Судья ФИО2 Дело №22К-1541/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Иваново 28 августа 2025 года

Ивановский областной суд в составе:

председательствующего судьи Араблинской А.Р., 

при секретаре Жданове Д.С.,

с участием:

прокурора Бойко А.Ю.,

обвиняемого ФИО1 с использованием видео-конференц-связи,

защитника – адвоката Мателиной А.Ю., 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе защитника-адвоката Мателиной А.Ю. на постановление Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, не судимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.290 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на срок 2 месяца 00 суток, а всего до 04 месяцев 00 суток, по ДД.ММ.ГГГГ включительно. 

Изложив содержание обжалуемого судебного решения и существо апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

установил:

постановлением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.290 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 4 месяцев 00 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно. 

В апелляционной жалобе в интересах обвиняемого защитник – адвокат Мателина А.Ю. выражает несогласие с постановлением суда, ставит вопрос о его отмене ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Излагая выводы суда, на основании которых принято судебное решение, считает, что они не подтверждаются и противоречат материалам, представленным органом предварительного следствия. Указывает, что ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.290 УК РФ, а именно коррупционной направленности с использованием должностного положения, однако ДД.ММ.ГГГГ подписан приказ о его увольнении из правоохранительных органов, в связи с чем обвиняемый никак не может оказать воздействие на участников уголовного судопроизводства, поскольку ряд свидетелей по уголовному делу допрошены с составлением и подписанием соответствующих протоколов. Отмечает, что место фактической регистрации ФИО1 - 

<

адрес>, в связи с чем в случае избрания в отношении последнего меры пресечения в виде домашнего ареста по месту жительства родителей, обвиняемый без нарушения режима избранной меры пресечения никак не сможет общаться и воздействовать на свидетелей - сотрудников полиции, поскольку все они проживают в 

<

адрес>, в том числе и на свидетеля ФИО6, который проживает в другом регионе. Обращает внимание, что следователь на вопрос о наличии фактических доказательств возможности оказать воздействие на участников уголовного судопроизводства ответил, что их не имеет и представить суду не может. Указывает о наличии у ФИО1 стойких социальных связей: от первого брака малолетнего ребенка - сына 11 лет, который регулярно проживает с ФИО1 и его гражданской женой ФИО11; при этом сына ФИО1 водит в школу, спортивные секции и в полной мере занимается воспитанием и содержанием своего ребенка; кроме того, у ФИО12 имеется свой малолетний ребенок - дочь, которая проживает с ней и ФИО1 вместе на протяжении более полутора лет и называет последнего папой, в ее воспитании и содержании ФИО1 также принимает непосредственное активное участие; у ФИО1 имеются престарелые родители, отец инвалид 

<

данные изъяты>, которым он помогает. По мнению защитника, с учетом наличия у ФИО1 на иждивении двоих малолетних детей, обвиняемый не имеет намерений скрыться от предварительного следствия и суда. Отмечает, что сумма вменяемой ФИО1 взятки органом предварительного следствия не установлена, о чем свидетельствует постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого, а именно сумма взятки в данном случае имеет значение для квалификации действий обвиняемого. По факту возбуждения уголовного дела по п. «е» ч.3 ст.286 УК РФ в отношении ФИО1 сообщает, что никакой личной заинтересованности у ФИО1 в совершении каких-либо противоправных действий не было, никаких существенных нарушений прав и законных интересов граждан или организаций, либо охраняемых законом интересов общества или государства, действия ФИО1 не повлекли. Ссылаясь на разъяснения, изложенные в пункте 21 постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года №41«О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», считает, что достоверных сведений и фактических обстоятельств, свидетельствующих о том, что ФИО1 может оказать воздействие на свидетелей по делу или иным образом воспрепятствовать расследованию уголовного дела, не представлено. Обращает внимание на представленный органом предварительного следствия в суд хронометраж по уголовному делу, согласно которому за период содержания ФИО1 под стражей – два месяца следственные действия выполнялись только 4 рабочих дня, из которых 2 с участием ФИО1, что, по мнению защитника, с учетом разъяснений, изложенных в пункте 22 постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года №41, вопреки позиции суда свидетельствует о факте явной волоките предварительного расследования. Просит постановление отменить, изменить ФИО1 меру пресечения на более мягкую, в том числе в виде домашнего ареста. 

В суде апелляционной инстанции обвиняемый ФИО1, адвокат Мателина А.Ю. поддержали доводы апелляционной жалобы в полном объеме. Адвокат Мателина А.Ю. дополнительно указала о том, что ее подзащитный вину признал, сторона защиты уведомлена об окончании следственных действий и завтра планируется выполнение ст.217 УПК РФ. 

Прокурор ФИО4 просил обжалуемое постановление оставить без изменения.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения постановления суда, учитывая следующие обстоятельства.

В производстве Октябрьского 

<

данные изъяты> находится уголовное дело по соединенным в одно производство уголовным делам, возбужденным в отношении ФИО1: ДД.ММ.ГГГГ по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.290 УК РФ; ДД.ММ.ГГГГ по признакам состава преступления, предусмотренного п.«е» ч.3 ст.286 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ в 17 часов 50 минут по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.290 УК РФ, ФИО1 задержан в порядке ст.ст.91-92 УПК РФ. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.290 УК РФ, он допрошен в качестве обвиняемого с участием защитника.

Постановлением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением Ивановского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, по ДД.ММ.ГГГГ включительно. 

ДД.ММ.ГГГГ срок предварительного следствия по уголовному делу в установленном законом порядке продлен уполномоченным лицом до ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с невозможностью окончания предварительного следствия до истечения срока содержания ФИО1 под стражей, следователь с согласия руководителя соответствующего следственного органа обратился в суд с ходатайством о продлении этого срока на 2 месяца 00 суток, а всего до 3 месяцев 30 суток, т.е. до ДД.ММ.ГГГГ включительно, по результатам рассмотрения которого судом вынесено обжалуемое решение.

Согласно ч.2 ст.109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда до 6 месяцев. 

В силу требований ст.110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

При рассмотрении вопроса о продлении срока содержания под стражей суд обязан обсуждать возможность применения в отношении обвиняемого иной, более мягкой меры пресечения; проверять наличие на момент рассмотрения вопроса о продлении срока содержания под стражей оснований, предусмотренных ст.97 УПК РФ, которые должны подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами, а также учитывать обстоятельства, указанные в ст.99 УПК РФ, и другие обстоятельства, обосновывающие продление срока содержания под стражей; обоснованность доводов органов предварительного следствия о невозможности своевременного окончания расследования.

Данные требования уголовно-процессуального закона при решении вопроса о продлении срока содержания ФИО1 под стражей судом соблюдены.

Ходатайство следователя, в производстве которого находилось уголовное дело, о продлении обвиняемому срока содержания под стражей отвечает требованиям ч.8 ст.109 УПК РФ, представлено в суд в период срока предварительного расследования и с согласия надлежащего должностного лица.

Наличие предусмотренных законом оснований для дальнейшего сохранения в отношении обвиняемого ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает и в обжалуемом постановлении убедительно мотивировано со ссылкой на проверенные в судебном заседании конкретные фактические обстоятельства, которые подтверждаются представленными материалами.

Из материалов дела усматривается существование разумного подозрения в причастности ФИО1 к инкриминируемому ему деянию, отнесенного уголовным законом к категории тяжких преступлений, которое основано на представленных и исследованных судом в ходе судебного заседания материалах дела, и на момент рассмотрения ходатайства не утратившего своего юридического значения. 

При этом вопросы обоснованности квалификации не подлежат разрешению в порядке ст.109 УПК РФ, поскольку относятся к исключительной компетенции суда при рассмотрении уголовного дела по существу. 

Вопреки доводам защитника, с учетом общего объема следственно-процессуальных действий, выполненных в ходе ранее установленного срока предварительного следствия и содержания обвиняемого под стражей, приведенных следователем, а также запланированных следственно-процессуальных действий, направленных на установление всех обстоятельств дела, не усматривается объективных данных о неэффективности и затягивании производства предварительного следствия. Проведение непосредственно с ФИО1 следственных действий в течении только двух дней, на что обратил внимание защитник, не свидетельствует о волоките по делу, поскольку в соответствии с п.3 ч.2 ст.38 УПК РФ следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимая решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, направленных на собирание имеющих значение для дела доказательств по уголовному делу, в том числе и не требующих непосредственного участия обвиняемого. Кроме того как следует из пояснений защитника, в настоящее время предварительное следствие находится на завершающей стадии, запланировано выполнение требований ст.217 УПК РФ. 

Доводы жалобы защитника об отсутствии оснований для продления срока содержания под стражей ФИО1 признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, поскольку все они проверялись в судебном заседании и получили соответствующую оценку в постановлении суда. Выводы о необходимости продления срока содержания под стражей в отношении ФИО1 и невозможности избрания иной меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, сделаны судом первой инстанции на основании представленных материалов, с учетом личности обвиняемого, характера и степени общественной опасности инкриминируемого ему преступления, которые в совокупности подтверждают обоснованность принятого решения. 

Так судом принято во внимание, что ФИО1 не судим, к административной ответственности не привлекался, имеет место жительства и регистрации, на иждивении у обвиняемого находится малолетний ребенок, ФИО1 состоит в фактически брачных отношениях с ФИО13 являющейся сотрудником 

<

данные изъяты>, проживает совместно с ней и ее малолетним ребенком.

Вместе с тем, судом первой инстанции обоснованно учтено и то, что ФИО1 предъявлено обвинение по ч.3 ст.290 УК РФ, то есть в умышленном тяжком преступлении коррупционной направленности, с использованием должностного положения, за которое предусмотрено наказание в том числе в виде лишения свободы на длительный срок. Из представленных материалов также следует, что ФИО1 значительный период времени являлся сотрудником правоохранительных органов, его гражданская супруга является действующим сотрудником отдела полиции, в котором работал обвиняемый. Указанные обстоятельства позволили суду первой инстанции прийти к обоснованному выводу, что в случае нахождения обвиняемого вне содержания под стражей, сохраняется обоснованный риск воспрепятствования ФИО1 производству по делу, в том числе путем оказания давления на свидетелей - лиц, с которыми он знаком в силу ранее занимаемой должности, с целью изменения ими показаний либо дачи показаний, выгодных обвиняемому. То обстоятельство, что в настоящее время ФИО1 уволен из правоохранительных органов, все свидетели по делу допрошены, а обвиняемый признал вину, такой возможности не исключает. 

Таким образом, вопреки утверждению апеллянта, суд первой инстанции привел убедительные мотивы продления обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу. 

Приведенные стороной защиты сведения о личности ФИО1, его семейном положении, наличие у него социальных связей, нахождение на иждивении несовершеннолетних детей, сведения о месте регистрации и жительства, иных положительно характеризующих данных, были известны суду первой инстанции при разрешении вопроса о продлении обвиняемому срока меры пресечения, однако сами по себе они не могут быть безусловным основанием для отмены или изменения избранной меры пресечения, выводы суда не опровергают и не исключают актуальность приведенных судом опасений ненадлежащего процессуального поведения ФИО1 в связи с предъявлением ему обвинения в совершении тяжкого преступления, создающим угрозу наступления для него предусмотренных законом неблагоприятных последствий.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что интересы гражданской супруги, несовершеннолетних детей, родителей, получающих от ФИО1 помощь и поддержку, следует сопоставлять с иными значимыми обстоятельствами по делу, установленными судом первой инстанции, послужившими основанием для продления обвиняемому срока содержания под стражей.

Вопрос о возможности/невозможности избрания в отношении ФИО1 более мягкой меры пресечения, в том числе такой как домашний арест, был предметом обсуждения суда первой инстанции, что следует из протокола судебного заседания и самого судебного акта. Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что только мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого представляется в данном случае достаточной гарантией обеспечения необходимого уровня контроля за его надлежащим поведением и реального пресечения возможности его противоправных действий в период предварительного расследования. 

При этом суд апелляционной инстанции не усматривает новых обстоятельств, не ставших предметом судебного разбирательства при решении вопроса о продлении меры пресечения, которые могли бы послужить основанием для отмены или изменения избранной ранее в отношении обвиняемого меры пресечения, то есть, те обстоятельства, которые послужили основанием для избрания ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу и последующего продления ее срока, в настоящее время не утратили свою значимость, являются актуальными, а объективных данных для изменения меры пресечения на иную, более мягкую, не имеется, поскольку только мера пресечения в виде заключения под стражу представляется в данном случае необходимой и достаточной гарантией обеспечения надлежащего поведения обвиняемого и реального пресечения возможности его противоправных действий.

Постановление суда о необходимости продления ФИО1 срока содержания под стражей основано на сведениях, содержащихся в представленных материалах, не противоречит требованиям Уголовно-процессуального кодекса РФ, постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года №41 и соответствует ч.3 ст.55 Конституции РФ, предусматривающей возможность ограничение прав и свобод человека и гражданина в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других граждан.

Тот факт, что позиция стороны защиты не совпадает с оценкой суда относительно представленных в отношении ФИО1 сведений, само по себе не свидетельствует о незаконности судебного решения.

Данные, которые свидетельствовали бы о наличии препятствий для дальнейшего содержания ФИО1 под стражей по медицинским показаниям или иным обстоятельствам, материалы дела не содержат.

Как видно из протокола судебного заседания судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов судопроизводства, полно, всесторонне, объективно, с участием самого обвиняемого и его защитника. При этом всем участникам были созданы условия для реализации их прав, обвиняемый и защитник с соответствующей аргументацией довели до суда свою позицию, участвовали в исследовании представленных материалов дела.

Разумность срока, на который продлена мера пресечения в виде заключения под стражу и время его окончания определены правильно, с учетом его достаточности для выполнения следователем запланированных следственных и процессуальных действий, а также срока предварительного следствия по делу.

Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение судебного решения, судом первой инстанции при рассмотрении ходатайства следователя не допущено, обжалуемое постановление соответствует требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, в связи с чем оснований для удовлетворения доводов апелляционной жалобы защитника не имеется.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника-адвоката Мателиной А.Ю.– без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано непосредственно во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой47.1 УПК РФ. 

Обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий А.Р. Араблинская