Докладчик Кадкин А.А. № 44г-49

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

президиума Приморского краевого суда

24 июня 2019 года г. Владивосток

Президиум Приморского краевого суда в составе:

Председательствующего Попова И.А.,

членов президиума Бусарова С.А., Лукьянович Е.В., Нужденко Т.П., Поминова А.А., Чугункиной Н.П.,

при секретаре Соловьевой М.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора г. Владивостока в интересах Российской Федерации, неопределенного круга лиц к департаменту земельных и имущественных отношений Приморского края, ФИО1 о признании отсутствующим зарегистрированного в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним права собственности на жилой дом, признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки

по кассационному представлению и.о. прокурора Приморского края и дополнениям к нему на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от 28 ноября 2018 года.

Заслушав доклад судьи Шевцовой Т.С., выслушав заместителя прокурора Приморского края Малюкова В.А., поддержавшего доводы представления, президиум

у с т а н о в и л:

прокурор г. Владивостока обратился в суд с иском, уточненным в порядке статьи 39 ГПК РФ, в интересах Российской Федерации, неопределенного круга лиц к департаменту земельных и имущественных отношений Приморского края (далее - Департамент), ФИО1 о признании отсутствующим зарегистрированного в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним права собственности ответчика на жилой дом общей площадью 12 кв.м, с кадастровым номером 008, расположенный по адресу: 

<

адрес>, жилой дом общей площадью 12 кв.м, с кадастровым номером 009, расположенный по адресу: 

<

адрес>, признании недействительными договоров купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 019, земельного участка с кадастровым номером 044 расположенных по вышеуказанным адресам, заключенных 25 февраля 2015 года между Департаментом и ФИО1, применении последствий недействительности. 

Исковые требования основаны на положениях статей 1, 10, 168 ГК РФ, статьи 36 ЗК РФ (действовавшей до 1 марта 2015 года), статьи 62 Бюджетного кодекса РФ и правовой позиции, сформулированной в пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», и мотивированы тем, что объекты, на которые зарегистрировано право собственности ФИО1 как на жилые дома, не являются объектами недвижимости; право собственности ответчика на спорные объекты необоснованно зарегистрировано в ЕГРП; представление ФИО1 в ЕГРП недостоверных сведений о жилых домах повлекло предоставление в собственность земельных участков, на которых расположены данные объекты, по льготной цене, в связи с чем муниципальному органу причинен ущерб в размере недополученной выкупной стоимости. 

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено Управление Росреестра по Приморскому краю.

Решением Советского районного суда г. Владивостока от 6 августа 2018 года исковые требования удовлетворены.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от 28 ноября 2018 года решение суда первой инстанции отменено и принято новое решение, которым в удовлетворении иска отказано. 

В кассационном представлении и дополнениях к нему ставится вопрос об отмене апелляционного определения и оставлении в силе решения суда первой инстанции. 

По результатам изучения кассационного представления судьей Приморского краевого суда Хребтовой Н.Л. 8 апреля 2019 года дело было истребовано в Приморский краевой суд и определением судьей Приморского краевого суда Шевцовой Т.С. от 24 мая 2019 года кассационное представление с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции - президиума Приморского краевого суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления, дополнений к нему и определения о передаче дела на рассмотрение в судебном заседании суда кассационной инстанции, президиум находит апелляционное определение подлежащим отмене с направлением дела на новое рассмотрение по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 19 февраля 2013 года между Департаментом и дачным некоммерческим партнерством «Дружба» (далее- ДНП «Дружба») заключен договор аренды земельного участка с кадастровым номером 003, общей площадью 126189 кв.м, расположенного по адресу: 

<

адрес>., для ведения дачного хозяйства. 

18 февраля 2014 года Департаментом принято распоряжение № 163-рз о разделе земельного участка с кадастровым номером 003 на 83 земельных участка, в том числе с кадастровым номером 044, общей площадью ... кв.м и с кадастровым номером 019, общей площадью ... кв.м. 

22 апреля 2014 года между ДНП «Дружба» и ФИО1 заключены соглашения о передаче прав и обязанностей по договору аренды земельного участка с кадастровым номером 044 и земельного участка с кадастровым номером 019.

По заявлению ФИО1 29 сентября 2014 года и 30 сентября 2014 года поставлены на кадастровый учет жилой дом общей площадью 12. кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>, и жилой дом общей площадью 12. кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>. 

На основании деклараций об объекте недвижимого имущества и правоустанавливающих документов на землю Управление Росреестра зарегистрировало право собственности ФИО1 на жилой дом общей площадью 12 кв.м, с кадастровым номером 008 и на жилой дом общей площадью 12 кв.м, с кадастровым номером 009.

25 февраля 2015 года между Департаментом и ФИО1 заключены договор купли-продажи 38 земельного участка с кадастровым номером 044, общей площадью ... кв. м, по льготной цене сделки 28737 руб.56 коп. и договор купли-продажи 37 земельного участка с кадастровым номером 019, общей площадью ... кв. м, по льготной цене сделки 11532 руб. 36 коп., как с собственником сооружений, расположенных на спорных земельных участках. 

17 марта 2015 года зарегистрировано право собственности ФИО1 на спорные земельные участки.

В ходе проведенной в декабре 2017 году прокуратурой проверки установлено, что жилые дома с кадастровым номером 008 и кадастровым номером 009 объектами недвижимости не являются, фактически представляют собой конструкцию из листов древесностружечной плиты с кровлей из свободно уложенных листов шифера.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 12, 130, 131 ГК РФ, Федеральным законом от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», пунктом 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», признал отсутствующим зарегистрированное право собственности ФИО1 на жилой дом общей площадью 12 кв.м, с кадастровым номером 008 и жилой дом общей площадью 12 кв.м с кадастровым номером 009, сделав вывод о том, что оснований для регистрации права собственности ответчика на спорные объекты как на объекты недвижимости не имелось. 

Разрешая спор в части исковых требований о признании недействительными договоров купли-продажи земельных участков, применении последствий недействительности сделки, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 10 и 168 ГК РФ, пришел к выводу о том, что спорные сделки являются ничтожными как не соответствующие требованиям земельного законодательства при определении в договорах выкупной цены. 

Отменяя решение суда первой инстанции и принимая новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об избрании прокурором ненадлежащего способа защиты, поскольку неопределенный круг лиц и Российская Федерация в защиту которых обратился прокурор не владеют спорными объектами, а с иском о признании права собственности ответчика отсутствующим может обратиться только лицо, фактически владеющее имуществом. 

Не соглашаясь с выводами суда первой инстанции о наличии правовых оснований для удовлетворения требований о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделки, суд апелляционной инстанции отметил, что иск направлен на возврат земельных участков, относящихся к землям неразграниченной государственной собственности, которыми вправе распоряжаться Департамент. Объектами оспариваемых сделок не является имущество, принадлежащее Российской Федерации, либо имущество, в отношении которого установлены права неопределенного круга лиц. В связи с чем суд апелляционной инстанции пришел к выводу о предъявлении прокурором исковых требований фактически в интересах Департамента, квалификации сделок, как оспоримых и пропуске прокурором срока исковой давности, предусмотренного пунктом 2 статьи 181 ГК РФ, для предъявления данных требований.

С вынесенным апелляционным определением согласиться нельзя по следующим основаниям. 

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (в реакции, действующей до 1 января 2017 года) государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом.

Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Прокурор избрал способ оспаривания зарегистрированного права ответчика в виде признания его права собственности отсутствующим, предусмотренный пунктом 52 Постановления № 10/22.

В пункте 52 Постановления № 10/22 указано, что в случаях, когда запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее - ЕГРП) нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Целью заявленного требования по делу является оспаривание права собственности ответчика, зарегистрированного на спорные объекты как на недвижимое имущество, тогда как они, по мнению прокурора, являются движимым имуществом.

Понятие недвижимого объекта раскрывается в статье 130 Гражданского кодекса, в пункте 1 которой содержится указание на то, что к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

В пункте 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по смыслу статьи 131 Гражданского кодекса закон в целях обеспечения стабильности гражданского оборота устанавливает необходимость государственной регистрации права собственности и других вещных прав на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение. При этом по общему правилу государственная регистрация права на вещь не является обязательным условием для признания ее объектом недвижимости (пункт 1 статьи 130 Гражданского кодекса).

Из изложенного следует, что при разрешении вопроса о признании вещи недвижимостью, независимо от осуществления государственной регистрации права собственности на нее, следует устанавливать наличие у нее признаков, способных относить ее в силу природных свойств или на основании закона к недвижимым объектам.

С учетом исследования всех доказательств по делу суд первой инстанции пришел к выводу о том, что спорные объекты не могут быть признаны недвижимой вещью. 

Суд апелляционной инстанции, не опровергая выводы суда первой инстанции, сделанные относительно характеристик, назначения данных объектов, вместе с тем отказал в иске в указанной части, руководствуясь иными мотивами, не связанными с определением спорных объектов как движимой или недвижимой вещи.

В то время как основанием заявленного по делу иска, направленного на оспаривание зарегистрированного права собственности ФИО1, является отсутствие у спорных объектов признаков недвижимости, при подтверждении чего соответствующие записи в ЕГРП не могли быть сохранены. 

Более того наличие в ЕГРП записи о праве собственности ответчика на недвижимое имущество накладывает на орган, обладавший полномочиями по распоряжению соответствующим земельным участком, на котором оно находится, определенные ограничения, обусловленные распространением на этот объект правового режима, установленного действующим законодательством для недвижимого имущества, в том числе по предоставлению под таким объектом земельного участка в собственность по льготной цене в соответствии со статьей 36 ЗК РФ и Федеральным законом от 25 октября 2001 года № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации».

В рассматриваемом случае, с учетом положений пункта 1 статьи 10, статей 166 и 168 ГК РФ их разъяснения в пунктах 7, 73 - 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», а также положений статьи 62 Бюджетного кодекса РФ, предусматривающей формирование неналоговых доходов местных бюджетов, в том числе за счет доходов от продажи земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, суд апелляционной инстанции верно пришел к выводу о том, что совершенные сделки являются оспоримыми.

В связи с этим суждение прокурора о том, что оспариваемые сделки являются ничтожными, является ошибочным. 

Между тем президиум также считает необоснованными выводы суда апелляционной инстанции о применении срока исковой давности по требованиям о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделки.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

На основании пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 (в ред. от 7 февраля 2017 года) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что пунктом 2 статьи 199 ГК РФ не предусмотрено какого-либо требования к форме заявления о пропуске исковой давности: оно может быть сделано как в письменной, так и в устной форме, при подготовке дела к судебному разбирательству или непосредственно при рассмотрении дела по существу, а также в судебных прениях в суде первой инстанции, в суде апелляционной инстанции в случае, если суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (часть 5 статьи 330 ГПК РФ, часть 6.1 статьи 268 АПК РФ). Если заявление было сделано устно, это указывается в протоколе судебного заседания.

Вместе с тем из материалов дела следует, что ответчики в суде первой инстанции не заявляли ни в устной, ни в письменной форме о пропуске срока исковой давности. Заявление о пропуске срока исковой давности было сделано Департаментом в апелляционной жалобе на решение суда первой инстанции. При рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции не применялись правила производства в суде первой инстанции.

Принимая во внимание изложенное, президиум полагает, что обжалуемое апелляционное определение принято с существенным нарушением норм материального и процессуального права, поэтому на основании статьи 387 ГПК РФ подлежит отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное и разрешить спор в соответствии с требованиями закона. 

Руководствуясь ст. 390 ГПК РФ, президиум

п о с т а н о в и л:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от 28 ноября 2018 года отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. 

Председательствующий И.А. Попов