РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Москва19 июня 2025 года

Кузьминский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Орлянской И.А. при секретаре Шамониной Н.А., с участием помощника Кузьминского межрайонного прокурора г. Москвы Золотаревой М.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-5740/2025 по иску ФИО1 к ООО «ТрансПроектИнжиниринг» о признании незаконным и отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе, возложении обязанности внести изменения в сведения о трудовой деятельности, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «ТрансПроектИнжиниринг» о признании незаконным и отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе, возложении обязанности внести изменения в сведения о трудовой деятельности, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда. 

В обоснование своих исковых требований указала, что работала в ООО «ТрансПроектИнжиниринг» на должности менеджера по персоналу в отделе управления персоналом. Приказом от 09.12.2024 г. трудовой договор расторгнут на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по соглашению сторон. До подписания соглашения о прекращении трудового договора, работодателем оказывалось на истца давление с целью понуждения уволиться по собственному желанию. 24.12.2024 г. истцу стало известно о беременности, о чем она незамедлительно сообщила работодателю, указав на несогласие с произведенным увольнением, однако в восстановлении на работе ей отказано. 

Основываясь на изложенном, истец, уточнив требования в ходе рассмотрения дела в порядке ст.39 ГПК РФ, просит признать приказ № 32/к от 09.12.2024 г. о прекращении трудового договора незаконным, восстановить на работе в ООО «ТрансПроектИнжиниринг» в должности менеджера по персоналу отдела по управлению персоналом, возложить обязанность внести соответствующие сведения в информационные ресурсы Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула в размере 562 732 руб. 50 коп., начислить и удержать с указанной суммы НДФЛ, компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

Истец и ее представитель ФИО2 в судебном заседании заявленные требования, с учетом уточнений, поддержали. 

Представитель ответчика ООО «ТрансПроектИнжиниринг» по доверенности ФИО3 в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в письменном отзыве на иск, в котором указал на необоснованность заявленных требований.

Суд, выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего заявленные требования подлежащими удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлениях № 19-П и № 3-П, положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать справедливые условия найма и увольнения, в том числе надлежащую защиту прав и законных интересов работника, как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, при расторжении трудового договора по инициативе работодателя, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (часть 1 статьи 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации).

Согласно пункту 1 части 1 статьи 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон (статья 78 ТК РФ).

Статьей 78 ТК РФ установлено, что трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Часть первая статьи 261 ТК РФ предусматривает, что расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременной женщиной не допускается, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 16.08.2019 г. между ООО «ТрансПроектИнжиниринг» (работодатель) и ФИО1 (работник) заключен трудовой договор № 277, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной в настоящем договоре трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные действующим трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права и данным договором, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную настоящим договором трудовую функцию, соблюдать действующие в организации правила внутреннего трудового распорядка, другие локальные нормативные акты работодателя, а также выполнять иные обязанности, предусмотренные трудовым договором и дополнительными соглашениями к нему.

В соответствии с п.1.2 работодатель поручает, а работник принимает на себя выполнение трудовых обязанностей в должности Менеджер по персоналу в отдел по управлению персоналом Обособленное подразделение г. Москва.

Согласно п.1.3 работа по настоящему договору является для работника основной работой.

За выполнение трудовых обязанностей работнику устанавливается должностной оклад в размере 42 000 руб. в месяц (п.3.1).

В период с 14.08.2021 г. по 16.01.2022 г. ФИО1 находилась в отпуске по беременности и родам, с 17.01.2022 г. по 12.10.2024 г. в отпуске по уходу за ребенком, с 12.10.2024 г. по 07.12.2024 г. в ежегодной оплачиваемом отпуске. 

С 04.12.2024 г. по 12.12.2024 г. ФИО1 временно нетрудоспособна в соответствии с листом временной нетрудоспособности. 

09.12.2024 г. сторонами заключено дополнительное соглашение к трудовому договору № 277 от 26.08.2019 г., в соответствии с которым на основании ст.78 ТК РФ работник и работодатель договорились о расторжении трудового договора № 277 от 26.08.2019 г. по соглашению сторон (пункт 1 часть 1 статьи 77 ТК РФ). Днем увольнения работника является его последний день работы – 09.12.2024 г. В последний рабочий день работника работодатель обязуется выдать работнику оформленную трудовую книжку и произвести с ним полный расчет. В последний рабочий день работника работодатель обязуется выплатить работнику (помимо причитающейся ему заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск) дополнительную денежную компенсацию в размере 132 000 руб., а работник обязуется принять указанные суммы. Работник и работодатель подтверждают, что размер выплат, установленных в п.4 соглашения, является окончательным и не подлежащим изменению. Работник не имеет к работодателю претензий относительно выплат, а также иных вопросов, связанных с расторжением трудового договора. 

Приказом от 09.12.2024 г. №32-к ФИО1 уволена на основании соглашения от 09.12.2024 г. по п.1 ч.1 ст.77 ТК РФ.

Истец указывает, что 24.12.2024 г. истцу стало известно о беременности, о чем она незамедлительно сообщила работодателю, указав на несогласие с произведенным увольнением, однако в восстановлении на работе ей отказано.

Как следует из возражений представителя ответчика, работодатель на момент расторжения трудового договора с истцом не знал о том, что истец беременна, ответчик не понуждал истца к увольнению. Также представитель ответчика ссылался на то, что увольнение работника запрещается в состоянии беременности только в случае, если увольнение происходит по инициативе работодателя, однако в данном случае, истец уволена по соглашению сторон.

Оценивая в совокупности собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что заключенное между истцом и ответчиком соглашение о прекращении трудового договора является недействительным в силу существенного изменения обстоятельств, из которых истец исходила при заключении соглашения. 

В качестве таких обстоятельств является наличие у истца беременности, что в свою очередь подтверждается справкой, полученной после увольнения истца.

Ответчик не оспаривал того обстоятельства, что на момент увольнения истца 09.12.2024 г. у нее не имелось справки о беременности, однако данное обстоятельство не свидетельствует о злоупотреблении правом истца, поскольку доказательств умысла на расторжение трудового договора с целью последующего предъявления требований о восстановлении на работе суду не представлено.

Исходя из совокупности собранных по делу доказательств следует, что истец не выразила свободное волеизъявление на расторжение трудового договора, поскольку после заявления о расторжении трудового договора единовременно последовало составление работодателем соглашения и приказа об ее увольнении. 

В нарушении положений ст.56 ГПК РФ ответчиком не представлены возражения относительно доводов истца о нарушении ее трудовых прав, не представлены результаты рассмотрения ее обращения, а также не опровергнуты ее доводы о том, что данное обращение имело место. 

В силу части 3 статьи 11 ГПК РФ в случае отсутствия норм права, регулирующих спорное отношение, суд применяет нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм разрешает дело, исходя из общих начал и смысла законодательства (аналогия права).

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних» разъяснено, что поскольку увольнение беременной женщины по инициативе работодателя запрещается, отсутствие у работодателя сведений о ее беременности не является основанием для отказа в удовлетворении иска о восстановлении на работе.

Таким образом, требования истца о признании приказа № 32/к от 09.12.2024 г. о прекращении трудового договора незаконным, восстановлении на работе в ООО «ТрансПроектИнжиниринг» в должности менеджера по персоналу отдела по управлению персоналом, возложении обязанности внести соответствующие сведения в информационные ресурсы Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, подлежат удовлетворению, т.к. увольнение истца привело к лишению истца гарантий, установленных для беременных женщин при расторжении трудового договора, и ограничению конституционного принципа свободы труда.

Прекращение трудового договора по соглашению сторон в период ее беременности повлекло для нее такой материальный ущерб, который в значительной степени лишил ее и ее детей того, на что она могла бы рассчитывать при сохранении трудовых отношений с ответчиком.

Соглашение сторон о расторжении трудового договора не может сохранить свое действие ввиду отсутствия на это волеизъявления работника. Истец находилась в состоянии беременности на момент подписания соглашения о расторжении трудового договора, не имела волеизъявление на прекращение трудовых отношений, после заявления о расторжении трудового договора единовременно последовало составление работодателем соглашения и приказа об ее увольнении.

В данном случае фактически имеет место прекращение трудового договора не по соглашению сторон, а по инициативе работодателя с нарушением запрета, предусмотренного частью первой ст. 261 ТК РФ.

Ответчик не представил доказательств того, что работодателем выяснялась причина увольнения сотрудника, в соглашении об увольнении причина увольнения истца также не указана. 

Следовательно, гарантия в виде запрета увольнения беременной женщины по инициативе работодателя, предусмотренная частью первой статьи 261 ТК РФ, подлежит применению и к отношениям, возникающим при расторжении трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части 1 статьи 77 ТК РФ).

В данном случае, указанная гарантия работодателем нарушена, в связи с чем приказ ООО «ТрансПроектИнжиниринг» от 09.12.2024 г. №32/к, принятый в отношении истца , о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) подлежит признаю незаконным и отмене, истец подлежит восстановлению на работе в должности менеджера по персоналу отдела по управлению персоналом Обособленного подразделения г. Москва, с возложением на ответчика обязанности внести изменения в сведения о трудовой деятельности истца в информационных ресурсах ОСФР.

В соответствии со ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения незаконным и формулировки основания и (или) причины увольнения неправильной или не соответствующей закону суд принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула. 

При определении подлежащей взысканию суммы суд исходит из требований статьи 139 ТК РФ, устанавливающей единый порядок исчисления средней заработной платы для всех случаев определения ее размера, включая взыскание денежных сумм за время вынужденного прогула, вызванного задержкой выдачи работнику трудовой книжки. В соответствии с указанной нормой закона, при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале по 28-е (29-е) число включительно). 

Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного приведенной выше нормой трудового права, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений. 

В соответствии с пунктом 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 г. средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате. Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней. 

Согласно сведениям, представленным в материалы дела, средний дневной заработок истца составляет 5 274 руб. 22 коп., с указанным расчетом истец согласился, при таких обстоятельствах, средний заработок за время вынужденного прогула, подлежащий взысканию с ответчика, за период с 10.12.2024 г. по 19.06.2025 г., с учетом произведенной работодателем выплаты по соглашению в размере 132 000 руб., составляет 527 277 руб. 50 коп., исходя из следующего расчета (5 274 руб. 22 коп. х 125 рабочих дней) – 132 000 руб.). 

В силу ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Касательно требований о возмещении морального вреда суд приходит к следующему.

Как отмечено Конституционным Судом Российской Федерации, статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации направлена на создание правового механизма, обеспечивающего работнику компенсацию наряду с имущественными потерями, вызванными незаконными действиями или бездействием работодателя, физических и нравственных страданий, причиненных нарушением трудовых прав, а также судебную защиту права работника на компенсацию морального вреда (Определение Конституционного Суда РФ от 28.06.2018 года № 1477-О).

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что при разрешении спора о компенсации морального вреда суд не связан той суммой компенсации, на которой настаивает истец, а исходит из требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, то есть из основополагающих принципов, предполагающих баланс интересов сторон.

В данном случае суд, установив нарушение трудовых прав истца, выразившихся в незаконном увольнении, грубом нарушении и попирании трудовых прав, установленных Конституцией РФ, принимая во внимание, что возникновение у истца нравственных страданий презюмируется, то есть не требует дополнительного доказывания, приходит к выводу об удовлетворении ее требований о компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации суд учитывает конкретные обстоятельства настоящего дела, связанные с незаконным увольнением, объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины работодателя, и, следуя принципам разумности и справедливости, обеспечивая баланс интересов сторон, приходит к выводу о размере компенсации, подлежащей взысканию, равном 30 000 руб.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленном истцом размере, суд не усматривает, полагая его чрезмерно завышенным.

Принимая во внимание, что в соответствии с пп. 4 п. 2, п. 3 ст. 333.36 НК РФ истец освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска в суд, в силу ч. 1 ст. 98 и ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, с ответчика в доход бюджета города Москвы подлежит взысканию государственная пошлина, а именно – в размере 18 546 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1(паспорт серии ***) к ООО «ТрансПроектИнжиниринг» (ИНН ***) о признании незаконным и отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе, возложении обязанности внести изменения в сведения о трудовой деятельности, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда – удовлетворить.

Признать незаконным и отменить приказ ООО «ТрансПроектИнжиниринг» от 09.12.2024 г. №32/к, принятый в отношении ФИО1, о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении).

Восстановить ФИО1 на работе в ООО «ТрансПроектИнжиниринг» в должности менеджера по персоналу отдела по управлению персоналом Обособленного подразделения г. Москва.

Возложить на ООО «ТрансПроектИнжиниринг» обязанность внести изменения в сведения о трудовой деятельности ФИО1 в информационных ресурсах ОСФР.

Взыскать с ООО «ТрансПроектИнжиниринг» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула в размере 527 277 руб. 50 коп., компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб.

Решение суда в части восстановления ФИО1 на работе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с ООО «ТрансПроектИнжиниринг» государственную пошлину в доход бюджета города Москвы в размере 18 546 руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Кузьминский районный суд города Москвы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 12 декабря 2025 г.

СудьяИ.А. Орлянская