Мотивированное 

решение

 изготовлено 30 июля 2017 года

Дело № 2-920/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 июля 2017 года г. Новоуральск

Новоуральский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Шаклеиной Н.И.,

при секретаре Севрюгиной М.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца адвоката Логинова А.Н.,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика адвоката Панченковой Ж.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда, гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в порядке частного обвинения,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в Новоуральский городской в суд Свердловской области с иском к ФИО2 о возмещении имущественного и морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в порядке частного обвинения, в котором просил взыскать: в счет компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием 50000 рублей, в счет возмещения имущественного вреда в виде понесенных процессуальных издержек на оплату услуг защитника 17000 рублей, судебные расходы за составление искового заявления в сумме 3000 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что истец обвинялся ответчиком по уголовному делу частного обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, а именно в том, что ХХХ около 08 часов 30 минут на садовом участке № ХХХ по ул. ХХХ в СНТ «ХХХ» в г. ХХХХ на почве личной неприязни умышленно нанес ей один удар рукой по голове слева и один удар в область нижней губы, отчего она испытала физическую боль, психические страдания и телесные повреждения в виде ХХХ: ХХХ, отек, рана в области слизистой нижней губы слева, которые повлекли за собой временное нарушение функций органов и систем продолжительностью до трех недель и квалифицируются как причинившие легкий вред здоровью. Уголовное дело частного обвинения было возбуждено путем подачи ответчиком 25.08.2016 заявления в порядке ст. 318 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации мировому судье судебного участка № 3 Новоуральского судебного района Свердловской области. Приговором от 07.04.2017, который вступил в законную силу 11.05.2017 на основании апелляционного постановления Новоуральского городского суда Свердловской области истец был признан невиновным в совершении указанного преступления и оправдан на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. В связи с тем, что истец был необоснованно обвинен ответчиком в совершении преступления и подвергся незаконному уголовному преследованию со стороны ответчика, истцу был причинен моральный вред в виде нравственных страданий, которые он испытывал в этой связи. Также истец понес процессуальные издержки в виде оплаты услуг защитника – адвоката Логинова А.Н., с которым у истца были заключены два соглашения на осуществление защиты в суде первой инстанции и на осуществление защиты в суде апелляционной инстанции. Оплата по первому соглашению составила 10000 рублей, по второму соглашению – 7000 рублей, а всего в общей сумме 17000 рублей. Поскольку имущественный и моральный вред причинен истцу по вине частного обвинителя ФИО2, со стороны которой истец был подвергнут незаконному уголовному преследованию в порядке частного обвинения, возмещение данного вреда подлежит в порядке гражданского судопроизводства за счет средств частного обвинителя ответчика ФИО2 На основании изложенного, просит взыскать: в счет компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием 50000 рублей, в счет возмещения имущественного вреда в виде понесенных процессуальных издержек на оплату услуг защитника 17000 рублей, судебные расходы за составление искового заявления в сумме 3000 рублей.

Истец и его представитель в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме. Представитель истца дополнительно суду пояснил, что на уголовные дела частного обвинения не распространяются правила о реабилитации, в связи с чем, вред возмещается по правилам ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации. Незаконное уголовное преследования истца со стороны ответчика подтверждается оправдательным приговором мирового судьи судебного участка № 3 Новоуральского судебного района, который вступил в законную силу на основании апелляционного постановления Новоуральского городского суда Свердловской области. На протяжении всего судебного разбирательства истец испытывал стресс, нервозность, моральную подавленность, чувство обиды за необоснованное обвинение и иные негативные чувства, описать которые в полной мере невозможно. Спорной является сумма морального вреда, однако, истец полагает, что её размер не завышен, а соответствует длительности судебного разбирательства и тем переживаниям, которые испытывал истец.

Ответчик и его представитель исковые требования признали частично. Ответчик указала, что согласна с расходами на услуги представителя, однако, не согласна, что истцу причинены моральные страдания. Умысла на незаконное привлечение истца к уголовной ответственности она не имела, а только защищала свои нарушенные права. В настоящее время она до сих пор испытывает моральные страдания, так как садовый участок истца граничит с её садовым участком, и постоянно слышит от истца в свой адрес нецензурную брань. Таким образом, полагает, что требования истца о компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению в полном объеме. Представитель ответчика дополнительно указал, что согласны с расходами, которые истец понес на оплату услуг защитника. Полагает, что требование морального вреда не подлежат удовлетворению.

Заслушав стороны и их представителей, исследовав материалы дела, суд установил.

Определением Новоуральского городского суда от 25 июля 2017 года производство по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении имущественного и морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в порядке частного обвинения, в части взыскания процессуальных издержек на оплату услуг защитника прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, так как дело не подлежит рассмотрению и разрешению в суде в порядке гражданского судопроизводства по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 134 настоящего кодекса.

Как установлено в судебном заседании, следует из приговора мирового судьи судебного участка № 3 Новоуральского судебного района Свердловской области, по заявлениям ФИО2 было возбуждено уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, а именно умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, по результатам рассмотрения которого мировой судья пришел к выводу об оправдании ФИО1 по предъявленному обвинению.

Согласно приговору мировой судья по результатам исследования доказательств пришел к выводу, что при установленных обстоятельствах действия ФИО1 нельзя признать умышленными, направленными на причинение физической боли ФИО2, поскольку они были спровоцированы действиями ФИО2, и носили оборонительный характер. 

Апелляционным постановлением Новоуральского городского суда Свердловской области от 11.05.2017 приговор мирового судьи был изменен. Резолютивная часть приговора была изложена следующим образом: ФИО1 признать не виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 11 5 ч. 1 Уголовного кодекса российской Федерации и оправдать его за отсутствием в его действиях состава указанного преступления на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу представителя частного обвинителя без удовлетворения.

В соответствии со статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: в частности, вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Однако положения данной статьи подлежат применению в системном толковании с положениями статей 151, 1064, 1070 и 1099 этого же Кодекса.

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 названного Кодекса.

По общему правилу, установленному п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Таким образом, указанные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

Такие исключения установлены специальными нормами для предусмотренных статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации случаев, в частности, для случаев причинения вреда гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ - пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет соответствующей казны в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть при наличии вины причинителя.

Таким образом, из смысла положений статей 1064, 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в пункте 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, и при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона.

В соответствии с конституционно-правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.10.2011 N 22-П по делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан, применимость специального порядка возмещения государством вреда предрешается не видом уголовного преследования, а особым статусом причинителя вреда, каковым могут обладать лишь упомянутые в части 1 статьи 133 УПК РФ государственные органы и должностные лица - орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор и суд - независимо от занимаемого ими места в системе разделения властей (пункт 3).

Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 УПК РФ. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение (пункт 5).

В названном выше Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации также указано, что при оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (часть 9 статьи 132 УПК РФ). Взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. Возмещение же иного вреда за счет средств частного обвинителя главой 18 УПК РФ не предусматривается. Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины (пункт 5).

Аналогичная позиция изложена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 г. N 643-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации».

Приведенное Конституционным Судом Российской Федерации различие в установлении оснований ответственности в зависимости от субъекта причинителя вреда обусловлено спецификой деятельности правоохранительных органов, при которой возможно невиновное причинение вреда вследствие принятия незаконных решений, в частности, на основании субъективной оценки доказательств, которые, в свою очередь, могут являться следствием фальсификации или ошибки других лиц (экспертов, переводчиков, свидетелей и т.п.). Кроме того, такая особенность объясняется также участием в расследовании уголовных дел широкого круга должностных лиц, вследствие чего установить вину конкретного должностного лица не во всех случаях представляется возможным.

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 УПК РФ), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (статья 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации).

При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (часть 2 статьи 21 УПК РФ).

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 г. N 1059-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы на нарушение конституционных прав пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 381 и статьей 391.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации.

В этом же определении указано, что недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу части 1 статьи 49 Конституции Российской Федерации, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. При этом, однако, возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос.

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Учитывая вышеизложенное, факт вынесения оправдательного приговора по делу частного обвинения за отсутствием в действиях обвиняемого состава преступления не является сам по себе основанием для возложения на частного обвинителя обязанности по компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением истца к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 115 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с конституционно-правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в указанном выше Постановлении от 17 октября 2011 года № 22-П, необходимость обеспечения требования УПК РФ о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (часть 2 статьи 6), не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

Также согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в указанном выше Определении от 2 июля 2013 года № 1059-О, истолкование статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Таким образом, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе с частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу части 1 статьи 15 Конституции Российской Федерации как норма прямого действия подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования.

В этом же Определении указано, что не исключается использование гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

Из материалов дела, приговора мирового судьи следует, что поводом для обращения ФИО2 с заявлением явилось утверждение о причинение ей истцом во время конфликта физической боли от удара рукой по голове в область головы слева и удара в область нижней губы, что повлекло обращение ФИО2 в ФГБУЗ ЦМСЧ № ХХХ ФМБА России за получением медицинской помощи. При осмотре врачом у нее была диагностирована черепно-мозговая травма в виде сотрясении головного мозга и выдано направление на госпитализацию в травматологическое отделении городской больницы. 

Оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что доказательств тому, что обращение ФИО2 в суд с заявлением о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 115 Уголовного кодекса Российской Федерации носило цель не защиту нарушенного права, а было направлено исключительно только на причинение вреда, не имеется, обращаясь к мировому судье в порядке частного обвинения ответчик реализовала свое конституционное право на обращение за судебной защитой, имея намерение защитить свои интересы, в связи с чем, оснований для возложения на нее обязанности денежной компенсации морального вреда не имеется.

Исследовав представленные сторонами доказательства, оценив их в совокупности, основываясь на приведенных положениях законодательства и актов высших судебных органов и внутреннем убеждении, суд приходит к выводу, что обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении ответчиком, предусмотренным ст. 22 Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации правом на обращение к судье в порядке частного обвинения, а также об изложении ею в заявлении заведомо ложных сведений с целью причинить ФИО1 вред, в ходе судебного разбирательства не установлено.

На основании изложенного, суд отказывает в удовлетворении исковых требований в полном объем.

Руководствуясь ст. 6, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о возмещении имущественного и морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в порядке частного обвинения отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Новоуральский городской суд Свердловской области.

Председательствующий Н.И. Шаклеина

Согласовано

Судья Н.И. Шаклеина