УИД:71RS0013-01-2023-001652-66

Решение

Именем Российской Федерации

15 января 2024 г. г. Киреевск Тульской области

Киреевский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Подчуфарова А.А.,

при ведении протокола секретарем Бужор Я.В.,

с участием: истца ФИО1, представителя истца адвоката Альбрандта М.В., представителя ответчика по доверенности ФИО2, старшего помощника Киреевского межрайонного прокурора Щербаковой С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-84/2024 по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «СмтПро» о взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «СмтПро» о возмещении морального вреда. В обоснование заявленных требований истец указал, что 08.07.2022 водитель ФИО3, управляя принадлежащим ФИО5 технически исправным грузовым фургоном марки PEUGEOT BOXER, регистрационный №, следовал на нем по автоподъезду к населенному пункту Новая Вьевка Киреевского района Тульской области, являющемуся второстепенной дорогой, со стороны населенного пункта Новая Вьевка Киреевского района в сторону автодороги «Тула-Новомосковск». В период времени с 14 часов 40 минут по 14 часов 50 минут этого же дня ФИО3, следуя в указанном направлении при приближении к нерегулируемому перекрестку автодороги «Тула-Новомосковск» со второстепенной дороги – автоподъезда к населенному пункту Новая Вьевка Киреевского района намеревался повернуть налево. При этом, при повороте налево, при выезде со второстепенной дороги ФИО3, не убедившись в отсутствии приближающихся по проезжей части автодороги «Тула-Новомосковск» транспортных средств, выехал на нерегулируемый перекресток, не уступил дорогу мотоциклу марки SUZUKI GSX-R100, регистрационный № под управлением ФИО6, следовавшему по проезжей части автодороги «Тула-Новомосковск» со стороны г. Новомосковска Тульской области в направлении г. Тулы по своей полосе, что привело к столкновению мотоцикла марки SUZUKI GSX-R100, регистрационный № под управлением ФИО6 с грузовым фургоном марки PEUGEOT BOXER, регистрационный № под управлением ФИО3, который проявил преступную неосторожность форме небрежности, нарушил требования п. 1.2 термина «Уступить дорогу (не создавать помех)», 1.3, 1.4, 1.5, 8.1, 13.9 Правил дорожного движения РФ (утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 №1090 «О Правилах дорожного движения» (в редакции Постановления Правительства РФ от 31.12.2020 №2441), дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу». В результате данного столкновения транспортных средств, управлявший мотоциклом марки SUZUKI GSX-R100, регистрационный № ФИО6 от полученных телесных повреждений скончался. По уголовному делу ФИО3 17.04.2023 привлечен в качестве обвиняемого по ч. 3 ст. 264 УК РФ. В ходе расследования уголовного дела ФИО1 признана потерпевшей по данному уголовному делу. В результате предварительного расследования установлено, что именно в результате преступных действий ФИО3 скончался ФИО6, что причинило истцу моральный вред, так как ФИО6 является сыном ФИО1 Приговором Киреевского районного суда Тульской области от 05.07.2023, вступившим в законную силу 28.09.2023, ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ. Согласно материалам дела, в том числе показаний самого ФИО3, на момент ДТП он исполнял свои трудовые обязанности, поскольку на момент совершения преступления ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ООО «СмтПро» в пользовании которого на основании договора аренды №, заключённого 14.05.2020 с ИП ФИО7, находилось транспортное средство марки PEUGEOT BOXER, регистрационный №, которым ответчик управлял в момент дорожно-транспортного происшествия.

Как указывает истец, моральный вред, причиненный ей преступлением, выразился в следующем. После совершенного в отношении ее сына преступления она впала в сильную депрессию, она была подавлена, потеряла интерес к жизни и общению. При мысли о том, что по вине ФИО3 погиб ее сын она испытывает боль и ужас от безвыходности ситуации, ей становится страшно от того, что ничего исправить уже нельзя, что она никогда не сможет вернуть своего сына к жизни. Ей трудно передать свои ощущения боли и растерянности, испытанные после известия о гибели сына. После смерти сына весь мир для ее семьи перевернулся, рухнул, она и в настоящее время находится в состоянии сильной депрессии. С момента гибели ее сына и до момента вступления приговора в отношении ФИО3 в законную силу прошло более года. В это время истец тратила много физических и моральных сил, чтобы добиться справедливости. В этом ее поддерживали ее близкие родственники, друзья, а также друзья погибшего сына. Но несмотря на их поддержку данная психотравмирующая ситуация имеет длительный период для нее и неизвестно когда закончится. До настоящего времени ни ФИО3, ни его работодатель не принесли ей извинения, не возместили ей моральный вред в связи с чем она вынуждена обратиться в суд за защитой своих прав и интересов, что причиняет ей дополнительные моральные страдания, отнимает много душевных сил, времени и здоровья. Моральные вред, причиненные ей ответчик истец оценивает в 5 000 000 руб.

На основании изложенного, истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда 5 000 000 руб.

Истец ФИО4 в судебном заседании исковые требования подержала в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнительно пояснив, что после 2020 года она с супругом перешли жить в жилой дом, а сын ФИО6 со своей девушкой остался проживать в квартире, где они до указанного времени жили всей семьей. Фактически ФИО6 в данной квартире только ночевал, поскольку все время проводил у них в доме и работал с отцом. Между ФИО6 и родителями были близкие, доверительные и дружеские отношения. Он поддерживал их с супругом морально и финансово, но на иждивении у него они не находились. В течение года после смерти сына, на фоне переживаний у нее расстроилось здоровье, возникли проблемы с сердцем, которые повторяются после получаемого лечения. Ранее проблем со здоровьем не было. Она работает оператором котельной и после окончания отопительного сезона обратилась за медицинской помощью, до этого пыталась со всем справиться сама. От страховых компаний были получены компенсации по материальному ущербу в порядке договоров КАСКО и ОСАГО. Компенсация морального вреда страховыми договорами не предусмотрена.

Представитель истца ФИО1 – адвокат Альбрандт М.В. в судебном заседании исковые требования подержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении и приведенным истцом в судебном заседании.

Представитель ответчика ООО «СмтПро» по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признал, поддержал доводы, изложенные в письменных возражениях, из которых следует, что размер морального вреда подлежит уменьшению до разумных пределов с учетом обстоятельств совершения ДТП, виновных действий самого погибшего, которые привели к ДТП и его последствиям, отсутствию причинно-следственной связи между ДТП и действиями ответчика. Приговором Киреевского районного суда Тульской области от 05.07.2023 установлены обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения настоящего дела. Полагает, что превышение водителем мотоцикла «Suzuki GSX-R1000» государственный регистрационный № максимально допустимой скорости движения находится в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием. Водитель мотоцикла «Suzuki GSX-R1000» государственный регистрационный № при максимально разрешенной скорости 70 км/ч располагал бы технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «Peugeot Boxer» государственный регистрационный № путем применения экстренного торможения в заданный момент возникновения опасности. Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3, суд признал действия, направленные на сглаживание вреда, причиненного потерпевшей, выразившиеся в принесении подсудимым извинений потерпевшей, признание подсудимым своей вины и раскаяние в содеянном. Поскольку смерть водителя мотоцикла ФИО6 наступила не только вследствие нарушения ФИО3 правил дорожного движения, но и ввиду несоблюдения ФИО6 требований п.10.1 ПДД РФ, что также находится в причинной связи с наступившими последствиями, руководствуясь разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, содержащимися в п.10 Постановления от 09 декабря 2008 года №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», на основании п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание ФИО3 обстоятельства, суд счел необходимым признать противоправность поведения потерпевшего, который превысил установленную скорость движения транспортных средств на величину более 70 км/ч. Ответчик считает, что при таких обстоятельствах следует учитывать положения ч. 2 ст. 1083 ГК РФ. Кроме того, при решении вопроса о размере возмещения морального вреда необходимо учитывать обстоятельства в отношении самого истца. Истец не является непосредственным участником ДТП. В результате ДТП истцу непосредственно не был причинен какой-либо физический вред здоровью. В виду этого истец не испытывала в отношении себя неблагоприятного воздействия ДТП в связи с чем, интенсивность, масштаб, длительность прямого неблагоприятного воздействия отсутствует. Истцом не представлено доказательств того, что она утратила возможность ведения прежнего образа жизни. Доводы истца о состоянии здоровья и психики объективными доказательствами не подтверждены. В материалы дела не представлены документы, подтверждающие обращение за медицинской или психологической помощью вследствие причиненных нравственных страданий в связи с причинением вреда жизни потерпевшего. Истцом не представлено каких-либо доказательств, обосновывающих заявленный ко взысканию размер возмещения морального вреда, в частности истцом не представлено доказательств наличия индивидуальных особенностей потерпевшего, влияющих на размер компенсации морального вреда. Ответчик считает, что заявленный истцом размер возмещения морального вреда подлежит уменьшению до разумных пределов с учётом требований разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения права.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 в судебное заседание не явился в связи с отбыванием наказания в виде лишения свободы. О времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, письменных возражений по заявленным исковым требованиям не представил. В расписке указал, что против удовлетворения исковых требований не возражает.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение старшего помощника Киреевского межрайонного прокурора Щербаковой С.А., полагавшей, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению с учетом требований разумности, справедливости и установленных судом в ходе рассмотрения дела обстоятельств, допросив свидетеля, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии с положениями ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами ст. 1079 ГК РФ.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Кодекса (п. 1 ст. 1079 ГК РФ).

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абз. 1 и 2 п. 2 ст. 1083 ГК РФ).

В соответствии с п. 3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В силу абз. 2 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 ГК РФ).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной, в частности, в определении от 19.05.2009 №816-О-О в силу ст. 1079 ГК РФ ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, наступает независимо от вины причинителя вреда. Такое регулирование представляет собой один из законодательно предусмотренных случаев возложения ответственности - в отступление от принципа вины - на причинителя вреда независимо от его вины, в основе которой лежит риск случайного причинения вреда.

В системной связи с нормами ст. 1079 ГК РФ находится п. 2 ст. 1083 ГК РФ, в силу которого, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен (абзац первый); при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не установлено иное (абзац второй).

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (статья 20, часть 1), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (статья 41, часть 1), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

В силу указанных положений Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом (статья 18 Конституции Российской Федерации). В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (п. 1 ст. 150 ГК РФ).

К мерам по защите указанных благ относятся закрепленное в абз. 2 п. 2 ст. 1083 ГК РФ исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абз. 2 ст. 1100 ГК РФ положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ). 

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33). 

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33). 

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33). 

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33). 

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абз. 3 п. 2 ст. 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению (абз. 2 п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абз. 3 п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Согласно разъяснениям, данным в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В статье 3 Всеобщей декларации прав человека, ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах к числу наиболее значимых человеческих ценностей отнесены жизнь и здоровье, и предусмотрено, что их защита должна быть приоритетной. Поскольку право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, являясь непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ, возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, приговором Киреевского районного суда Тульской области от 05.07.2023, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции и вступившим в законную силу 28.09.2023, ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев.

Приговором суда установлено, что 08.07.2022 ФИО3 управлял принадлежащим ФИО5 технически исправным грузовым фургоном «PEUGEOT BOXER» государственный регистрационный № и следовал на нем по автоподъезду к н.п. Новая Вьевка Киреевского района Тульской области, являющемуся второстепенной дорогой, со стороны н.п. Новая Вьевка Киреевского района Тульской области в сторону автодороги «Тула-Новомосковск». В период времени с 14 часов 40 минут по 14 часов 50 минут этого же дня ФИО3, следуя в указанном направлении, приближался к нерегулируемому перекрестку автодороги «Тула-Новомосковск» со второстепенной дороги – автоподъезда к н.п. Новая Вьевка Киреевского района Тульской области, где намеревался повернуть налево на автодорогу «Тула-Новомосковск», чтобы следовать по ней в направлении г. Новомосковска Тульской области, при этом был заблаговременно проинформирован установленным дорожным знаком приоритета 2.4 «Уступите дорогу» о том, что он приближается к перекрестку неравнозначных дорог, на котором обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по пересекаемой главной дороге. Однако, несмотря на это, ФИО3 проявил преступную неосторожность в форме небрежности, не предвидя наступления общественно-опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности он должен был и мог их предвидеть, а именно нарушил требования пунктов 1.2 термина «Уступить дорогу (не создавать помех)», 1.3, 1.4, 1.5, 8.1, 13.9 Правил дорожного движения РФ (утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 №1090 «О Правилах дорожного движения» (в редакции Постановления Правительства РФ от 31.12.2020 №2441)), дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу» Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ. ФИО3 не выполнил указанные требования, проявил невнимательность к дорожной обстановке и ее изменениям, ставя под угрозу жизнь и здоровье других участников дорожного движения при приближении к нерегулируемому перекрестку автодороги «Тула-Новомосковск» со второстепенной дорогой – автоподъездом к н.п. Новая Вьевка Киреевского района Тульской области, не убедившись в отсутствии приближающихся по проезжей части автодороги «Тула-Новомосковск» транспортных средств, выехал на нерегулируемый перекресток, не уступил дорогу мотоциклу «SUZUKI GSX-R1000» государственный регистрационный № под управлением ФИО6, следовавшему по проезжей части автодороги «Тула-Новомосковск» со стороны г. Новомосковска Тульской области в направлении г. Тулы, который заблаговременно мог обнаружить, и имевшему преимущественное право на первоочередное движение через нерегулируемый перекресток, приступил к выполнению поворота налево, не убедившись в его безопасности и что им, маневром, он не создаст опасности для движения, а также помех другим участникам дорожного движения, выехал на проезжую часть автодороги «Тула-Новомосковск» при наличии на ней двигавшегося в направлении г. Тулы по своей полосе в нарушение требований п.10.1 ПДД РФ со скоростью около 143 км/ч мотоцикла «SUZUKI GSX-R1000» государственный регистрационный № под управлением ФИО6, создав тем самым опасность для его движения, что привело к столкновению вышеуказанного мотоцикла под управлением ФИО6 с грузовым фургоном «PEUGEOT BOXER государственный регистрационный № на полосе автодороги «Тула-Новомосковск», предназначенной для движения в направлении г. Тулы, на расстоянии примерно 11 м от дорожного знака особых предписаний – 5.25 «Начало населенного пункта» - «Новая Вьевка» (территория Киреевского района Тульской области) и на расстоянии примерно 900 м от информационного дорожного знака – 6.13 «Километровый знак «18 км» 08.07.2022 в период времени с 14 часов 40 минут до 14 часов 50 минут.

В результате нарушений ФИО3 требований пунктов 1.2 термина «Уступить дорогу (не создавать помех)», 1.3, 1.4, 1.5, 8.1, 13.9 Правил дорожного движения РФ (утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 №1090 «О Правилах дорожного движения» (в редакции Постановления Правительства РФ от 31.12.2020 №2441)), дорожного знака – 2.4 «Уступите дорогу» Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ при дорожно-транспортном происшествии, произошедшем 08.07.2022, водителю мотоцикла «SUZUKI GSX-R1000» государственный регистрационный № ФИО6 причинены телесные повреждения в виде сочетанной травмы тела, состоящей из комплекса повреждений: 

<

данные изъяты>

Согласно заключению эксперта № от 03.02.2023 обнаруженные повреждения могли образоваться одномоментно (на что указывают свойства и взаиморасположение повреждений) в комплексе единой травмы незадолго (минуты) до наступления смерти ФИО6 от травматического воздействия (удар, удар-скольжение, сдавление) со значительной силой тупого предмета (предметов) при различных обстоятельствах, в том числе при обстоятельствах и в срок, указанных в постановлении. 

Повреждения, составляющие сочетанную травму тела, в совокупности (на основании п.13 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 №194н»), по признаку опасности для жизни (в соответствии с п.6.1.3, 6.1.16 «Медицинских критериев…») расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью человека и находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Также из приговора Киреевского районного суда Тульской области от 05.07.2023 следует, что согласно выводами эксперта в заключении № от 6 октября 2022 г. (т.2 л.д.15-26) столкновение мотоцикла «Suzuki GSX-R1000» государственный регистрационный № с грузовым фургоном «Peugeot Boxer» государственный регистрационный №, согласно видеозаписи указанного дорожно-транспортного происшествия, произошло на полосе, предназначенной для движения в сторону г. Тулы, то есть на полосе движения мотоцикла «Suzuki GSX-R1000». Средняя скорость движения мотоцикла «Suzuki GSX-R1000» государственный регистрационный №, согласно видеозаписи указанного дорожно-транспортного происшествия, перед столкновением с грузовым фургоном «Peugeot Boxer» государственный регистрационный № составляла около 143 км/ч. С момента, когда грузовой фургон «Peugeot Boxer» государственный регистрационный знак 

<

***> пересекает линию горизонтальной разметки 1.8, до момента столкновения с мотоциклом «Suzuki GSX-R1000» государственный регистрационный № прошло около 1,6 секунды.

В соответствии с заключением эксперта № от 14 декабря 2022 г. (т.2 л.д.40-43) при заданных исходных данных в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель мотоцикла «Suzuki GSX-R1000» государственный регистрационный № при фактической скорости 143 км/ч не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «Peugeot Boxer» государственный регистрационный № путем применения экстренного торможения в заданный момент возникновения опасности. При заданных исходных данных в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель мотоцикла «Suzuki GSX-R1000» государственный регистрационный № при максимально разрешенной скорости 70 км/ч располагал бы технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «Peugeot Boxer» государственный регистрационный № путем применения экстренного торможения в заданный момент возникновения опасности. Превышение водителем мотоцикла «Suzuki GSX-R1000» государственный регистрационный № максимально разрешенной на данном участке автодороги «Тула-Новомосковск» скорости (согласно установленному дорожному знаку 3.24) находится в причинно-следственной связи с рассматриваемым дорожно-транспортным происшествием (столкновением с автомобилем «Peugeot Boxer» государственный регистрационный №).

Поскольку смерть водителя мотоцикла ФИО6 наступила не только вследствие нарушения ФИО3 правил дорожного движения, но и ввиду несоблюдения ФИО6 требований п.10.1 ПДД РФ, что также находится в причинной связи с наступившими последствиями, руководствуясь разъяснениями Пленума ВС РФ, содержащимися в п.10 Постановления от 09.12.2008 №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», суд, на основании п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, в качестве смягчающего наказание ФИО3 обстоятельства счел необходимым признать противоправность поведения потерпевшего, который превысил установленную скорость движения транспортных средств на величину более 70 км/ч.

Согласно ч.4 ст.61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти деяния и совершены ли они данным лицом.

На основании ст. 71 ГПК РФ приговор отнесен к числу доказательств по гражданскому делу.

Поскольку факт причинения ФИО3 смерти ФИО6 установлен вступившим в законную силу приговором суда, то в соответствии со ст. 61 ГПК РФ он не доказывается вновь и не подлежит оспариванию.

При рассмотрении дела суд должен руководствоваться принципами разумности, справедливости, объективности судопроизводства. По смыслу ст. 151 ГК РФ, каждый из граждан в случае причинения ему морального вреда имеет право на защиту своих прав и интересов. 

ФИО1 является матерью погибшему ФИО6 и была привлечена к участию в уголовном деле в качестве потерпевшего.

Таким образом, она имеет право на возмещение морального вреда, причиненного гибелью ее сына.

Указанные обстоятельства никем из лиц, участвующих в деле, не оспаривались.

Суд полагает, что в возникшем правоотношении надлежащим ответчиком является именно ООО «СмтПро».

Согласно абз. 1 п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абз. 2 ч. 1 ст. 1068 ГК РФ).

Частью 1 статьи 1081 ГК РФ предусмотрено, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Как разъяснено в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

В пункте 19 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).

Моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ). Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

ООО «СмтПро» зарегистрировано в качестве юридического лица 17.10.2016 с присвоением ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, что подтверждается уставными и регистрационными документами.

Транспортное средство грузовой фургон «PEUGEOT BOXER государственный регистрационный № принадлежит ФИО5, который приобрел его по договору финансовой аренды (лизинга) транспортных средств № от 27.04.2020, заключенного с ООО «РБ ЛИЗИНГ». 14.05.2020 данное транспортное средство ФИО7 передано на неопределенный срок ООО «СмтПро» по договору аренды транспортного средства без экипажа №. В день заключения договора арендованное транспортное средство передано ответчику. Установленные судом обстоятельства подтверждаются как вышеуказанными договорами, так и свидетельством о регистрации транспортного средства № от 14.05.2020, паспортом транспортного средства № № от 17.06.2019.

ФИО3 был трудоустроен в ООО «СмтПро» в должности водителя с 17.05.2017 по 07.11.2023, что подтверждается трудовым договором № от 17.05.2017, приказом № от 17.05.2017, приказом № от 07.11.2023.

В день дорожно-транспортного происшествия - 08.07.2022 ФИО3 исполнял свои трудовые обязанности, что, помимо вышеуказанных доказательств, подтверждается личной карточкой работника, должностной инструкцией водителя, выписками из журналов учета трудовых отношений, о допуске водителя к управлению транспортными средствами, путевым листком легкового автомобиля № от 08.07.2022.

Факт нахождения грузового фургона «PEUGEOT BOXER государственный регистрационный № в аренде ООО «СмтПро», факт исполнения ФИО3 своих трудовых обязанностей в ООО «СмтПро» при управлении транспортным средством в момент дорожно-транспортного происшествия, ответчиком не оспаривались.

Следовательно, с учетом установленных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что обязанность по возмещению морального вреда должна быть возложена на ООО «СмтПро». 

Доводы истца относительно её нравственных страданий, перенесенных в связи со смертью сына, суд находит обоснованными.

Суд учитывает, что истец и её сын проживали рядом, постоянно общались, проявляли внимание и заботу друг к другу, поддерживали доброжелательные родственные отношения. Гибель сына сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родителей, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства. Утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи, в связи с чем, должна быть признана тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Нравственные страдания ФИО1 выражены в том, что из-за внезапной, трагической смерти её сына, невосполнимой утраты очень близкого ей человека, она испытала и продолжает испытывать сильнейшие нравственные страдания и переживания, безутешное горе, нервное потрясение. При этом, истец находилась с погибшим в близком родстве и душевном контакте. Истец навсегда лишена душевного тепла и поддержки со стороны сына.

Перенесенные потрясение и переживания отразились на состоянии здоровья ФИО1, что подтверждается сведениями о её неоднократном обращении за медицинской помощью. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО11 пояснил, что он и ФИО1 общались с сыном ФИО6 каждый день. С сыном поддерживали хорошие семейные отношения, ФИО6 оказывал им помощь и поддержку. После их переезда в дом, семейные взаимоотношения и связи сохранились, сын приходил к ним каждый день, они вместе работали. Смерть сына ФИО1 переносит очень тяжело, начала обращаться в больницу, ей тяжело находиться дома, трудно заниматься домашними делами.

Оснований не доверять показаниям свидетеля у суда не имеется, поскольку они последовательны, не противоречивы, согласуются между собой и с другими доказательствами по рассматриваемому делу.

Определяя размер компенсации морального, суд также учитывает фактические обстоятельства произошедшего, в том числе связанные с неосторожностью самого ФИО6, нарушившего требования ПДД РФ, установленной приговором суда вины ФИО3 в дорожно-транспортном происшествии, последствия, степень страданий ФИО1, характер и степень физических и нравственных страданий истца, и исходя из требований разумности и справедливости, имущественного положения ответчика, суд считает возможным взыскать с ООО «СмтПро» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб.

Таким образом, требования истца ФИО1 о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению. 

Согласно ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Учитывая, что истец в соответствии с пп.4 п. 1 ст. 333.36 НК РФ освобождена от уплаты государственной пошлины по данному гражданскому делу, поскольку иск заявлен о возмещении морального вреда, причиненного преступлением, суд полагает, что с ответчика в бюджет муниципального образования Киреевский район подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб. (п.п 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ). Принцип пропорциональности в данном случае не применяется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «СмтПро» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СмтПро» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 (одного миллиона пятиста тысяч) руб.

Взыскать общества с ограниченной ответственностью «СмтПро» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход бюджета муниципального образования Киреевский район государственную пошлину в размере 300 (трехсот) руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Киреевский районный суд Тульской области в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 22 января 2024 г.

Судья 

А.А. Подчуфаров