Дело № 2-1815/17

Решение

 в окончательной форме изготовлено 05 июня 2017 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

31 мая 2017 года г. Мурманск

Ленинский районный суд города Мурманска в составе 

председательствующего судьи Гедымы О.М.,

при секретаре Волошиной Б.В.,

с участием: 

истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1815/17 по иску ФИО1 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Ленинском округе города Мурманска о включении периодов работы в льготный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости и понуждении к перерасчету страховой пенсии,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Ленинском округе г. Мурманска (далее ГУ - УПФ РФ в Ленинском округе г. Мурманска) о включении периодов работы в льготный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости и досрочном назначении страховой пенсии в связи с педагогической деятельностью. 

В обоснование требований истец указал, что 13 марта 2017 года он обратился в ГУ УПФ РФ в Ленинском административном округе г. Мурманска с заявлением о досрочном назначении страховой пенсии в связи с педагогической деятельностью. Вместе с тем, решением пенсионного органа от 17.04.2017 № ему было отказано в досрочном назначении пенсии, из-за отсутствия требуемого педагогического стажа. При этом комиссия не зачла в стаж педагогической деятельности периоды нахождения на курсах повышения квалификации: с 17 января 2017 года по 21 января 2017 года, с 23 января 2017 года по 26 января 2017 года. 

С решением пенсионного органа в части не включения указанных периодов в льготный стаж он не согласен, считает его незаконным. Обращает внимание, что периоды нахождения на курсах повышения квалификации является периодом работы с сохранением заработной платы, с которой производились отчисления страховых взносов в Пенсионный фонд России, за ним сохранялось место работы, в связи с чем указанные периоды подлежат включению в льготный стаж.

С учетом изложенного, просит обязать ответчика включить в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии, перечисленные выше периоды нахождения на курсах повышения квалификации и обязать ответчика назначить ему досрочную страховую пенсию в связи с педагогической деятельностью с 13 марта 2017 года.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал, по основаниям и доводам, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что решением пенсионного органа от 16 мая 2017 года ему назначена досрочная страховая пенсия по старости с 18 апреля 2017 года, в соответствии с п. 6 ч. 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях», то есть в связи с достижением 55-летнего возраста. Вместе с тем считает, что у него наступило право на досрочную страховую пенсию по старости, в связи с педагогической деятельностью с 13 марта 2017 года. Поскольку ответчик незаконно исключил из льготного стажа периоды нахождения на курсах повышения квалификации, его стаж педагогической деятельности составил менее 25 лет, однако с учетом спорных периодов стаж его педагогической деятельности на момент обращения за пенсией (13.03.2017) составит более 25 лет. С учетом того, что в настоящее время ему назначена страховая пенсия по старости, просил обязать ответчика произвести перерасчет пенсии, начиная с 13 марта 2017 года по 17 апреля 2017 года. 

Представитель ответчика – ФИО2 в судебном заседании иск не признала, указала, что на момент обращения ФИО1 за назначением досрочной страховой пенсии по старости у него отсутствовал необходимый для этого стаж педагогической деятельности (не менее 25 лет), документально подтвержден стаж 24 года 11 месяцев 24 дня. Подтвердила, что в настоящее время истцу назначена досрочная страховая пенсия по старости, в связи с достижением им 55-летнего возраста, в связи с чем полагает, что в настоящее время отсутствуют основания для повторного назначения истцу досрочной страховой пенсии. Ввиду того, что на момент обращения в пенсионный орган за досрочным назначением страховой пенсии по старости, с учетом исключения спорных периодов, 25-летний стаж педагогической деятельности у истца отсутствовал, просила в удовлетворении иска отказать.

Выслушав истца, представителя ответчика, исследовав материалы настоящего гражданского дела, обозрев материалы пенсионного дела в отношении ФИО1, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ (ред. от 29.06.2015) «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

В соответствии с пунктом 19 части 1 статьи 30 Федерального закона № 400-ФЗ страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, независимо от их возраста.

Таким образом, необходимым условием для назначения досрочной страховой пенсии является осуществление педагогической деятельности в учреждениях для детей не менее 25 лет.

Как установлено судом и подтверждено материалами дела, истец ФИО1, *** года рождения с 09 сентября 1983 года по настоящее время осуществляет педагогическую деятельность.

Из трудовой книжки истца следует, что 09 сентября 1983 года истец был принят на работу, на должность 

<

данные изъяты> ДЮСШ № г. 

<

данные изъяты>. 31.10.1983 ФИО1 освобожден от занимаемой должности в связи с призывом в Советскую Армию.

16 сентября 1986 года истец принят на работу на должность 

<

данные изъяты>, 29.01.1987 уволен по переводу в среднюю школу № Ленинского района г. Мурманска, где был принят на работу 30.01.1987 на должность учителя 

<

данные изъяты>. 31 октября 1992 года истец уволен с занимаемой должности по собственному желанию.

10 февраля 1993 года истец принят на работу в среднюю школу № г. Мурманска на должность 

<

данные изъяты>, уволен с занимаемой должности 03 сентября 1993 года в связи с переводом в среднюю школу №, куда принят на работу на ту же должность 31 августа 1993 года. 13 июня 1997 года истец уволен с занимаемой должности по собственному желанию.

01 декабря 1998 года ФИО1 принят на работу в среднюю школу № г. Мурманска на должность 

<

данные изъяты>, 23.12.1998 уволен по собственному желанию.

01 апреля 1999 года истец принят на работу в среднюю школу № г. Мурманска 

<

данные изъяты>, где работал по 07 сентября 2000 года.

08 сентября 2000 года ФИО1 принят на работу 

<

данные изъяты>, 31 августа 2001 года истец уволен с занимаемой должности по переводу в среднюю школу № г. Мурманска, куда был принят на работу 31 августа 2001 года на должность 

<

данные изъяты>, где работал по 20 мая 2002 года.

02 января 2003 года ФИО1 принят на работу в среднюю школу № г. 

<

данные изъяты> учителем 

<

данные изъяты> по контракту до 31.12.2003, где работал до 31 июля 2012 года, уволен по соглашению сторон.

03 сентября 2012 года истец принят на работу в МБОУ СОШ № г. Мурманска на должность 

<

данные изъяты>, где работает по настоящее время. 

Указанные обстоятельства подтверждены трудовой книжкой истца, материалами пенсионного дела и не оспорены ответчиком.

Материалами пенсионного дела в отношении ФИО1 подтверждено, что 13 марта 2017 года истец обратился в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п.19 ч. 1 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях».

Решением комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан ГУ - УПФ РФ в Ленинском округе города Мурманска от 17 апреля 2017 года № ФИО1 отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости. 

Отказ мотивирован отсутствием у истца требуемого стажа педагогической деятельности - 25 лет. 

Согласно протоколу № от 17 апреля 2017 года комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан ГУ – УПФ РФ в Ленинском округе г. Мурманска документально подтвержденный педагогический стаж работы истицы на момент обращения за пенсией составляет - 24 года 11 месяцев 24 дня.

При этом в стаж, дающий истцу право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, не были включены: периоды нахождения на курсах повышения квалификации с 17 января 2017 года по 21 января 2017 года, с 23 января 2017 года по 26 января 2017 года; периоды нахождения в отпуске без сохранения заработной платы; прогулы.

Истцом оспаривается отказ пенсионного органа в досрочном назначении трудовой пенсии в части не включения в льготный стаж педагогической деятельности периодов его нахождения на курсах повышения квалификации.

В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Как следует из материалов гражданского дела и материалов пенсионного дела в период 17 января 2017 года по 21 января 2017 года, с 23 января 2017 года по 26 января 2017 года ФИО1 находился на курсах повышения квалификации с отрывом от производства с сохранением заработной платы.

Материалами дела подтверждено, что на курсы повышения квалификации ФИО1 направлялся работодателем в соответствии с приказами работодателя, следовательно, обучение на курсах повышения квалификации для истца являлось обязательным.

Из протокола об отказе в назначении пенсии следует, что указанные периоды нахождения на курсах повышения квалификации не были включены ответчиком в льготный стаж, в соответствии с пунктом 5 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 11.07.2002 № 516 (далее Правила). 

Вместе с тем в спорные периоды за истцом сохранялось место работы, с сохранением средней заработной платы и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, что следует из уточняющей справки, представленной работодателем и материалов пенсионного дела.

В соответствии со статьёй 187 Трудового кодекса Российской Федерации при направлении работодателем работника на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование, на прохождение независимой оценки квалификации на соответствие положениям профессионального стандарта или квалификационным требованиям, установленным федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (далее - независимая оценка квалификации), с отрывом от работы за ним сохраняются место работы (должность) и средняя заработная плата по основному месту работы.

Согласно Правилам исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденным Постановлением Правительства РФ от 11 июля 2002 года № 516 (далее Правила), в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости (далее именуется - стаж), засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации (п. 4).

В силу п.5 Правил в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

За время нахождения ФИО1 на курсах повышения квалификации за ним, в соответствии с действующими нормативными правовыми актами сохранялась средняя заработная плата по основному месту работы, следовательно, производились отчисления налогов и страховых взносов.

Таким образом, повышение квалификации работников предусмотрено трудовым законодательством. Необходимость профессиональной подготовки и переподготовки кадров для собственных нужд определяется работодателем. Более того, работодатель обязан проводить повышение квалификации работников, если это является условием выполнения работниками определенных видов деятельности. То есть обучение на таких курсах - профессиональная и производственная необходимость, а периоды нахождения на курсах повышения квалификации являются периодами трудовой деятельности работника и должны включаться в стаж работы для назначения льготной пенсии.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что спорные периоды нахождения истца на курсах повышения квалификации подлежат включению в стаж работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, в связи с педагогической деятельностью.

В соответствии со статьей 22 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

При зачете периодов нахождения ФИО1 на курсах повышения квалификации: с 17 января 2017 года по 21 января 2017 года (05 д.), с 23 января 2017 года по 26 января 2017 года (04д.), а всего 09 дней, с учетом стажа, включенного пенсионным органом в льготный стаж (24 года 11 мес. 24 дня), на момент обращения истца в пенсионный орган (13 марта 2017 года) его стаж педагогической деятельности составит 25 лет 00 мес. 03 дня (24 года 11 мес. 24 дня + 09д.). 

Таким образом, на момент обращения истца за пенсией у него имелся требуемый 25-летний стаж педагогической деятельности, следовательно, у ответчика отсутствовали основания для отказа истцу в досрочном назначении страховой пенсии в связи с педагогической деятельностью. 

Вместе с тем, в судебном заседании истец пояснил, что в настоящее время ответчиком ему назначена досрочная страховая пенсия в связи с достижением 55 летнего возраста, в связи с чем он просит обязать территориальный пенсионный орган произвести перерасчет назначенной пенсии, начиная с 13 марта 2017 года по день назначения пенсии.

В соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 следующим гражданам: мужчинам, достигшим возраста 55 лет, женщинам, достигшим возраста 50 лет, если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет. Гражданам, работавшим как в районах Крайнего Севера, так и в приравненных к ним местностях, страховая пенсия устанавливается за 15 календарных лет работы на Крайнем Севере. При этом каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера. Гражданам, проработавшим в районах Крайнего Севера не менее 7 лет 6 месяцев, страховая пенсия назначается с уменьшением возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, на четыре месяца за каждый полный календарный год работы в этих районах. При работе в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, а также в этих местностях и районах Крайнего Севера каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера.

Материалами пенсионного дела ФИО1 подтверждено, что решением пенсионного органа от 16 мая 2017 года № истцу назначена досрочная страховая пенсия по п. 6 ч. 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях», начиная с 18 апреля 2017 года, то есть со дня достижения истцом 55-летнего возраста.

Вместе с тем, учитывая, что на момент обращения истца за пенсией (13.03.2017) у него имелось право на досрочное пенсионное обеспечение, в связи с педагогической деятельностью, тогда как в настоящее время истцу назначена страховая пенсия по иным основаниям, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения уточненного требования истца и возложении на ответчика обязанности по перерасчету пенсии за период с 13 марта 2017 года по 17 апреля 2017 года.

При таких обстоятельствах, требования истца являются законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В соответствии со статьёй 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пользу истца подлежат взысканию расходы, понесенные в связи с рассмотрением гражданского дела, которые состоят из государственной пошлины в размере 300 рублей, оплаченной при подаче искового заявления.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 193-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Ленинском округе города Мурманска о включении периодов работы в льготный стаж, возложении обязанности по перерасчету пенсии – удовлетворить.

Обязать Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда РФ в Ленинском округе г. Мурманска включить в специальный стаж работы ФИО1, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с п. 19 ч. 1 статьи 30 ФЗ «О страховых пенсиях» периоды нахождения на курсах повышения квалификации: с 17 января 2017 года по 21 января 2017 года; с 23 января 2017 года по 26 января 2017 года.

Обязать Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Ленинском округе города Мурманска произвести перерасчет пенсии, назначенной ФИО1, за период с 13 марта 2017 года по 17 апреля 2017 года.

Взыскать с Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда РФ в Ленинском округе г. Мурманска в пользу ФИО1 уплаченную государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Ленинский районный суд города Мурманска в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья О.М. Гедыма