Судья Исакова О.В. 

Дело № 22-286-2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 19 января 2024 года

Пермский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Симбиревой О.В.,

при секретаре судебного заседания Щербакове Н.Ю.,

с участием прокурора Нечаевой Е.В.,

подсудимых В., К., П.,

защитников – адвокатов Утемовой О.В., Лисафьева В.Б.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе подсудимого В. на постановление Кунгурского городского суда Пермского края от 30 октября 2023 года, которым уголовное дело в отношении

В., родившегося дата в ****, несудимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ;

П., родившегося дата в **** края, несудимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ;

К., родившегося дата в ****, несудимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ,

возвращено Кунгурскому городскому прокурора на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий рассмотрения судом.

Изложив содержание обжалуемого решения, доводы апелляционной жалобы, заслушав выступления подсудимых и их защитников об отмене судебного решения, прокурора Нечаевой Е.В. об оставлении судебного решения без изменения, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

постановлением Кунгурского городского суда Пермского края от 30 октября 2023 года уголовное дело в отношении В., П., К. возвращено Кунгурскому городскому прокурора на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий рассмотрения его судом.

В апелляционной жалобе подсудимый В. ставит вопрос об отмене судебного решения, направлении материалов уголовного дела в суд первой инстанции. В обоснование своих доводов указывает на то, что при высказанной в судебных прениях позиции государственного обвинителя в нарушение ст. 294 УПК РФ судебное следствие возобновлено не было, суд удалился в совещательную комнату для постановления приговора, однако, в нарушение ст.ст. 295, 299 УПК РФ он не был постановлен, уголовное дело было возвращено прокурору в отношении всех подсудимых, как обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, несмотря на то, что государственным обвинителем было предложено квалифицировать действия по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 260 УК РФ, фактически сформулировал категоричное суждение о виновности всех подсудимых. Отмечает, что лесные насаждения, в рубке которых они обвиняются, не являются предметом преступления, были предназначены для рубки, что само по себе исключает преступность деяния, предусмотренного ст. 260 УК РФ, удалившись в совещательную комнату для постановления приговора, суд не ответил на вопрос, является ли деяние преступлением.

Считает, что позиция, высказанная государственным обвинителем в судебных прениях, не является смягчением обвинения, влекущим более мягкое наказание, поскольку связана с конкретизацией обвинения в части распределения ролей и описания действий каждого, сам факт непредъявленного обвинения в соответствии с позицией государственного обвинителя не является основанием для возврата уголовного дела прокурору, суд в праве был постановить приговор. Обращает внимание на то, что в своем решении суд, не согласившись с позицией государственного обвинителя, фактически сформулировал категоричное суждение о доказанности их виновности в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, что является недопустимым в соответствии с ч. 1 ст. 14, ч.1.3 ст. 237 УПК РФ.

В возражениях государственный обвинитель Самойловских Л.Н., считая судебное решение законным и обоснованным, просит оставить постановление без изменения, а доводы апелляционной жалобы В. – без удовлетворения.

Проверив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Органами предварительного расследования В., П. и К. предъявлено обвинение по ч. 3 ст. 260 УК РФ, то есть в совершении незаконной рубки лесных насаждений, а равно повреждении до степени прекращения роста лесных насаждений в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору.

Государственный обвинитель в судебных прениях, описав преступное деяние, совершенное каждым из подсудимых, просил о квалификации действий каждого из них по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 260 УК РФ, как пособничество в незаконной рубке лесных насаждений, совершенной в особо крупном размере, сославшись на то, что объективную сторону незаконной рубки лесных насаждений выполнили иные лица, которые не были осведомлены о преступных намерениях В., П. и К.

Ст. 246 УПК РФ предусмотрено право государственного обвинителя изменить обвинение исключительно в сторону смягчения.

Согласно п. 55 ст. 5 УПК РФ уголовное преследование – это процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления. Исходя из этого, государственный обвинитель, как представитель стороны обвинения, при осуществлении им в суде своих процессуальных полномочий в полной мере осуществляет уголовное преследование подсудимого.

В соответствии с положениями ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

В соответствии с положениями ст. 15 УПК РФ, функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть возложены на один и тот же орган или одно и то же должностное лицо.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 05 марта 2004 года «О применении судами норм уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства, а также изменение им обвинения в сторону смягчения предопределяют принятие судом решения в соответствии с позицией государственного обвинителя, поскольку уголовно-процессуальный закон исходит из того, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, а формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются обвинителем.

Согласно п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре» суд вправе изменить обвинение лишь при условии, если действия подсудимого вменялись ему в вину, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным обвинителем обвинения, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимого и не нарушает его права на защиту. Одновременно с этим в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если в ходе судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

Судом по результатам рассмотрения уголовного дела правильно установлено, что обвинение, изложенное в предъявленном подсудимым обвинении и его формулировка, предложенная государственным обвинителем в судебных прениях является неконкретной, существенно отличается от фактических обстоятельств, изложенных в обвинительном заключении, обвинение по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 260 УК РФ подсудимым в порядке ст.ст. 172, 172, 175 УПК РФ не предъявлялось.

Кроме того, учитывая, что действия, образующие объективную сторону незаконной рубки лесных насаждений выполнили иные лица, уголовное преследование в отношении которых прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, поскольку они не были осведомлены о преступных намерениях подсудимых, то при отсутствии исполнителей совершение преступления в соучастии невозможно.

Согласно принципам, установленным уголовным законом, лицо подлежит ответственности только за те общественно опасные действия, в отношении которых установлена его вина, при этом наказание и иные меры уголовно-правового характера должны соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда, который должен быть законным, обоснованным и справедливым, основанным на правильном применении уголовного закона.

В соответствии со ст. 237 УПК РФ в тех случаях, когда существенное нарушение закона, допущенное в досудебной стадии и являющееся препятствием к рассмотрению уголовного дела, выявлено при судебном разбирательстве, суд, если он не может устранить такое нарушение самостоятельно, по ходатайству сторон или по своей инициативе возвращает дело прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом.

Таким образом, суд, установив в судебном заседании, что предложенная органом уголовного преследования квалификация преступления не соответствует обстоятельствам, изложенным в обвинительном заключении, обвинение в формулировке, предложенной государственным обвинителем органами предварительного расследования В., П., К. не предъявлялось, пришел к обоснованному выводу о том, что данное нарушение закона не устранимо в судебном заседании, препятствует рассмотрению дела и принятию законного, обоснованного и справедливого решения, поскольку в противном случае суд выйдет за пределы предъявленного обвинения и будет нарушен принцип состязательности сторон, предусмотренный ст. 15 УПК РФ.

Оснований не согласиться с этими выводами суд апелляционной инстанции не находит.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, о которых заявлено автором апелляционной жалобы, при постановлении судебного решения не допущено, поскольку оно принято после исследования представленных судом доказательств, заслушивания выступления участников судебного разбирательства со стороны, как обвинения, так и защиты.

Оснований для возобновления судебного следствия в порядке ст. 294 УПК РФ не имелось, поскольку участниками прений сторон и подсудимыми в последнем слове не было сообщено о новых обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, и не заявлено о необходимости предъявления суду для исследования новых доказательств.

Основания для оценки доказательств в соответствии со ст.ст. 87, 88 УПК РФ и определения наличия или отсутствия события, состава преступления в действиях подсудимых у суда при принятии решения о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ отсутствовали, поскольку было признано, что на основе формулировки предъявленного государственным обвинителем обвинения постановление законного и обоснованного судебного решения невозможно.

Постановление судьи соответствует требованиям ст. 7 УПК РФ, нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления, в том числе по доводам апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Кунгурского городского суда Пермского края от 30 октября 2023 года о возвращении прокурору в порядке п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ уголовного дела в отношении В., П., К. оставить без изменения, апелляционную жалобу В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись