Судья Чумаченко Е.М.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № 22-1444/2025.

г. Астрахань 16 октября 2025 г.

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе: председательствующего Тагировой А.Ш.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Алексеевой И.А.,

с участием прокурора Твороговой Д.Р.,

осужденного ФИО1 и его защитника-адвоката Петровой Т.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело ПО апелляционной жалобе и дополнениям к ней защитника – адвоката Петровой Т.А. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Ахтубинского районного суда Астрахаской области от 28 августа 2025г., которым:

ФИО1 ФИО40, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 171.1 УК Российской Федерации (далее УК РФ) к штрафу в размере 400 000 рублей.

Постановлено о сохранении ареста на автомобиль марки ГАЗ 327527 идентификационный номер № государственный регистрационный знак № до исполнения приговора в части взыскания штрафа.

Заслушав доклад судьи Тагировой А.Ш. по обстоятельствам дела, содержанию приговора, доводам апелляционной жалобы основной и дополнительной, выслушав осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Петрову Т.А., поддержавших апелляционную жалобу, прокурора Творогову Д.Р., возражавшую против удовлетворения апелляционной жалобы адвоката, 

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в хранении в целях сбыта продовольственных товаров без маркировки и нанесения информации, предусмотренной законодательством Российской Федерации, в случае, если такая маркировка и нанесение такой информации обязательны, совершенном в крупном размере.

Преступление совершено в Ахтубинском районе Астраханской области, в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 не признал себя виновным в совершении преступления. 

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней, адвокат Петрова Т.А. в интересах осужденного ФИО1 ставит вопрос об отмене приговора ввиду его незаконности, необоснованности, несоответствия выводов суда, изложенным в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, допущенных нарушений уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона.

По мнению защиты, суд при принятии решения не дал надлежащей оценки показаниям ФИО1, свидетелей и заключению комплексной товароведческой, оценочной судебной экспертизы и не привел доказательств, свидетельствующих о виновности ФИО1 в предъявленном обвинении.

Указывает, что сотрудником ФИО2 №20 28 октября 2022 г. в отношении ФИО1 было заведено дело оперативного учета, а именно дело предварительной оперативной проверки. В связи с чем, указанным сотрудником было инициировано проведение комплекса оперативно-розыскных мероприятий, а именно: «Прослушивание телефонных переговоров», «Проверочная закупка», «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», «Осмотр места происшествия». 

ФИО2 №20 в нарушение положений ч. 2 ст. 41 УПК РФ самостоятельно, после проведения ОРМ принял решение воспользоваться полномочиями лица, производящего дознание и провел осмотр места происшествия в рамках материала доследственной проверки.

При принятии решения о привлечении в качестве обвиняемого ФИО1 следователем было проигнорировано, что в соответствии с п. 12 ст. 2 ФЗ от 28 декабря 2009 г. № 381-ФЗ (ред. от 31.07.2025) "Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации" такой товар как рыба не входит в перечень отдельных товаров, утвержденный распоряжением Правительства РФ от 28.04.2018 № 792-р (ред. от 07.02.2025) «Об утверждении перечня отдельных товаров, подлежащих обязательной маркировке средствами идентификации».

В нарушение требований уголовно-процессуального законодательства, постановление не содержит сведений о том, являлся ли ФИО1 субъектом правоотношений, которые регулируют вышеперечисленные законы и нормативно - правовые акты, как и то, какие конкретные правила и нормы были им умышленно путем действия (бездействия) нарушены, тогда как данные требования являются обязательными при описании общественно-опасных действий, бланкетных диспозиций норм содержащихся в общей части Уголовного закона РФ. В связи с чем, настоящее постановление в представленной редакции лишает защиту и ФИО1, знать, в чем он конкретно обвиняется и какие общественно - опасные действия ему вменяются.

Защита не согласна с выводами суда в части отклонения ее доводов о признании недопустимыми доказательствами и исключении из числа доказательств: протокола осмотра места происшествия от 26 октября 2023 г.; протокола осмотра предметов от 19 декабря 2024 г. (рыбной продукции); заключения экспертов № ИВ - ВА/0824/534 от 23 сентября 2024 г.; результатов ОРД «Проверочная закупка» от 4 июля 2023 г., протокола осмотра места происшествия от 26 октября 2023 г., от 23 сентября 2024 г., так как требования УПК РФ органом предварительного расследования были умышленно проигнорированы, что повлекло за собой существенное нарушение прав ФИО1

Обращает внимание, что при назначении комплексной товароведческой, оценочной судебной экспертизы в нарушении уголовно-процессуального закона и разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 г. № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» было нарушено право ФИО1 на ознакомление с постановлением о назначении судебной экспертизы до момента ее проведения.

Полагает, что экспертное заключение № ИВ-ВА/0824/534 от 23 сентября 2024 г. проведено некомпетентными лицами, не обладающими специальными познаниями в области проведения судебных пищевых экспертиз, и не соответствует требованиям действующего законодательства и подлежит исключению из числа доказательств.

В обоснование своих доводов, приводя подробно описательную часть постановления о назначении экспертизы, указывает, что экспертами товароведами ФИО35 и ФИО3 по вопросам № 1-3 дано заключение, выходящее за пределы их компетенции относительно качества пищевой продукции – рыбы, представленной на экспертизу, поскольку поставленные вопросы могли быть разрешены исключительно при производстве санитарной, пищевой судебной экспертизы учреждением, имеющим аккредитованную лабораторию. 

Вместе с тем в соответствии с требованиями с п.п. 2, 6 ч. 3 ст. 57 УПК РФ эксперты не ходатайствовали о привлечении к производству порученной им экспертизы экспертов обладающих познаниями в области санитарии, и пищевой продукции, как и о необходимости лабораторных исследований пищевой продукции представленной на экспертизу, следовательно, установленная некомпетентными лицами, видовая принадлежность изъятой рыбы носила предположительный характер, поскольку эксперт ихтиолог, для участия в уголовном деле не привлекался, что в свою очередь исключало возможность её разделения по видам и взвешивания с целью установления её истинного веса. 

Обращает внимание, что в судебной экспертизе отсутствуют сведения о том, каким образом была опечатана тара, в которой хранилась рыбная продукция. При изъятии рыбы у ФИО1 фотосъемка изымаемых объектов не производилось. Из фотографий, приобщенных к заключению экспертизы следует, что объекты экспертного исследования не защищены от внешнего воздействия и доступа к ним посторонних лиц, что не исключало их подмену. Также, указанные фотоснимки свидетельствуют о том, что в ходе экспертизы сортировка рыбы по видам, как и при ее изъятии не производилась, как и не производилось ее взвешивание в целях определения истинного веса изъятой рыбы. Не содержит указания на данные действия и описательная часть экспертного исследования, а следовательно, эксперты самоустранились от исследования объектов представленных на экспертизу.

Также сторона защиты оспаривает вмененную ФИО1 сумму рыбной продукции - 582 992, 04 рубля, поскольку экспертами не были выделены из общей массы изъятой рыбной продукции продукты переработки объектов рыбного промысла, следовательно, рыба, которую он самостоятельно выловил и приобрел у иных лиц, и которая не перерабатывалась и в обороте не находилась маркировке в соответствии с требованиями законодательства РФ не подлежала.

Указывает, что в удовлетворении ходатайства о проведении повторной комплексной товароведческой, оценочной, пищевой судебной экспертизы, было необоснованно отказано. После ознакомления с заключением экспертизы вещественные доказательства на основании постановления Советского районного суда г. Астрахани от 24 декабря 2024 г. уничтожены, следовательно, возможность их экспертного исследования для разрешения всех подлежащих выяснению вопросов при наличии ходатайства об этом, безвозвратно утрачена исключительно по инициативе органа предварительного расследования.

Обращает внимание, что органы предварительного расследования проигнорировали требование прокурора о назначении санитарно-ветеринарной судебной экспертизы, однако надзирающему прокурору руководителем следственного органа было направлено уведомление об организации устранений нарушений федерального законодательства допущенных при расследовании настоящего уголовного дела и надлежащего исполнения требований прокурора. 

По приведенным доводам, просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор. 

Ахтубинским городским прокурором ФИО13 принесены возражения на апелляционную жалобу, в которых опровергаются доводы, приведенные в обоснование жалобы, указывается на законность, обоснованность и справедливость приговора, постановленного в отношении ФИО1

Проверив материалы дела, обсудив доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Виновность осужденного ФИО1 в совершении преступления установлена материалами дела и подтверждается собранными в ходе предварительного следствия и исследованными в судебном заседании доказательствами, которым дана надлежащая оценка. 

Тот факт, что ФИО1 осуществлял хранение не маркированной рыбной продукции с целью сбыта в крупном размере, подтверждается:

- данными протокола осмотра места происшествия от 26 октября 2023 г., согласно которому при осмотре территории домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, 

<

адрес>, была обнаружена в холодильном помещении и изъята рыбная продукция, не имеющая маркировки: «Сом» (потрошеный) мороженый общим весом 163,55 кг; «Жерех» мороженный общим весом 33,605 кг; «Щука» мороженая общим весом 69,7 кг; «Карась» (серебристый) мороженый общим весом 44,45 кг; «Сопа» (синец) мороженая общим весом 82,45 кг; «Лещ» мороженный общим весом 124,25 кг; «Судак» мороженый общим весом 73,15 кг; «Густера» вяленая общим весом 15,00 кг; «Тарань» мороженная общим весом 341,45 кг; «Чехонь» мороженая общим весом 73,95 кг; «Красноперка» мороженая общим весом 12,8 кг; «Лещ» холодного копчения общим весом 21,55 кг. «Окунь» мороженый общим весом 9,6 кг., «Красноперка» вяленая общим весом 87,14 кг; «Лещ» вяленый общим весом 133,25 кг; «Подлещик» вяленый общим весом 62,55 кг; «Судак» вяленый общим весом 24,25 кг; «Язь» вяленый общим весом 8,95 кг, «Чехонь» вяленая общим весом 17,3 кг; «Сопа» (синец) вяленая общим весом 30,55 кг; «Окунь» вяленый общим весом 37,85 кг; «Щука» вяленая, потрошенная с головой общим весом 14,4 кг; «Тарань» вяленая общим весом 110,44 кг; «Сазан» мороженый общим весом 39,8 кг; 

- данными актов взвешивания рыбной продукции и справке № 667 от 23 ноября 2023 г. специалиста–ревизора ОДИ УЭБ и ПК КМВД России по Астраханской области стоимость изъятой рыбной продукции составила 532843,32 рублей; 

- показаниями специалиста и справкой старшего госинспектора отдела ветеринарного контроля и надзора ФИО34, о том, что при осмотре 26 октября 2023 г. помещений, расположенных на территории домовладения 

<

адрес> по 

<

адрес>, хранение рыбной продукции осуществлялось без маркировки. При проведении данного мероприятия ею были зафиксированы нарушения технического регламента Таможенного союза; технических регламентов о безопасности пищевой продукции; нарушение правил по оформлению и выдаче ветеринарных сопроводительных документов; нарушение технологических процессов. Также ею установлено, что согласно данным ФНС как индивидуальный предприниматель ФИО1 не зарегистрирован;

- протоколом осмотра и прослушивания фонограммы и видеозаписи от 11 сентября 2024 г., согласно которым, полученные в ходе ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» материалы, свидетельствуют о факте реализации рыбной продукции ФИО1 населению;

- показаниям свидетелей ФИО2 №8, ФИО2 №12, ФИО2 №2, о том, что каждый из них около 2-3 лет назад, когда лично рыбачил, продавал излишки пойманной рыбы (сом, щука и другая рыба частиковых пород) ФИО1, который расплачивался с каждым из них либо наличными денежными средствами, либо безналичным расчетом через перевод;

- показаниям свидетелей ФИО2 №9, ФИО2 №6, ФИО2 №1, ФИО2 №10, о том, что каждый из них в разный период времени года приобретал у ФИО1 по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, 

<

адрес> за наличный либо безналичный расчет рыбу, либо рыбную продукцию (икра рыб частиковых пород). Каких-либо чеков на продукцию ФИО1 не давал, сертификатов соответствия на рыбу, рыбную продукцию не предоставлял, маркировка на товарах также отсутствовала, икра рыб частиковых пород отпускалась в пластиковом контейнере, без каких-либо обозначений;

- показаниями свидетеля ФИО2 №11 - индивидуального предпринимателя, о том, что по устному договору, ФИО1 поставлял в его пивной магазин вяленую щуку без каких-либо документов, сертификаты на указанную рыбу также отсутствовали. Расчеты за поставляемую ФИО1 вяленую рыбу осуществлял либо наличными денежными средствами, либо безналичным расчетом. Ему было известно, что ФИО1 занимается реализацией рыбной продукцией, а было ли у него открыто ИП - не знает. Чеки за оплату ФИО1 ему не предоставлял; 

- показаниями свидетелей ФИО2 №15, ФИО14, ФИО2 №17 о том, что с их участием было проведено в отношении ФИО1 оперативно-розыскное мероприятие «Проверочная закупка», в ходе которой 4 июля 2023 г. ФИО1 реализовал за 10000 рублей ФИО2 №15 рыбу вяленую в качестве продовольственного товара, не имеющую маркировки, без каких-либо обозначений, сертификатов качества соответствия товара. При этом согласно показаниям закупщика рыбы ФИО2 №15, следует, что рыба в сушеном виде приобреталась ею у ФИО1 по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>. Рыба в сушенном и замороженном виде находилась в большом холодильном помещении данного домовладения в различных ящиках, лотках, в морозильной камере. Имеющаяся в данном помещении рыба была в большом количестве, не имелось где-либо сведений о наименовании товара либо виде рыбы, на ящиках и лотках в холодильном помещении отсутствовала какая-либо маркировка;

- показаниями свидетелей ФИО2 №19 и ФИО2 №18 о том, что они участвовали в качестве понятых при осмотре территории домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, 

<

адрес>, где также был и ФИО1, который на протяжении всего осмотра никаких замечаний, заявлений не делал, ходатайств не заявлял. Также пояснили, что в одном из помещений, похожих на холодильную камеру, была обнаружена и изъята рыба различных видов пород, данную рыбу взвешивали, осматривали, упаковывали в коробки и мешки, были при этом составлены акты, другие документы, которые они подписали, при этом каких-либо замечаний не имели. В основном вся обнаруженная и изъятая рыба была мороженая, охлажденная, вяленая, сухая, копченная, и в документах, которые составляли сотрудники полиции, был указан и вес, и вид рыбы; 

- заключением комплексной товароведческой оценочной судебной экспертизы № ИВ-ВА/0824/534 от 23 сентября 2024 г., показаниями экспертов ФИО35, ФИО3, согласно которым, обнаруженная и изъятая 26 октября 2023 г. в ходе оперативно-розыскного мероприятия «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» рыбная продукция к употреблению в пищу не пригодна; вторичная переработка, в том числе в качестве корма для животных, представленной на экспертизу рыбы невозможна; данная рыба опасна для употребления; с учетом уточнений эксперта ФИО3 стоимость изъятой рыбной продукции общей массой 1631,985 кг составила 568 889,80 рублей.

Виновность осужденного в совершении преступления подтверждается и другими имеющимися в деле и приведенными в приговоре доказательствами, в том числе показаниями свидетелей: ФИО2 №7, ФИО2 №8, ФИО2 №12, ФИО2 №2, ФИО2 №10, ФИО2 №3 ФИО2 №4, ФИО2 №20, ФИО2 №5, ФИО2 №13, ФИО2 №14, подробно приведенными в приговоре.

Все приведенные в приговоре доказательства были проверены судом в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ в совокупности с другими доказательствами по делу, нашли свое полное подтверждение и были оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ с точки зрения их достаточности, полноты, допустимости и относимости к рассматриваемому событию.

Исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства по делу, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности вины осужденного в содеянном, верно квалифицировав его действия по соответствующей статье УК РФ.

Выводы суда о хранении ФИО1 в целях сбыта продовольственных товаров без маркировки и нанесения информации, предусмотренной законодательством Российской Федерации, в случае, если такая маркировка и нанесение такой информации обязательны, совершенном в крупном размере, надлежащим образом мотивированы и подтверждаются приведенными в приговоре доказательствами, а поэтому доводы жалобы о незаконности осуждения ФИО1 по ч. 3 ст. 171.1 УК РФ, являются необоснованными. 

Версия осужденного ФИО1 о том, что изъятая рыба хранилась для личного употребления, в том числе в качестве корма для животных, тщательно проверена судом первой инстанции, признана противоречащей исследованным доказательствам и обоснованно отвергнута в приговоре как несостоятельная с приведением выводов, опровергающих доводы защиты. Оснований для иного вывода по материалам уголовного дела не установлено.

Перечисленная в приговоре рыба и рыбная продукция незаконно хранилась в целях сбыта на территории домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, 

<

адрес> холодильном помещении, без маркировки и нанесения информации, предусмотренной законодательством Российской Федерации, в случае, если такая маркировка и нанесение такой информации обязательны, в крупном размере.

Судом, верно, установлена стоимость немаркированных продовольственных товаров, изъятой рыбы и рыбной продукции, на общую сумму 568 889,80 рублей, что соответствует «крупному размеру».

Довод стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления со ссылкой на недоказанность факта осуществления им предпринимательской деятельности, основаны на неправильном толковании уголовного закона, в соответствии с которым субъект данного состава преступления не специальный, а общий – вменяемое физическое лицо, осуществляющее реализацию пищевых продуктов, подлежащих обязательной маркировке и нанесению на них информации. 

И в этой связи, все доводы защиты о том, что доказыванию по настоящему делу подлежал факт осуществления ФИО1 предпринимательской деятельности, связанной с промышленным производством товаров и их реализацией в легальной торговой сети, противоречат требованиям закона. 

Доводы жалобы о том, что обвинение ФИО1 основывается на недопустимых доказательствах, были предметом исследования в ходе судебного разбирательства, обоснованно признаны неубедительными, с приведением в приговоре соответствующих мотивов.

Допустимость приведенных в приговоре доказательств сомнений не вызывает, поскольку все они получены с соблюдением требований закона. 

В материалах уголовного дела не содержится данных о том, что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения. 

Приведенные в апелляционной жалобе защитника доводы о нарушении оперуполномоченным ФИО2 №20 требований ч. 2 ст. 41 УПК РФ при проведении осмотра места происшествия от 26 октября 2023 г., нельзя признать обоснованными, поскольку требования данной нормы уголовно-процессуального закона подразумевают недопустимость возложения полномочий по проведению дознания на то лицо, которое проводило или проводит по данному уголовному делу оперативно-розыскные мероприятия после возбуждения уголовного дела.

Между тем таких обстоятельств по делу не установлено. 

Их показаний свидетеля ФИО2 №20 следует, что им проводились оперативно-розыскные мероприятия «Проверочная закупка», «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», а также осмотр места происшествия в рамках материала доследственной, что не противоречит ч. 2 ст. 176 УПК РФ. По результатам проведения этих мероприятий, в домовладении № по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, 

<

адрес> была обнаружена рыбная продукция в морозильной камере. Маркировка на данной продукции отсутствовала, не имелось на нее и соответствующих документов. 

Из протокола осмотра места происшествия от 26 октября 2023 г. следует, что данное следственное действие было проведено при участии понятых ФИО2 №18 и ФИО2 №19, в присутствии специалиста ФИО34 и иных лиц. Ход и результаты осмотра места происшествия засвидетельствованы в протоколе, подтверждены указанными лицами, которые по итогам проведения осмотра, удостоверили протокол своими подписями. Вся обнаруженная и изъятая рыба, и рыбная продукция подробно перечислена в протоколе и зафиксирована на фотографиях, к протоколу приложены фотографии, позволяющие убедиться в достоверности отраженных в протоколе сведений. После этого вся рыба и рыбная продукция была упакована в картонные коробки, мешки и опечатана. Кроме того, при осмотре присутствовал сам ФИО1, замечаний и заявлений при этом не имел. 

Нарушений уголовно-процессуальных норм при проведении 26 октября 2023 г. осмотра места происшествия, не допущено. Предусмотренные ст. 176 УПК РФ основания для производства осмотра места происшествия имелись. Осмотр проведен в установленном законом порядке, в том числе с соблюдением требований ч. 5 ст. 177 УПК РФ, которые не требуют вынесения самостоятельного постановления для производства такового. Составленный по результатам осмотра протокол соответствует положениям ст. ст. 166, 180 УПК РФ. 

Оценивая результаты проведенных оперативно-розыскных мероприятий, суд пришел к правильному выводу, что оснований для признания доказательств, полученных вследствие проведения оперативно-розыскных мероприятия недопустимыми, как об этом ставит вопрос защитник в апелляционной жалобе, не имеется, поскольку они проведены при наличии к тому оснований и в соответствии с положениями закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности" и их результаты переданы в орган следствия для принятия соответствующего решения. 

Нельзя признать обоснованными и доводы защиты, поставившей под сомнение компетентность специалиста ФИО34 - старшего государственного инспектора отдела ветеринарного контроля и надзора управления Россельхознадзора по Ростовской, Волгоградской и Астраханской областям и Республике Калмыкия, принимавшей непосредственное участие в ходе проводимых сотрудниками МРО № 1 УЭиПК УМВД России по Астраханской области мероприятий в отношении ФИО1 в 

<

адрес> 

<

адрес>, 

<

адрес>, поскольку в полномочия Россельхознадзора, в том числе, в пределах компетенции, входит контроль в области обеспечения качества и безопасности пищевых продуктов (постановление Правительства РФ № 201 от 8 апреля 2004 г.).

В присутствии специалиста ФИО34 была обнаружена, изъята, осмотрена, взвешена рыба, о чем был составлен соответствующий акт. В последующем изъятая рыбная продукция была упакована, опечатана, специалистом составлена справка по результатам проведения совместных мероприятий с УЭБиПК УМВД России по Астраханской области. 

Вопреки утверждениям стороны зашиты, заключение комплексной товароведческой оценочной судебной экспертизы № ИВ-ВА/0824/534 от 23 сентября 2024 г. обоснованно признано судом допустимым доказательством. 

В силу требований ст. 17 УПК РФ, никакие доказательства не имеют заранее установленной силы и подлежат оценки лишь в совокупности.

В соответствии с этими положениями уголовно-процессуального закона судом и была оценена проведенная по настоящему уголовному делу комплексная товароведческая оценочная судебная экспертиза, выводы которой в совокупности с другими, доказательствами по делу, подтвердили виновность осужденного в совершении преступления.

Указанное заключение, вопреки доводам, содержащимся в апелляционной жалобе адвоката ФИО15, содержит все необходимые сведения доказательственного значения, в заключении дан ответ на поставленные вопросы и приведены соответствующие выводы.

Причины подвергать сомнению выводы, изложенные в заключении комплексной товароведческой оценочной судебной экспертизы, которая по своему содержанию соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, у суда отсутствовали. 

До проведения экспертизы экспертам ФИО35 и ФИО3 были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, также они были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. 

Согласно показаниям экспертов ФИО3 и ФИО35, при проведении экспертных исследований ими был осуществлен выезд по месту складирования и хранения изъятой рыбной продукции; для дачи заключения было достаточно представленного на исследование материала. 

Экспертом ФИО3 для определения стоимости рыбной продукции, были сделаны запросы о цене по видам рыб, и в последующем оценочным способом была определена как стоимость каждого вида рыбы, так и общая сумма ущерба.

Выводы экспертов достаточно мотивированы, научно аргументированы, каких-либо противоречий с другими доказательствами по делу, способных повлиять на выводы суда о виновности ФИО1 не содержат, поэтому оснований для признания изложенных в нем выводов недостоверными, а самого доказательства недопустимым, не имеется.

В судебном заседании эксперт ФИО3 пояснила, что при производстве расчета стоимости предоставленной рыбной продукции при ответе на вопросы № 4 была допущена техническая ошибка, поскольку осуществлялось заполнение электронной формы расчета, в связи с чем, вес изъятой рыбной продукции оценивается общей стоимостью 568 889, 80 рублей. Техническая ошибка устранена в ходе судебного разбирательства. 

То обстоятельство, что в экспертном заключении от 23 сентября 2024 г. не содержится описания, каким образом была опечатана рыбная продукция, изъятая у ФИО1, не ставит под сомнение, что объектом исследования являлась рыба, изъятая 26 октября 2023 г. именно у ФИО1 и впоследствии переданная на хранение Астраханскому районному потребительскому обществу в г. Ахтубинск Астраханской области и соответственно обоснованность выводов экспертов. 

Из материалов дела следует, что вся рыбная продукция изымалась у ФИО1 в ходе осмотра места происшествия 26 октября 2023 г. в присутствии специалиста ФИО34, понятых ФИО2 №19, ФИО2 №18, подтвердивших в судебном заседании, что в их присутствии была обнаружена и изъята из морозильной камеры рыба и рыбная продукция, которая была осмотрена, взвешена, были составлены необходимые акты, изъятая рыба была упакована в коробки и мешки и опечатана, что было подтверждено их подписями, никаких замечаний не имелось, кроме того, в ходе данных следственных действий, принимал участие и сам ФИО1, не заявивший никаких замечаний относительно ненадлежащего оформления изъятой у него рыбной продукции.

Изъятая у ФИО1 рыбная продукция была уничтожена на основании решения Советского районного суда г. Астрахани от 24 декабря 2024 г. после проведения по делу комплексной товароведческой оценочной судебной экспертизы от 23 сентября 2024 г., в соответствии с положениями п.п. в п. 2 ч. 2 ст. 82 УПК РФ.

Утверждения защиты о нарушении права ФИО1 на ознакомление с постановлением о назначении экспертизы нельзя признать обоснованными, поскольку высказаны вопреки материалам дела, согласно которым ФИО1 неоднократно вызывался следователем СЧ СУ У МВД России по Астраханской области в следственный орган в целях ознакомления с указанным постановлением, о чем свидетельствует, в том числе поручение следственного органа в УЭБиПК УМВД России по Астраханской области (л.д.84-86, т. 2), кроме того, согласно протоколу от 24 октября 2024 г. (л.д. 89, т. 2) ФИО1 и защитник Петрова Т.А. были ознакомлены следователем с постановлением о назначении по делу судебной экспертизы и в последующем воспользовались правами, предусмотренными ч. 1 ст. 198 УПК РФ, заявив соответствующее ходатайство (л.д. 90, т. 2). 

Проверяя доводы стороны защиты о том, что изъятая рыба не является пищевой продукцией, не входит в перечень отдельных товаров, не подлежит обязательной маркировке, суд первой инстанции обоснованно признал несостоятельными, указав, что пищевой продукцией в соответствии со ст. 1 Федерального закона от 2 января 2000 № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов», являются продукты животного, растительного, микробиологического, минерального, искусственного или биотехнологического происхождения в натуральном, обработанном или переработанном виде, которые предназначены для употребления человеком в пищу, а также продовольственное сырье.

Согласно и. 9 ч. 2 ст. 2 Федерального закона от 28 декабря 2009 г. № 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации», продовольственные товары - это продукты в натуральном или переработанном виде, находящиеся в обороте и употребляемые человеком в пищу.

Как следует из установленных судом фактических обстоятельств дела, ФИО1 хранил рыбу и рыбную продукцию (сом, щука и другая рыба частиковых пород), предназначение которой состоит в употреблении ее человеком в пищу и которая в силу вышеприведенных норм, вопреки утверждениям стороны защиты является пищевой рыбной продукцией.

В силу ч. 2 ст. 3 ФЗ РФ «О качестве и безопасности пищевых продуктов», запрещается обращение пищевых продуктов, материалов и изделий, которые не имеют маркировки, содержащей сведения, предусмотренные законом или нормативными документами, либо в отношении которых не имеется такой информации 

Рыба и иные объекты аквакультуры животного происхождения входят в перечень видов животных, подлежащих индивидуальному или групповому учету, и согласно требованиям Технического регламента ЕАЭС 040/2016 объектами технического регулирования технического регламента являются: пищевая рыбная продукция, полученная из улова водных биологических ресурсов и объектов аквакультуры, растительного и животного происхождения в переработанном или непереработанном виде, в том числе следующих видов: живая рыба и живые водные беспозвоночные, рыба-сырец (свежая), охлажденная пищевая рыбная продукция, подмороженная пищевая рыбная продукция, мороженная пищевая рыбная продукция, пастеризованная пищевая рыбная продукция, вяленая пищевая рыбная продукция, сушеная пищевая рыбная продукция, сушено-вяленая пищевая рыбная продукция, пищевая рыбная продукция горячего копчения, пищевая рыбная продукция холодного копчения, подкопченная пищевая рыбная продукция.

Маркировка упакованной пищевой рыбной продукции должна содержать сведения о наименование пищевой рыбной продукции, информации о составе пищевой рыбной продукции, наименование и местонахождение изготовителя, дате производства пищевой рыбной продукции, срок годности пищевой рыбной продукции, условиях хранения пищевой рыбной продукции, масса нетто, рекомендации по использованию, показатели пищевой ценности, сведения о наличии в пищевой рыбной продукции ГМО и единый знак обращения продукции на рынке Евроазиатского экономического союза, (ст. 72 Технического регламента Евроазиатского экономического союзом (ТР ЕАЭС) 040/2016 «О безопасности рыбы и рыбной продукции», ст. 73 Технического регламента Таможенного Союза 022/201 3 «Нишевая продукция в части ее маркировки»)

Таким образом, содержание приведенных судом нормативных актов, устанавливающих требования к обязательной маркировке и нанесению информации, предусмотренной законодательством РФ на продовольственные товары в случае их реализации, свидетельствует о наличии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 171.1 УК РФ. Иная их трактовка в жалобе, является субъективным мнением адвоката, которое объективно оценено судом в приговоре и обоснованно отвергнуто. 

Все доводы защиты были предметом тщательного исследования судом первой инстанции и отвергнуты по приведенным в приговоре мотивам, не согласиться с которыми нельзя.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия по обстоятельствам дела и сомнения в виновности осужденного, требующие истолкования в его пользу, по делу отсутствуют.

Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями статей 15, 17, 240, 243, 252 УПК РФ, с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, сторонам обвинения и защиты предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей. 

При разрешении вопроса о виде и размере наказания суд руководствовался требованиями статей 6, 43, 60 УК РФ, обоснованно учел характер и степень общественной опасности преступления, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, данные о его личности, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, приведенных в судебном решении.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 суд, обоснованно признал наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, совершение впервые преступления небольшой тяжести, наличие на иждивении несовершеннолетних детей супруги ФИО2 №13, положительные характеристики, то обстоятельство, что осужденный является ветераном военной службы и военным пенсионером

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ судом не установлено.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных обстоятельств дела, данных о личности осужденного ФИО1, суд пришел к обоснованному выводу о том, что достижение установленных законом целей наказания возможно при назначении наказания в виде штрафа.

Размер наказания осужденному назначен в пределах, установленных санкцией ч. 3 ст. 171.1 УК РФ, справедливость назначенного наказания сомнений не вызывает.

При этом оснований для применения к ФИО1 положений ст. 64 УК РФ не имеется, поскольку при назначении наказания ФИО1 суд принял во внимание все обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного назначения наказания. 

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену либо изменение приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Ахтубинского районного суда Астраханской области от 28 августа 2025 г. в отношении ФИО1 ФИО41 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника-адвоката Петровой Т.А. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента оглашения и может быть обжаловано в Четвертый кассационной суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК Российской Федерации в течение шести месяцев с момента его вынесения. 

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись А.Ш. Тагирова