УИД 66RS0015-01-2010-001033-85 

Дело № 2-1139/2018

Мотивированное 

решение

 составлено 25.10.2018 г.

ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации

19 октября 2018 года город Асбест

Асбестовский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Емашовой Е.А. при секретаре судебного заседании ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Алапаевский молочный комбинат» к ФИО2 о взыскании денежных средств, 

Установил:

Истец Общество с ограниченной ответственностью «Алапаевский молочный комбинат» обратилось в Асбестовский городской суд с иском к ответчику ФИО2 о взыскании денежных средств, указав, что 28.04.2015 г. между ООО «Алапаевский молочный комбинат» и ФИО2 был заключен трудовой договор, также договор о полной материальной ответственности. Ответчик ФИО2 был принят на должность водителя – экспедитора. В 2017 году ему была выдана топливная карта «Газпромнефть» для дозаправки автомобиля предприятия во время осуществления трудовых обязанностей. 27.12.2017 г. начальником автотранспортного участка был выявлен факт недостачи горюче-смазочным материалов, а именно по топливной карте, выданной ответчику ФИО2, производились списания во внерабочее время, была написана объяснительная. В этот же день, 27.12.2017 г., ФИО2 написал расписку, в которой признал свою вину, с указанием суммы потраченного в личных целях топлива, со сроком возврата 15.01.2018 г. Сумма задолженности на 27.12.2017 г. составляла 240 000 рублей. 17.01.2018 г. в связи с не возвратом суммы задолженности, по соглашению сторон между ООО «АМК» и ФИО2 было составлено соглашение к договору о полной материальной ответственности о добровольном возмещении нанесенного работником работодателю ущерба с указанием суммы задолженности в размере 218 448,18 руб., путем удержания в соответствии со ст. 318 ТК РФ не более 50% заработка ежемесячно. Кроме того, в мае 2018 года была выявлена недостача ГСМ, установлено, что к этому причастен ответчик ФИО2 23.05.2018 г. ФИО2 написал расписку с указанием суммы задолженности размере 41470,71 руб. и обязательством возврата указанной суммы в кассу предприятия. 23.05.2018 г. ФИО2 прекратил трудовой договор с ООО «АМК» по собственной инициативе. 

С учетом уточнения исковых требований, истец Общество с ограниченной ответственностью «Алапаевский молочный комбинат» просит взыскать с ответчика ФИО2 денежные средства в размере 175 478 рублей 48 копеек, сумму государственной пошлины 5 175 рублей 97 копеек.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 настаивала на удовлетворении исковых требований, подтвердив доводы и обстоятельства, изложенные в исковом заявлении.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства уведомлен надлежащим образом, об уважительности причин своей неявки суду не сообщил.

Суд счел возможным рассмотреть данное дело в отсутствии не явившегося ответчика в порядке заочного производства, о чем вынесено отдельное определение.

Выслушав представителя истца, изучив и исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

К возникшим между сторонами правоотношениям неприменимы положения Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку отношения, регулируемые гражданским законодательством, предусмотрены статьей 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой гражданское законодательство определяет правовое положение участников гражданского оборота, основания возникновения и порядок осуществления права собственности и других вещных прав, прав на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальных прав), регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

В силу же статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется, в том числе, коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

Регулирование трудовых отношений нормами гражданского законодательства противоречит статье 5, части 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации, статье 2 Гражданского кодекса Российской Федерации.

К возникшим между сторонами правоотношениям применяются в силу статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации, только нормы трудового законодательства.

В силу статьи 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

В соответствии с положениями части 1 статьи 238, статей 241, 242 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

К таким случаям Трудовой кодекс Российской Федерации относит, в том числе, случаи недостачи ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу (пункт 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации).

При этом, письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации (статья 244 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Из разъяснений, содержащихся в пункте Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность работника исключается.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 28.04.2015 г. ответчик был принят на работу в ООО «Алапаевский молочный комбинат» на должность водителя - экспедитора грузовых автомобилей всех марок 3 разряда (л.д. 5-6). Из содержания трудового договора следует, что работник обязан добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, правильно и по назначению использовать переданные ему для работы оборудование, приборы, материалы. Ущерб, нанесенный работником предприятию при исполнении служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке и размерах, установленных законодательством Российской Федерации.

28.04.2015 г. с ответчиком заключен договор о полной материальной ответственности, в силу отнесения занимаемой работником должности к Перечню должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденному Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31.12.2002 г. № 85 (л.д. 7). Пунктом III договора предусмотрено, что в случае не обеспечения по вине работника сохранности вверенных ему материальных ценностей, определение размера ущерба, причиненного работодателю, и его возмещение производится в соответствии с действующим законодательством.

27.12.2017 г. истцом был выявлен факт недостачи ГСМ на сумму 240 000 руб. Согласно акту о результатах проведенного служебного расследования от *Дата* размер причиненного ущерба составляет 218 448,18 руб. (л.д. 52-53).

Из объяснительной ответчика ФИО2 от 27.12.2017 г. следует, что он подтверждает факт забора ГСМ с топливной карты «Газпромнефть», принадлежащей ООО «Алапаевский молочный комбинат», в размере 240 000 рублей, и обязуется вернуть данную сумму в кассу предприятия 15.01.2018 г. (л.д. 8).

17.01.2018 г. между истцом ООО «Алапаевский молочный комбинат» и ответчиком ФИО2 заключено дополнительное соглашение к договору о полной материальной ответственности от 28.04.2015 г., согласно которому стороны пришил к соглашению о добровольном возмещении нанесенного работником работодателю материального ущерба в размере 218 448,18 руб. путем удержания не более 50% заработка работника ежемесячно (л.д.9).

Согласно представленным расчетным листкам: 

- за январь 2018 года - у ответчика из заработной платы удержано 11 160,08 руб.; 

- за февраль 2018 года – 11 124,28 руб.;

- за март 2018 года – 17 186,44 руб.;

- за апрель 2018 года – 21 649,62 руб.;

- за май 2018 года – 23 320,03 руб.

Всего в ответчика ФИО2 было удержано в счет возмещения материального ущерба 84 440,45 руб., не возмещенным остался материальный ущерб в размере 134 007,73 руб.

Кроме того, в мае 2018 г. истцом была выявлена недостача ГСМ на сумму 41 470,71 руб. 

Из объяснительной ФИО2 от 23.05.2018 г. следует, что он подтверждает факт забора ГСМ на сумму 41 470,71 руб., обязался вернуть указанную сумму в кассу ООО «Алапаевский молочный комбинат» (л.д. 10). Материальный ущерб в сумме 41 470,71 руб. ответчиком ФИО2 истцу не возмещался.

Приказом от 23 мая 2018 года *Номер*-лс ответчик уволен с предприятия истца по собственному желанию (л.д. 11).

После увольнения ответчиком ФИО2 денежные средства в счет возмещения ущерба ООО «Алапаевский молочный комбинат» не уплачивались. Таким образом, сумма не возмещенного материального ущерба истцу составляет 175 478,44 рублей, исходя из расчета: 134 007,73 руб. + 41 470,71 руб.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд полагает установленным материалами дела, что работником ФИО2 работодателю ООО «Алапаевский молочный комбинат» причинен материальный ущерб в сумме 175 478,48 рублей, складывающийся из недостачи вверенных ответчику по договору о полной материальной ответственности материальных ценностей. Данное обстоятельство подтверждается объяснительными (расписками) ответчика ФИО2 от 27.12.2017 г., от 23.05.2018 г., полученными работодателем во исполнение требований пункта 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации, актом о результатах проведенного служебного расследования от 29.12.2017 г. Оснований не доверять указанным документам у суда не имеется. 

Обстоятельства, исключающих материальную ответственность ответчика в соответствие со статьей 239 Трудового кодекса Российской Федерации, судом не установлено.

Оценив представленные суду доказательства в совокупности, проанализировав фактические обстоятельства дела, суд находит исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Алапаевский молочный комбинат» о взыскании с ФИО2 суммы причиненного материального ущерба в размере 175 478,44 рублей подлежащими удовлетворению.

Согласно статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

При обращении в суд истцом понесены расходы по уплате государственной пошлины в сумме 5175,97 рублей, что подтверждается платежным поручением (л.д. 4).

При цене иска 175 478,44 рублей истцом подлежала уплата государственной пошлины в сумме 4 709,57 рублей.

При таких обстоятельствах, с учетом положений абзаца 3 пункта 1 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 4709 рублей 57 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Решил:

Исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Алапаевский молочный комбинат» удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Алапаевский молочный комбинат» денежные средства в счет возмещения причиненного материального ущерба в сумме 175 478 (сто семьдесят пять тысяч четыреста семьдесят восемь) рублей 44 копейки.

Взыскать с ФИО2 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Алапаевский молочный комбинат» расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 709 (четыре тысячи семьсот девять) рублей 57 копеек.

На решение ответчиком в течение семи дней со дня получения копии этого решения, может быть подано в Асбестовский городской суд заявление об отмене заочного решения, в котором должны быть указаны обстоятельства, свидетельствующие об уважительности причин неявки ответчика в судебное заседание, и доказательства, подтверждающие эти обстоятельства, а также обстоятельства и доказательства, которые могут повлиять на содержание принятого решения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Асбестовский городской суд в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене заочного решения, а в случае, если такое заявление подано, - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья Е.А. Емашова