Дело №

УИД 46RS0№-67

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

<

адрес>

<

адрес> 08 ноября 2024 года 

Касторенский районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Прохоровой Л.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» о возмещении морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО4 обратился в суд с иском к ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» о возмещении морального вреда, указывая, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 13 часов 30 минут по 14 часов 00 минут, находясь на своем рабочем месте на территории комплекса по подработке и хранению зерна (ток Быково) производственного участка Горшечное ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест», расположенного по адресу: 

<

адрес>, при выполнении работ, умер его отец ФИО2.

По данному факту было возбуждено уголовное дело, в ходе расследования которого были предъявлены обвинения работникам ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО7 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст.143 УК РФ. Он был признан потерпевшим по данному уголовному делу.

В ходе рассмотрения дела в суде было установлено, что по причине допущенной сотрудниками ФИО5, ФИО6, ФИО7 ЗАО «Касторное-Агро-Инвест» преступной небрежности, повлекшей отсутствие на предприятии технологической документации, содержащей требования безопасности процессов, связанных со спуском работников в приямок нории зерноочистительного агрегата, не оформление наряда-допуска на работы повышенной опасности, отсутствие индивидуальных кислородных аппаратов и других средств защиты, которые учитывают особенности выполняемых работ в приямках нории, отсутствие в организации газоанализатора, который должен был быть задействован перед началом работ для проверки наличия скопления газов в приямке нории, и непосредственного наблюдения механика организации, а также по причине допущенной ФИО8 преступной небрежности, приведшей к отсутствию должной проверки наличия скопления газов при производстве работ и перед спуском подсобных рабочих в приямок нории зерноочистительного агрегата, отсутствие в организации газоанализатора, который должен был быть задействован перед началом работ для проверки наличия скопления газов в приямке нории, и непосредственного наблюдения за работой подсобных рабочих, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 13 часов 30 минут по 14 часов 00 минут не прошедшие обучение и внеочередную проверку знаний требований охраны труда в связи с вступлением ДД.ММ.ГГГГ в силу Правил по охране труда в сельском хозяйстве, утвержденных приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н, и обучение и проверку знаний безопасным методам и приемам выполнения работ на высоте в соответствии с Правилами по охране труда при работе на высоте, утвержденными приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н, в нарушение данных государственных нормативных требований охраны труда, подсобные рабочие ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» ФИО10, ФИО11 и ФИО2, находясь на территории комплекса по подработке и хранению зерна (ток Быково) производственного участка Горшечное ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест», расположенного по адресу: 

<

адрес>, будучи неосведомленными о правилах и безопасных методах работы и обязательных требованиях охраны труда, приступили к очистке приямка нории зерноочистительного агрегата глубиной 4,1 метра, в котором на тот момент произошло скопление неустановленного газа с пониженным содержанием кислорода от находившихся там остатков зерна и зерновых примесей, для чего поочередно по вертикально расположенной металлической лестнице спустился на дно указанного приямка, где, вдохнув находившийся там газ с пониженным содержанием кислорода, потерял сознание и скончался на месте выполнения работ.

Согласно заключению эксперта причиной смерти ФИО2 явилась асфиксия от недостатка кислорода во вдыхаемом воздухе в условиях полузамкнутого пространства, которая привела к развитию острой дыхательной недостаточности, связанной со снижением поступления в организм кислорода с последующим развитием кислородного голодания органов и тканей с необратимыми расстройствами центральной нервной системы и кровообращения вплоть до остановки сердца. Асфиксия является состоянием опасным для жизни и по этому признаку квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Касторенского районного суда 

<

адрес> прекращено уголовное преследование в отношении подсудимых ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО7 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст.143 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, то есть по не реабилитирующим основаниям. Никто из подсудимых не обжаловал данное постановление. 

В связи со смертью отца ему были причинены моральные страдания, он потерял одного из самых близких родственников, его дети навсегда потеряли дедушку, очень тяжело перенесла эту утрату и мать его отца, а его бабушка, и ему было тяжко видеть ее страдания. На протяжении длительного времени проводилось расследование уголовного дела, что свидетельствовало о применении всех средств для затягивания расследования с целью избежания ответственности, в итоге судом уголовное преследование было прекращено в связи с истечением сроков давности, и для него, как потерпевшего и сына, социальной справедливости не наступило. Напротив, на протяжении шести лет он испытывал бессилие и моральные страдания от того, что его отец погиб мучительной смертью, и виновные лица ушли от справедливого и законного наказания. Поскольку работодатель, который должен следить за соблюдением всех норм и правил на предприятии, не обеспечил безопасные условия труда для работников, то просит суд взыскать с ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» в его пользу компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей.

В настоящее судебное заседание истец ФИО4 не явился, о дне, месте и времени слушания дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело без его участия.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО4, будучи допрошенным посредством ВКС на базе Егорьевского городского суда 

<

адрес>, на исковых требованиях настаивал, по доводам, изложенным в иске, просил их удовлетворить. При этом пояснил суду, что, несмотря на развод родителей, а также отдельное проживание от отца, у них были хорошие отношения, он часто по телефону общался, как с ним, так и с бабушкой, матерью отца, которые проживали совместно, приезжал к ним в гости на выходные, на праздники, в отпуск, отец при необходимости мог поддержать его советом. 

В судебном заседании представитель ответчика - ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» ФИО14, действующий на основании доверенности № ДКАС-2215/24 от ДД.ММ.ГГГГ, не отрицая факта наступления ДД.ММ.ГГГГ во время исполнения ФИО2 своих трудовых обязанностей по очистке приямка нории зерноочистительного агрегата его смерти в результате асфиксии, просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме по основаниям, изложенным им в поданных суду возражениях, а также в судебных заседаниях, поскольку истцом не доказан размер компенсации морального вреда, сам факт наличия родственных отношений не является основанием для его возмещения. Также пояснил, что ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» выплатило матери ФИО2 ФИО12 единовременную материальную помощь в размере 500 000 рублей 00 коп., а также истцу по расписке от ДД.ММ.ГГГГ и расходному кассовому ордеру № б/н и без даты 64 000 рублей 00 копеек для компенсации расходов на захоронение отца, всего 564000 рублей. При этом ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» не несет ответственности за якобы умышленное затягивание расследования уголовного дела с целью избежания ответственности и прекращение уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования, что привело, по мнению истца, к усугублению его морального состояния. Вынесенное Касторенским районным судом 

<

адрес> по нереабилитирующим основаниям постановление о прекращении уголовного дела за истечением срока давности уголовного преследования не свидетельствует о не наступлении социальной справедливости в результате его вынесения, а предполагает доказанность совершения подсудимыми деяния, которое содержит признаки состава преступления. В поведении и действиях общества отсутствовал какой-либо умысел, к несчастному случаю на производстве, повлекшему смерть ФИО2, привела небрежность сотрудников ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест», кроме того, действия и поведение самого погибшего могли привести к указанным трагическим последствиям, поскольку в его крови обнаружен этиловый спирт в концентрации, при жизни соответствующей сильной степени алкогольного опьянения. Также просил обратить внимание, что ФИО4 является совершеннолетним, проживал отдельно от отца с момента развода его родителей. Кроме того, пояснил, что, исходя из решений иных судов по аналогичным искам, в случае если суд придет к выводу о компенсации морального вреда, полагал подлежащей её взысканию в размере 200000 рублей.

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц ФИО13, ФИО5, ФИО6, ФИО7 в судебное заседание не явились, о дне, месте и времени слушания дела своевременно извещены надлежащим образом. 

Привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица ФИО8 в настоящее судебное заседание также не явился, о дне, месте и времени слушания дела извещен надлежащим образом. Согласно заявлению просил рассмотреть дело без его участия, при вынесении решения по делу полагается на усмотрение суда.

В судебных заседаниях, в том числе и ДД.ММ.ГГГГ, третье лицо ФИО8 также полагался при вынесении решения по делу на усмотрение суда. 

С учетом положений ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, проанализировав и оценив доказательства в совокупности между собой, суд приходит к следующему.

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах).

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

Положениями ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда (абз. 4 ч.2).

Работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами (абз. 16 ч. 2).

Согласно ст. 212 ТК РФ на работодателя возложена обязанность по обеспечению безопасных условий труда и по охране труда, при этом работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

В силу ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ч. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда"). 

Аналогичные положения были предусмотрены и в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", действовавшего на момент возникновения спорных правоотношений, и утратившего силу ДД.ММ.ГГГГ

В абзаце втором пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. 

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10).

Согласно разъяснению, данному в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).

Аналогичные разъяснения содержатся и в абз. 2 п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина". 

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

В ходе рассмотрения настоящего спора установлено, и подтверждается материалами дела, что ФИО4 является сыном ФИО2

ФИО2 на основании приказа (распоряжения) о приеме работника на работу от ДД.ММ.ГГГГ N 16-ЛС и трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ N 16/2016 принят на должность подсобного рабочего тока Белгородка, участок Горшечное, Производственный департамент. 

ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 13 часов 30 минут по 14 часов 00 минут не прошедшие обучение и внеочередную проверку знаний требований охраны труда в связи с вступлением ДД.ММ.ГГГГ в силу Правил по охране труда в сельском хозяйстве, утвержденных приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н, и обучение и проверку знаний безопасным методам и приемам выполнения работ на высоте в соответствии с Правилами по охране труда при работе на высоте, утвержденными приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н, в нарушение данных государственных нормативных требований охраны труда, подсобные рабочие ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» ФИО10, ФИО11 и ФИО2, находясь на территории комплекса по подработке и хранению зерна (ток Быково) производственного участка Горшечное ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест», расположенного по адресу: 

<

адрес>, будучи неосведомленными о правилах и безопасных методах работы и обязательных требованиях охраны труда, приступили к очистке приямка нории зерноочистительного агрегата глубиной 4,1 метра, в котором на тот момент произошло скопление неустановленного газа с пониженным содержанием кислорода от находившихся там остатков зерна и зерновых примесей, для чего поочередно по вертикально расположенной металлической лестнице спустился на дно указанного приямка, где, вдохнув находившийся там газ с пониженным содержанием кислорода, потерял сознание и скончался на месте выполнения работ.

Согласно заключению эксперта причиной смерти ФИО2 явилась асфиксия от недостатка кислорода во вдыхаемом воздухе в условиях полузамкнутого пространства, которая привела к развитию острой дыхательной недостаточности, связанной со снижением поступления в организм кислорода с последующим развитием кислородного голодания органов и тканей с необратимыми расстройствами центральной нервной системы и кровообращения вплоть до остановки сердца. Асфиксия является состоянием опасным для жизни и по этому признаку квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью.

Согласно заключениям судебно-медицинских экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти, в том числе ФИО2, явилась асфиксия от недостатка кислорода во вдыхаемом воздухе в условиях полузамкнутого пространства, которая привела к развитию острой дыхательной недостаточности, связанной со снижением поступления в организм кислорода с последующим развитием кислородного голодания органов и тканей с необратимыми расстройствами центральной нервной системы и кровообращения вплоть до остановки сердца. Асфиксия является состоянием опасным для жизни и по этому признаку квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью.

На основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ матери погибшего ФИО12 платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ перечислена единовременная материальная помощь в размере 500 000 рублей 00 коп., а ФИО4 по расписке от ДД.ММ.ГГГГ получены 64 000 рублей 00 коп. в счет компенсации расходов на захоронение, всего 564000 рублей.

По делу также установлено, что во исполнение положений ст. 229 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем ЗАО «Касторное-Агро-Инвест» была сформирована комиссия по расследованию несчастного случая на производстве, по результатам расследования которого ДД.ММ.ГГГГ составлен акт о несчастном случае на производстве №.

Комиссией, согласно п. 9 акта № о несчастном случае на производстве, утвержденного ДД.ММ.ГГГГ ЗАО «Касторное-Агро-Инвест», установлено, что причинами несчастного случая являются: непроведение обучения и проверки знаний по охране труда (основная, п.п. 9.1); несовершенство технологического процесса (п.п. 9.2); неприменение работником средств индивидуальной защиты вследствие необеспеченности ими работодателем (п.п. 9.3); неудовлетворительная организация производства работ (п.п. 9.4); нарушение работником дисциплины труда и трудового распорядка (п.п. 9.5). 

Комиссия также пришла к выводу, что лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, являются: 

ФИО3, генеральный директор ООО «Управляющая компания ЗАО «Агро-Инвест», ответственный за обеспечение безопасной эксплуатации производственных зданий, сооружений, механизмов, оборудования, помещений, безопасность технологических и производственных процессов, применяемых в производстве, создания благоприятных и безопасных условий труда для работников, соблюдения законности в деятельности Общества, в том числе норм действующего законодательства, который допустил нарушения, указанные в п.п. 9.1, 9.2, 9.3, 9.4.1 данного акта, что влечет ответственность в соответствии co ст. 362 Трудового кодекса РФ (п.п. 10.1.);

ФИО6 A.C., заместитель генерального директора по производству общества, в соответствии c должностной инструкцией являющийся лицом, ответственным, в том числе и за общее руководство работами по охране труда и осуществляющий непосредственное руководство, контроль за проведением работ по охране труда, который допустил нарушения, указанные в 9.1, 9.2, 9.3, 9.4.1 данного акта, что влечет ответственность в соответствии co ст. 362 Трудового кодекса РФ (п.п. 10.2.);

ФИО5M., специалист по охране труда общества, в соответствии c должностной инструкцией являющаяся лицом, ответственным, в том числе за координацию действий структурных подразделений, должностных лиц по вопросам охраны труда, которая допустила нарушения, указанные в п.п. 9.1, 9.2 данного акта, что влечет ответственность в соответствии co 362 Трудового кодекса РФ (п.п. 10.3.);

ФИО7 A.И., начальник Горшеченского производственного участка общества, в соответствии c должностной инструкцией являющийся лицом, ответственным, в том числе за руководство и организацией мероприятий в области охраны труда, контролем за выполнением требований инструкций, приказов, распоряжений по охране труда в Горшеченском производственном участке, который допустил нарушения, указанные в п.п. 9.2, 9.4.2, 9.4.3 данного акта, что влечет ответственность в соответствии co ст. 362 Трудового кодекса РФ (п.п. 10.4.);

Tепляков B.И., заведующий складом «ток Быково» Горшеченского производственного участка общества, в соответствии c должностной инструкцией являющийся лицом, ответственным, в том числе за контроль соблюдения правил и норм охраны труда, a также соблюдение норм, методов и приемов безопасного выполнения работ, который допустил нарушения, указанные в п. 9.4.2, 9.4.3 данного акта, что влечет ответственность в соответствии ст. 362 Трудового кодекса РФ (п.п. 10.5.);

ФИО15 B.B., подсобный рабочий общества, который допустил нарушения, указанные в п. 9.5.1, 9.5.2 данного акта. Ответственность ФИО15 B.B. не наступает в соответствии c частью 1 пyнкта 4 статьи Уголовно-процессуального кодекса РФ, в связи co смертью (п.п. 10.6.);

а также ФИО16 и ФИО10, подсобные рабочие общества, которые допустили нарушения, указанные в п. 9.5.1, 9.5.2 данного Акта. Ответственность ФИО11A. и ФИО10 не наступает в соответствии с частью 1 пункта 4 статьи Уголовно-процессуального кодекса РФ, в связи со смертью (п.п. 10.7. и 10.8.);

Аналогичные причины, вызвавшие несчастный случай, и лица, допустившие нарушения требований охраны труда, установлены и актом о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом) от ДД.ММ.ГГГГ (п. 5 (п.п. 5.1., 5.2,. 5.3., 5.4., 5.5.) и п. 6 (п.п. 6.1., 6.2., 6.3., 6.4., 6.5., 6.6., 6.7. и 6.8).

В соответствии с п.п. 9.5.1 акта № о несчастном случае на производстве и 5.5.1 акта расследования группового несчастного случая со смертельным исходом в нарушение требований п.6.3, утвержденных ДД.ММ.ГГГГ Правил внутреннего трудового распорядка Общества; п. 1.9. утвержденной ДД.ММ.ГГГГ в Обществе инструкции по охране труда для работников при подработке зерна вручную № – работники Общества находились на своем рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. 

Как следует из п.п. 9.5.2 акта № о несчастном случае на производстве и 5.5.2 акта расследования группового несчастного случая со смертельным исходом, в нарушение требований п. 3,14, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ в Обществе инструкции по охране труда для работников при подработке зерна вручную № – очистка приемка заглубленной нории (в том числе и откачка оттуда воды) осуществлялась работниками без непосредственного наблюдения механика (иного уполномоченного лица). 

По данному факту было возбуждено уголовное дело, в ходе расследования которого были предъявлены обвинения работникам ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО7 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.143 УК РФ. ФИО4 на основании постановления от ДД.ММ.ГГГГ был признан потерпевшим по данному уголовному делу.

Постановлением Касторенского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ удовлетворены ходатайства подсудимых ФИО6, ФИО5, ФИО8, ФИО7.

Прекращено уголовное преследование в отношении подсудимых ФИО6, ФИО5, ФИО8, ФИО7 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 143 УК РФ, на основании пункта 3 части 1 статьи 24 УПК РФ, то есть, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Вследствие прекращения уголовного преследования в отношении подсудимых ФИО6, ФИО5, ФИО8, ФИО7, прекратить в отношении них уголовное дело по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 143 УК РФ.

Как следует из данного постановления, ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО7 обвиняются в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 143 УК РФ, - в нарушении требований охраны труда, совершённых лицами, на которых возложены обязанности по их соблюдению, повлекших по неосторожности смерть трёх лиц.

Из данного постановления также следует, что по причине допущенной ФИО5, ФИО6, ФИО7 преступной небрежности, повлекшей отсутствие в ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» технологической документации, содержащей требования безопасности процессов, связанных со спуском работников в приямок нории зерноочистительного агрегата, неоформление наряда-допуска на работы повышенной опасности, отсутствие индивидуальных кислородных аппаратов и других средств защиты (предохранительные пояса, веревки), которые учитывают особенности выполняемых работ в приямках нории (работы на высоте в условиях вероятной кислородной недостаточности), отсутствие в организации газоанализатора, который должен был быть задействован перед началом работ для проверки наличия скопления газов в приямке нории, и непосредственного наблюдения механика организации (иного уполномоченного лица), а также по причине допущенной ФИО8 вышеуказанной преступной небрежности, приведшей к отсутствию должной проверки наличия скопления газов (в том числе недостаточного объема кислорода) при производстве работ и перед спуском подсобных рабочих в приямок нории зерноочистительного агрегата, отсутствие в организации газоанализатора, который должен был быть задействован перед началом работ для проверки наличия скопления газов в приямке нории, и непосредственного наблюдения за работой подсобных рабочих, ДД.ММ.ГГГГ в период с 13 часов 30 минут по 14 часов 00 минут не прошедшие обучение и внеочередную проверку знаний требований охраны труда в связи с вступлением ДД.ММ.ГГГГ в силу Правил по охране труда в сельском хозяйстве, утвержденных приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н, и обучение и проверку знаний безопасным методам и приемам выполнения работ на высоте в соответствии с Правилами по охране труда при работе на высоте, утвержденными приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н, в нарушение данных государственных нормативных требований охраны труда, подсобные рабочие ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» ФИО10, ФИО11 и ФИО2, находясь на территории комплекса по подработке и хранению зерна (ток Быково) производственного участка Горшечное ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест», расположенного по адресу: 

<

адрес>, в состоянии алкогольного опьянения, будучи неосведомленными о вышеуказанных безопасных методах работ и обязательных требованиях охраны труда, приступили к очистке приямка нории зерноочистительного агрегата, глубиной 4,1 метра, в котором на тот момент произошло скопление неустановленного газа с пониженным содержанием кислорода от находившихся там остатков зерна и зерновых примесей, для чего поочередно по вертикально расположенной металлической лестнице спустились на дно указанного приямка, где, вдохнув находившийся там газ с пониженным содержанием кислорода, потеряли сознание и скончались на месте выполнения работ.

Согласно заключениям судебно-медицинских экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти ФИО10, ФИО2, ФИО11 явилась асфиксия от недостатка кислорода во вдыхаемом воздухе в условиях полузамкнутого пространства, которая привела к развитию острой дыхательной недостаточности, связанной со снижением поступления в организм кислорода с последующим развитием кислородного голодания органов и тканей с необратимыми расстройствами центральной нервной системы и кровообращения вплоть до остановки сердца. Асфиксия является состоянием опасным для жизни и по этому признаку квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью.

Данное постановление, в том числе и истцом, обжаловано не было и вступило в законную силу. 

Таким образом, суд, вопреки доводам представителя ФИО14, считает установленным и доказанным требование о возмещении компенсации морального вреда с ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест», так как смерть ФИО2, являвшегося отцом ФИО4, наступила в результате несчастного случая в период исполнения им трудовых обязанностей; несчастный случай, повлекший смерть ФИО2, связан с производством, работодатель не обеспечил в соответствии с требованиями законодательства безопасные условия труда, причинно-следственная связь между допущенными работниками ответчика ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 нарушениями, указанными в вышеуказанном постановлении суда, а также в актах № о несчастном случае на производстве и о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом), заключениях эксперта, и наступившими последствиями в виде смерти подсобных рабочих общества, в том числе ФИО2, имеется, в связи с чем требования ФИО4 о взыскании в его пользу денежной компенсации морального вреда с ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» являются обоснованными и ответчик обязан возместить вред, причиненный вследствие смерти своего работника. 

Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест», суд соглашается с доводами представителя ответчика о наличии в действиях погибшего ФИО2 грубой неосторожности, выразившейся в том числе в нарушении трудовой дисциплины, а именно выполнения трудовых обязанностей по очистке приямка нории в состоянии алкогольного опьянения, что подтверждается постановлением Касторенского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, а также другими исследованными материалами дела, в том числе материалами расследования несчастного случая на производстве, а также заключениями эксперта, в том числе №, начатым ДД.ММ.ГГГГ и оконченным ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого нарушения норм и правил безопасности и охраны труда были допущены должностными лицами и работниками ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест», в том числе подсобным рабочим ФИО2, который выполнял работу по очистке приямка нории, находясь в состоянии алкогольного опьянения (нарушение ТК РФ, статья 21), к возникновению несчастного случая в определенной степени, помимо нарушений выявленных норм и правил безопасности и охраны труда при выполнении работ по очистке приямка нории в наибольшей степени заведующим складом ФИО8, заместителем генерального директора по производству ФИО6, начальником участка ФИО7, специалиста по охране труда ФИО5, привели действия пострадавших, выполнявших работу в отсутствие уполномоченного лица и находясь в состоянии алкогольного опьянения.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (судебно-медицинской экспертизы трупа по материалам проверки), при судебно-химическом исследовании в крови трупа ФИО2 обнаружен этиловый спирт в концентрации 2,53%, в моче -2,83%. Указанная концентрация этилового спирта при жизни могла соответствовать сильной степени алкогольного опьянения. 

Данное обстоятельство не оспаривалось в судебном заседании и истцом, не исключавшим частичной вины своего отца, находившегося при выполнении работ по очистке приямка нории в состоянии алкогольного опьянения, 

Поскольку факт нахождения ФИО2 в нетрезвом состоянии подтверждается результатами судебно-химического исследования крови трупа ФИО2, а несчастный случай произошел в рабочее время с 13-30 часов по 14-00 часов дня, то суд признает, что грубая неосторожность в действиях ФИО2 имела место. 

Таким образом, указанная причина, по мнению суда, в совокупности с нарушениями выявленных норм и правил безопасности и охраны труда при выполнении работ по очистке приямка нории должностными лицами ответчика также состоит в причинно-следственной связи между допущенными ФИО2 нарушениями и наступившими последствиями в виде его гибели.

Согласно п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации и п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При этом вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.). Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" о том, что "виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.)".

Таким образом, определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика, исходя из конкретных фактических обстоятельств несчастного случая на производстве, степени и характера вины работодателя, учитывая грубую неосторожность в действиях самого погибшего, выполнявшего работу, находясь в состоянии алкогольного опьянения, а также необратимость утраты близкого родственника для истца, степень родства и характер родственных отношений между истцом и погибшим, характер и степень перенесенных истцом нравственных страданий и переживаний в связи с утратой отца, принимая во внимание иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе то, что погибший ФИО2 на момент смерти ДД.ММ.ГГГГ имел возраст 53 года, то есть еще не достиг пенсионного возраста, а также индивидуальные особенности ФИО4 (на момент смерти ФИО4 был совершеннолетним, после развода родителей он отдельно проживал с матерью в одном населенном пункте с отцом, а с 2003 года проживал на территории 

<

адрес>, имел собственную семью, на иждивении отца не находился, в его материальной помощи не нуждался, так как сам, будучи трудоустроенным, обеспечивал себя и свою семью), то, что выплата компенсации морального вреда ответчиком в добровольном порядке не производилась, суд приходит к выводу о том, что требуемый истцом размер компенсации морального вреда в сумме 2 000 000 рублей при указанных обстоятельствах причинения морального вреда является завышенным и не отвечает требованиям разумности и справедливости, в связи с чем подлежит уменьшению, вопреки доводам представителя ответчика, до 300 000 рублей.

При этом факт добровольной выплаты ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» материальной помощи в связи со смертью сына матери погибшего в размере 500 000 руб. и 64 000 рублей истцу ФИО4 на погребение отца не является основанием к отказу в требовании о компенсации морального вреда, поскольку в силу действующего законодательства компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда, но учитывается судом в качестве имеющего значение для дела последующего поведения ответчика, принимавшего таким образом меры по заглаживанию причиненного вреда.

По мнению суда, присужденная сумма компенсации отвечает принципам разумности, соразмерности и справедливости, объективно соответствует всем установленным по делу обстоятельствам, а также будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику 

Таким образом, исковые требования ФИО4 в части компенсации морального вреда, вопреки его доводам, подлежат частичному удовлетворению.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о наличии иных оснований для снижения размера ответственности и отказа во взыскании компенсации морального вреда, суду стороной ответчика не представлено.

Доводы представителя ответчика о недоказанности истцом нравственных и физических страданий судом не могут быть приняты во внимание, поскольку гибель отца истца сама по себе является необратимым обстоятельством, которое влечет состояние субъективного дистресса и эмоционального расстройства, нарушает неимущественное право на семейные связи, в связи с чем во всех случаях близкие родственники испытывают нравственные страдания, вызванные смертью близкого человека, установлению подлежит лишь размер его компенсации.

Доводы представителя ответчика об иной судебной практике по аналогичным делам не могут служить основанием для отказа в удовлетворении требований ФИО4 о компенсации морального вреда, а также снижения размера ответственности, поскольку иные решения судов приняты по материалам конкретных дел, по заявленным иными истцами исковым требованиям.

Других доказательств, на основании которых суд пришел бы к иному выводу по данному делу, истцом, а также представителем ответчика суду не представлено.

Иные доводы представителя ответчика не свидетельствуют об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО4 о компенсации морального вреда.

Частью 1 ст. 103 ГПК РФ установлено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 333.17 НК РФ ответчики признаются плательщиками государственной пошлины в случае, если решение суда принято не в их пользу и истец освобожден от ее уплаты.

С учетом удовлетворения требований истца, который был освобожден при подаче иска от уплаты госпошлины, и взыскания с ответчика компенсации морального вреда, который признается законом вредом неимущественным, исходя из положений ст. 333.19 НК РФ, в бюджет муниципального района «

<

адрес>» подлежат взысканию с ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО4 к ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 300000 (Триста тысяч) рублей.

Взыскать с ЗАО «Касторное-АГРО-Инвест» (ИНН 

<

***>) в бюджет муниципального района «

<

адрес>» расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 (Триста) рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курский областной суд через Касторенский районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Л.А. Прохорова

Решение в окончательной форме принято судом ДД.ММ.ГГГГ.