РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 мая 2018 года г. Тула

Пролетарский районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Курченко И.В.,

при секретаре Мартьяновой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Пролетарского районного суда г. Тулы дело № 2-805/2018 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительным и применении последствий недействительности ничтожной сделки,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительным и применении последствий недействительности ничтожной сделки. В обоснование заявленных требований указала, что ей (истцу) на праве собственности принадлежит квартира общей площадью 40,8 кв.м, расположенная по адресу: 

<

адрес>. 28.08.2014 она (истица) заключила договор дарения квартиры с ответчицей ФИО2, на основании которого произошла государственная регистрация перехода права собственности на квартиру к ответчице. Полагает, что данный договор является недействительным по основаниям, предусмотренным ст. 178 ГК РФ, так как она (истица) заключила его, действуя под влиянием заблуждения, пояснив, что она (истица) в последнее время с тревогой задумалась о перспективах одинокой, возможно, беспомощной старости, об отсутствии человека, который бы ухаживал за ней, обеспечивал бы ее питанием, медикаментами. Об этом она поделилась с ответчицей, так же она (истица) в ходе состоявшегося разговора рассказала, что у нее имеется квартира, которую она бы переоформила на ответчицу, если она (ответчица) согласится заботиться о ней (истицей). Предлагая это, она (истица) имела в виду заключение договора пожизненного содержания с иждивением. Однако теперь стало очевидным, что ответчица, принимая ее предложение, поняла иначе. Она (истица) полагает, что данный договор является недействительным вследствие заблуждения относительно вида договора, его правовой природы настолько существенно, что если бы она (истица) прочитала оспариваемый договор, знала бы его условия и положения до его подписания, никогда бы не совершила бы сделку дарения квартиры. На основании изложенного, она (истица) полагает, что совершенная под влиянием заблуждения сделка дарения квартиры нарушает ее (истицы) права собственника распоряжаться принадлежащим имуществом по своему усмотрению, а также повлекла неблагоприятные для нее (истицы) последствия.

Истица ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержала, подтвердив доводы, изложенные в иске, просила суд заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

Ответчица ФИО2 в судебном заседании заявленные требования признала, дополнительно пояснив, что положения ст. 173 ГПК РФ ей разъяснены и понятны. Признание иска носит свободный и безусловный характер. Дополнительно пояснила, что при совершении сделки, действительно не правильно истолковала волеизъявление истицы, упустив из внимания намерение истицы получать уход от нее и содержание в старости, тем самым выразив свою готовность расторгнуть договор дарения.

Выслушав объяснения истицы ФИО1, ответчицы ФИО2, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с п.3 ст.17 Конституции РФ в Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В силу п.3 ст.10 ГК РФ в случае, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществляются ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются. 

В соответствии с п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. 3 ст. 574 Гражданского кодекса РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии с п. 3 ст. 433 Гражданского кодекса РФ договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

В силу п. 1 и п. 4 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключение договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422).

Обращаясь с иском, истец просит признать договор дарения от 03.02.2016 г. недействительным по основаниям ст. ст. 178, 179 ГК РФ, утверждая, что договор был заключен ею под влиянием заблуждения.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу ст. 166 ГК РФ (в редакции, действующей на момент заключения договора) сделка недействительна по основаниям, установленным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Гражданским законодательством установлено, что любая сделка как действие представляет собой единство внутренней воли и внешнего волеизъявления. Именно поэтому отсутствие какого-либо из этих элементов или несоответствие между ними лишает сделку юридической силы.

Презумпция соответствия волеизъявления внутренней воле является опровержимой. Однако в силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ опровержение этой презумпции допускается законом лишь по основаниям, прямо установленным в гражданском законодательстве.

В силу пункта 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Пунктом 2 указанной статьи предусмотрено, что при наличии приведенных условий заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Согласно пункту 3 указанной статьи заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

По смыслу приведенной нормы, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался. При этом такое заблуждение одной из сторон сделки не обязательно возникает по вине другой стороны договора.

Исходя из содержания статей 178, 572 ГК РФ, юридически значимыми обстоятельствами для вывода о действительности состоявшегося договора дарения являются не только письменное ее оформление, но и факт передачи и принятия дара, а также действительная воля сторон с учетом цели договора.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В ходе рассмотрения дела по существу достоверно установлено, что 28.08.2014 истица ФИО1 заключила договор дарения спорной квартиры с ответчицей ФИО2, на основании которого произошла государственная регистрация перехода права собственности на квартиру к ответчице.

То обстоятельство, что ФИО1 по состоянию своего здоровья, возраста имела намерение получать постороннюю помощь и уход установлен в ходе судебного разбирательства, исследованной совокупностью доказательств.

Анализируя правовую позицию ответчицы ФИО2, суд приходит к выводу о том, что волеизъявление ФИО1, изложенное в договоре дарения от 28.08.2014, не соответствовало её действительной воле. Она не имела намерения безвозмездно передать принадлежащее ей недвижимое имущество, и такая передача была обременена существенным условием - осуществлением ухода за истцом, о чем стороны пришли к взаимному соглашению, что указывает на возмездный характер сделки. 

Суду не представлено доказательств и того, что между ФИО1 и ФИО2 имелись иные обязательства гражданско-правового характера, либо ответчик оказывала помощь истице на безвозмездной основе из чувства сострадания к человеку либо иным мотивам. 

Таким образом, заблуждение со стороны ФИО1 о природе заключенного ею договора имело место на момент совершения сделки и было существенным, поскольку дарение предусматривает безвозмездную передачу имущества, в то время как воля истицы была направлена на возмездное отчуждение квартиры в собственность другого лица. Доказательств того, что на момент заключения оспариваемого договора у истицы каким-либо образом изменились обстоятельства, в силу которых она решила распорядиться своей квартирой путем ее безвозмездного отчуждения, суду представлено не было.

Анализируя доказательства по делу, суд приходит к выводу, что ФИО1 действительно могла заблуждаться относительно природы сделки дарения, полагая, что подписав предложенный договор, она будет получать содержание и уход со стороны ФИО2 согласно достигнутой между сторонами договоренности, то есть исполнения принятых другой стороной обязательств.

Кроме того, доказательств того, что ФИО2 после заключения договора дарения вступила во владение квартирой и исполняла свои обязанности собственника, суду не представлено. Данные обстоятельства нашли свое должное подтверждение в пояснениях сторон. Доказательств обратного суду не представлено.

Таким образом, собранные по делу доказательства, а также признание ответчиком ФИО2 исковых требований, дают суду основания полагать о законности и обоснованности заявленных требований и их удовлетворении в полном объеме.

Рассмотрев дело в пределах заявленных и поддержанных исковых требований, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительным и применении последствий недействительности ничтожной сделки удовлетворить.

Признать договор дарения, заключенный 28 августа 2014 года между ФИО1 и ФИО2, 

<

адрес>, недействительной сделкой.

Применить последствия недействительности сделки в виде прекращения зарегистрированного права ФИО2 на 

<

адрес>, а также в виде возврата 

<

адрес> в собственность ФИО1.

Решение является основанием для государственной регистрации Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области прекращения права собственности ФИО2 на квартиру 

<

адрес>

Решение может быть обжаловано в Тульский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Пролетарский районный суд г. Тулы в течение месяца со дня изготовления решения судом в окончательном виде.

Председательствующий