Судья Киселева Ю.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

№ 22-1742/2025

г. Астрахань

11 декабря 2025 г.

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе:

председательствующего Сафаровой Н.Г., судей Подопригора Е.В. и Иваненко Е.В.,

при секретаре Кудайбергеновой А.А.,

с участием государственного обвинителя Ролёвой А.М.,

осужденных ФИО1 и ФИО2,

защитников – адвокатов Аршинова А.Н. и Алиева О.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению заместителя Астраханского транспортного прокурора Иванова Н.Ю., апелляционным жалобам осужденного ФИО1, адвоката Аршинова А.Н. в интересах осужденной ФИО2 на приговор Ленинского районного суда г. Астрахани от 24.09.2025, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимый,

ФИО2, 

<

данные изъяты>, не судимая,

осуждены каждый по ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 234 УК РФ (72 преступления) к 1 году лишения свободы за каждое.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, окончательно каждому назначено 4 года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Заслушав доклад судьи Иваненко Е.В., изложившей обстоятельства дела, доводы апелляционных представления и жалоб, выслушав государственного обвинителя Ролёву А.М., полагавшую, что приговор подлежит изменению только по доводам представления, осужденных ФИО1 и ФИО2, адвокатов Аршинова А.Н. и Алиева О.Ю., поддержавших доводы представления и жалоб, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в 72 покушениях на незаконный сбыт сильнодействующих веществ – прегабалина в количестве 63,14 гр. и трамадола в количестве 165 гр., в составе организованной группы с неустановленными лицами.

Преступления совершены в период с июля 2024 по 23.10.2024 в г. Астрахани при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В суде ФИО1 вину признал частично, ФИО2 вину не признала.

В апелляционном представлении заместитель транспортного прокурора Иванов Н.Ю. ставит вопрос об изменении приговора, ввиду неправильного применения уголовного закона и нарушения уголовно-процессуального закона.

Считает, что действия ФИО1 и ФИО2 необоснованно квалифицированы по признаку в составе организованной группы, поскольку совокупность представленных доказательств не свидетельствует о совершении ими преступлений в составе таковой.

Ссылаясь на ч. 3 ст. 35 УК РФ указывает, что такой признак организованной группы как устойчивость, своего подтверждения не нашел. Судом не представлено доказательств, свидетельствующих о тщательном планировании и подготовке совершения каждых преступных действий, об интенсивности их совершения неустановленными лицами - «организатором», «инструктором», «куратором» и осужденными, о сплоченности членов преступной группы и устойчивости преступных связей между ними, которая по смыслу уголовного закона присуща организованной группе.

При этом сами осужденные, как указывает автор представления, опровергли наличие между ними и неустановленными лицами организованной группы, отрицали совершение преступлений в составе такой группы. Тот факт, что ФИО1, ФИО2 и неустановленное лицо общались исключительно с использованием интернет-ресурса «Kraken», лично не были знакомы, не может свидетельствовать о соблюдении мер конспирации, что присуще исключительно организованной группе.

Полагает, что вышеприведенные обстоятельства свидетельствуют об осведомленности осужденных о незаконности их действий по сбыту сильнодействующих веществ, а не о совершении ими преступлений в составе организованной группы. И соответственно указывает на выполнение каждым из них своей роли в составе группы лиц по предварительному сговору. При этом суд в приговоре лишь перечислил признаки организованной группы, а выводов и доказательств своего решения в этой части, не привел.

Просит приговор изменить: исключить из квалификации действий осужденных квалифицирующий признак совершения преступления в составе организованной группы; переквалифицировать их действия по каждому из преступлений на ч. 3 ст. 30 ч. 2 ст. 234 УК РФ со смягчение наказания на 2 месяца за каждое, и окончательное наказание назначить в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ на срок 2 года 3 месяца лишения свободы.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 ставит вопрос об отмене приговора, как незаконного и необоснованного.

Указывает, что исходя из описания преступных деяний, признанных судом доказанными следует, что действия его и ФИО2 охватывались единым умыслом, то есть ими было совершено одно преступление, состоящее из ряда тождественных деяний, и соответственно является продолжаемым. Об этом, по мнению осужденного, свидетельствуют выводы суда о создании организованной преступной группы для стремления к единому преступному результату – систематическому получению максимальной прибыли от незаконного оборота сильнодействующих веществ, незначительный разрыв во времени, один и тот же способ совершения преступления, тот же план действий. Однако эти обстоятельства судом в должной мере не учтены, что повлекло неправильное применение уголовного закона и как следствие - искусственное увеличение бремени ответственности и несправедливое наказание. Принцип индивидуализации наказания, судом также нарушен.

Вместе с этим оспаривает квалификацию его действий по признаку совершения преступлений в составе организованной группы. В обоснование указывает, что после задержания 23.10.2024 ему и ФИО2 было предъявлено обвинение в совершении одного преступления – покушения на сбыт сильнодействующих веществ в крупном размере в составе группы лиц. 10.03.2025 следствие разделило это преступление на 72 и выделило уголовное дело по ч. 3 ст. 30 ч. 2 ст. 234 УК РФ в отдельное производство, а 13.03.2025 ему и ФИО2 предъявили обвинение в покушениях на незаконный сбыт сильнодействующих веществ в составе организованной группы.

При этом, в суде он вину признал частично, сообщив, что ни в какой организованной группе не состоял, активных переписок ни с кем не вел, никому не подчинялся и денежные средства ни от кого не получал.

Выводы суда о его тесной взаимосвязи с организатором и другими участниками организованной группы, совершении данной группой сплоченных преступлений носят характер предположений, поскольку ничем не подтверждены.

Не имеется доказательств и тому, что он предложил ФИО2 вступить в преступную группу, объяснив структуру, иерархию, конспирацию, способ сбыта и механизм взаимодействия между участниками группы. Сам об этих обстоятельствах он также осведомлен не был. На его счетах в банках сомнительных и крупных пополнений, также не обнаружено. Полагает, что данный квалифицирующий признак был вменен им в обвинение для ухудшения положения.

Считает, что вывод суда о назначении ему реального лишения свободы не мотивирован, основания невозможности применения к нему положений ст. 53.1, 64 и 73 УК РФ, судом также не приведены.

Вместе с этим, судом не учтены в качестве смягчающих тяжелые жизненные обстоятельства, в которых он оказался, благодарность за гуманитарную помощь участникам СВО, наличие у него заболевания, состояние здоровья его отца, а также то, что он является единственным кормильцем в семье.

Просит приговор отменить и вынести по делу новое решение.

В апелляционной жалобе адвокат Аршинов А.Н. в интересах ФИО2, ставит вопрос об отмене приговора, ввиду нарушения норм материального и процессуального права, его несправедливости, вследствие чрезмерной суровости назначенного наказания.

Считает, что суд пришел к необоснованному выводу о совершении осужденными преступлений в составе организованной группы, поскольку признаков таковой в рассматриваемом деле не имеется.

Материалами дела не подтверждено, что группа лиц, в которую по выводам суда входили осужденные, обладала признаками структурности, позволяющей организовать поставки сильнодействующих веществ на территорию Астрахани и Ярославля в интересах одного интернет-магазина, характеризовалась централизованным управлением с распределением участников по функциональным обязанностям и была объединена единой целью – систематическим незаконным сбытом сильнодействующих веществ дистанционным способом. Не подтверждено и наличие в данной группе организатора и руководителя, заранее разработанного плана совместной преступной деятельности, а также подчиненность осужденных указаниям оператора, соблюдение в группе дисциплины и тесной взаимосвязи между её членами. Доказательства устойчивости данной группы, высокой степени её организованности, специальной подготовки её участников и технической оснащенности также отсутствуют.

Полагает, что именно неоднократное совершение преступлений является обязательным (типичным) признаком организованной группы, что по настоящему делу не усматривается.

Отмечает, что не имеется доказательств того, что неустановленное лицо (организатор) зарегистрировалось на интернет-сайте «Kraken», создало интернет-магазин по продаже сильнодействующих веществ «Меркурий» и разместило объявление о наличии вакансий «закладчиков». Не подтверждено доказательствами и то, что данное лицо обладало организаторскими способностями, создало устойчивую организованную группу, где выполняя свою роль разъясняло потенциальным кандидатам-закладчикам нелегальность деятельности, осуществляемой группой, проводило предварительный инструктаж с вновь вовлеченными лицами и разъясняло им специфику преступной деятельности, контролировало действия участников, а также осуществляло функции по выплате им вознаграждения.

Считает не доказанным тот факт, что ФИО1 вовлек ФИО2 в состав организованной группы в качестве закладчика, разъяснив при этом структуру, иерархию, конспирацию, способы сбыта и механизм взаимодействия между членами группы.

Следствием не доказано, что ФИО2, в соответствии со своей ролью приобретала сильнодействующие вещества путем получения почтовых отправлений, уведомлялась об их отправке неустановленным лицом посредством Интернет-ресурсов, хранила, расфасовывала эти вещества, а затем сбывала через закладки совместно с ФИО1

Полагает, что предварительное следствие проведено неполно, поскольку не все причастные к преступлениям лица установлены, не все следственные действия на предмет установления признаков организованной группы, проведены.

Вместе с этим, назначенное ФИО2 наказание считает несправедливым, вследствие его чрезмерной суровости. Отмечает, что ФИО2 частично признала вину, раскаялась, активно способствовала раскрытию и расследованию преступления путем дачи подробных объяснений об обстоятельствах не известных органам следствия, на спецучетах не состоит, положительно характеризуется, впервые привлекается к уголовной ответственности, имеет постоянное место жительства и работы, что может быть признано смягчающими наказание обстоятельствами.

Дополнительным смягчающим обстоятельством защита считает и первоначальные объяснения ФИО2, которые могут быть расценены как явка с повинной.

Обращает внимание, что суд вышел за пределы просимой стороной обвинения меры наказания, назначив за каждое преступление 1 год лишения свободы, вместо предложенных гособвинителем 4 месяцев, чем нарушил принцип состязательности сторон, независимости и беспристрастности суда.

Высказывает несогласие с решением суда о судьбе вещественных доказательств по делу – изъятых у ФИО2 телефона, принадлежащего её бабушке ФИО10 и планшета, не содержащего каких-либо сведений о совершенном преступлении и в этой связи подлежащими возврату законным владельцам.

Просит приговор отменить, переквалифицировать действия ФИО2 по каждому из преступлений на ч. 3 ст. 30 ч. 2 ст. 234 УК РФ, смягчить наказание и применить ст. 73 УК РФ, а вещественные доказательства возвратить законным владельцам.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в 72 покушениях на незаконный сбыт сильнодействующих веществ трамадола и прегабалина, основан на достаточной совокупности доказательств, собранных в ходе предварительного расследования, исследованных в судебном заседании, надлежащих образом проверенных и оцененных судом, и подробно приведенных им в приговоре.

Так, сам осужденный ФИО1 при допросе в качестве подозреваемого в стадии следствия указывал, что примерно в конце июля 2024 г. в связи с финансовыми трудностями, отсутствием работы и наличием кредитных обязательств, с ФИО2 решили устроиться курьерами в интернет-магазин «Меркурий» по продаже сильнодействующих веществ. Объявление обнаружил случайно на интернет-сайте. При этом на странице магазина было указано о реализации исключительно медицинских препаратов. Переписку вели совместно, но от лица одного человека. При общении оператор пояснил, что работа заключается в получении посылок через почту, упаковке препаратов и их размещение в тайниках. За организацию тайника получали от 600 до 900 рублей, в зависимости от количества таблеток в свертке. При устройстве внесли депозит на счет, открытый на их имя в данном интернет магазине – 5 тыс. рублей. После чего им отправили первую посылку, которую они получили в одном из почтовых отделений «Почты России» в г. Ярославль. Данную посылку, как и все последующие (примерно 5 штук), получали на имя ФИО11 (знакомого ФИО1) в целях сохранения анонимности. Последний не был осведомлен об их работе.

Получив от оператора предложение поработать в г. Астрахани за повышенную плату, согласились. В г. Астрахань прибыли 20.10.2024, заселились в «Отель Мира». 21.10.2024 он получил на почте посылку, привез в отель, вместе с ФИО2 открыли и обнаружили препаратов больше чем обычно, а именно «Лирику» и «Трамадол». Совместно с ФИО2 расфасовали в свертки, обернув изолентой. 22.10.2024 примерно в 11 час. совместно с ФИО2 прибыли на остров «Городской». Свертки в тайники раскладывал в основном он, ФИО2 сделала только несколько из них. Фотографии тайников он загрузил на сайт в тот же вечер.

23.10.2024 на железнодорожном вокзале г. Астрахани были задержаны, и у него изъяты оставшиеся препараты, а также телефон, пароль от которого он сообщил добровольно. В дальнейшем с его участием были проведены осмотры мест тайников, которые он указывал. Часть тайников не была обнаружена по не известным причинам (л.д. 224-228 т.1).

Эти свои показания ФИО1 подтвердил и в своей явке с повинной, указав, что 22.10.2024 совместно с ФИО2 осуществлял сбыт сильнодействующих веществ «Лирика» и «Трамадол» бесконтактным способом путем осуществления тайников-закладок на территории острова «Городской» г. Астрахани.

Осужденная ФИО2 в своих показаниях в качестве подозреваемой и обвиняемой, отказавшись от дачи показаний на основании ст. 51 Конституции РФ, вину в покушении на незаконный сбыт сильнодействующих веществ в составе группы лиц по предварительному сговору, в крупном размере, признала полностью, заявив о своем раскаянии в содеянном (л.д.8-10, 14-16 т. 2).

При этом в своей явке с повинной от 24.10.2024 ФИО2 указала, что 22.10.2024 совместно с ФИО1 осуществляла сбыт сильнодействующих аптечных таблеток (Лирика и Трамадол) бесконтактным способом путем осуществления тайников-закладок на территории острова «Городской» г. Астрахани.

В ходе судебного разбирательства ФИО2 подтвердила факт совместного проживания с ФИО1, изъятие принадлежащего ей телефона «Iphone 14 Pro Max», наличие в нем изображений участков местности с описанием местонахождения тайников с сильнодействующими веществами.

Оперуполномоченные Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3 и Свидетель №4 указали, что в связи наличием оперативной информации о сбыте ФИО1 и ФИО2 сильнодействующих веществ на территории г. Астрахани, последние 23.10.2024 были остановлены на железнодорожном вокзале. Там же, у ФИО1 изъяты блистеры таблеток «Лирика», наркотическое средство гашиш, приобретенные, с его слов, для личного употребления, мобильный телефон «POCO X6», у ФИО2 - мобильный телефон «Iphone 14 Pro Max». В ходе последующих осмотров участков местности на острове «Городской» г. Астрахани по имеющейся информации в телефоне ФИО1, и по его указанию, в тайниках было обнаружено 64 свертка с сильнодействующими веществами «Лирика» и «Трамадол».

Обстоятельства изъятия 23.10.2024 мобильных телефонов у осужденных, а также сильнодействующих веществ подтвердили и сотрудники полиции Свидетель №5 и Свидетель №6

Сведения, изложенные в вышеприведенных показаниях осужденных и свидетелей, нашли свое подтверждение в письменных доказательствах.

Так, в ходе осмотра 23.10.2024 места происшествия – пункта досмотра центрального входа железнодорожного вокзала г. Астрахани у ФИО1, в числе других предметов и веществ изъят лекарственный препарат «Лирика» (прегабалин) в общем количестве 16 таблеток в блистерах, в том числе обмотанных изолентой, который по его словам он приобрел в интернет-магазине «Меркурий» для сбыта, получив посылку в отделении почтовой связи. У него же изъят мобильный телефон, при осмотре которого обнаружены фотографии участков местности с географическими координатами, которые по пояснениям ФИО1 сделаны им и указывают на места, где им производились закладки. У ФИО2 изъяты мобильный телефон и планшет «iPad», от осмотра которых последняя отказалась, не предъявив коды-пароли.

С участием ФИО1 и по его указанию в ходе осмотра 23.10.2024 места происшествия – участков местности в разной отдаленности от д. 69 и 75 по ул. Куйбышева г. Астрахани (остров «Городской») из 19 тайников-закладок изъято 5 свертков с веществом трамадол в блистерах на 10 мест и 14 свертков с препаратом «Лирика» в блистерах на 7 мест. В ходе осмотра применялась видеосъемка.

Согласно выводам эксперта в заключении № 238, изъятые в ходе указанного осмотра: таблетированное вещество массой 16,50 гр. содержит в своем составе сильнодействующее вещество трамадол, капсулированное вещество массой 40,18 гр. – сильнодействующее вещество прегабалин.

В ходе осмотра места происшествия с участием ФИО1 - участков местности в разной отдаленности от д. 69 и 75 ул. Куйбышева г. Астрахани (остров «Городской») из тайников-закладок изъято 45 свертков с веществом трамадол в блистерах на 10 мест. В ходе осмотра применялась видеосъемка.

Согласно выводам эксперта в заключении № 240, изъятое в ходе указанного осмотра таблетированное вещество массой 148,50 гр. содержит в своем составе сильнодействующее вещество трамадол.

В ходе осмотра 25.10.2024 номера 6 гостиницы «Мира Отель», изъято 6 рулонов изоленты, картонная коробка с надписью «Почта России» и полимерный пакет. Участвующие в осмотре ФИО2 и ФИО1 подтвердили факт проживания в этом номере с 20 по 23 октября 2024 г. При этом ФИО1 пояснил, что в коробке с надписью «Почта России» находились таблетки «Лирика» и «Трамадол», которые он получил в отделении почты 21.10.2024 и в этот же день, в присутствии ФИО2 расфасовал в свертки, обмотав их изолентой.

В ходе осмотров 31.10.2024 телефонов, изъятых у осужденных, пароли для доступа к которым предоставили последние, обнаружены фотографии участков местности с географическими координатами, на которых в ходе осмотров изъяты свертки с сильнодействующими веществами.

По поручению следователя от 5.11.2024, проведен осмотр 6.11.2024 участков местности на острове «Городской», фото и координаты которых обнаружены в телефоне ФИО2, в ходе которого изъято 8 свертков в изоленте с 8 блистерами с капсулами по 7 штук.

Обстоятельства указанного осмотра и отраженные в протоколе сведения, подтвердили инспектор-кинолог Свидетель №7, а также понятые Свидетель №8 и Свидетель №9

Согласно выводам эксперта в заключении № 254, изъятое в ходе данного осмотра капсулированное вещество массой 22,96 гр. содержит в своем составе сильнодействующее вещество прегабалин.

Из заключения эксперта № 6, в каждом из 45 и 5 свертках-блистерах – 3,30 гр. сильнодействующего вещества трамадол, в 45 свертках всего 148,50 гр., в 5 свертках всего – 16,50 гр. В каждом из 8 и 14 свертках-блистерах - 2,87 гр. сильнодействующего вещества прегабалин, в 8 свертках всего 22,96 гр., в 14 свертках всего 40,18 гр.

Виновность осужденных подтверждается и другими доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Оценка доказательств по делу соответствует требованиям ст. 87, 88 УПК РФ. Доказательства, на которые суд сослался в приговоре в обоснование виновности осужденных, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, существенных противоречий по значимым обстоятельствам дела, подлежащим доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ не содержат. В связи с чем, обоснованно признаны судом достоверными, допустимыми и относимыми, а в совокупности достаточными для постановления в отношении ФИО1 и ФИО2 обвинительного приговора.

Вопреки доводам жалобы ФИО1, оснований для квалификации действий его и ФИО2 как одного продолжаемого преступления, не имеется исходя из следующего.

По смыслу закона, действия, которые были направлены на незаконный сбыт сильнодействующих веществ нескольким приобретателям и выражались в размещении этих веществ в разных тайниках-закладках, следует рассматривать применительно к каждой закладке как отдельное преступление с самостоятельным конкретизированным умыслом, а в целом такие действия – как совокупность преступлений, предусмотренных ст. 234 УК РФ.

При этом, если лицо в целях осуществления умысла на незаконный сбыт сильнодействующих веществ совершило действия, направленные на их последующую реализацию и составляющие часть объективной стороны сбыта, однако по не зависящим от него обстоятельствам не смогло передать указанные вещества приобретателю, то такое лицо несет уголовную ответственность за покушение на незаконный сбыт этих веществ.

Судом обоснованно установлено, что действия осужденных по размещению сильнодействующих веществ в нескольких тайниках имели своей целью в каждом конкретном случае самостоятельное разрешение вопросов, связанных с поиском покупателей, оповещением их о местах хранения этих веществ в различных тайниках и были направлены на распространение сильнодействующих веществ неопределенному кругу лиц. При этом потенциальные покупатели имели возможность приобрести сильнодействующие вещества через разные тайники в разное время и в разных местах, что свидетельствует о покушении ФИО1 и ФИО2 на незаконный сбыт этих веществ различным лицам, и формировании у осужденных самостоятельного умысла на сбыт сильнодействующих веществ по каждому преступлению.

Таким образом, принимая во внимание все обстоятельства дела и исследованные в судебном заседании доказательства, суд обоснованно не нашел оснований для квалификации действий осужденных единым составом.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит доводы представления и жалоб заслуживающими внимания, а приговор - подлежащим изменению на основании ст. 389.16, 389.18 УПК РФ, ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела и неправильного применения уголовного закона при квалификации действий осужденных.

Так, согласно ч. 3 ст. 35 УК РФ, преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Такие характеризующие организованную группу признаки, предусмотренные ч. 3 ст. 35 УК РФ как её устойчивость, сплоченность, высокая степень организованности, наличие в её составе организатора (руководителя), заранее разработанного плана совместной преступной деятельности, распределение функций и ролей между членами группы при подготовке к совершению преступлений и осуществлении общего преступного умысла направленного на незаконный сбыт сильнодействующих веществ на территории Российской Федерации, соблюдение мер конспирации участниками группы при совершении противоправных деяний, своего объективного подтверждения в исследованных судом доказательствах не нашли.

Так, в материалах уголовного дела и в приговоре суда отсутствуют доказательства того, что организованная группа, в составе которой по выводам суда действовали ФИО1 и ФИО2, была создана неустановленным лицом – организатором, в целях осуществления незаконного сбыта сильнодействующих веществ из лиц, зарегистрированных на интернет-сайте «Kraken». Что это же лицо, с целью подбора и вовлечения лиц в преступную группу организовало интернет-магазин «Меркурий», через который размещало объявления о наличии вакансий закладчиков; разъясняло потенциальным кандидатам на эту роль – нелегальность осуществляемой деятельности по незаконному обороту сильнодействующих веществ, выполняло функции инструктора-куратора, разъясняя специфику незаконной деятельности и давая рекомендации о местах размещения тайников-закладок; контролировало действия вовлеченных лиц, в том числе осужденных ФИО1 и ФИО2 и осуществляло функции по выплате им вознаграждения; через почтовые отделения «Почта России» организовывало систематические, регулярные поставки сильнодействующих веществ; с целью конспирации, разработало сложный план преступной деятельности, о котором все участники, включая осужденных, были осведомлены.

Отсутствуют доказательства и того, что данная группа обладала устойчивостью, выраженной, согласно обвинению и приговору, в стабильности состава, длительности преступной деятельности по незаконному сбыту сильнодействующих веществ, тесной взаимосвязи между организатором и всеми участниками группы и согласованности их действий.

Выводы суда в данной части основаны на предположениях, что в силу ч. 4 ст. 302 УПК РФ является недопустимым при постановлении приговора.

Анализ показаний осужденного ФИО1 в стадии предварительного следствия, как единственного доказательства, представленного в подтверждение обвинения о наличии в действиях осужденных вышеуказанного квалифицирующего признака, напротив свидетельствует о том, что он и ФИО2 не составляли устойчивую преступную группу с неустановленными лицами, в том числе организатором; не действовали по заранее разработанному им плану осуществления преступной деятельности и с применением мер конспирации; их действия не охватывались единым общим умыслом этой группы, а действовали они в составе группы лиц по предварительному сговору.

Таким образом, оценивая имеющиеся доказательства и установленные обстоятельства осуществления ФИО1 и ФИО2 противоправной деятельности, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований считать, что осужденные действовали в составе устойчивой сплоченной преступной группы, отличающейся более высоким уровнем организованности, нежели чем группа лиц по предварительному сговору.

При изложенных обстоятельствах, действия ФИО1 и ФИО2 по каждому из 72 преступлений, подлежат переквалификации с ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 234 УК РФ на ч. 3 ст. 30 ч. 2 ст. 234 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт сильнодействующих веществ, не являющихся наркотическими средствами или психотропными веществами, совершенное группой лиц по предварительному сговору, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

С учетом переквалификации действий ФИО1 и ФИО2, судебная коллегия при назначении им наказания руководствуется положениями ст. 6, 43, 60, ч. 1 ст. 62, ч. 3 ст. 66 УК РФ и учитывает те же обстоятельства, что и суд первой инстанции.

В частности отсутствие отягчающих обстоятельств, наличие смягчающих, которыми судом обоим осужденным признаны их явки с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, положительные характеристики; ФИО1 также, частичное признание вины, благодарность за оказание гуманитарной помощи тяжелобольным жителям Ярославской области, а ФИО2 – свидетельства и сертификаты о повышении квалификации, наличие деда-инвалида.

Каких-либо новых смягчающих обстоятельств, не учтенных судом первой инстанции, о чем утверждается в жалобах, судебной коллегией из представленных материалов не установлено.

Явка с повинной ФИО2 признана смягчающим обстоятельством, влекущим применение при назначении ей наказания положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. В связи с чем, оснований для признания таковой её первоначальных объяснений, о чем в своей жалобе указывает адвокат Аршинов А.Н., не имеется.

Отсутствуют и основания для признания смягчающим наказание ФИО1 обстоятельством на основании п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ – совершения им преступлений в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, поскольку отсутствие постоянного заработка и финансовые трудности в этой связи, по смыслу закона не могут являться таковым.

При определении вида наказания осужденным, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения к ним положений ч. 6 ст. 15, ст. 64, 53.1 и 73 УК РФ, и считает необходимым назначить им наказание в виде реального лишения свободы, которое в полной мере будет отвечать принципам и целям, предусмотренным ст. 6,43 УК РФ.

В связи с переквалификацией действий осужденных на менее тяжкие составы преступлений, наказание им подлежит назначению в меньшем размере, как за каждое из совершенных преступлений, так и по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ.

С учетом изменения категории преступлений, за которые они осуждены и данных об их личностях, отбывание наказания ФИО1 и ФИО2 подлежит назначению в колонии-поселении на основании п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

В соответствии с ч. 5 ст. 75.1 УИК РФ, осужденным надлежит следовать в колонию-поселение под конвоем.

В связи с изменением вида исправительного учреждения, приговор также подлежит изменению и в части зачета в срок лишения свободы ФИО1 и ФИО2 времени содержания их под стражей по настоящему делу с 24.10.2024 до дня вступления приговора в законную силу – 11.12.2025 на основании п. «в» ч.3.1 ст.72 УК РФ - из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств, в том числе телефона «Iphone 14 Pro Max» и планшета «iPad», изъятых у ФИО2, вопреки утверждениям адвоката Аршинова А.Н. в жалобе, разрешен судом правильно в соответствии с положениями п. 1 ч. 1 ст. 81, ч. 1 ст. 82 УПК РФ и позицией Конституционного Суда РФ, отраженной в его определении № 1530-О от 28.06.2022.

Из установленных судом обстоятельств следует, что ФИО1 и ФИО2 при совершении преступлений использовали телефон «Iphone 14 Pro Max», при помощи которого отправляли фотографии с координатами мест тайников-закладок с сильнодействующими веществами неустановленному лицу. Данный телефон изъят у ФИО2 23.10.2024 и признан вещественным доказательством, как средство совершения преступления. По делу также признан вещественным доказательством, изъятый у неё же планшет «iPad».

Согласно ч. 1 ст. 82 УПК РФ вещественные доказательства должны храниться при уголовном деле до вступления приговора в законную силу либо до истечения срока обжалования постановления или определения о прекращении уголовного дела и передаваться вместе с уголовным делом.

Из дела видно, что постановлением следователя от 29.10.2024 (л.д. 205-206 т. 5) в отношении неустановленного лица по факту незаконного сбыта ФИО1 и ФИО2 сильнодействующих веществ прегабалина и трамадола в крупном размере, возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 234 УК РФ по которому в настоящее время ведется расследование. Поскольку вещественные доказательства - телефон «Iphone 14 Pro Max» и планшет «iPad» могут иметь значение для доказывания по вновь возбужденному уголовному делу, производство по которому ведется в отдельном порядке, решение суда об их хранении до разрешения этого уголовного дела, является обоснованным.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 38915, 38916, 38918, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

Апелляционное представление заместителя Астраханского транспортного прокурора Иванова Н.Ю. – удовлетворить, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Аршинова А.Н. – удовлетворить частично.

Приговор Ленинского районного суда г. Астрахани от 24.09.2025 в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить:

- переквалифицировать действия ФИО1 и ФИО2 по каждому из 72 преступлений с ч.3 ст. 30 ч. 3 ст. 234 УК РФ на ч. 3 ст.30 ч. 2 ст. 234 УК РФ и назначить каждому из них наказание в виде лишения свободы на срок 9 месяцев за каждое преступление;

- на основании ч. 2 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначить ФИО1 и ФИО2 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 4 месяца каждому с отбыванием наказания в колонии-поселении.

На основании ч. 5 ст. 75.1 УИК РФ, определить порядок следования ФИО1 и ФИО2 в колонию-поселение под конвоем.

В соответствии с п. «в» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть ФИО1 и ФИО2 в срок лишения свободы время содержания их под стражей по настоящему делу с 24.10.2024 до 11.12.2025 из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного и адвоката – без удовлетворения.

Определение вступает в законную силу в день его вынесения и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 471 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденными – в тот же срок со дня вручения им копии определения.

В случае подачи кассационных жалоб, осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись Н.Г. Сафарова

Судьи подпись Е.В. Подопригора

подпись Е.В. Иваненко