Гр.дело №2-95/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22 февраля 2018 года г. Кировск

Кировский городской суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Ткаченко А.А.,

при секретаре Горюновой А.В.,

с участием истца ФИО1,

помощника прокурора Григина Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Кировскому филиалу Акционерного общества «Апатит» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

у с т а н о в и л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к Кировскому филиалу Акционерного общества «Апатит» (далее – КФ АО «Апатит», Общество) о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 500 000 рублей, указав в его обоснование, что в период с 1986 года по 2017 год он состоял в трудовых отношениях с ответчиком в профессиях горнорабочего, машиниста скреперной лебедки, взрывника, машиниста ПДМ. В результате длительного воздействия вредных и неблагоприятных производственных факторов у него развилось профессиональное заболевание с основным диагнозом: ...

Актом о случае профессионального заболевания установлено, что профессиональное заболевание возникло при условиях длительной работы во вредных условиях, из-за несовершенства, с гигиенической точки зрения, технологического процесса и оборудования. В том числе по причине тяжести трудового процесса, наличие вины работника в возникновении профзаболеваний во всех случаях не выявлено. Просит взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в размере 500 000 рублей.

25 января 2018 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено АО «Апатит».

Истец в судебном заседании поддержал исковые требования, настаивая на их удовлетворении, дополнив, что из-за полученного профессионального заболевания постоянно испытывает болевые ощущения и онемение в руках, плохо слышу.

Представитель ответчиков, извещенный о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просит дело рассмотреть в отсутствие представителя. Согласно представленным возражениям, с иском не согласился, указав в обоснование, что при получении истцом профессионального заболевания неправомерные действия или бездействие ответчика отсутствует. Указывает, что истец, работая в профессиях горнорабочего, машиниста скреперной лебедки, взрывника, машиниста ПДМ был осведомлен о характере и вредных условиях труда на Расвумчоррском руднике, добровольно на протяжении длительного времени выполнял работы в условиях воздействия вредных производственных факторов. Работодатель производил истцу повышенную оплату за работу в особых условиях труда, обеспечивал его бесплатным лечебно-профилактическим питанием, необходимыми средствами индивидуальной защиты, проводил периодические медицинские осмотры, предоставлял дополнительный оплачиваемый отпуск, льготные путевки в санатории-профилактории. Считает размер компенсации морального вреда завышенным. Кроме этого, также считает, что стоимость услуг представителя завышена. Просит в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме. 

Суд, руководствуясь ч.5 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрел дело в отсутствие представителя ответчика.

Выслушав объяснения истца, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Охрана труда регулируется Конституцией Российской Федерации, Всеобщей декларацией прав человека от 10 декабря 1948 года, Международным пактом «Об экономических, социальных и культурных правах» 1966 года, конвенциями Международной организации труда (МОТ), Трудовым кодексом РФ, другими законами и подзаконными нормативными актами.

Так, Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого человека на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, не угрожающих жизни и здоровью (ст.ст. 7, 37).

Содержание этого права работника раскрывается в ряде нормативных правовых актов, основным из которых является Трудовой кодекс Российской Федерации, в соответствии со статьей 5 которого трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со статьями 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда работников при осуществлении технологических процессов, соответствующие требованиям охраны труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, информировании работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о существующем риске повреждения здоровья и полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты. К этим положениям корреспондирует и статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации, определяющая права работника.

Согласно положениям статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага, к которым относится, в том числе и здоровье, подлежат защите в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных.

Одним из способов защиты гражданских прав в соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации является компенсация морального вреда.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 1998 г. №125-ФЗ (ред. от 29.07.2017) «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» права застрахованных лиц на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, производимое на основании данного Федерального закона, не ограничиваются: работодатель (страхователь) несёт ответственность за вред, причинённый жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации. В силу пункта 3 статьи 8 указанного закона возмещение застрахованному морального вреда, причинённого в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10 от 20.12.1994 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная ... и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с потерей работы, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни и здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. 

Из требований статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер денежной компенсации морального вреда определяется судом с учётом требований разумности и справедливости в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В судебном заседании установлено, что ... состоял в трудовых отношениях с ответчиком, работая на Расвумчоррском руднике в период с 1986 года по 1992 год в профессии горнорабочего, с 1992 года по 1998 год в профессии машиниста скреперной лебедки, с 1998 года по 2013 год в профессии машиниста погрузочно-доставочной машины, с 2013 года по 2015 год в профессии взрывника, и с 2015 года по 31 июля 2017 год в профессии машиниста погрузочно-доставочной машины, уволен по собственному желанию в связи с выходом на пенсию по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, что подтверждается имеющимися в материалах дела копиями трудовой книжки, трудового договора, приказов о приёме на работу, переводах и расторжении трудового договора.

Из актов о случае профессионального заболевания от 22 мая 2017 года № 27/1, 27/2, 27/3 следует, что профессиональные заболевания истца возникли в результате длительного воздействия на организм вредных производственных факторов. В результате длительной работы в течение 30 лет 04 месяцев в профессиях горнорабочего, машиниста скреперной лебедки, взрывника, машиниста ПДМ, когда ФИО1 подвергался воздействию вредных производственных факторов, в том числе производственного шума, тяжести трудового процесса, общей вибрации (пункты 17, 18).

Из пункта 17 актов следует, что случай профессионального заболевания у ФИО1 возник в результате несовершенства с гигиенической точки зрения технологического процесса и оборудования. 

Прямая вина кого-либо не установлена, однако выявлено нарушение выполнения требований СН 2.2.4/2.1.8.562-96. СН 2.2.4/2.1.8.566-96.

Согласно протоколу заседания врачебной комиссии по экспертизе связи заболевания с профессией № 739 от 10 мая 2017 года по результатам обследования в отделении профпатологии клиники ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» ФИО1 установлен основной диагноз: ...

При обследовании впервые установлены профзаболевания, которые обусловлены длительным воздействием вредных производственных факторов (общая вибрация, тяжесть трудового процесса, производственный шум). Противопоказана работа в контакте с шумом, с вибрацией, физическими перегрузками, в неудобной рабочей позе, с наклонами головы и корпуса, при пониженной температуре воздуха, подлежит направлению в бюро МСЭ.

Из актов медико-социальной экспертизы гражданина от 20 июля 2017 года №1076.4.51/2017, №1075.4.51/2017, представленных бюро №4 – филиала ФКУ «Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Мурманской области», следует, что истец впервые освидетельствован в период с 26 июня 2017 года по 20 июля 2017 года, в результате чего инвалидность не установлена, установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности сроком на 1 год до 01.07.2018.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда № 09-02-03/11 от 21 февраля 2017 года следует, что условия труда ФИО1 в АО «Апатит» в профессиях машиниста скреперной лебёдки, машиниста ПДМ не соответствуют СН 2.2.4/2.1.8.562-96, СН 2.2.4/2.1.8.566-96, ГН 2.2.5.1313-03; в профессии взрывника не соответствуют СН 2.2.4/2.1.8.562-96, ГН 2.2.5.1313-03. Общие условия труда характеризуются воздействием вредных производственных факторов: шум, вибрация, инфразвук, физическое напряжение, вредные вещества химической этиологии, запыленность. 

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что полученное истцом профессиональное заболевание находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда (длительного воздействия на его организм вредных неблагоприятных производственных факторов), в которых истец работал у ответчика. 

Необходимость прохождения истцом лечения, обследований в связи с имеющимися у него профессиональными заболеваниями, получение такого лечения и обследований подтверждается данными исследованной в судебном заседании амбулаторной карты №..., представленной НИЛ ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья».

Согласно протоколу заседания врачебной комиссии по экспертизе связи заболевания с профессией № 739 от 10.05.2017 истцу рекомендовано наблюдение и профилактическое лечение у невролога, ЛОР-врача, травматолога по месту жительства, ежегодное санаторно-курортное лечение.

Таким образом, по мнению суда, вина ответчика в причинении истцу профессионального заболевания в период его работы в АО «Апатит» является доказанной, и на Обществе лежит безусловная обязанность произвести работнику выплату в счет денежной компенсации морального вреда. Потерпевший в связи с причинением вреда здоровью во всех случаях испытывает нравственные и физические страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Факт предоставления работнику на период его трудовой деятельности в АО «Апатит» особых условий труда, таких как дополнительная оплата труда, дополнительный оплачиваемый отпуск, обеспечение средствами индивидуальной защиты и т.п., не является доказательством отсутствия вины ответчика в причинении вреда здоровью, а свидетельствует лишь о предоставлении работникам Общества специальных гарантий, обязательных в силу действующего трудового законодательства для предоставления лицам, работающим во вредных производственных условиях.

При определении размера компенсации морального вреда, в связи с профессиональным заболеванием, полученным работником при исполнении трудовых обязанностей, суд руководствуется общими положениями о компенсации морального вреда, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации, и учитывает степень утраты трудоспособности, установленной истцу, характер и объем физических и нравственных страданий, полученных в результате профессиональных заболеваний, выразившихся в ограничениях к дальнейшей трудовой деятельности, в испытываемой истцом постоянной боли, в необходимости постоянного медицинского контроля и лечения, невозможности жить полноценной жизнью.

Таким образом, на основании изложенного, суд полагает, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда в сумме 120 000 рублей, которую суд признает разумной и достаточной с учётом объёма нравственных и физических страданий истца.

При этом суд соглашается с возражениями ответчика и учитывает степень вины ответчика, в том числе отсутствие у него умысла на причинение вреда здоровью истца, прекращение трудовой деятельности истца в связи с выходом на пенсию, а не в связи с наличием профессионального заболевания. 

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

В силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно квитанции № 000211 от 19 января 2018 года истцом понесены расходы на оплату услуг представителя ФИО2 в сумме 5000 рублей, за составление искового заявления в суд.

Учитывая сложность и объем дела, время, фактически затраченное представителем по составлению искового заявления, суд считает, что с ответчика в пользу истца с учетом разумности и справедливости подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 рублей. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 8 части 1 статьи 333.20 части второй Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобождённого от уплаты государственной пошлины, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. На основании пункта 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации сумма подлежащей взысканию с ответчика государственной пошлины в доход местного бюджета за требование о компенсации морального вреда составляет 300 рублей.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Кировскому филиалу Акционерного общества «Апатит» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, удовлетворить частично. 

Взыскать с Кировского филиала Акционерного общества «Апатит» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в сумме 120 000 рублей, судебные расходы в сумме 5000 рублей, а всего взыскать 125 000 (сто двадцать пять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части иска – отказать.

Взыскать с Кировского филиала Акционерного общества «Апатит» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кировский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом.

Председательствующий А.А. Ткаченко