РЕШЕНИЕ

 № 2а-305/2016

именем Российской Федерации

13 января 2017 года город Чита 

Читинский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – судьи Ждановича А.В., при секретаре судебного заседания Гладких Ю.И., с участием административного истца ФИО1, представителя административного ответчика – командира войсковой части № ФИО2, а также прокурора – 

<

данные изъяты> военного прокурора Читинского гарнизона – Петрова А.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО1 

<

данные изъяты> об оспаривании действий командира этой же воинской части, связанных с увольнением с военной службы и исключением из списков личного состава воинской части, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором указал, что он проходил военную службу по контракту в войсковой части №, пока на основании приказов командиров войсковых частей № и № от 25 мая 2015 года № и 11 октября 2016 года № он не был уволен с военной службы в запас в связи с организационно-штатными мероприятиями и с 4 ноября 2016 года исключён из списков личного состава воинской части, соответственно. Между тем, увольнение его с военной службы было произведено незаконно, поскольку, перед таким увольнением он не был направлен установленным порядком на медицинское обследование (освидетельствование) военно-врачебной комиссией, ему не была представлена возможность пройти профессиональную переподготовку по одной из гражданских специальностей в году увольнения с военной службы и он не был обеспечен жильём. Кроме того, на момент исключения из списков части он не был обеспечен положенным вещевым имуществом, которое в полном объёме получил лишь 7 декабря этого же года. До настоящего времени ему не выплачена денежная компенсация за наём жилого помещения, а именно, за апрель, сентябрь и октябрь 2016 года. При этом, за май, июнь и ноябрь 2016 года указанная денежная компенсация была ему выплачена не в полном объёме. Положенная же ему денежная компенсация за проезд в основной отпуск за 2016 год была ему выплачена лишь 24 ноября 2016 года, то есть, задолго после исключения его из списков личного состава воинской части. Также был не верно произведён воинскими должностными лицами подсчёт его выслуги лет.

Полагая указанные выше приказы командиров войсковых частей № и № об увольнении его с военной службы и исключении из списков личного состава воинской части незаконными, ФИО1 просил суд признать их таковыми и отменить, обязав при этом командира войсковой части № направить его на медицинское обследование (освидетельствование) военно-врачебной комиссией, предоставить возможность пройти профессиональную переподготовку по одной из гражданских специальностей, выплатить в полном объёме положенную ему денежную компенсацию за наём жилых помещений за период с апреля по 30 ноября 2016 года, денежное довольствие и компенсацию за наём жилых помещений за период со дня исключения его из списков части по день восстановления на военной службе и произвести повторный подсчёт его выслуги лет. Кроме того, административный истец просил возместить ему причинённый в связи с незаконным увольнением с военной службы моральный вред в размере 

<

данные изъяты> рублей и взыскать в его пользу понесённые им судебные расходы по делу, связанные с уплатой государственной пошлины при подаче в суд административного искового заявления в размере 300 рублей и оплатой юридических услуг в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Для надлежащего рассмотрения дела в качестве административного соответчика был привлечён командир войсковой части № в качестве вторых административных ответчиков – войсковые части № и № а в качестве заинтересованных лиц – Федеральные казённые учреждения «Единый расчётный центр Министерства обороны Российской Федерации» (далее – ФКУ «ЕРЦ МО РФ»), «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Забайкальскому краю» (далее – ФКУ «УФО МО РФ по Забайкальскому краю») и «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Хабаровскому краю» (далее – ФКУ «УФО МО РФ по Хабаровскому краю»). 

Участвующие в деле стороны, за исключением административного истца ФИО1, а также руководители финансовых органов, привлечённых в качестве заинтересованных лиц, надлежащим образом извещённые о месте и времени судебного заседания, в суд не явились.

Поскольку указанные выше лица о причинах неявки суду не сообщили и не ходатайствовали о рассмотрении дела исключительно с их участием, то суд, в соответствии с частью 6 статьи 226 КАС РФ полагал возможным провести судебное разбирательство в их отсутствие. 

В судебном заседании административный истец ФИО1, поддержав заявленные требования и, подтвердив доводы, изложенные в административном исковом заявлении, просил его удовлетворить в полном объёме. 

В свою очередь, представитель административного ответчика – командира войсковой части № – ФИО2 в суде утверждала о необоснованности доводов административного истца, поскольку каких-либо нарушений со стороны её доверителя при увольнении ФИО1 с военной службы и исключении его из списков личного состава воинской части допущено вовсе не было. 

Представители командира войсковой части № а также руководителей ФКУ «ЕРЦ МО РФ» и ФКУ «УФО МО РФ по Хабаровскому краю» – ФИО3, ФИО4 и ФИО5, соответственно, в представленных ими в суд возражениях, каждый в отдельности, требования ФИО1 также не признали и просили в удовлетворении его административного искового заявления отказать. 

Участвующий в рассмотрении дела прокурор Петров А.Ю. требования административного истца полагал подлежащими удовлетворению частично.

Заслушав доводы участвующих в деле административного истца и представителя административного ответчика, показания свидетелей, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему. 

Так, в соответствии с частью 1 статьи 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трёх месяцев со дня, когда гражданину стало известно о нарушении его прав, свобод и законных интересов. 

Согласно частям 5 и 8 этой же статьи, причины пропуска срока обращения в суд выясняются в судебном заседании или в предварительном судебном заседании, при этом, пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

Аналогичная правовая позиция закреплена и в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», в котором разъяснено, что пропуск трёхмесячного срока не является для суда основанием для отказа в принятии заявления, но при отсутствии уважительных причин, которые подлежат выяснению судом в предварительном судебном заседании или в судебном заседании независимо от того, ссылались ли на это обстоятельство заинтересованные лица, может являться основанием для отказа в удовлетворении заявления с указанием в мотивировочной части решения только на установление судом данного обстоятельства. 

Между тем, как установлено частью 7 статьи 219 КАС РФ, пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом.

Как усматривается из выписки из обжалуемого приказа командира войсковой части № от 25 мая 2015 года №, 

<

данные изъяты> ФИО1 с указанной даты уволен с военной службы в запас в связи с организационно-штатными мероприятиями.

В тоже время, как утвердительно заявил в ходе судебного заседания свидетель О. Э.Г., начальник отделения кадров войсковой части № в один из дней первой половины августа 2015 года он лично сообщил в своём кабинете 

<

данные изъяты> ФИО1 о том, что на основании вышеуказанного приказа командира войсковой части № он уволен с военной службы. При этом, данную информацию он довёл тогда до ФИО1 в присутствии специалиста по кадрам воинской части Щ. Т.К..

О том, что до ФИО1 при вышеуказанных обстоятельствах О. Э.Г. в первой половине августа 2015 года действительно было доведено о факте состоявшегося увольнения его с военной службы, в суде также подтвердила и Щ. Т.К..

Таким образом, с учётом вышеприведённых правовых норм и фактических обстоятельств дела, суд считает объективно установленным, что административный истец ФИО1 узнал о якобы нарушении своих прав, выраженном в увольнении его с военной службы, не позднее 16 августа 2015 года. Следовательно, именно с указанной даты надлежит исчислять трёхмесячный срок обжалования указанных выше действий воинских должностных лиц, который закончился для административного истца соответственно 15 ноября этого же года.

Как видно из указанной в заявлении даты подачи его нарочно в Читинский гарнизонный военный суд, административный истец обратился в суд за защитой своих прав только 19 декабря 2016 года, то есть, по истечении установленного законом трёхмесячного срока на обращение в суд с административным исковым заявлением.

При этом, каких-либо уважительных причин пропуска процессуального срока в судебном заседании административным истцом не приведено, как не приведено таковых им и в ходе подготовки дела к нему, в связи с чем, суд, не усматривая оснований для восстановления указанного срока, отказывает в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 в данной части, именно в связи с пропуском им процессуального срока на обращение в суд.

Доводы же ФИО1 о том, что о нарушении этих своих прав – факте увольнения с военной службы он узнал не ранее 26 сентября 2016 года, являются несостоятельными, поскольку они объективно опровергаются вышеуказанными доказательствами по данному делу, которые были исследованы в суде с участием, в том числе и самого административного истца. При этом, суд отмечает, что у допрошенных судом свидетелей, в том числе и О. Э.Г., каких-либо оснований для оговора административного истца, вопреки мнения последнего, в действительности нет.

Рассматривая требования ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части № от 11 октября 2016 года № об исключении его из списков личного состава воинской части, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 11 статьи 38 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» окончанием военной службы считается дата исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части, которая, по общему правилу, совпадает с днём истечения срока военной службы. Военнослужащий должен быть исключён из списков личного состава воинской части в день истечения срока его военной службы, за исключением случаев, перечисленных в данном пункте Закона, а также в иных случаях, установленных Положением о порядке прохождения военной службы, утверждённым Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 № 1237 (далее – Положение).

Аналогичные правовые нормы закреплены также в пунктах 23 и 24 статьи 34 указанного выше Положения, в которых кроме того отмечено, что военная служба оканчивается в день исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части в связи, в том числе и с увольнением с военной службы. Военнослужащий, уволенный с военной службы, должен быть исключён из списков личного состава воинской части в день истечения срока его военной службы (уволенный досрочно – не позднее дня истечения срока его военной службы) и не позднее чем через месяц со дня поступления в воинскую часть выписки из приказа об увольнении военнослужащего с военной службы, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 11 статьи 38 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» и указанным Положением.

Анализ приведённого выше законодательства бесспорно указывает на то, что военнослужащий, уволенный с военной службы, в условиях отсутствия случаев, предусмотренных пунктом 11 статьи 38 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», не позднее чем через месяц со дня поступления в воинскую часть выписки из приказа об увольнении его с военной службы подлежит безусловному исключению из списков личного состава воинской части.

Как видно из выписки из приказа командира войсковой части № от 11 октября 2016 года №, уволенный с военной службы в запас на основании приказа командира войсковой части № от 25 мая 2015 года № ФИО1, с 4 ноября 2016 года исключён из списков личного состава воинской части и направлен для постановки на воинский учёт в соответствующий отдел военного комиссариата. При этом, основанием для издания приказа об исключении заявителя из списков личного состава воинской части явился именно вышеуказанный приказ об увольнении его с военной службы.

Таким образом, учитывая требования и нормы действующего законодательства в совокупности с фактическими обстоятельствами дела, суд приходит к выводу, что оспариваемый ФИО1 приказ командира войсковой части № об исключении его из списков личного состава воинской части, каких-либо прав и законных интересов административного истца вовсе не нарушает, поскольку издан он был во исполнение ранее изданного приказа об увольнении его с военной службы, в связи с чем, является правомерным и обоснованным.

В то же время, суд отмечает, что приказ командира войсковой части № от 25 мая 2015 года №, явившийся правомерным безусловным поводом для исключения ФИО1 из списков личного состава воинской части, не отменён и незаконным не признан.

Что же касается требования административного истца о признании незаконными действий командира войсковой части № связанных с отказом в направлении его на медицинское обследование (освидетельствование) военно-врачебной комиссией, то суд находит его также неподлежащим удовлетворению.

В силу подпункта «б» пункта 14 статьи 34 Положения, перед представлением военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, к увольнению с военной службы с ним проводится индивидуальная беседа, как правило, командиром воинской части. Содержание проведенной беседы отражается в листе беседы. Лист беседы подписывается военнослужащим, увольняемым с военной службы, а также должностным лицом, проводившим беседу, и приобщается к личному делу военнослужащего.

Аналогичное положение содержится и в пункте 22 действовавшей в период спорных правоотношений Инструкции по организации прохождения военной службы офицерами и прапорщиками (мичманами) в Вооружённых Силах Российской Федерации, утверждённой приказом Министра обороны Российской Федерации от 30 сентября 2002 года № 350.

Вместе с тем в соответствии с подпунктом «а» пункта 22 вышеуказанной Инструкции командир (начальник) воинской части обязан перед увольнением с военной службы направить военнослужащего (по его желанию) на медицинское освидетельствование в гарнизонную или госпитальную военно-врачебную комиссию. 

Таким образом, в направлении на военно-врачебную комиссию военнослужащему не может быть отказано при увольнении, если он подал соответствующий рапорт.

Как было установлено ранее, 

<

данные изъяты> ФИО1 установленным порядком уволен с военной службы 25 мая 2015 года. 

Из представленной в суд копии листа беседы, проведённой с ФИО1 командиром войсковой части № перед представлением его к увольнению с военной службы, а именно, 7 мая 2015 года, видно, что военнослужащий каких-либо просьб относительно направления его на медицинское обследование (освидетельствование) военно-врачебной комиссией не высказывал, а напротив, от его прохождения отказался. Нежелание ФИО1 пройти в тот период такое медицинское обследование объективно подтверждается также находящейся в материалах административного дела копией его рапорта, исполненного на имя командира воинской части 10 февраля 2015 года. 

Административный истец в суде указанные выше сведения подтвердил и более того, пояснил, что действительно, с соответствующим рапортом к воинскому командованию о направлении его на медицинское обследование до издания командиром войсковой части № приказа об увольнении его с военной службы он не обращался. Изъявлял же он такое желание лишь 29 сентября 2016 года.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что обязанность командования направить военнослужащего на медицинское освидетельствование в военно-врачебную комиссию возникает не всегда, а только в определённых случаях, исчерпывающий перечень которых установлен действующим законодательством. При этом в данном конкретном случае ФИО1 был вправе обратиться к командиру войсковой части № с рапортом о направлении его на медицинское обследование (освидетельствование) военно-врачебной комиссией, который подлежал бы безусловному удовлетворению, но до увольнения его с военной службы.

Разрешая требования административного истца о восстановлении нарушенного командиром воинской части его права на профессиональную переподготовку в году увольнения с военной службы, суд исходит из следующего.

Действительно, в соответствии с частью 4 статьи 19 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащие – граждане, проходящие военную службу по контракту, общая продолжительность военной службы которых составляет пять лет и более, в год увольнения с военной службы, в том числе и в связи с организационно-штатными мероприятиями, имеют право пройти профессиональную переподготовку по одной из гражданских специальностей без взимания с них платы за обучение и с сохранением обеспечения всеми видами довольствия в порядке и на условиях, которые определяются Министерством обороны Российской Федерации (иным федеральным органом исполнительной власти и федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба), продолжительностью до четырёх месяцев.

Порядок же и условия профессиональной переподготовки по одной из гражданских специальностей военнослужащих – граждан Российской Федерации, проходящих военную службу по контракту, в период рассматриваемых правоотношений были урегулированы приказом Министра обороны от 18 марта 2009 года № 95 (далее - Порядок).

Согласно пункту 5 Порядка, военнослужащие, увольняемые с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями и изъявившие желание пройти профессиональную переподготовку, подают рапорт в установленном порядке не ранее принятия решения соответствующими должностными лицами Министерства обороны о проведении организационно-штатных мероприятий. При этом, рапорта должны подаваться с учётом сроков, обеспечивающих их направление на профессиональную переподготовку во время прохождения военной службы.

Военнослужащие проходят профессиональную переподготовку, как правило, с таким расчётом, чтобы она заканчивалась до дня исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части. В случае увольнения военнослужащих с военной службы в период обучения они имеют право на завершение учебы бесплатно (пункт 19 Порядка).

Таким образом, реализация права военнослужащего на прохождение профессиональной переподготовки в год увольнения с военной службы поставлена в зависимость от его личного волеизъявления о желании воспользоваться данным правом, обличённого в форму соответствующего рапорта, содержащего необходимые для проведения переподготовки сведения.

В тоже время, содержание названных правовых норм также указывает на то, что данная категория военнослужащих вправе пройти профессиональную переподготовку как в период военной службы, так и после её окончания, однако желание об этом должно быть ими выражено очевидно до увольнения с неё.

Каких-либо указаний о праве военнослужащих самим выбирать время прохождения профессиональной подготовки в Законе не содержится.

Более того, указав в пункте 19 Порядка на необходимость окончания переподготовки, как правило, до исключения из списков личного состава воинской части, Министр обороны Российской Федерации предписал должностным лицам планировать время профессиональной переподготовки с таким расчётом, чтобы она была завершена до увольнения военнослужащего с военной службы.

Из копии рапорта 

<

данные изъяты> ФИО1 на имя командира войсковой части № от 4 октября 2016 года, то есть, исполненного после увольнения его с военной службы, усматривается, что административный истец ходатайствует о направлении его на профессиональную переподготовку по гражданской специальности. 

Согласно же его рапорта от 10 февраля 2015 года, проходить такую профессиональную переподготовку он не желал.

При таких обстоятельствах, учитывая, что волеизъявление о желании воспользоваться правом на профессиональную переподготовку ФИО1 выразил лишь после увольнения с военной службы, объективно имея при этом возможность реализовать его до этого, административное исковое заявление административного истца об умалении его права на профессиональную переподготовку во время прохождения военной службы следует признать несостоятельным, поскольку его такое обращение от 4 октября 2016 года, то есть, по прошествии более одного года со дня увольнения его с военной службы, а также за один месяц до исключения его из списков личного состава воинской части объективно не могло быть разрешено командованием воинской части с учётом соблюдения положений Порядка. 

К тому же, суд принимает во внимание то, что согласно приведённым положениям Федерального закона «О статусе военнослужащих» и Порядка, предметом их регулирования является определённая социальная гарантия, направленная на адаптацию военнослужащего после увольнения с военной службы. Каких-либо правоотношений в сфере прохождения военной службы она не устанавливает, а поэтому, при разрешении вопроса законности, в том числе и исключения с военной службы без прохождения профессиональной переподготовки применению не подлежит. 

При этом, суд учитывает также положения абзацев 3 и 4 части 5 статьи 19 Федерального закона «О статусе военнослужащих», в соответствии с которыми граждане, проходившие военную службу по контракту и уволенные с неё по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями, имеют право на бесплатное направление за счёт средств федеральной государственной службы занятости населения на прохождение профессионального обучения или для получения дополнительного профессионального образования.

Не находит суд подлежащим удовлетворению и требование ФИО1 в части возложении обязанности на командира войсковой части № произвести повторный подсчёт его выслуги лет, в связи со следующим.

Так, в соответствии с пунктом 14 статьи 34 Положения перед представлением военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, к увольнению с военной службы уточняются данные о прохождении им военной службы, при необходимости документально подтверждаются периоды его службы, подлежащие зачёту в выслугу лет в календарном исчислении и отдельно на льготных условиях, и в соответствии с законодательством Российской Федерации исчисляется выслуга лет. Об исчисленной выслуге лет объявляется военнослужащему. Возражения военнослужащего по исчислению выслуги лет рассматриваются командиром (начальником), и до представления военнослужащего к увольнению с военной службы по ним принимаются решения.

Из этого следует, что в первоочередном порядке несогласие военнослужащего с подсчётом выслуги лет подлежит рассмотрению именно воинскими должностными лицами, при этом, рассмотрение данного вопроса носит исключительно заявительный характер, то есть, военнослужащий по собственной инициативе должен установленным порядком обратиться к своему командованию с соответствующей просьбой.

Вместе с тем как было достоверно установлено в судебном заседании, ФИО1 надлежащим порядком своему командованию вплоть до своего исключения из списков личного состава о своём несогласии с произведённым расчётом выслуги лет не заявлял, факт чего был подтверждён в суде и самим административным истцом.

Между тем, положениями статьи 3 КАС РФ установлено, что задачей административного судопроизводства является, в том числе и защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан в сфере административных и иных публичных правоотношений.

В соответствии с частью 1 статьи 62 КАС РФ лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений.

При этом, в силу части 1 статьи 4 КАС РФ, в порядке административного судопроизводства могут быть оспорены только те решения, действия (бездействие) органов военного управления и (или) их должностных лиц, в результате которых нарушены права и свободы заинтересованных лиц, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов либо на них незаконно возложена какая-либо обязанность.

Из этого следует, что неверное, по мнению ФИО1, указание выслуги лет в соответствующем расчёте на его имя, в указанных условиях не влечёт за собой нарушение прав бывшего военнослужащего и более того, не влияет на законность оспоренного им приказа командира войсковой части № Более того, данный расчёт его выслуги лет не является окончательным, поскольку при необходимости он может быть уточнён и вне рамок военной службы пенсионными органами Министерства обороны Российской Федерации – соответствующим отделом военного комиссариата на день окончания его военной службы.

При таких обстоятельствах, то есть, в условиях того, что административный истец при отсутствии у него препятствий установленным порядком с возражениями по исчислению выслуги лет к своему командованию не обращался, суд приходит к убеждению, что его административный иск в указанной части является необоснованным и более того, беспредметным, а поэтому, удовлетворению не подлежит.

Что касается требования ФИО1 о возложении на командира войсковой части № обязанности по выплате ему в полном объёме денежной компенсации за наём жилых помещений за апрель, май, июнь сентябрь, октябрь и ноябрь 2016 года, то суд приходит к следующим выводам. 

Согласно пункту 3 статьи 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», военнослужащим, проходящим военную службу по контракту (к категории которой относился ФИО1), и членам их семей, прибывшим на новое место военной службы, до получения жилых помещений предоставляются служебные жилые помещения, жилые помещения маневренного фонда или общежития, а в случае их отсутствия воинские части по желанию военнослужащих ежемесячно выплачивают им денежную компенсацию за наём (поднаём) жилых помещений в порядке и размерах, которые определяются Правительством Российской Федерации.

Пунктом 2 Положения о выплате денежной компенсации за наём (поднаём) жилых помещений военнослужащим – гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту, и членам их семей, утверждённого Постановлением Правительства Российской Федерации от 31 декабря 2004 года № 909 (в редакции Постановления Правительства Российской Федерации от 18 сентября 2015 года № 989), установлено, что в случае невозможности обеспечения жилыми помещениями в соответствии с законодательством Российской Федерации по желанию военнослужащих им ежемесячно выплачивается денежная компенсация за счёт средств, выделяемых из федерального бюджета на эти цели Министерству обороны Российской Федерации или иному федеральному органу исполнительной власти, в котором законом предусмотрена военная служба, в размере, предусмотренном договором найма (поднайма) жилья, заключенным в письменной форме, но не более установленных размеров. Денежная компенсация выплачивается военнослужащему со дня заключения договора найма (поднайма) жилого помещения, но не ранее дня включения федеральным органом исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, военнослужащих в списки на предоставление жилых помещений специализированного жилищного фонда.

Из изложенного следует, что приведенное Положение предусматривает возможность выплаты денежной компенсации лишь военнослужащим, включённым в списки на предоставление жилых помещений специализированного жилищного фонда.

Из смысла пункта 5 Инструкции о предоставлении военнослужащим – гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту в Вооружённых Силах Российской Федерации, служебных жилых помещений, утверждённой приказом Министра обороны Российской Федерации от 30 сентября 2010 года № 1280, следует, что военнослужащие включаются в список на предоставление служебных жилых помещений после рассмотрения поданного ими в структурное подразделение уполномоченного органа заявления о предоставлении служебного жилого помещения по месту прохождения военной службы с приложением документов, перечень которых определён этой же Инструкцией.

Таким образом, вопрос о включении военнослужащего в указанный список разрешается уполномоченным органом только после подачи военнослужащим соответствующего заявления и необходимых для этого документов.

Как следует из материалов дела, а именно из представленного в суд по его запросу сообщения начальника 4 отдела Федерального государственного казённого учреждения «Восточное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации от 12 января 2017 года №, ФИО1 в реестре военнослужащих, нуждающихся в получении служебных жилых помещений, не состоит и не состоял ранее. При этом, с соответствующим заявлением для постановки его в указанный реестр он не обращался.

С учётом приведённых выше норм Федерального закона, Постановления Правительства Российской Федерации, Инструкции и установленных обстоятельств дела суд приходит к мнению, что у ФИО1 право на получение денежной компенсации за наём жилого помещения, в том числе и за испрашиваемый им период, вовсе отсутствовало, поскольку он на соответствующем учёте нуждающихся в служебном жилье в этот период не состоял. Вместе с тем, суд, отказывая в удовлетворении данного его требования за период с апреля по июнь 2016 года включительно руководствуется также и положениями вышеупомянутой части 1 статьи 219 КАС РФ.

Суждения же ФИО1 о том, что до указанного периода выплата денежной компенсации ему производилась, беспредметны, поскольку данный факт правового значения не имеет.

Разрешая требования административного истца в части необеспечения его при исключении из списков личного состава воинской части положенным вещевым имуществом, суд исходит из следующего.

Как предписано пунктом 16 статьи 34 Положения, военнослужащий, уволенный с военной службы, на день исключения из списков личного состава воинской части должен быть полностью обеспечен установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением. До проведения с военнослужащим всех необходимых расчётов он из списков личного состава воинской части без его согласия не исключается. 

Ранее по делу было установлено, что административный истец ФИО6 был исключён из списков личного состава войсковой части № с 4 ноября 2016 года.

Из представленных в суд копий требования-накладной вещевой службы войсковой части № (воинской части, подчинённой войсковой части № от 5 декабря 2016 года № и рапорта ФИО1 от этой же даты, видно, что окончательный расчёт по вещевому имуществу на общую сумму более № рублей произведён лишь в указанный день. 

При этом, из показаний допрошенного в суде свидетеля А. И.А., начальника продовольственной и вещевой службы войсковой части № объективно установлено, что причиной обеспечения административного истца вещевым имуществом лишь после его исключения из списков воинской части, явилось, в том числе, несвоевременное поступление в возглавляемую им службу выписки из приказа об исключении ФИО1 из указанных списков. ФИО1 же А.В. в суде сообщил, что для реализации этого своего права со своей стороны он предпринял меры, обратившись в вещевую службу и заявив о себе, как о военнослужащем, исключаемом из списков части, до 4 ноября 2016 года, то есть, заблаговременно. А. И.А. в свою очередь против данных пояснений административного истца не возражал.

Между тем, контроль за своевременным обеспечением военнослужащих вещевым имуществом, как это установлено пунктом 17 приказа Министра обороны Российской Федерации от 14 августа 2013 № 555 «О вещевом обеспечении в Вооружённых Силах Российской Федерации на мирное время», осуществляют именно командиры воинских частей.

При таких данных, суд приходит к выводу о том, что командиром войсковой части № при исключении ФИО1 из списков личного состава воинской части, надлежащие меры для реализации гарантированного пунктом 2 статьи 14 Федерального закона «О статусе военнослужащих» права административного истца на вещевое обеспечение и для соблюдения требований пункта 16 статьи 34 Положения, предприняты не были, а поэтому, его права в данной части действительно нарушены.

Нераспорядительность же и несогласованность действий отдельных воинских должностных лиц, обязанных обеспечить военнослужащего на день его исключения из списков личного состава части предусмотренными законодательством видами довольствия, в том числе и вещевым имуществом, по убеждению суда, не может рассматриваться как правовое основание для невыполнения перед ним гарантированных государством обязательств.

Суд полагает, что нарушенное право административного истца на своевременное получение вещевого имущества, то есть, на день исключения его из списков личного состава воинской части, исходя из принципов разумности и соразмерности нарушенных прав и наступивших последствий, будет в полном объёме восстановлено путём переноса в приказе командира войсковой части № от 11 октября 2016 года № даты исключения ФИО1 из списков личного состава воинской части на 5 декабря 2016 года и обеспечения его за данный период всеми положенными видами довольствия, включая и денежным.

При этом, суд учитывает, что согласно требованиям части 4 статьи 3 Федерального закона «О статусе военнослужащих» реализация мер правовой и социальной защиты военнослужащих возлагается на органы государственной власти, а также является обязанностью командиров (начальников).

В соответствии со статьёй 82 Устава внутренней службы Вооружённых Сил Российской Федерации, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495, командир (начальник) обязан обеспечивать доведение до личного состава положенного денежного и других видов довольствия, в связи с чем, в данном конкретном случае незаконными надлежит признать действия командования войсковой части №

Обязанность по выплате административному истцу указанных денежных средств, суд полагает необходимым возложить на командира войсковой части № и руководителя ФКУ «ЕРЦ МО РФ».

Определяя же размер денежного довольствия, подлежащего выплате ФИО1 за период с 5 ноября по 5 декабря 2016 года включительно, суд исходит из следующего. 

Как усматривается из расчётного листка на имя ФИО1 за ноябрь 2016 года, размер его ежемесячного денежного довольствия был равен 

<

данные изъяты> рублям 

<

данные изъяты> копейкам, без учёта удержаний налога на доходы физических лиц.

Таким образом, размер денежного довольствия административного истца за период с 5 ноября по 5 декабря 2016 года включительно, из расчёта ((

<

данные изъяты> составит 

<

данные изъяты> рублей, без учёта удержаний налога на доходы физических лиц. 

Других оснований для признания приказа об исключении административного истца из списков личного состава воинской части им не приведено, не усматривает таковых и суд, поскольку на момент исключения из списков части ФИО1 иным положенным ему довольствием был обеспечен в полном объёме. 

Факт невыплаты при исключении ФИО1 из списков личного состава воинской части денежной компенсации за проезд в основной отпуск за 2016 год, не является безусловным основанием для его восстановления в указанных списках, поскольку данная выплата к денежному довольствию не относится, а является иной выплатой, в связи с чем, суждение административного истца об этом безосновательно.

Рассматривая требование заявителя о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

В соответствии с положениями статьи 151 ГК РФ если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

В силу требований пункта 2 статьи 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих», в случае необоснованного увольнения с военной службы военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, причинённые им в связи с этим убытки подлежат возмещению в полном объёме. Причинённый таким увольнением моральный вред подлежит возмещению по решению суда на основании волеизъявления военнослужащего. Указанные военнослужащие восстанавливаются на военной службе в прежней (а с их согласия - равной или не ниже) должности и обеспечиваются всеми видами довольствия, недополученного после необоснованного увольнения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», в случае незаконного увольнения с военной службы военнослужащего он подлежит восстановлению на службе с возмещением всех причиненных убытков. Причинённый таким увольнением моральный вред подлежит возмещению по решению суда на основании волеизъявления военнослужащего.

Следовательно, законодатель предусмотрел выплату компенсации морального вреда только в тех случаях, когда в результате незаконного увольнения с военной службы было нарушено право военнослужащего на труд. При этом, в таком случае наряду с выплатой этой компенсации военнослужащий подлежит безусловному восстановлению на службе.

Таким образом, поскольку факт увольнения ФИО1 с военной службы судом по рассмотренным в настоящем решении основаниям незаконным не признан, то соответственно его требование о компенсации ему морального вреда безосновательно и следовательно, удовлетворению также не подлежит.

Причинение же ему нравственных или физических страданий фактом незаконности действий воинских должностных лиц, связанных с исключением его из списков личного состава воинской части без обеспечения вещевым имуществом, административный истец в ходе судебного разбирательства не подтвердил, что в соответствии с требованиями действующего законодательства является обязательным при рассмотрении судом вопросов компенсации морального вреда. 

Как предписано статьёй 111 КАС РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы.

При этом, к судебным расходам, согласно части 1 статьи 103 и статьи 112 КАС РФ, относятся, в том числе, государственная пошлина и расходы на оплату услуг представителя.

Как усматривается из квитанции, административный истец при обращении в суд уплатил государственную пошлину в размере 300 рублей.

В связи с частичным удовлетворением административного искового заявления в пользу ФИО1 на основании части 1 статьи 111 КАС РФ, понесённые им расходы по оплате государственной пошлины, подлежат возмещению ему с другой стороны.

Для оказания юридической помощи ФИО1 обращался к юридическим услугам, оказанным гражданином Б. В.И.. При этом, согласно имеющимся в деле договору об оказании юридической помощи и платёжному документу, расходы административного истца на оплату его услуг составили 

<

данные изъяты> рублей. 

Между тем, по мнению суда, при рассмотрении требований о возмещении судебных расходов следует учитывать, что главенствующим принципом определения размера расходов, понесённых стороной по оплате услуг представителя, является положенный в основу статьи 112 КАС РФ принцип разумности.

Аналогичная правовая позиция изложена и в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2007 года № 382-О-О, в котором указано, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесённые лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым – на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в статье 112 КАС РФ речь идёт, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. 

В данном конкретном случае, применяя принцип разумности в целях соблюдения баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, учитывая результативный объём юридических услуг, оказанных административному истцу ФИО1 Б. В.И., который составил ему административное исковое заявление в суд и консультировал его при подготовке к судебному разбирательству, а также принимая во внимание объём и сущность рассмотренных правоотношений, специфику и сложность данного спора, объём заявленных и удовлетворённых судом требований, суд определяет взыскать эти расходы в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Размер же испрашиваемой ФИО1 к возмещению судебных расходов по оплате оказанных ему юридических услуг денежной суммы, в рассматриваемом случае, очевидно завышен, поскольку заявленная к взысканию сумма издержек – 

<

данные изъяты> рублей, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. 

Всего же подлежат возмещению административному истцу с другой стороны судебные расходы в сумме 

<

данные изъяты> рублей, которые надлежит взыскать в его пользу с ФКУ «УФО МО РФ по Забайкальскому краю».

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 111, 175-180 и 227 КАС РФ, суд 

решил:

административное исковое заявление ФИО1 

<

данные изъяты> удовлетворить частично.

Действия командира войсковой части 

<

данные изъяты> связанные с исключением ФИО1 из списков личного состава воинской части без обеспечения положенным вещевым имуществом, признать незаконными.

Обязать командира войсковой части № внести изменения в параграф №, изданного им приказа от 11 октября 2016 года №, в части исключения ФИО1 из списков личного состава воинской части, установив в нём дату исключения из таковых списков вместо «4 ноября 2016 года» – «5 декабря 2016 года», о чём не позднее чем в течение одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего решения сообщить в суд и административному истцу.

Обязать командира войсковой части №, а также руководителя Федерального казённого учреждения «Единый расчётный центр Министерства обороны Российской Федерации» обеспечить ФИО1 за период с 5 ноября по 5 декабря 2016 года включительно всеми положенными видами довольствия, включая денежным довольствием, о чём не позднее чем в течение одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего решения сообщить в суд и административному истцу.

В целях исполнения настоящего судебного решения, взыскать с Федерального казённого учреждения «Единый расчётный центр Министерства обороны Российской Федерации» в пользу ФИО1 

<

данные изъяты> денежное довольствие за период с 5 ноября по 5 декабря 2016 года включительно в размере 

<

данные изъяты> рублей, без учёта удержаний налога на доходы физических лиц.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с Федерального казённого учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Забайкальскому краю» в пользу ФИО1 

<

данные изъяты> в счёт возмещения судебных расходов по делу 

<

данные изъяты> рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Восточно-Сибирский окружной военный суд через Читинский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий А.В. Жданович