Дело № 2-420/2017

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

14 сентября 2017 года р.п. Ишеевка

Ульяновский районный суд Ульяновской области

в составе председательствующего судьи Э.Р. Касымовой,

при секретаре Л.Ф. Калимуллиной,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Муниципальному учреждению «Администрация Муниципального образования «Ульяновский район» Ульяновской области, УОГУП БТИ о признании договора дарения недействительным, включении квартиры в состав наследственной массы, признании права собственности в порядке наследования

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Муниципальному учреждению «Администрация Муниципального образования «Ульяновский район» Ульяновской области, УОГУП БТИ о признании договора дарения недействительным, включении квартиры в состав наследственной массы, признании права собственности в порядке наследования, указав, что ***** умер ее муж Д.А.П., ***** г.р., от которого в мае 1995 года она по завещанию унаследовала недвижимое имущество в виде трехкомнатной квартиры, расположенной по адресу: ********. В силу своего преклонного возраста указанную квартиру она договором дарения от 26.06.1995 оформила на своего сына П.Е.В., однако в результате трагического стечения обстоятельств ***** ее сын погиб. Единственным наследником по закону на тот момент выступил его сын, ее внук П.В.Е.. Ни она (в пользу внука), ни бывшая супруга сына (брак расторгнут *****, а ныне покойная) П.В.П. о своих правах на принятие наследства не заявляли. До настоящего времени она считала, что собственником квартиры является ее внук. По данному адресу проживает с 1977 года по сегодняшний день. После смерти мужа с 1994 по 2013г.г. она фактически продолжила владеть и управлять наследственным имуществом, производить расходы на содержанию квартиры, так как в период с 1995 по 2002г.г. ее сын П.Е.В. проживал отдельно от нее (по адресу: ********) и коммунальные платежи не осуществлял. С 2013 года в связи с болезнью суставов она перестала покидать пределы квартиры. В это время к ней, чтобы помогать по хозяйству, переехал внук П.В.Е.. Он получал за нее пенсию, приобретал продукты питания и с его слов осуществлял коммунальные платежи. ***** умер внук, после смерти которого она обнаружила отсутствие правоустанавливающих документов. С целью восстановления пакета документов, оформив доверенность на своего родного брата Г.Г.Д. ***** г.р. (сестра проживает на Украине, других родственников не имеет), попросила его заняться их сбором. В ходе его хождения по различным инстанциям было установлено, что права на объект недвижимого имущества по адресу: ********. ********, в Росреестре РФ не значатся (до 1998 года все гражданско-правовые сделки регистрировались в Ишеевском участке УОГУП «Бюро технической инвентаризации»). В архиве ЗАГС г. Ульяновска был получен дубликат свидетельства о смерти ее сына П.Е.В.. От нотариуса ФИО2 стало известно, что в 2003 году у нее в производстве находилось наследственное дело в отношении П.Е.В., согласно которому его сын, ее внук П.В.Е., после смерти отца П.Е.В. вступил в наследство только по счетам и вкладам: была обнаружена образовавшаяся по коммунальным платежам задолженность. Таким образом, ею был пропущен установленный законом шестимесячный срок обращения к нотариусу в 2003 году с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство. Однако она фактически приняла наследство, открывшееся после смерти сына. В настоящее время необходимо оформить право собственности на вышеуказанное имущество, в связи с чем, она обратилась к нотариусу ФИО3 с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство как наследнику, фактически принявшему наследство. Но нотариус в выдаче свидетельства отказала, мотивировав тем, что пропущен установленный законом срок. При таких обстоятельствах ее право на квартиру может быть реализовано только в судебном порядке. На момент смерти и при жизни в графе семейное положение ее внука всегда значилась отметка «холост», детей он не имел. Вместе с тем она взяла на себя обязательства по возмещению образовавшейся задолженности. Считает, что в сложившейся ситуации ее право на наследство должно подлежать судебной защите. Она является единственной наследницей. На данное наследственное имущество не имеется никаких притязаний со стороны третьих лиц. Наряду с этим, по ее мнению, при составлении 26.06.1995 договора дарения нотариусом не был обусловлен порядок отмены дарения (ст. 578 ГК РФ), например, в случае если даритель переживает одаряемого. Кроме того, считает, что указанная квартира не может являться выморочным имуществом и не должна быть включена в соответствующий жилищный фонд социального использования МО «Ульяновский район», так как она еще жива, от наследования не отстранена, продолжает владеть и управлять наследственным имуществом, производить расходы на его содержание, а ее право на наследство никем не оспаривается. Вместе с тем, право на наследование незарегистрированной недвижимости разъяснено пунктом 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в котором указано, что если наследодателю принадлежало недвижимое имущество на праве собственности, это право переходит к наследнику независимо от государственной регистрации права на недвижимость. Следовательно, отказ нотариуса ФИО3 является незаконным и нарушает ее гражданские права, как гражданина Российской Федерации. Просит договор дарения от 26.06.1995 признать недействительным; включить ******** в состав наследственной массы; признать за ней право собственности в порядке наследования на трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: ********27.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, в заявлении в адрес суда просила рассмотреть дело в свое отсутствие ввиду преклонного возраста и состояния здоровья.

Представитель ответчика МУ «Администрация МО «Ульяновский район» Ульяновской области, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, в заявлении в адрес суда просил вынести решение на усмотрение суда.

Представитель ответчика УОГУП БТИ, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, в отзыве на иск указал, что по данным ОГУП БТИ по состоянию на 01.12.1998 года квартира, расположенная по адресу: ********, в реестрах ОГУП БТИ зарегистрирована на праве собственности за ФИО1 на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от 22.05.1995 года ******. Сведения о регистрации договора дарения квартиры, удостоверенного 26.06.1995 года государственным нотариусом государственной нотариальной конторы Ульяновского района Ульяновской области М.Р.Г., в реестрах БТИ отсутствуют. Считают, что ОГУП БТИ является ненадлежащим ответчиком по данному делу, исковые требования к ОГУП БТИ в исковом заявлении отсутствуют. Исковые требования не признают, т.к. ОГУП БТИ является ненадлежащим ответчиком.

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области, нотариусы ФИО2, ФИО3, извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

Выслушав явившиеся стороны, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Установлено, что ФИО1 на праве собственности принадлежала трехкомнатная квартира по адресу: ******** на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от 22.05.1995 года.

26.06.1995 года ФИО1 подарила принадлежащую ей квартиру своему сыну П.Е.В., о чем заключен договор, подписанный лично ФИО1, и удостоверенный нотариально государственным нотариусом государственной нотариальной конторы Ульяновского района Ульяновской области М.Р.Г.

Указанную сделку дарения истец просит признать недействительной.

Согласно ст. 135 ГК РСФСР (в редакции, действовавшей на момент заключения договора дарения) право собственности (право оперативного управления) у приобретателя имущества по договору возникает с момента передачи вещи, если иное не предусмотрено законом или договором. Если договор об отчуждении вещи подлежит регистрации, право собственности возникает в момент регистрации.

В соответствии со ст. 256 ГК РСФСР (в редакции, действовавшей на момент заключения договора дарения) по договору дарения одна сторона передает безвозмездно другой стороне имущество в собственность. Договор дарения считается заключенным в момент передачи имущества.

В силу ст. 257 ГК РСФСР (в редакции, действовавшей на момент заключения договора дарения) договоры дарения жилого дома и строительных материалов должны быть заключены в форме, установленной соответственно статьями 239 и 239.1 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 239 ГК РСФСР (в редакции, действовавшей на момент заключения договора дарения) договор купли - продажи жилого дома (части дома), находящегося в городе, рабочем, курортном или дачном поселке, должен быть нотариально удостоверен, если хотя бы одной из сторон является гражданин, и зарегистрирован в исполнительном комитете районного, городского Совета народных депутатов. Договор купли - продажи жилого дома (части дома), находящегося в сельском населенном пункте, должен быть совершен в письменной форме и зарегистрирован в исполнительном комитете сельского Совета народных депутатов. Несоблюдение правил настоящей статьи влечет недействительность договора.

Согласно договору дарения от 26.06.1995 года в соответствии с п. 2 ст. 223 ГК РФ право собственности на квартиру, находящуюся в ******** П.Е.В. возникает с момента регистрации настоящего договора в государственном предприятии технической инвентаризации.

По данным ОГУП БТИ по состоянию на 01.12.1998 года квартира, расположенная по адресу: ********, в реестрах ОГУП БТИ зарегистрирована на праве собственности за ФИО1 на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от 22.05.1995 года ******.

Сведения о регистрации договора дарения квартиры, удостоверенного 26.06.1995 года государственным нотариусом государственной нотариальной конторы ******** М.Р.Г., в реестрах БТИ отсутствуют. 

На представленном в материалы дела экземпляре договоре дарения соответствующих отметок о регистрации договора в УОГУП БТИ не имеется.

Кроме того, сын истицы- П.Е.В. умер *****, что подтверждается свидетельством о его смерти.

При жизни, с момента заключения договора и до дня своей смерти П.Е.В. данным жилым помещением фактически не пользовался, проживал по адресу: ********, в то время как истица ФИО4 все это время, начиная с 20.02.1977 года, продолжала проживать и была зарегистрированной в спорной квартире, где проживает до настоящего времени.

После смерти П.Е.В. в наследство на принадлежавшее ему имущество вступил его сын П.В.Е. путем обращения к нотариусу и получения свидетельства о праве на наследство по закону на денежный вклад.

Иное имущество, в том числе спорную квартиру, П.В.Е. в свое собственность не оформлял.

При таких обстоятельствах договор дарения от 26.06.1995 года является недействительным, что влечет за собой признание права собственности на квартиру за истцом ФИО1

Оснований для включения квартиры в состав наследственной массы после смерти сына П.Е.В. не имеется, поскольку данное имущество на момент смерти ему не принадлежало.

Таким образом, исковые требования истца к МУ «Администрация МО «Ульяновский район» Ульяновской области подлежат удовлетворению частично, в части признания договора дарения недействительным, признания права собственности.

В иске к УОГУП БТИ надлежит отказать в полном объеме, поскольку данное лицо не является надлежащим ответчиком по делу. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к Муниципальному учреждению «Администрация Муниципального образования «Ульяновский район» Ульяновской области о признании договора дарения недействительным, включении квартиры в состав наследственной массы, признании права собственности в порядке наследования, удовлетворить частично.

Признать недействительным договор дарения от 26.06.1995 года ФИО1 П.Е.В. квартиры по адресу: ********, удостоверенный государственным нотариусом государственной нотариальной конторы Ульяновского района Ульяновской области М.Р.Г.

Признать за ФИО1 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: ********.

В остальной части исковых требований ФИО1 к Муниципальному учреждению «Администрация Муниципального образования «Ульяновский район» Ульяновской области, отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к УОГУП БТИ о признании договора дарения недействительным, включении квартиры в состав наследственной массы, признании права собственности в порядке наследования, отказать.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ульяновский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

СУДЬЯ: Э.Р. КАСЫМОВА

Решение принято в окончательной форме 19 сентября 2017 года