Дело № 2-2723/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

07 августа 2019 года город Пермь

Мотовилихинский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Пепеляевой И.С.,

при секретаре Дудиной А.В.,

с участием представителя истца ФИО4,

ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО6 к ФИО5 о возмещении ущерба,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО6 (далее – ИП ФИО6, истец) обратился в суд с иском к ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик) о возмещении ущерба, указывая, что ответчик работал у него по трудовому договору водителем маршрутного автобуса №12 «Меrcedes-Вenz 0405», государственный регистрационный знак №. 20.07.2017 около 19:55 часов при исполнении ответчиком его служебных обязанностей по его вине произошло дорожно-транспортное происшествие: подъезжая к регулируемому светофором перекрестку 

<

адрес>, проявляя преступную небрежность, грубо нарушая требования п.п. 1.3, 6.2, 6.13, 10.1 Правил дорожного движения, проигнорировал запрещающий красный сигнал светофора, не остановил механическое транспортное средство перед стоп-линией, продолжил движение в прямом направлении, в результате чего в районе дома 

<

адрес> допустил наезд на пешехода ФИО1, переходившего проезжую часть по регулируемому переходу на разрешающий зеленый сигнал светофора. От полученных многочисленных повреждений травм головы, перелома костей свода и основания черепа, ребер, пострадавший, не приходя в сознание, через несколько дней скончался в больнице. Вина ответчика подтверждается приговором Дзержинского районного суда г. Перми от 17.10.2017. Решением Пермского районного суда Пермского края от 14.09.2018 с ИП ФИО6 в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 250 000 рублей, также в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 300 рублей. Решение истцом исполнено в полном объеме. Поскольку им возмещен вред, причиненный по вине его работника ФИО5, при исполнении последним трудовых обязанностей, просит взыскать с ответчика в счет возмещения вреда денежную сумму в размере 250 300 рублей.

В судебное заседание ИП ФИО6 не явился, извещен надлежащим образом.

Представитель истца по доверенности ФИО4 в судебном заседании заявленные истцом требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении, отметив, что оснований для снижения компенсации не имеется.

Ответчик ФИО5 в судебном заседании возражал относительно удовлетворения требований, указав, что находится в трудном финансовом положении.

Заслушав представителя истца, ответчика, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении иска, исходя из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (лицом, управляющим транспортным средством), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Согласно ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В силу ст. 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Из обстоятельств дела следует, что с 01.06.2015 ФИО5 работал у ИП ФИО6 в должности водителя регулярных городских маршрутов. 01.06.2015 с ним заключен трудовой договор, прием на работу оформлен приказом работодателя № от 01.06.2015. На основании приказа от 30.10.2017 ФИО5 с работы уволен по собственному желанию (п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ).

20.07.2017 около 19:55 часов ФИО5, управляя технически исправным автобусом «Меrcedes-Benz 0405» государственный регистрационный знак № маршрута №, подъезжая к регулируемому светофором перекрестку 

<

адрес>, проявляя преступную небрежность, грубо нарушая требования п.п. 1.3, 6.2, 6.13, 10.1 Правил дорожного движения, проигнорировал красный сигнал светофора, не остановил механическое транспортное средство перед стоп-линией, продолжил движение в прямом направлении, в результате чего в районе 

<

адрес> допустил наезд на пешехода ФИО1, переходившего проезжую часть по регулируемому переходу на разрешающий сигнал светофора. От полученных многочисленных травм головы, перелома костей свода и основания черепа, ребер, пострадавший, не приходя в сознание, через несколько дней скончался в больнице. Нарушение вышеуказанных требований правил дорожного движения находятся в причинно-следственной связи с причинением пострадавшему смерти по неосторожности.

Указанные обстоятельства установлены приговором Дзержинского районного суда г. Перми от 17.10.2017, вступившим в законную силу 28.10.2017, которым ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 246 УК РФ, и ему назначено наказание в виде 3 лет лишения свободы, с лишением права, связанного с управлением транспортными средствами, сроком на 3 года.

На момент ДТП ответчик ФИО5 являлся работником ИП ФИО6, в должности водителя, находился при исполнении служебных обязанностей, что установлено и в рамках уголовного дела.

Решением Пермского районного суда Пермского края от 14.09.2018 по делу № с ИП ФИО6 взыскано в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 250 000 рублей, и в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 300 рублей.

В подтверждение исполнения указанного решения суда ИП ФИО6 представлены платежные поручения от 01.04.2019 № на сумму 300 рублей и от 13.12.2018 № на сумму 250 000 рублей.

Учитывая, что в момент совершения дорожно-транспортного происшествия ответчик являлся работником ИП ФИО6, исполнял свои трудовые обязанности, его вина в совершении дорожно-транспортного происшествия и причинении вреда установлена вступившим в законную силу приговором Дзержинского районного суда г. Перми от 17.10.2017, что в силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ является для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом, обязательным обстоятельством, не подлежащим доказыванию вновь, суд приходит к выводу о том, что истец в соответствии со ст. 1081 ГК РФ имеет право требования к ответчику.

Суммы, выплаченные истцом на основании вступившего в законную силу решения суда, являются для индивидуального предпринимателя прямым действительным ущербом, подлежащим возмещению по правилам п. 1 ст. 1081 ГК РФ, главы 39 ТК РФ. Размер ущерба подтвержден документально и не опровергнут ответчиком.

Вместе с тем, суд учитывает следующее.

Статьей 233 ТК РФ определены условия, при наличии которых возникает материальная ответственность стороны трудового договора, причинившей ущерб другой стороне этого договора. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника» урегулированы отношения, связанные с возложением на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе установлены пределы такой ответственности.

В силу ч. 1 ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (ч. 2 ст. 238 ТК РФ).

Согласно ст. 241 ТК РФ за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (ч. 1 ст. 242 ТК РФ).

Частью 2 ст. 242 ТК РФ установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Действительно, материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда (п. 5 ч. 1 ст. 243 ТК РФ).

В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» даны разъяснения, согласно которым при определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. Под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Статья 250 ТК РФ предусматривает, что орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника. Снижение размера ущерба, подлежащего взысканию работника, не производится, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях.

Как разъяснено в п. 16 названного выше Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что работник обязан возместить причиненный ущерб, суд в соответствии с частью первой статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации может с учетом степени и формы вины, материального положения работника, а также других конкретных обстоятельств снизить размер сумм, подлежащих взысканию, но не вправе полностью освободить работника от такой обязанности. При этом следует иметь в виду, что в соответствии с ч. 2 ст. 250 ТК РФ снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не может быть произведено, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях. Снижение размера ущерба допустимо в случаях как полной, так и ограниченной материальной ответственности. Оценивая материальное положение работника, следует принимать во внимание его имущественное положение (размер заработка, иных основных и дополнительных доходов), его семейное положение (количество членов семьи, наличие иждивенцев, удержания по исполнительным документам) и т.п.

По смыслу ст. 250 ТК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по ее применению, правила этой нормы о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, могут применяться как в случаях полной, так и ограниченной материальной ответственности. Для решения вопроса о снижении размера ущерба, причиненного работником, суд должен оценить обстоятельства, касающиеся материального и семейного положения такого работника, учесть степень и форму вины этого работника в причинении ущерба работодателю.

Положения ст. 250 ТК РФ о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, могут применяться судом при рассмотрении требований о взыскании с работника причиненного работодателю ущерба не только по заявлению работника, но и по инициативе суда. 

В случае причинения работодателю ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда, обстоятельством, имеющим значение для правильного применения норм ст. 250 ТК РФ, является установление того, было ли преступление совершено работником в корыстных целях.

Поскольку преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации (нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека), было совершено при исполнении трудовых обязанностей работником ФИО5 по неосторожности и не в корыстных целях, препятствий для применения положений ст. 250 ТК РФ в части возможности снижения размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, у суда не имеется.

Ввиду того, что ст. 250 ТК РФ предусматривает для органа, разрешающего индивидуальный трудовой спор, в том числе и для суда, возможность уменьшить размер сумм, подлежащих взысканию в пользу работодателя с работника в возмещение причиненного им ущерба, но в законе не указано, на сколько может быть снижен размер возмещаемого работником ущерба, этот вопрос рассматривается при разрешении спора с учетом конкретной ситуации, в которой работником причинен ущерб, материального и семейного положения работника, других конкретных обстоятельств дела.

Таким образом, суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в целях вынесения законного и обоснованного решения при разрешении вопроса о размере ущерба, подлежащего взысканию с работника в пользу работодателя, не вправе действовать произвольно, должен учитывать все обстоятельства, касающиеся имущественного и семейного положения работника, а также соблюдать общие принципы юридической, следовательно, и материальной ответственности, такие как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина.

Как видно из приговора Дзержинского районного суда г.Перми от 17.10.2017, подсудимый ФИО5 вину свою признал полностью, при этом из его пояснений следует, что ввиду болезни сменщика продолжил работу во вторую смену. Согласно приказу ИП ФИО6 от 30.10.2017 ФИО5 уволен с работы по п. 4 ч. 1 ст. 83 ТК РФ. Размер средней заработной платы ответчика на момент работы у ИП ФИО6 составлял 30-35000 рублей, что следует из заявления ФИО6, справки.

Из справки от 19.04.2019 об освобождении следует, что ФИО5 с 07.11.2017 по 19.04.2019 содержался в местах лишения свободы. В настоящее время ФИО5 по специальности не работает, приговором суда лишен права, связанного с управлением ТС на 3 года; средний доход супруги ответчика – ФИО3 в ЗАО «Пермтурист» за 2018 год составил без учета НДФЛ – 19424,25 рублей, за три месяца 2019 года – 18635,85 рублей. Данных о наличии у ответчика иного имущества и иных доходов, суду не представлено.

Суд, принимая обстоятельства настоящего дела, отсутствие у ответчика умысла на причинение вреда истцу, причинение ущерба по неосторожности, уровень дохода семьи ответчика, полагает возможным применить положения ст. 250 ТК РФ и снизить сумму ущерба до 100 000 рублей.

Соответственно в силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в размере 3 200 рублей (пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований).

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ФИО5 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО6 в счет возмещения ущерба 100 000 рублей, в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины 3 200 рублей.

В удовлетворении остальной части требований, - отказать.

Решение в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Мотовилихинский районный суд г. Перми.

Судья (подпись) И.С. Пепеляева

Копия верна. Судья:

Решение не вступило в законную силу.

Секретарь: