УИД 04RS0004-01-2025-001573-62

Судья: Хаджаев С.Х. Дело 22-69

Верховный Суд

Республики Бурятия

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Улан-Удэ 20 января 2026 года

Верховный Суд Республики Бурятия в составе:

Председательствующего судьи Гомбоева В.Д.,

судей Гошиновой Э.И. и Двоеглазова Д.В.,

с участием прокурора уголовно-судебного управления прокуратуры Республики Бурятия Телешева А.А.,

осужденного ФИО1, его защитника-адвоката Ковандиной Н.С., представившей удостоверение № 534, ордер № 1129884,

при секретаре Ерахаевой В.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании 20 января 2026 года апелляционные жалобы осужденного ФИО1, адвоката Ковандиной Н.С. в интересах ФИО1 на приговор Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия от 21 ноября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся ... в 

<

...>, ранее судимый:

1/ 29.01.2025 приговором мирового судьи судебного участка № 2 Селенгинского района РБ по ч.1 ст. 119 УК РФ к 150 часам обязательных работ, наказание отбыто 23.05.2025;

2/ 18.11.2025 приговором мирового судьи судебного участка № 3 Селенгинского района РБ по ч.1 ст. 119 УК РФ к ограничению свободы на срок 1 год,

- осужден по ч.3 ст.30, ч.1 ст.105 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

На основании ч.5 ст. 69 УК РФ, п. «б» ч.1 ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказания по настоящему приговору с наказанием по приговору мирового судьи судебного участка №3 Селенгинского района РБ от 18.11.2025 окончательно назначено к отбытию 6 лет 3 месяца лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Гомбоева В.Д., объяснение осужденного ФИО1, мнение адвоката Ковандиной Н.С., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Телешева А.А., полагавшего необходимым оставить приговор суда без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в том, что 25.09.2025 в период времени с 06:00 часов до около 09:29 часов, находясь в состоянии алкогольного опьянения у себя дома по адресу: РБ, 

<

...>, в ходе возникшей ссоры, на почве личной неприязни к Б.О.Г. используя нож, с достаточной силой нанес последней не менее 4 ударов в область расположения жизненно-важных органов – в грудь, живот, причинив Б.О.Г. следующие повреждения:

- множественные колотые раны плеча, предплечья, 4 колотые раны левой кисти, множественные колотые раны молочных желез, грудной клетки, брюшной стенки слева, расценивающиеся как причинившие легкий вред здоровью человека по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью до 3-х недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно).

Посчитав свои действия достаточными для причинения смерти Б.О.Г., ФИО1 прекратил причинение ей телесных повреждений и предпринял попытку суицида, то есть не довёл преступление до конца по независящим от его воли обстоятельствам, поскольку ошибочно полагал, что причинённые телесные повреждения являются достаточными для неизбежного наступления смерти потерпевшей.

Б.О.Г. своевременно была оказана медицинская помощь прибывшей на место происшествия бригадой скорой медицинской помощи.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в описательной части приговора.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, просит его отменить. Считает, что отбывать наказание в колонии невозможным, ввиду следующего: у него сильно ухудшилось здоровье, заболевание сосудов нижних конечностей, заболевание зрения и слуха, имеется рубец на сердце, забиты два сердечных канала, первый забит полностью, 80 % тромбоз второго канала, высокое давление, пережил 2 инфаркта.

В апелляционной жалобе адвокат Ковандина Н.С. в интересах ФИО1 просит приговор суда отменить. Указывает, что сторона защиты не нашла доказательств, представленных суду стороной обвинения для того, чтобы сделать вывод о том, что ФИО1 ошибочно полагал, что в результате нанесенных им ударов наступит смерть.

Ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного следствия ФИО1 не высказывал слов о своем ошибочном полагании о том, что увидев обильное кровотечение у потерпевшей, полагал, что наступит ее смерть, равно как и то, что данных телесных повреждений достаточно.

Кроме того, было ли кровотечение обильным и в результате нанесенных телесных повреждений могла наступить смерть, заключений эксперта в деле не имеется. Сотрудники скорой помощи, имеющие медицинское образование не указывали о факте обильного кровотечения у потерпевшей. Заключений эксперта по данному факту нет.

Фактические обстоятельства таковы, что все полученные телесные повреждения «множественные» и 4 колото-резанных раны кисти оцениваются как причинивший легкий вред здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья.

В заключении эксперта № 350-25 от 07.10.2025 года не указано количество «множества» телесных повреждений, а эксперт указал, что указанные телесные повреждения могли быть причинены в результате не менее 4-х ударов.

Кроме того, суду был представлено экспертное заключение №37 от 09.10.2025 года, в котором эксперт исследовал два ножа длиной лезвия 19,9 и 10 см. Суд указал в приговоре, что критически оценивает показания ФИО1 о контролируемых коротких ударах ножом, без замаха. Фактические данные таковы, что причинить телесные повреждения ножами с длиной лезвия 19,9 и 10 см. без замаха, не причинив не проникающие ранения, невозможно.

Сторона защиты считает указанный вывод суда ошибочным, сделанный не на фактических обстоятельствах дела, а также и вывод суда о том, что телесные повреждения были нанесены в жизненно важные органы - грудную клетку и живот. При обстоятельствах, при которых длина лезвия ножей 19,9 или 10 см. причинение «множественных» проникающих телесных повреждений не возможно.

Стороной обвинения не представлены доказательства, которые с достоверностью могли бы доказывать, что ФИО1 не мог нанести проникающие телесные повреждения, либо тот факт, что на все «множественные» причиненные удары, потерпевшая дала отпор или препятствовала их причинению, либо с достоверностью доказывали, что удары были не контролируемы.

У ФИО1 был полный доступ и к животу и к груди потерпевшей, та звонила по телефону, рука была занята и она не могла дать отпор или уклонится от всех ударов. У ФИО1 был доступ к телу потерпевшей, и ничто не могло препятствовать, иное стороной обвинения не представлено.

Не может согласиться сторона защиты с выводами суда о том, что смерть Б.О.Г. не наступила по не зависящим от ФИО1 причинам в связи с активным сопротивлением потерпевшей, ошибочным полаганием ФИО1 о полной реализации своего умысла на убийство Б.О.Г. и своевременным оказанием ей квалифицированной помощи.

В выводах судебной медицинской экспертизы и приговоре суда не указано, что имеются доказательства того, что без квалифицированной медицинской помощи могла бы наступить ее смерть. Доказательств, подтверждающих указанный факт, в приговоре нет. Кроме того, исходя из приговора, квалифицированная помощь заключалась в том, чтобы перевязать имеющиеся не проникающие раны. В тот же день 25.09.25 года в 9 часов 10 минут потерпевшая участвовала в осмотре места происшествия.

Кроме того, ФИО1 до происшествия об его умысле на суицид говорил родному брату, и сыну, и желание о суициде у него возникло не в момент, когда он увидел у потерпевшей кровь. Данный факт не соответствует действительности и не может расцениваться как ошибочное полагание полной реализации своего умысла на убийство потерпевшей. При таких обстоятельствах, вывод суда об умысле на покушение на убийство не соответствует действительности.

Кроме того, сторона защиты считает, что вывод суда не обоснован в части не нахождения ФИО1 в длительной психотравмирующей ситуации, так как объективные обстоятельства были таковы, что потерпевшая длительное время употребляет спиртные напитки. ФИО1 похоронил сына, его выгоняли из своей же квартиры, доказательств обратного сторона обвинения не представила и данные факты не свидетельствуют о благоприятной обстановке в семье и стабильном психическом состоянии ФИО1

На похороны сына потерпевшая не пришла, кроме того, не проявила должного отношения, как не равнодушный член семьи. Кроме этого, по показаниям ФИО1, его супруга высказывала желание, чтобы он находился на кладбище вместе с сыном. Кроме того, потерпевшая не только высказывала пожелания о его смерти, но и выгоняла и не впускала в квартиру.

Фактические обстоятельства таковы, что ФИО1 добровольно отказался от преступления, то есть дальнейшего нанесения телесных повреждений Б.О.Г., то есть как квалифицирует его действия суд по ст.30 ч.3, ст.105 ч.1 УК РФ на причинение смерти не предпринимал.

Объективные данные таковы, что сторона защиты полагает, что в действиях ФИО1 имеется иной состав преступления как ст. 115 УК РФ. После причинения всех перечисленных телесных повреждений ФИО1 добровольно отказался от реализации дальнейших действий в нанесении телесных повреждений на потерпевшую. Сторона защиты считает, что в настоящем деле имело место применение ст. 31 УК РФ.

ФИО1 после того, как нанес телесные повреждения и потерпевшая схватила нож за лезвие мог и продолжить достигать желаемого результата - покушаться на смерть потерпевшей. Они были одни в квартире, потерпевшая была в нетрезвом состоянии и в квартире были еще ножи, чтобы реализовать начатое, но, по мнению стороны защиты, имел место добровольный отказ.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав мнения сторон, суд не находит оснований для отмены приговора суда.

Судом сделан обоснованный вывод о том, что виновность ФИО1 в совершении преступления нашла свое полное подтверждение совокупностью доказательств, надлежащим образом исследованных, оцененных и приведенных в приговоре суда.

Из показаний осужденного ФИО1 в суде установлено, что у него плохие отношения с супругой Б.О.Г., проживают совместно. Утром 25 сентября 2025 года к нему в комнату ворвалась Б.О.Г. и стала требовать, где её водка. Он пошел в зал, где спит Б.О.Г., отбросил подушку, там лежала 1 бутылка водки «5 озёр». Б.О.Г. начала ругать его, что он никчёмный, ненужный, чтобы «сваливал» из дома. При этом он слышал, что она в зале наливает себе водку, сам он был трезвый. Он взял на кухне нож, чтобы припугнуть её. Нож кухонный из набора, длиной 34-35 см. Он вернулся в зал, нож держал в правой руке. Б.О.Г. сидела на диване. Он подошёл к ней, сказал, чтобы она замолчала. Б.О.Г. улыбалась, говорила, что он тряпка, трус, ничего не может, произнесла фразу: «Да чтоб ты сдох, твоё место на кладбище рядом с сыном!». После этих слов он нанёс ей ножом 2 удара в правое плечо и 2 удара в левое плечо. Убивать сё не хотел, глубоких ран не наносил, силу ударов контролировал, всё отлично помнит, сделал 2 коротких удара. Хотел, чтобы она испугалась, перестала его обзывать, она сама довела его до такого состояния. Б.О.Г. пнула его в пах, отчего он упал, отлетел к перегородке, потом опять двинулся на неё, с какой целью, не помнит, т.к. у него наступило помутнение. Остановился после того, как Б.О.Г. сильно кричала: «Хватит!». Б.О.Г. ему оказывала сопротивление, отталкивала руками, выставляла вперёд руки, пинала ногами. Как у потерпевшей образовалось повреждение в области грудной клетки, не знает, в области брюшной стенки, не помнит. Он взял верёвку на балконе, повесился на неё и потерял сознание. Потом помнит, что были врачи, сотрудники полиции.

Показания осужденного суд обоснованно положил в основу приговора, так как они подтверждаются с другими исследованными судом доказательствами.

Так, из показаний потерпевшей Б.О.Г. в суде установлено, что 25.09.2025 она встала около 06:00 часов утра, пошла на кухню готовить завтрак, в состоянии опьянения не находилась, т.к. к 08:00 часов утра ей нужно было на работу. Она сидела в зале на диване, с ФИО1 не разговаривала, слышала, как он у себя в комнате наливает и пьёт. Затем он прошёл на кухню, взял нож, вернулся в зал, прошёл до её дивана около 2-х метров и со словами: «Я тебя замочу!», начал наносить ей удары ножом, после хлынула кровь. Нож держал в правой руке, удары целил в грудь, наносил со всего размаха. Она прикрывалась руками, поэтому удары были нанесены: 1 удар в левую руку, 1 выше локтя, 1 в предплечье, 1 в грудную клетку с левой стороны. Она увидела, что хлынула кровь, испугалась, заплакала, кричала: «Хватит!», пнула ФИО1, тот отлетел, успела вызвать 112. После ФИО1 услышал, что она вызвала полицию, опять нанес ей удары ножом - 2 удара в область живота и в область молочных желёз, видимо хотел добить. Она схватилась ладонью за клинок ножа, порезалась. Крови было много, из всех ран текла кровь, вся постель была в крови. ФИО1 подумал, что она истечёт кровью, умрёт, испугался ответственности, пошёл совершать суицид. Она боялась отключиться, не помнит, как она открыла двери, как ножом отрезала верёвку. ФИО1 все прекрасно помнит, целенаправленно шёл её убивать, был пьяный. Минут через 5-10 приехала скорая, все было в крови, кровь остановили, её увезли в хирургию, где осмотрел врач, было восемь ножевых.

В браке с ФИО1 состоят более 10 лет. Постепенно отношения у них испортились, т.к. когда ФИО1 выпьет, он неадекватный, курит анашу. ФИО1 наносил ей удары в полную силу, у неё до сих пор раны не зажили, она их обрабатывает. На следующее утро бутылку водки она не искала, спиртное не употребляла, т.к. работает за кассой. ФИО1 находится в нетрезвом виде по утрам регулярно, 25.09.2025 утром ФИО1 был пьяный, она слышала, как он наливал. Фразу «Да, чтоб ты сдох, твоё место на кладбище рядом с сыном!» она не высказывала. На похороны сына ФИО1 не ходила, но отправляла деньги в помощь.

Показания потерпевшей, свидетелей суд обоснованно положил в основу приговора, так как они согласуются между собой, подтверждаются другими исследованными доказательствами. Оснований для оговора ФИО1 с их стороны не установлено. У суда не имелось оснований не доверять их показаниям.

Согласно выводам заключения эксперта № 350-25 от 07.10.2025:

1) На теле Б.О.Г. имеются повреждения: множественные колотые раны плеча, предплечья, 4 колотые раны левой кисти, множественные колотые раны молочных желез, грудной клетки, брюшной стенки слева.

2) Повреждения: множественные колотые раны плеча, предплечья, 4 колотые раны левой кисти, множественные колотые раны молочных желез, грудной клетки, брюшной стенки слева – на момент причинения травмы от 25.09.2025 указанными телесными повреждениями был причинен вред здоровью в виде временного расстройства здоровья продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно), поэтому оно оценивается как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья.

Оценив совокупность исследованных доказательств, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 и правильно квалифицировал его действия по ч.3 ст.30, ч.1 ст.105 УК РФ как покушение на убийство, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на умышленное причинение смерти другому человеку, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Об умысле ФИО1 на совершение убийства свидетельствует количество и локализация телесных повреждений в области расположения жизненно-важных органов – грудной клетки и живота, а также выбранное орудие преступления – нож, обладающего большими поражающими свойствами, в связи с чем доводы апелляционной жалобы об отсутствии умысла на убийство признаны несостоятельными.

Кроме того, установлено, что смерть Б.О.Г. не наступила по не зависящим от ФИО1 причинам в связи с активным сопротивлением потерпевшей, ошибочным полаганием ФИО1 о реализации своего умысла на убийство Б.О.Г. и своевременным оказанием ей квалифицированной помощи.

По этим же основаниям несостоятельны доводы апелляционной жалобы о добровольном отказе ФИО1 от совершения преступления.

Установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства не могут свидетельствовать о том, что ФИО1 совершил преступление в состоянии сильного душевного волнения, вызванного длительной психотравмирующей ситуацией. По мнению суда апелляционной инстанции, на совершение преступления ФИО1 подтолкнуло нахождение его в состоянии алкогольного опьянения.

При назначении наказания ФИО1 суд учел наличие смягчающих наказание обстоятельств - наличие тяжёлых заболеваний у ФИО1, его пожилой возраст, активное способствование расследованию преступления, которое выразилось в том, что ФИО1 давал подробные показания в ходе предварительного следствия об обстоятельствах совершения преступления.

Вместе с тем, учитывая характер и степень общественной опасности содеянного, данные о его личности, влияние наказания на исправление осужденного, суд обоснованно пришел к выводу о назначении наказания в виде лишения свободы на определенный срок. При этом суд обсудил возможность применения ст.ст. 64, 73УК РФ, однако оснований к тому не нашел.

Таким образом, наказание ФИО1 назначено справедливое, является соразмерным содеянному и соответствует требованиям ст.60 УК РФ.

Нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

Вместе с тем приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Суд взыскал с осужденного процессуальные издержки, связанные с вознаграждением труда адвоката Петренко А.В., в ходе предварительного следствия в сумме 3 546 рублей и 13 843 рубля 50 копеек, а также в ходе судебного разбирательства в сумме 8 374 рубля 50 копеек, итого в сумме 25 763 рубля 50 копеек.

Как следует из протокола судебного заседания, судом исследовано заявление о вознаграждении труда адвоката Петренко А.В. от 21.11.2025 за участие в судебных заседаниях.

Согласно аудиозаписи судебного заседания исследовано постановление следователя, вынесенное в ходе предварительного следствия, о вознаграждении адвокату от 23.10.2025 на сумму 13 843 рубля 50 копеек. Однако, постановление о вознаграждении адвокату за участие в судебном заседании при рассмотрении ходатайства об избрании меры пресечения от 27.09.2025 на сумму 3 546 рублей в судебном заседании не исследовалось, мнение осужденного по поводу взыскания с него указанной суммы не выяснялось.

При таких обстоятельствах приговор суда в части взыскания с осужденного процессуальных издержек подлежит отмене в полном объеме, а уголовное дело в этой части направлению на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе в порядке главы 47 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.9, 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

Приговор Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия от 21 ноября 2025 года в отношении ФИО1 – изменить.

Отменить приговор суда в части взыскания с осужденного процессуальных издержек в размере 25 763 рублей 50 копеек в доход федерального бюджета в полном объеме и уголовное дело в этой части направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином состава в порядке главы 47 УПК РФ.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного ФИО1, адвоката Ковандиной Н.С. без удовлетворения.

Апелляционное определение в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ может быть обжаловано в Восьмой Кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу, а осужденному, содержащемуся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу. Осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: