иных предусмотренных федеральными законами случаях. Действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем: восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении от 29.04.2010 №10/"О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснил, что в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. 

Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что

имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

При рассмотрении иска об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта.

Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

В силу ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО1 на праве собственности принадлежит земельный участок общей площадью 2881+/-35 кв.м. с кадастровым №, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты> (т.1 л.д. 7-9; 101; 103; 105-106). 

ФИО2 является собственником земельного участка общей площадью 1896+/-27 кв.м. с кадастровым №, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты> (т.1 л.д.10-12; 86; 91-92). 

Из объяснения сторон и материалов дела следует, что существующий в настоящее время порядок пользования сторонами земельными участками вдоль установленного между ними забора сложился давно и никем из них не оспаривался, что в 2019 году ответчик ФИО2 по границе с земельным участком истца ФИО1 возвела хозяйственную постройку (сарай) со скатом крыши, обращенной на соседний участок, на расстоянии менее 1 м от забора, разделяющего участки (т.1 л.д. 139-141; 151; 170-171). Напротив возведенной хозяйственной постройки на участке истца имеются плодово-ягодные насаждения: два дерева и кустарники (т.1 л.д.140-141; 151; т.2 л.д.27-29). В период рассмотрения дела судом ответчик достроила крышу хозяйственной постройки: обрезала концы стропил, выходящих на участок истца, накрыла крышу кровельным материалом, установила по задней стороне крыши водосток, вдоль ската установила водосточную трубу (т.2 л.д.23-25; 29).

В связи с наличием спора сторон в отношении возведенной ответчиком хозяйственной постройки, определением суда от 01.11.2019 года по делу была назначена судебная техническая экспертиза в Федеральном бюджетном учреждении «Владимирская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» (л.д.192-193 т.1).

По результатам строительно-технической экспертизы экспертом сделаны следующие выводы:

1. Санитарно-бытовой разрыв от стены хозпостройки, расположенной по адресу: 

<

данные изъяты>, до границы по данным ЕГРН с земельным участком с №, расположенным по адресу: 

<

данные изъяты>,составляет 0,74-0,86 м и не соответствует требованиям:

п.5.3.4 СП 30-102-99 "Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства",

п. 6.7 СП 53.13330.2011 «СНиП 30-02-97 "Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения».

п. 1.1.5, 1.1.6, 1.1.7 «Правил землепользования и застройки Муниципального образования 

<

данные изъяты>», устанавливаемому в размере 1 м.

Ориентация ската крыши (кровли) хозпостройки, расположенной по адресу: 

<

данные изъяты> направлена в сторону земельного участка с № расположенного по адресу: 

<

данные изъяты> и не соответствует требованиям:

п. 6.7 СП 53.13330.2011 «СНиП 30-02-97 "Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения»,

п. 1.1.7 «Правил землепользования и застройки Муниципального образования 

<

данные изъяты>

устанавливающим скат крыши хозяйственных построек, располагаемых на расстоянии 1 м от границы с соседним участком ориентировать на свой участок.

2. Инсоляционный режим при наличии объекта затенения (хозпостройки) соответствует требованиям п. 5.1 СанПиН 2.2.1/2.1.1.1076-01 «Гигиенические требования к инсоляции и солнцезащите помещений жилых и общественных зданий и территорий» и п. 4.1.6 СП 30-102-99 "Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства" по минимальной непрерывной 3-х часовой инсоляции земельного участка с №, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>. Инсоляционный режим земельного участка, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>, в связи с возведенной ответчиком ФИО2 хозпостройкой уменьшается на площади примерно 3 м2 (2881*0,0013=2,97). В зону уменьшения инсоляции от 3-х до 6-ти часов попадают плодово-ягодные насаждения: кусты - т.36, т.56; и деревья - т.55 (приложение № 2 к заключению эксперта).

3. Возведенная ФИО2 на расстоянии менее одного метра от границы со смежным участком с кадастровым №, расположенным по адресу: 

<

данные изъяты>, хозпостройка, со скатом крыши, обращенным в сторону смежного земельного участка, оказывает негативное влияние на вышеуказанный земельный участок, а также находящиеся на нем плодово-ягодные насаждения:

способствует дополнительному скоплению снеговых масс,

способствует дополнительному скоплению дождевых масс, 

уменьшает время инсоляции части земельного участка.

Исходя из конструктивных особенностей хозпостройки: габаритных размеров, уклона крыши, установленного водостока, расположению ее на расстоянии 0,74-0,86 м от установленной в ЕГРН смежной границы между земельными участками, негативное влияние хозпостройки на земельный участок с кадастровым №, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>, и находящиеся на нем плодово-ягодные насаждения малозначительное (т.2 л.д. 2-34 т.).

При проведении строительно-технической экспертизы эксперт установила, что местоположение фактического ограждения между земельными участками с кадастровыми № и № вдоль исследуемой хозяйственной постройки не соответствует границам, установленным в государственном кадастре (т.2 л.д.11).

При таких обстоятельствах граница между смежными участками истца и ответчика должна определяться, как это и выполнено экспертом, по данным ЕГРН, а не по фактической существующей границе, по которой установлен забор.

Согласно заключению вышеуказанной строительно-технической экспертизы, расстояние от стены хозяйственной постройки, расположенной по адресу: 

<

данные изъяты>, с кадастровым №, до границы по данным ЕГРН с земельным участком с кадастровым №, расположенным по адресу: 

<

данные изъяты>, составляет 0,74 - 0,86м (т.2 л.д.12).

Таким образом, санитарно-бытовой разрыв от стены хозяйственной постройки ответчика до границы по данным ЕГРН с земельным участком не соответствует нормам СНиП, однако нарушение в пределах 26-14см суд находит незначительным и не считает определяющим при рассмотрении данного спора.

Ориентация ската крыши (кровли) хозяйственной постройки ответчика, направленная в сторону земельного участка истца, действительно является нарушением, предусмотренным нормативно-правовыми актами и Правилами застройки данного сельского поселения, однако с учетом небольших габаритных размеров крыши, угла наклона ската всего около 10 градусов, установленной вдоль ската водосточной трубой, направленной в сторону земельного участка ответчика, данное нарушение не влечет за собой негативных последствий для ответчика в части владения и пользования своим земельным участком.

Доводы истца о нависании стропил крыши сарая ответчика над его земельным участком, создающем угрозу его жизни и здоровью, являются не обоснованными, поскольку на момент проведения строительно-технической экспертизы по делу крыша сарая имела законченный вид, с водоотводом - водосточной трубой вдоль ската (т.2 л.д. 11, 24, 25, 27, 29).

Экспертом был исследован уровень инсоляции земельного участка истца и сделан вывод о том, что инсоляция в целом обеспечивается. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что затенение земельного участка истца вследствие возведенной ответчиком хозяйственной постройки, незначительное и не препятствует его использованию по целевому назначению.

Суд считает, что исковые требования ФИО1 явно не соразмерны причиненному неудобству в виде тени вдоль сарая на протяжении некоторого времени в течение дня.

Доказательств иного негативного воздействия сарая ответчика на плодово-ягодные насаждения (их вымокание, повреждение, гибель) истец суду не представил.

Утверждения истца и его представителя об определенном хозяйственном назначении возведенного ответчиком сарая, а именно, для содержания птицы и домашнего скота, своего подтверждения в судебном заседании не нашли.

Представленный истцом комиссионный акт осмотра от 02.10.2019г. (т.1 л.д.145) не относится к существу данного спора.

Суд в данном случае не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность Заключения эксперта, поскольку экспертиза проведена компетентным экспертом, в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". 

Проанализировав содержание Заключения эксперта, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, так как содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы.

При таких обстоятельствах суд полагает, что Заключение эксперта отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его правильности отсутствуют.

При установлении фактических обстоятельств дела представленные сторонами доказательства оценены судом с учетом их взаимной связи, в соответствии с требованиями ч.3 ст.67 ГПК РФ.

В силу ч.2 ст.195 ГПК РФ суд первой инстанции основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Выявленные нарушения ответчиком санитарно-бытовых норм не оказывают существенного влияния на право пользования истцом земельным участком по его прямому назначению, не создают угрозу его жизни и здоровью. Истец не доказал, что действиями ответчика нарушается его право собственности или законного владения либо что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика. В ходе судебного разбирательства не подтверждена соразмерность заявленного способа защиты нарушенного права (требование об устранении препятствий в пользовании земельным участком и переносе (демонтаже) части хозяйственной постройки) объему и характеру нарушений прав истца.

Заявленный истцом ФИО1 иск о взыскании с ответчика денежной компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей удовлетворению также не подлежит, исходя из следующего.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Из объяснений истца следует, что моральный вред возник в результате действий ответчика, направленных на нарушение имущественных и личных неимущественных прав истца в пользовании земельным участком.

Однако законом не предусмотрено взыскание денежной компенсации морального вреда вследствие нарушения имущественных прав гражданина, а нарушение действиями ответчика личных неимущественных прав истца (ухудшение состояние здоровья, угроза жизни и здоровью) - последним не доказано.

Представленная истцом выписка из его истории болезни (т.1 л.д.150) не свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчика ФИО2 и наступившим ухудшением состояния здоровья истца ФИО1 

Таким образом, суд считает, что заявленный истцом ФИО1 иск к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании земельным участком, расположенным по адресу: 

<

данные изъяты>, обязании перенести (демонтировать) часть здания хозяйственной постройки, возводимой на границе между земельными участками, принадлежащими истцу и ответчику на праве собственности, и о взыскании морального вреда в размере 50 000 рублей, является необоснованным и удовлетворению не подлежит.

Согласно ст.103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. 

При отказе в иске издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, взыскиваются с истца, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены.

Поскольку исковое требование ФИО1 о взыскании морального вреда оставлено судом без удовлетворения, суд взыскивает с истца в бюджет муниципального образования Киржачский район государственную пошлину за дополнительное требование неимущественного характера 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании земельным участком, обязании перенести (демонтировать) часть здания хозяйственной постройки, возводимой на границе между земельными участками, принадлежащими истцу и ответчику на праве собственности, и взыскании морального вреда в размере 50 000 рублей - отказать.

Взыскать с ФИО1 в бюджет муниципального образования Киржачский район Владимирской области государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Киржачский районный суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Председательствующий судья Н.С. Трусковская

Мотивированное решение составлено 1 июня 2020 года

Председательствующий судья: Н.С. Трусковская