.... (2..../2023) 07RS0....-57

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Чегем 25 января 2024г.

Чегемский районный суд КБР в составе:

Председательствующего Дорохина А.В.

При ведении протокола секретарем Пшуноковой М.И.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ПАО «Промсвязьбанк» к В и Т о признании незаключенным договора банковского вклада, выполненного в виде «Условий по размещению денежных средств во вклад «Мультивалютный-Накопительный» в рамках договора банковского обслуживания 442....» от ....

УСТАНОВИЛ:

Северо-Кавказское межрегиональное управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования обратилось в суд с иском к местной администрации Чегемского муниципального района КБР о взыскании в бюджет Чегемского муниципального района суммы ущерба, причиненного почвам, в размере .....

Мотивирован иск тем, что В обратился в ПАО «Промсвязьбанк» (правопреемник АО «М» (далее по тексту - «М») с требованием о расторжении договора банковского вклада «Мультивалютный-Накопительный» .... от .... и возврате денежных средств, внесенных во вклад. В качестве доказательств заключения договора вклада В представлены: условия по размещению денежных средств во вклад «Мультивалютный- Накопительный» в рамках договора банковского обслуживания 42.... от ...., в соответствии с которым В якобы были переданы во вклад денежные средства в размере ....% годовых на срок до ....; заявление о размещении денежных средств во вклад от ....; банковский ордер .... от .....

.... вклад был пополнен путем внесения дополнительного взноса в размере .... рублей, в подтверждение чего представлен банковский ордер .... от .....

В соответствии с позицией истца, предложение о размещении денежных средств во вклад было получено В от управляющего операционным офисом М, расположенного в г. Н Заявление о размещении денежных средств во вклад от ...., а также банковские ордера со стороны М также подписаны Т, денежные средства передавались непосредственно Т в его кабинете.

Однако, сведения о договоре банковского вклада «Мультивалютный - Накопительный» .... от .... в информационной банковской системе Истца отсутствуют, что свидетельствует о незаключенности договора вклада, на который ссылается В, в связи с чем, исполнение его требований о расторжении договора и возврате ему денежных средств не представляется возможным.

Более того, вклад «Мультивалютный-Накопительный», на который ссылается В в М никогда не существовал, что подтверждается Приказом .... от .... «О внесении изменений в структуру Единой Унифицированной Линейки Вкладов ОАО «МИнБ» для физических лиц»; Приказом .... от .... «Об изменении процентных ставок по вкладам физических лиц в рублях РФ».

Договор, заключенный между Т и В заключен от его собственного имени, в отсутствие одобрения М. К договору, прикрывающему хищение денежных средств, не могут быть применены нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре банковского вклада. Отсутствие в М типовых договоров, аналогичных договору, подписанному В, указывает на его доверительные отношения с лицом, предложившим принять деньги на указанных условиях, а значит, и на возможность В влиять на договорные положения. Это, в свою очередь, не позволяет квалифицировать спорный договор как сделку, отвечающую признакам публичного договора (ст. 426 ГК РФ), либо как сделку, имеющую признаки договора присоединения (ст. 428 ГК РФ), и следовательно, считать В слабой стороной в спорных правоотношениях, а его поведение разумным и добросовестным.

Принимая во внимание отсутствие между М и В правоотношений, возникших из договора банковского вклада от ...., несоблюдение установленного порядка внесения денежных средств во вклад, неподтвержденность факта внесения денежных средств, в качестве вклада в М, договор банковского вклада от .... не может считаться заключенным.

Ответчику Т направлялось извещение о времени и месте слушания дела по адресу, указанному в иске, однако, судебная корреспонденция, направленная в его адрес, вернулась в суд с отметкой об истечении срока хранения.

В соответствии с п.67 постановления Пленума Верховного Суда РФ от .... N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем, она была возвращена по истечении срока хранения.

Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. 

При таких обстоятельствах, судебные извещения, направленные в адрес Т считаются доставленными, в связи с чем, суд в соответствии со ст.ст. 113, 167 ГПК РФ счел возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Третьи лица – Федеральная служба по финансовому мониторингу в лице Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по СКФО и финансовый управляющий Т – Н, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в суд не явились.

Суд в соответствии со ст.ст. 113, 167 ГПК РФ счел возможным рассмотреть дело в отсутствие третьих лиц.

Представитель истца – Т, действующая по доверенности от ...., в судебном заседании просила удовлетворить заявленное требование по доводам, изложенным в иске.

Представитель ответчика – Д, действующий по доверенности от .... просил отказать в иске, по доводам, изложенным в возражении, а также просил применить срок исковой давности.

.... КБР С дал заключение об обоснованности поданного искового заявления.

Выслушав участников судебного заседания, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Отношения, вытекающие из договора банковского вклада, регламентируются главой 44 Гражданского кодекса РФ.

В силу ст. 834 ГК РФ, по договору банковского вклада (депозита) одна сторона (М), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

В соответствии со ст. 836 ГК РФ, договор банковского вклада должен быть заключен в письменной форме.

Письменная форма договора банковского вклада считается соблюденной, если внесение вклада удостоверено сберегательной книжкой, сберегательным или депозитным сертификатом либо иным выданным М вкладчику документом, отвечающим требованиям, предусмотренным для таких документов законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота.

Несоблюдение письменной формы договора банковского вклада влечёт недействительность этого договора. Такой договор является ничтожным (пункт 2).

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от .... ....-П по делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И.С. Бил ера, Г, Г, СИ. Каминской, ФИО1, С и С федеральный законодатель, давая нормативную дефиницию договора банковского вклада в статье 834 Гражданского кодекса Российской Федерации, указал на наличие двух последовательных юридических фактов, необходимых для совершения договора, - заключение в письменной форме соглашения между М и вкладчиком и фактическую передачу М конкретной денежной суммы, зачисляемой на счёт вкладчика, открытый ему в М (пункт 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Таким образом, договор банковского вклада считается заключённым с момента, когда М были получены конкретные денежные суммы, а право требования вклада, принадлежащее вкладчику, и корреспондирующая ему обязанность М по возврату вклада возникают соответственно лишь в случае внесения средств вкладчиком.

Из материалов дела следует, что .... В подано заявление о размещении денежных средств в размере .... во вклад 42.... по ставке в ...., на срок ...., наименование вклада «Мультивалютный-Накопительный». Заявление подписано В и действующим на основании доверенности сотрудником АО «М» Т, скреплено печатью АО «М» (ОО «РУ в ....» филиала СКРУ ПАО «МИнБанк»). Сторонами подписаны условия по размещению денежных средств во вклад «Мультивалютный-Накопительный» в рамках договора банковского обслуживания .... от ...., которые также подписаны со стороны М Т, скреплены печатью АО «М» (ОО «РУ в. Нальчик» филиала СКРУ ПАО «МИнБанк»). В подтверждение внесения денежных средств истцом представлен банковский ордер .... от ...., в соответствии с которым В внес во вклад сумму в размере .....

Согласно ордеру ...., .... в указанный вклад 42.... от .... были дополнительно внесены денежные средства в размере ....., что подтверждается ордером.

Отраженные в банковских ордерах в части указания получателя платежа, корреспондентского счета, банковского идентификационного кода (БИК), соответствуют реквизитам филиала СКРУ АО «М», содержат сведения о размере денежных средств, которые внесены вкладчиком и приняты представителем М, сведения о лице, внесшем денежные средства, номер счета вклада, на который денежные средства вносятся.

.... В обратился в ПАО «МИнБанк» с заявлением, в котором просил вернуть внесённые денежные средства, а также проценты в соответствии с условиями договора.

Письмом от .... М уведомил В о том, что на его имя договор .... от .... на .... не заключался, а дополнительные вложения на сумму 4 203 000 руб. .... в кассу М не поступали.

М, заявляя о незаключенности договора, а также об отсутствии воли М на заключение спорного договора, указывает на несоответствие представленных истцом банковских ордеров требованиям закона и внутренним документам М, совершении Т сделок с В от своего собственного имени, которые не порождают обязательств для М, заявляя также о не разумности и не добросовестности ответчика.

Вместе с тем, суд считает, что представленные в материалы дела документы, являются надлежащими и допустимыми доказательствами заключения между сторонами договора банковского вклада, а представленные банковские ордера свидетельствуют о внесении В денежных средств во вклады, ввиду следующего.

Исходя из того, что пункт 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации допускает подтверждение соблюдения письменной формы договора банковского вклада выданным М вкладчику документом, отвечающим требованиям, установленным банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, то есть перечень документов, которые могут удостоверять факт заключения договора банковского вклада, не является исчерпывающим, внесение денежных средств на счёт М гражданином-вкладчиком, действующим при заключении договора банковского вклада разумно и добросовестно, может доказываться любыми выданными ему М документами. 

При этом несение неблагоприятных последствий несоблюдения требований к форме договора банковского вклада и процедуры его заключения возлагается непосредственно на М, поскольку как составление проекта такого договора, так и оформление принятия денежных средств от гражданина во вклад осуществляются именно М, который, будучи коммерческой организацией, самостоятельно, на свой риск занимается особым видом предпринимательской деятельности, направленной на систематическое получение прибыли (абзац третий пункта 1 статьи 2 и статья 50 Гражданского кодекса Российской Федерации), обладает специальной правоспособностью и является - в отличие от гражданина-вкладчика, незнакомого с банковскими правилами и обычаями делового оборота, - профессионалом в банковской сфере, требующей специальных познаний. 

Подобная ситуация имеет место и в случае, когда договор банковского вклада заключается уполномоченным работником М, но вопреки интересам своего работодателя, то есть без зачисления на счёт по вкладу поступившей от гражданина-вкладчика денежной суммы, притом что для самого гражданина из сложившейся обстановки определенно явствует, что этот работник действует от имени и в интересах М. 

Суд не вправе квалифицировать, руководствуясь пунктом 2 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с его статьёй 166, как ничтожный или незаключённый договор банковского вклада с гражданином на том лишь основании, что он заключён неуполномоченным работником М и в М отсутствуют сведения о вкладе (об открытии вкладчику счета для принятия вклада и начисления на него процентов, а также о зачислении на данный счёт денежных средств), в тех случаях, когда - принимая во внимание особенности договора банковского вклада с гражданином как публичного договора и договора присоединения - разумность и добросовестность действий вкладчика (в том числе применительно к оценке предлагаемых условий банковского вклада) при заключении договора и передаче денег неуполномоченному работнику М не опровергнуты. 

В таких случаях бремя негативных последствий должен нести М, в частности создавший условия для неправомерного поведения своего работника или предоставивший неуправомоченному лицу, несмотря на повышенные требования к экономической безопасности банковской деятельности, доступ в служебные помещения М, не осуществивший должный контроль за действиями своих работников или наделивший полномочиями лицо, которое воспользовалось положением работника М в личных целях, без надлежащей проверки. 

При этом на гражданина-вкладчика, не обладающего профессиональными знаниями в сфере банковской деятельности и не имеющего реальной возможности изменить содержание предлагаемого от имени М набора документов, необходимых для заключения данного договора, возлагается лишь обязанность проявить обычную в таких условиях осмотрительность при совершении соответствующих действий (заключить договор в здании М, передать денежные суммы работникам М, получить в подтверждение совершения операции, опосредующей их передачу, удостоверяющий этот факт документ). 

Поэтому с точки зрения конституционных гарантий равенства, справедливости и обеспечения эффективной судебной защиты необходимо исходить из того, что гражданин вкладчик, учитывая обстановку, в которой действовали работники М, имел все основания считать, что полученные им в М документы, в которых указывается на факт внесения им денежных сумм, подтверждают заключение договора банковского вклада и одновременно удостоверяют факт внесения им вклада. Иное означало бы существенное нарушение прав граждан-вкладчиков как добросовестных и разумных участников гражданского оборота. 

В связи с этим положения, закрепляющие требования к форме договора банковского вклада, не препятствуют суду на основании анализа фактических обстоятельств конкретного дела признать требования к форме договора банковского вклада соблюденными, а договор - заключённым, если будет установлено, что приём от гражданина денежных средств для внесения во вклад подтверждается документами, которые были выданы ему М (лицом, которое, исходя из обстановки заключения договора, воспринималось гражданином как действующее от имени М) и в тексте которых отражён факт внесения соответствующих денежных средств, и что поведение гражданина являлось разумным и добросовестным.

В определении Пятого кассационного суда от .... по гражданскому делу .... по исковому заявлению В к Публичному акционерному обществу «М» о взыскании денежных средств по договору банковского вклада содержится вывод о том, что поскольку материалами дела подтверждается, что В действительно вносил денежные средства в ПАО «М», сотрудником М ему выдавались документы об открытии вклада, выводы суда апелляционной инстанции о незаключенности договора банковского вклада нельзя признать обоснованными (листы 6, 7).

Оценивая финансовую возможность и источник происхождения денежных средств, размещенных В в М, суд учитывает, что согласно представленным в дело документам, наличие денежных средств в размере, необходимом для осуществления вкладов по всем вышеуказанным договорам подтверждается следующими документами: справками о размере дохода в период с 2007 года по 2012 год, сведениями о единовременной выплате при выходе на пенсию в 2013 году, договором аренды нежилого помещения от ...., выпиской по счету в ПАО «М», отраженными в налоговых декларациях за 2018 и 2019 доходами от предпринимательской деятельности. Указанные сведения, представленные в материалы дела, стороной истца не опровергнуты.

В этой связи, суд приходит к выводу о наличии у В реальной финансовой возможности и подтверждении источника происхождения денежных средств, размещенных им в М.

С учетом указанного, суд полагает, что поскольку прием от В денежных средств для внесения во вклад подтверждается документами – банковскими ордерами, которые были выданы управляющим операционным офисом М Т (лицом, которое, исходя из обстановки заключения договора, воспринималось гражданином как действующее от имени М) и в тексте которых отражен факт внесения соответствующих денежных средств и реквизиты М, а также учитывая финансовую возможность, разумное и добросовестное поведение истца, то указанные банковские ордера являются надлежащим доказательством, подтверждающим факт внесения вкладов истцами.

Надлежащих и бесспорных доказательств, опровергающих факт внесения В денежных средств на счет М в рамках указанного договора банковского вклада, истцом суду не представлено.

Таким образом, учитывая доводы, изложенные в определении Пятого кассационного суда от .... по гражданскому делу ...., требование истца о признании договора банковского вклада незаключенным, является необоснованным.

Кроме того, от представителя В поступило заявление о пропуске срока исковой давности.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Абзацем вторым п. 2 ст. 199 ГК РФ установлено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с положениями ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются названным Кодексом и иными законами.

По смыслу ст. 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном ст. 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Для требований о признании договора незаключенным специальных сроков исковой давности (п. 1 ст. 197 ГК РФ) не установлено. Поэтому они рассматриваются в пределах общего срока исковой давности (п. 1 ст. 196 ГК РФ) - в течение трех лет.

Как следует из материалов дела (лист 2 определения Пятого кассационного суда от ....), .... В обратился в ПАО «МИнБанк» с заявлением, в котором просил вернуть внесённые денежные средства, а также проценты в соответствии с условиями договора. 

С исковым заявлением о признании договора банковского вклада незаключенным, истец обратился в суд ...., то есть уже за пределами срока исковой давности.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что истцом пропущен срок исковой давности по заявленному исковому требованию, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При таких обстоятельствах, в удовлетворении иска следует отказать, как за необоснованностью, так и в связи с пропуском срока исковой давности.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Исковые требования ПАО «Промсвязьбанк» к В и Т о признании незаключенным договора банковского вклада, выполненного в виде «Условий по размещению денежных средств во вклад «Мультивалютный-Накопительный» в рамках договора банковского обслуживания 442....» от ...., оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Верховный суд КБР в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено .....

Председательствующий - подпись

Копия верна: судья Чегемского 

районного суда А.В. Дорохин