Дело № 2-1537/2020

УИД 75 RS0025-01-2020-002283-08

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 ноября 2020 года г. Чита

Читинский районный суд Забайкальского края в составе

председательствующего судьи Шокол Е.В.,

при секретаре Поляковой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковым заявлениям ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ШараБ. Б. В. к Федеральному государственному бюджетному учреждению «Центральное жилищно-коммунальное управление» Министерства обороны Российской Федерации по Восточному военному округу о взыскании недоначисленной и невыплаченной заработной платы за период с сентября 2019 года по март 2020 года, об обязании производить начисление заработной платы за фактическое отработанное время, с учетом времени нахождения на перерыве для отдыха и питания,

УСТАНОВИЛ:

Изначально истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8 обратились в суд с вышеуказанными исками ссылаясь на то, что они на основании трудовых договоров работают в Федеральном государственном бюджетном учреждении «Центральное жилищно-коммунальное управление» Министерства обороны Российской Федерации (филиал жилищно-коммунальное отделение № 9 (с. Домна) (далее по тексту - ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России) в должности машинистов-кочегаров, а ФИО1 в должности машиниста насосных установок. Работникам установлен суммированный учет рабочего времени. Трудовая функция выполняется согласно графикам сменности. В связи с тем, что кочегары не имеют возможности отлучаться во время перерывов с места работы, то в силу ч. 3 ст. 108 ТК РФ в их рабочее время должны включаться перерывы для отдыха и питания. В нарушение указанной нормы закона работодателем в период с октября 2019 года по март 2020 года расчет заработной платы производился за фактически отработанное время, но без учета времени нахождения на перерыве для отдыха и питания. В 2019-2020 году истцы выполняли работу по графику сменности, которым была предусмотрена рабочая смена продолжительностью 12 часов. Фактически истцы выполняли работу в дневную смену с 08 час. 00 мин. до 20 ч. 00 мин., ночную смену с 20 час. 00 мин. до 08 час. 00 мин. 

При суммированном учете рабочего времени начисление заработной платы осуществляется за фактически отработанное время, соответственно была недоначислена и невыплачена заработная плата за отработанные часы, не учтенные в табеле учета рабочего времени за период с октября по март 2020 года:

-ФИО1 не оплачено в повышенном размере в октябре, ноябре и декабре 2019 года - 33 сверхурочных часа и в январе, феврале и марте 2020 года – 92 сверхурочных часа. Всего за период с октября 2019 года по март 2020 года работодателем было недоначислено 12 949 руб. 21 коп. (включая сверхурочные и праздничные часы);

-ФИО2 не оплачено в повышенном размере в октябре, ноябре и декабре 2019 года - 33 сверхурочных часа и в январе, феврале и марте 2020 года – 96 сверхурочных часа. Всего за период с октября 2019 года по март 2020 года работодателем было недоначислено 19 601 руб. 29 коп. (включая сверхурочные и праздничные часы);

- ФИО3 не оплачено в повышенном размере в октябре, ноябре и декабре 2019 года - 33 сверхурочных часа и в январе, феврале и марте 2020 года – 88 сверхурочных часа. Всего за период с октября 2019 года по март 2020 года работодателем было недоначислено 30 447 руб. 83 коп. (включая сверхурочные и праздничные часы);

- ФИО4 не оплачено в повышенном размере в октябре, ноябре и декабре 2019 года - 33 сверхурочных часа и в январе, феврале и марте 2020 года – 72 сверхурочных часа. Всего за период с октября 2019 года по март 2020 года работодателем было недоначислено 28 927 руб. 77 коп. (включая сверхурочные и праздничные часы); 

- ФИО5 не оплачено в повышенном размере в октябре, ноябре и декабре 2019 года - 33 сверхурочных часа и в январе, феврале и марте 2020 года – 92 сверхурочных часа. Всего за период с октября 2019 года по март 2020 года работодателем было недоначислено 16 343 руб. 05 коп. (включая сверхурочные и праздничные часы);

- ФИО9 не оплачено в повышенном размере в октябре, ноябре и декабре 2019 года - 33 сверхурочных часа и в январе, феврале и марте 2020 года – 92 сверхурочных часа. Всего за период с октября 2019 года по март 2020 года работодателем было недоначислено 23 774 руб. 07 коп. (включая сверхурочные и праздничные часы);

- ФИО7 не оплачено в повышенном размере в октябре, ноябре и декабре 2019 года - 33 сверхурочных часа и в январе, феврале и марте 2020 года – 84 сверхурочных часа. Всего за период с октября 2019 года по март 2020 года работодателем было недоначислено 34 075 руб. 37 коп. (включая сверхурочные и праздничные часы);

- ФИО8 не оплачено в повышенном размере в октябре, ноябре и декабре 2019 года - 33 сверхурочных часа и в январе, феврале и марте 2020 года – 84 сверхурочных часа. Всего за период с октября 2019 года по март 2020 года работодателем было недоначислено 34 075 руб. 37 коп. (включая сверхурочные и праздничные часы).

Учитывая изложенное, просили взыскать с ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России недоначисленную и невыплаченную заработную плату за период с октября 2019 года по март 2020 года в пользу: ФИО1 - 12 949 руб. 21 коп.; ФИО2 - 19 601 руб. 29 коп.; ФИО3 -30 447 руб. 83 коп.; ФИО4 -28 927 руб. 77 коп.; ФИО5 - 16 343 руб. 05 коп.; ФИО9 - 23 774 руб. 07 коп.; ФИО7 - 34 075 руб. 37 коп.; ФИО8 - 34 075 руб. 37 коп.; обязать ответчика производить начисление заработной платы за фактически отработанное время, с учетом времени нахождения на перерыве для отдыха и питания.

06.10.2020 года протокольным определением суда гражданские дела по искам истцов объединены в одно производство.

В судебном заседании 05.11.2020 года каждый из истцов - ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7 и ФИО8 требования уточнили, просили суд взыскать с ответчика в пользу ФИО1 недоначисленную и невыплаченную заработную плату за период с сентября 2019 года по март 2020 года в размере 30 475 руб. 97 коп.; взыскать с ответчика недоначисленную и невыплаченную заработную плату за период с октября 2019 года по март 2020 года в пользу: ФИО2 - 14 690 руб. 08 коп.,, ФИО3 – 18 650 руб. 16 коп., ФИО4 – 17 510 руб. 89 коп., ФИО7 – 26 751 руб. 55 коп., ФИО8 – 21 204 руб. 53 коп. В остальной части исковые требования оставить без изменения.

В настоящее судебное заседание истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7 и ФИО8 не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, направили своего представителя ФИО10

Истец ФИО5 в настоящем судебном заседании требования уточнил, просил суд взыскать с ответчика недоначисленную и невыплаченную заработную плату за период с ноября 2019 года по март 2020 года в размере 18 430 руб. 64 коп. В остальной части требования оставить без изменения.

Истец ФИО6 в настоящем судебном заседании требования уточнил, просил суд взыскать с ответчика недоначисленную и невыплаченную заработную плату за период с октября 2019 года по март 2020 года в размере 19 387 руб. 14 коп. В остальной части требования оставить без изменения.

В судебном заседании председатель Забайкальской краевой общественной организации Общественного профессионального союза работников жизнеобеспечения ФИО10 уточненные требования истцов подержала, просила иск удовлетворить.

Представитель ответчика ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России – ФИО11 в судебном заседании иск не признал, по доводам письменного отзыва на иск.

Суд, заслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан: выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами. 

Статья 129 Трудового кодекса Российской Федерации определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) (часть 1) и дает понятия тарифной ставки, оклада (должностного оклада), базового оклада (базового должностного оклада), базовой ставки заработной платы (части 3, 4, 5).

Согласно статье 106 Трудового кодекса Российской Федерации время отдыха - время, в течение которого работник свободен от исполнения трудовых обязанностей и которое он может использовать по своему усмотрению.

Статьей 103 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрена сменная работа - работа в две, три или четыре смены - вводится в тех случаях, когда длительность производственного процесса превышает допустимую продолжительность ежедневной работы, а также в целях более эффективного использования оборудования, увеличения объема выпускаемой продукции или оказываемых услуг. При сменной работе каждая группа работников должна производить работу в течение установленной продолжительности рабочего времени в соответствии с графиком сменности. Графики сменности доводятся до сведения работников не позднее чем за один месяц до введения их в действие. Работа в течение двух смен подряд запрещается.

На основании частей 1, 4 статьи 104 Трудового кодекса Российской Федерации, когда по условиям производства (работы) у индивидуального предпринимателя, в организации в целом или при выполнении отдельных видов работ не может быть соблюдена установленная для данной категории работников (включая работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда) ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, допускается введение суммированного учета рабочего времени с тем, чтобы продолжительность рабочего времени за учетный период (месяц, квартал и другие периоды) не превышала нормального числа рабочих часов. Учетный период не может превышать один год, а для учета рабочего времени работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, - три месяца. Порядок введения суммированного учета рабочего времени устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка.

В соответствии со ст. 108 Трудового кодекса Российской Федерации в течение рабочего дня (смены) работнику должен быть предоставлен перерыв для отдыха и питания продолжительностью не более двух часов и не менее 30 минут, который в рабочее время не включается. Время предоставления перерыва и его конкретная продолжительность устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка или по соглашению между работником и работодателем.

На работах, где по условиям производства (работы) предоставление перерыва для отдыха и питания невозможно, работодатель обязан обеспечить работнику возможность отдыха и приема пищи в рабочее время. Перечень таких работ, а также места для отдыха и приема пищи устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что Приказами начальника ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России № 1039 от 13.11.2018 г. и № 1 ПР/316 от 31.10.2019 г., утверждены графики работы на 2019 год и на 2020 год соответственно, а также установлен суммированный учет рабочего времени за квартал для работников занятых на работах с вредными и (или опасными) условиями труда.

Из материалов дела усматривается, что ФИО1 работает в ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России с 16.07.2019 года в должности машиниста насосных установок котельной жилищно-коммунальной службы №9 на основании трудового договора № 2012/5 от 01.04.2017 года и дополнительным к нему соглашениям № 14 от 01.04.2017 г., № 2 от 01.01.2018 г., № 3 от 26.03.2018 г., № 4 от 01.07.2018 г., № 5 от 31.05.2019 г., № 6 от 15.07.2019 г., № 8 от 30.09.2019г., № 9 от 01.01.2020 г. Рабочее место находится по адресу: 

<

адрес>

Пунктами 5.2, 5.3 трудового договора установлено, что работнику устанавливается суммированный учет рабочего времени с продолжительностью учетного периода 1 год; нормальное число рабочих часов за учетный период определяется исходя из 40 часов в неделю; работник обязан исполнять трудовую функцию согласно графика сменности; время начала работы и окончания работы, перерыва для отдыха и питания, внутрисменных перерывов предоставляются в соответствии с трудовым законодательством, Правилами внутреннего трудового распорядка, графиком сменности.

В соответствии с п. 6.1. трудового договора за выполнение обязанностей, предусмотренных трудовым договором, работнику устанавливается должностной оклад в размере 6 090 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени.

С 16.07.2019 г. установлен должностной оклад в размере 6 334 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение к трудовому договору № 7 от 15.07.2019 г.), с 01.10.2019 г. – 6 607 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение № 8 от 30.09.2019 г.), с 01.01.2020 г. – 6 610 руб. (см. дополнительное соглашение № 9 от 01.01.2020 г.).

Как следует из раздела 3 должностной инструкции машиниста насосных установок, машинист насосных установок обязан: обеспечивать качественную и бесперебойную подачу воды на обслуживаемые объекты; регулировать подачу воды; выявлять и устранять неполадки в работе оборудования насосной станции; выполнять текущий ремонт и участвовать в более сложных видах ремонта оборудования и зданий объектов ВКХ и т.д. (л.д. ).

Графиками работы на 2019 г. и 2020 г. установлен режим рабочего времени: начало работы 08 час. 00 мин., окончание работы 20 час. 00 мин. для дневной смены и соответственно с 20 час. 00 мин. до 08 час. 00 мин. для ночной смены. Перерыв для отдыха и питания установлен от 30 мин. до 2 часов, рабочие часы указаны от 10 ч. до 11,5 ч. (л.д. )

Таким образом, из материалов дела следует, что ФИО1 установлен сменный режим работы продолжительностью рабочей смены 12 часов, включая перерывы для отдыха и питания от 30 мин. до 2 ч. в смену и суммированный учет рабочего времени с учетным периодом 1 квартал.

Как подтверждается представленными в материалы дела табелями учета рабочего времени, за каждую смену истцу учитывалось от 10 часов до 11,5 часов рабочего времени, от 30 мин до 2 час, отведенных для отдыха и приема пищи, из учета исключался.

Так, в табеле учета рабочего времени в сентябре, октябре, ноябре и декабре 2019 года истцу не учитывались 1,5 часа работы в дневную смену и 1 час в ночную смену; в январе 2020 года не учитывались 1,5 часа в дневную смену и 2 часа в ночную смену; в феврале и марте 2020 года – 1,5 часа работы в дневную смену и 1 час в ночную смену.

Учитывая, что при суммированном учете рабочего времени начисление заработной платы осуществляется за фактически отработанное время, соответственно истцу была недоначислена и невыплачена заработная плата за отработанные часы, не учтенные в табеле учета рабочего времени за период с сентября 2019 года по март 2020 года в общем размере 25 296 руб. 30 коп., исходя из расчета представленного истцом. 

Также, несмотря на то, что приказами начальника ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России № 1039 от 13.11.2018 г. и № 1 ПР/316 от 31.10.2019 г., установлен суммированный учет рабочего времени за квартал для работников занятых на работах с вредными и (или опасными) условиями труда, истцу в 2019 году не производился расчет сверхурочных часов исходя из учетного периода в квартал, соответственно в четвертом квартале 2019 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 33 в сумме 1 222 руб. 08 коп.; в первом квартале 2020 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 92 в сумме 3 957 руб. 59 коп. Всего недоначислено и невыплачено 30 475 руб. 97 коп.

Как следует из раздела 3 должностной инструкции машиниста (кочегара) котельной, машинист (кочегар) обязан: обслуживать отдельные водогрейные котлы; разжигать, пускать, останавливать котлы и поставлять их водой; регулировать горение топлива; наблюдать с помощью контрольно-измерительных приборов уровень воды в котле, температуру воды в котле; поддерживать необходимое давление и температуру воды.

Графиками работы на 2019-2020 годы установлен режим рабочего времени: начало работы 08 ч. 00 мин., окончание работы 20 час. 00 мин. для дневной смены и соответственно с 20 час. 00 мин. до 08 час. 00 мин. для ночной смены. Перерыв для отдыха и питания установлен от 30 мин. до 2 часов, рабочие часы указаны от 10 ч. до 11,5 ч. (л.д. ).

Пунктами 5.2, 5.3, 6.2 трудового договора установлено, что работнику -машинисту (кочегару) котельной, устанавливается суммированный учет рабочего времени с продолжительностью учетного периода 1 год; нормальное число рабочих часов за учетный период определяется исходя из 40 часов в неделю; работник обязан исполнять трудовую функцию согласно графика сменности; время начала работы и окончания работы, перерыва для отдыха и питания, внутрисменных перерывов предоставляются в соответствии с трудовым законодательством, Правилами внутреннего трудового распорядка, графиком сменности.

Из материалов дела усматривается, что ФИО2 работает в ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России с 01.04.2017 года в должности машиниста (кочегара) котельной жилищно-коммунальной службы № 7/5 на основании трудового договора № 209/5. Рабочее место находится по адресу: 

<

адрес> 

В соответствии с п. 6.1. трудового договора за выполнение обязанностей, предусмотренных трудовым договором, работнику устанавливается должностной оклад в размере 6 090 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени.

С 01.01.2018 г. установлен должностной оклад в размере 6 334 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение к трудовому договору № 2 от 01.01.2018 г.), с 01.10.2019 г. – 6 607 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение № 6 от 30.09.2019 г.), с 01.01.2020 г. – 6 610 руб. (см. дополнительное соглашение № 7 от 01.01.2020 г.).

Таким образом, из материалов дела следует, что ФИО2 установлен сменный режим работы продолжительностью рабочей смены 12 часов, включая перерывы для отдыха и питания от 30 мин. до 2 ч. в смену и суммированный учет рабочего времени с учетным периодом 1 квартал.

Как подтверждается представленными в материалы дела табелями учета рабочего времени, за каждую смену истцу учитывалось от 10 часов до 11,5 часов рабочего времени, от 30 мин. до 2 часов, отведенных для отдыха и приема пищи, из учета исключался (л.д. ).

Так, в табеле учета рабочего времени в октябре, ноябре и декабре 2019 года истцу не учитывались 0,5 часов работы в дневную смену и 1 час в ночную смену; в январе, феврале и марте 2020 года не учитывались 2 часа в дневную смену и 2 часа в ночную смену.

Учитывая, что при суммированном учете рабочего времени начисление заработной платы осуществляется за фактически отработанное время, соответственно истцу была недоначислена и невыплачена заработная плата за отработанные часы, не учтенные в табеле учета рабочего времени за период с октября 2019 года по март 2020 года в общем размере 9 423 руб. 43 коп., исходя из расчета представленного истцом. 

Также, несмотря на то, что приказами начальника ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России № 1039 от 13.11.2018 г. и № 1 ПР/316 от 31.10.2019 г., установлен суммированный учет рабочего времени за квартал для работников занятых на работах с вредными и (или опасными) условиями труда, истцу в 2019 году не производился расчет сверхурочных часов исходя из учетного периода в квартал, соответственно в четвертом квартале 2019 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 33 в сумме 1 222 руб. 08 коп.; в первом квартале 2020 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 94 в сумме 4 044 руб. 57 коп. Всего недоначислено и невыплачено 14 690 руб. 08 коп.

Из материалов дела усматривается, что ФИО3 работает в ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России с 01.04.2017 года в должности машиниста (кочегара) котельной жилищно-коммунальной службы № 7/5 на основании трудового договора № 209/5. Рабочее место находится по адресу: 

<

адрес> 

В соответствии с п. 6.1. трудового договора за выполнение обязанностей, предусмотренных трудовым договором, работнику устанавливается должностной оклад в размере 6 090 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени.

С 01.01.2018 г. установлен должностной оклад в размере 6 334 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение к трудовому договору № 2 от 01.01.2018 г.), с 01.10.2019 г. – 6 607 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение № 6 от 30.09.2019 г.), с 01.01.2020 г. – 6 610 руб. (см. дополнительное соглашение № 7 от 01.01.2020 г.).

Как подтверждается представленными в материалы дела табелями учета рабочего времени, за каждую смену истцу учитывалось от 10 часов до 11,5 часов рабочего времени, от 30 мин. до 2 часов, отведенных для отдыха и приема пищи, из учета исключался (л.д. ).

Так, в табеле учета рабочего времени в октябре, ноябре и декабре 2019 года истцу не учитывались 0,5 часов работы в дневную смену и 1 час в ночную смену; в январе, феврале и марте 2020 года не учитывались 2 часа в дневную смену и 2 часа в ночную смену.

Учитывая, что при суммированном учете рабочего времени начисление заработной платы осуществляется за фактически отработанное время, соответственно истцу была недоначислена и невыплачена заработная плата за отработанные часы, не учтенные в табеле учета рабочего времени за период с октября 2019 года по март 2020 года в общем размере 13 644 руб. 45 коп., исходя из расчета представленного истцом. 

Также, несмотря на то, что приказами начальника ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России № 1039 от 13.11.2018 г. и № 1 ПР/316 от 31.10.2019 г., установлен суммированный учет рабочего времени за квартал для работников занятых на работах с вредными и (или опасными) условиями труда, истцу в 2019 году не производился расчет сверхурочных часов исходя из учетного периода в квартал, соответственно в четвертом квартале 2019 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 33 в сумме 1 222 руб. 08 коп.; в первом квартале 2020 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 88 в сумме 3 783 руб. 63 коп. Всего недоначислено и невыплачено 18 650 руб. 16 коп.

Из материалов дела усматривается, что ФИО4 работает в ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России с 01.04.2017 года в должности машиниста (кочегара) котельной жилищно-коммунальной службы № 7/5 на основании трудового договора № 195/5. Рабочее место находится по адресу: 

<

адрес>

В соответствии с п. 6.1. трудового договора за выполнение обязанностей, предусмотренных трудовым договором, работнику устанавливается должностной оклад в размере 6 090 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени.

С 01.01.2018 г. установлен должностной оклад в размере 6 334 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение к трудовому договору № 2 от 01.01.2018 г.), с 01.10.2019 г. – 6 607 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение от 30.09.2019 г.), с 01.01.2020 г. – 6 610 руб. (см. дополнительное соглашение от 01.01.2020 г.).

Таким образом, из материалов дела следует, что ФИО4 установлен сменный режим работы продолжительностью рабочей смены 12 часов, включая перерывы для отдыха и питания от 30 мин. до 2 ч. в смену и суммированный учет рабочего времени с учетным периодом 1 квартал.

Как подтверждается представленными в материалы дела табелями учета рабочего времени, за каждую смену истцу учитывалось от 10 часов до 11,5 часов рабочего времени, от 30 мин. до 2 часов, отведенных для отдыха и приема пищи, из учета исключался (л.д. ).

Так, в табеле учета рабочего времени в октябре, ноябре и декабре 2019 года истцу не учитывались 0,5 часов работы в дневную смену и 1 час в ночную смену; в январе, феврале и марте 2020 года не учитывались 2 часа в дневную смену и 2 часа в ночную смену.

Учитывая, что при суммированном учете рабочего времени начисление заработной платы осуществляется за фактически отработанное время, соответственно истцу была недоначислена и невыплачена заработная плата за отработанные часы, не учтенные в табеле учета рабочего времени за период с октября 2019 года по март 2020 года в общем размере 13 201 руб. 02 коп., исходя из расчета представленного истцом. 

Также, несмотря на то, что приказами начальника ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России № 1039 от 13.11.2018 г. и № 1 ПР/316 от 31.10.2019 г., установлен суммированный учет рабочего времени за квартал для работников занятых на работах с вредными и (или опасными) условиями труда, истцу в 2019 году не производился расчет сверхурочных часов исходя из учетного периода в квартал, соответственно в четвертом квартале 2019 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 33 в сумме 1 222 руб. 08 коп.; в первом квартале 2020 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 72 в сумме 3 087 руб. 79 коп. Всего недоначислено и невыплачено 17 510 руб. 89 коп.

Из материалов дела усматривается, что ФИО5 работает в ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России с 01.04.2017 года в должности машиниста (кочегара) котельной жилищно-коммунальной службы № 7/5 на основании трудового договора № 214/5. Рабочее место находится по адресу: 

<

адрес> 

В соответствии с п. 6.1. трудового договора за выполнение обязанностей, предусмотренных трудовым договором, работнику устанавливается должностной оклад в размере 6 090 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени.

С 01.01.2018 г. установлен должностной оклад в размере 6 334 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение к трудовому договору № 2 от 01.01.2018 г.), с 01.10.2019 г. – 6 607 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение № 6 от 30.09.2019 г.), с 01.01.2020 г. – 6 610 руб. (см. дополнительное соглашение № 7 от 01.01.2020 г.).

Таким образом, из материалов дела следует, что ФИО5 установлен сменный режим работы продолжительностью рабочей смены 12 часов, включая перерывы для отдыха и питания от 30 мин. до 2 ч. в смену и суммированный учет рабочего времени с учетным периодом 1 квартал.

Как подтверждается представленными в материалы дела табелями учета рабочего времени, за каждую смену истцу учитывалось от 10 часов до 11,5 часов рабочего времени, от 30 мин. до 2 часов, отведенных для отдыха и приема пищи, из учета исключался (л.д. ).

Так, в табеле учета рабочего времени в ноябре и декабре 2019 года истцу не учитывались 0,5 часов работы в дневную смену и 1 час в ночную смену; в январе, феврале и марте 2020 года не учитывались 2 часа в дневную смену и 2 часа в ночную смену.

Учитывая, что при суммированном учете рабочего времени начисление заработной платы осуществляется за фактически отработанное время, соответственно истцу была недоначислена и невыплачена заработная плата за отработанные часы, не учтенные в табеле учета рабочего времени за период с ноября 2019 года по март 2020 года в общем размере 13 250 руб. 97 коп., исходя из расчета представленного истцом. 

Также, несмотря на то, что приказами начальника ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России № 1039 от 13.11.2018 г. и № 1 ПР/316 от 31.10.2019 г., установлен суммированный учет рабочего времени за квартал для работников занятых на работах с вредными и (или опасными) условиями труда, истцу в 2019 году не производился расчет сверхурочных часов исходя из учетного периода в квартал, соответственно в ноябре и декабре 2019 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 33 в сумме 1 222 руб. 08 коп.; в первом квартале 2020 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 92 в сумме 3 957 руб. 59 коп. Всего недоначислено и невыплачено 18 430 руб. 64 коп.

Из материалов дела усматривается, что ФИО9 работает в ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России с 09.10.2017 года в должности машиниста (кочегара) котельной жилищно-коммунальной службы № 7/5 на основании трудового договора № 376/5. Рабочее место находится по адресу: 

<

адрес> 

В соответствии с п. 6.1. трудового договора за выполнение обязанностей, предусмотренных трудовым договором, работнику устанавливается должностной оклад в размере 6 090 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени.

С 01.01.2018 г. установлен должностной оклад в размере 6 334 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение к трудовому договору № 1 от 01.01.2018 г.), с 01.10.2019 г. – 6 607 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение № 5 от 30.09.2019 г.), с 01.01.2020 г. – 6 610 руб. (см. дополнительное соглашение № 6 от 01.01.2020 г.).

Таким образом, из материалов дела следует, что ФИО6 установлен сменный режим работы продолжительностью рабочей смены 12 часов, включая перерывы для отдыха и питания от 30 мин. до 2 ч. в смену и суммированный учет рабочего времени с учетным периодом 1 квартал.

Как подтверждается представленными в материалы дела табелями учета рабочего времени, за каждую смену истцу учитывалось от 10 часов до 11,5 часов рабочего времени, от 30 мин до 2 час, отведенных для отдыха и приема пищи, из учета исключался (л.д. ).

Так, в табеле учета рабочего времени в октябре, ноябре и декабре 2019 года истцу не учитывались 0,5 часов работы в дневную смену и 1 час в ночную смену; в январе, феврале и марте 2020 года не учитывались 2 часа в дневную смену и 2 часа в ночную смену.

Учитывая, что при суммированном учете рабочего времени начисление заработной платы осуществляется за фактически отработанное время, соответственно истцу была недоначислена и невыплачена заработная плата за отработанные часы, не учтенные в табеле учета рабочего времени за период с октября 2019 года по март 2020 года в общем размере 14 207 руб. 47 коп., исходя из расчета представленного истцом. 

Также, несмотря на то, что приказами начальника ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России № 1039 от 13.11.2018 г. и № 1 ПР/316 от 31.10.2019 г., установлен суммированный учет рабочего времени за квартал для работников занятых на работах с вредными и (или опасными) условиями труда, истцу в 2019 году не производился расчет сверхурочных часов исходя из учетного периода в квартал, соответственно в четвертом 2019 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 33 в сумме 1 222 руб. 08 коп.; в первом квартале 2020 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 92 в сумме 3 957 руб. 59 коп. Всего недоначислено и невыплачено 19 387 руб. 14 коп.

Из материалов дела усматривается, что ФИО7 работает в ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России с 01.04.2017 года в должности машиниста (кочегара) котельной жилищно-коммунальной службы № 7/5 на основании трудового договора № 204/5. Рабочее место находится по адресу: 

<

адрес>

В соответствии с п. 6.1. трудового договора за выполнение обязанностей, предусмотренных трудовым договором, работнику устанавливается должностной оклад в размере 6 090 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени.

С 01.01.2018 г. установлен должностной оклад в размере 6 334 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение к трудовому договору № 2 от 01.01.2018 г.), с 01.10.2019 г. – 6 607 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение № 6 от 30.09.2019 г.), с 01.01.2020 г. – 6 610 руб. (см. дополнительное соглашение № 7 от 01.01.2020 г.).

Таким образом, из материалов дела следует, что ФИО7 установлен сменный режим работы продолжительностью рабочей смены 12 часов, включая перерывы для отдыха и питания от 30 мин. до 2 ч. в смену и суммированный учет рабочего времени с учетным периодом 1 квартал.

Как подтверждается представленными в материалы дела табелями учета рабочего времени, за каждую смену истцу учитывалось от 10 часов до 11,5 часов рабочего времени, от 30 мин. до 2 часов, отведенных для отдыха и приема пищи, из учета исключался (л.д. ).

Так, в табеле учета рабочего времени в октябре, ноябре и декабре 2019 года истцу не учитывались 0,5 часов работы в дневную смену и 1 час в ночную смену; в январе, феврале и марте 2020 года не учитывались 2 часа в дневную смену и 2 часа в ночную смену.

Учитывая, что при суммированном учете рабочего времени начисление заработной платы осуществляется за фактически отработанное время, соответственно истцу была недоначислена и невыплачена заработная плата за отработанные часы, не учтенные в табеле учета рабочего времени за период с октября 2019 года по март 2020 года в общем размере 21 919 руб. 80 коп., исходя из расчета представленного истцом. 

Также, несмотря на то, что приказами начальника ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России № 1039 от 13.11.2018 г. и № 1 ПР/316 от 31.10.2019 г., установлен суммированный учет рабочего времени за квартал для работников занятых на работах с вредными и (или опасными) условиями труда, истцу в 2019 году не производился расчет сверхурочных часов исходя из учетного периода в квартал, соответственно в четвертом 2019 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 33 в сумме 1 222 руб. 08 коп.; в первом квартале 2020 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 84 в сумме 3 783 руб. 63 коп. Всего недоначислено и невыплачено 26 751руб. 55 коп.

Из материалов дела усматривается, что ФИО8 работает в ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России с 01.04.2017 года в должности машиниста (кочегара) котельной жилищно-коммунальной службы № 7/5 на основании трудового договора № 204/5. Рабочее место находится по адресу: 

<

адрес>

В соответствии с п. 6.1. трудового договора за выполнение обязанностей, предусмотренных трудовым договором, работнику устанавливается должностной оклад в размере 6 090 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени.

С 01.01.2018 г. установлен должностной оклад в размере 6 334 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение к трудовому договору № 2 от 01.01.2018 г.), с 01.10.2019 г. – 6 607 руб. в месяц с оплатой пропорционально отработанному времени (см. дополнительное соглашение № 6 от 30.09.2019 г.), с 01.01.2020 г. – 6 610 руб. (см. дополнительное соглашение № 7 от 01.01.2020 г.).

Таким образом, из материалов дела следует, что ФИО8 установлен сменный режим работы продолжительностью рабочей смены 12 часов, включая перерывы для отдыха и питания от 30 мин. до 2 ч. в смену и суммированный учет рабочего времени с учетным периодом 1 квартал.

Как подтверждается представленными в материалы дела табелями учета рабочего времени, за каждую смену истцу учитывалось от 10 часов до 11,5 часов рабочего времени, от 30 мин. до 2 часов, отведенных для отдыха и приема пищи, из учета исключался (л.д. ).

Так, в табеле учета рабочего времени в октябре, ноябре и декабре 2019 года истцу не учитывались 0,5 часов работы в дневную смену и 1 час в ночную смену; в январе, феврале и марте 2020 года не учитывались 2 часа в дневную смену и 2 часа в ночную смену.

Учитывая, что при суммированном учете рабочего времени начисление заработной платы осуществляется за фактически отработанное время, соответственно истцу была недоначислена и невыплачена заработная плата за отработанные часы, не учтенные в табеле учета рабочего времени за период с октября 2019 года по март 2020 года в общем размере 16 198 руб. 82 коп., исходя из расчета представленного истцом. 

Также, несмотря на то, что приказами начальника ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России № 1039 от 13.11.2018 г. и № 1 ПР/316 от 31.10.2019 г., установлен суммированный учет рабочего времени за квартал для работников занятых на работах с вредными и (или опасными) условиями труда, истцу в 2019 году не производился расчет сверхурочных часов исходя из учетного периода в квартал, соответственно в четвертом 2019 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 33 в сумме 1 222 руб. 08 коп.; в первом квартале 2020 года количество не оплаченных сверхурочных часов составило 84 в сумме 3 783 руб. 63 коп. Всего недоначислено и невыплачено 21 204 руб. 53 коп.

Из пояснений представителя истца ФИО10 установлено, что в котельной оборудована комната для приема пищи, поскольку кочегар не может покинуть котельную, так как необходимо постоянно следить за давлением, и работой котла. Обеденного перерыва у кочегаров нет, пищу принимают в приспособленной комнате, каждый обслуживает свой котел.

В пункте 7.1 Правил внутреннего трудового распорядка, утвержденных приказом начальника ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России от 31 марта 2017 г. № 13/3, установлено, что рабочее время работников учреждения определяется настоящими Правилами, а также трудовым договором, графиком сменности.

Пунктом 7.4 Правил внутреннего трудового распорядка определено, что на работах, где по условиям производства (работы) предоставление перерыва для отдыха и питания невозможно, работодатель обеспечивает работникам возможность отдыха и приема пищи в рабочее время. Пунктом 7.7 Правил установлено, что при непрерывных работах запрещается оставлять работу до прихода сменяющего работника.

В силу должностной инструкции машиниста (кочегара) котельной жилищно-эксплуатационной (коммунальной) службы в составе жилищно-эксплуатационного (коммунального) отдела № 7 (г. Чита) филиала ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России по Восточному военному округу, утвержденной 03 июня 201419 г., машинист (кочегар) котельной обязан обслуживать отдельные водогрейные котлы с суммарной теплопроизводительностью до 12,6 ГДж/ч (до 3 Гкал/ч), работающие на твердом топливе.

В соответствии с п. 233 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности опасных производственных объектов, на которых используется оборудование, работающее под избыточным давлением», утвержденных Приказом Ростехнадзора от 25.03.2014 № 116, запрещается оставлять котел без постоянного наблюдения со стороны обслуживающего персонала, как во время работы котла, так и после его остановки до снижения давления в нем до значения, равного атмосферному давлению. Допускается эксплуатация котлов без постоянного наблюдения за их работой со стороны обслуживающего персонала при наличии автоматики, сигнализации и защит, обеспечивающих ведение проектного режима работы; предотвращение аварийных ситуаций; остановку котла при нарушениях режима работы, которые могут вызвать повреждение котла.

В силу п.1.12. Типовой инструкции по безопасному ведению работ для персонала котельных. РД 10-319-99, утвержденной Постановлением Госгортехнадзора РФ от 19.08.1999 № 49, машинистам (кочегарам, операторам), находящимся на дежурстве в котельной, запрещается отвлекаться от выполнения обязанностей, возложенных на них производственной инструкцией. 

Запрещается оставлять котел без постоянного наблюдения со стороны обслуживающего персонала как во время работы котла, так и после его остановки (до полного прекращения горения в топке, удаления из нее остатков топлива и снижения давления до нуля) (п. 1.13 вышеназванной инструкции).

Из графиков работы, утвержденных на 2019 и 2020 года, следует, что они составлены на каждую бригаду. При этом, перерыв для отдыха и питания установлен в одно время для всей бригады. Так, например, для ночной смены начало работы в 20 часов 00 минут, окончание работы 08 часов 00 минут. Перерыв для отдыха и питания с 00 часов 00 минут до 01 часа 00 минут, с 05 часов 00 минут до 06 часов 00 минут (л.д. ).

Доказательств, что кто-то из сотрудников котельной меняет истцов во время его перерыва для отдыха и питания, ответчиком не представлено.

Принимая во внимание положения ст. 108 ТК РФ, а также учитывая, что в соответствии с должностной инструкцией истца характер работы носит непрерывный характер, истец не имеет право покидать рабочее место в течение рабочей смены, то есть истцы не могут использовать время отдыха по собственному усмотрению, суд считает, что работодатель обязан был учитывать и оплачивать истцам рабочее время 12 часов в смену.

В силу части 3 статьи 108 Трудового кодекса Российской Федерации на работах, где по условиям производства (работы) предоставление перерыва для отдыха и питания невозможно, работодатель обязан обеспечить работнику возможность отдыха и приема пищи в рабочее время. Перечень таких работ, а также места для отдыха и приема пищи устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка.

Из приведенных положений трудового законодательства следует, что обязанность работодателя по обеспечению работнику возможности отдыха и приема пищи в рабочее время возникает в случае отсутствия у работодателя условий для предоставления работнику такого времени, то есть отсутствия возможности для освобождения работника от исполнения трудовых обязанностей. Таким образом, если работник лишен возможности использовать время отдыха и питания по своему усмотрению, то это время включается в рабочее время и должно оплачиваться.

Расчеты, представленные истцами, приняты судом, проверены и признаны верными. Представитель ответчика расчет истцов в судебном заседании не оспаривал.

Проанализировав представленные по делу доказательства, в совокупности с приведенными нормами закона, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

В силу ст. 98, 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета муниципального района «Читинский район» Забайкальского края государственная пошлина в размере 4 542 рубля. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ШараБ. Б. В. к Федеральному государственному бюджетному учреждению «Центральное жилищно-коммунальное управление» Министерства обороны Российской Федерации о взыскании недоначисленной и невыплаченной заработной платы за период с сентября 2019 года по март 2020 года, об обязании производить начисление заработной платы за фактическое отработанное время, с учетом времени нахождения на перерыве для отдыха и питания, удовлетворить.

Взыскать с ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России в пользу:

- ФИО1 недоначисленную и невыплаченную заработную плату за период с сентября 2019 года по март 2020 года в размере 30 475 руб. 97 коп.;

-ФИО2 недоначисленную и невыплаченную заработную плату за период с октября 2019 года по март 2020 года в размере 14 690 руб. 08 коп.;

-ФИО3 недоначисленную и невыплаченную заработную плату за период с октября 2019 года по март 2020 года в размере 18 650 руб. 16 коп.;

- ФИО4 недоначисленную и невыплаченную заработную плату за период с октября 2019 года по март 2020 года в размере 17 510 руб. 89коп.;

- ФИО5 недоначисленную и невыплаченную заработную плату за период с ноября 2019 года по март 2020 года в размере 18 430 руб. 64 коп.;

- ФИО6 недоначисленную и невыплаченную заработную плату за период с октября 2019 года по март 2020 года в размере 19 387 руб. 14 коп.;

- ФИО7 недоначисленную и невыплаченную заработную плату за период с октября 2019 года по март 2020 года в размере 26 751 руб. 55 коп.;

- ШараБ. Б. В. недоначисленную и невыплаченную заработную плату за период с октября 2019 года по март 2020 года в размере 21 204 руб. 53 коп.

Обязать ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России производить начисление заработной платы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ШараБ. Б. В. за фактическое отработанное время, с учетом времени нахождения на перерыве для отдыха и питания.

Взыскать с ФГБУ «ЦЖКУ» Минобороны России в доход бюджета муниципального района «Читинский район» Забайкальского края государственную пошлину в размере 4 542 рубля. 

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца с момента его принятия в окончательной форме в Забайкальский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Читинский районный суд Забайкальского края.

Судья: Шокол Е.В.

Мотивированное решение изготовлено 25 ноября 2020 года.