Дело №2-1624/2017 14 сентября 2017 года

в г. Тосно Ленинградской области

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Тосненский городской суд Ленинградской области в составе председательствующего судьи Ваганова А.В., 

с участием представителя истца ФИО1, 

третьего лица ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

при секретаре Пыщенко О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5, ФИО6 о признании договора дарения притворной сделкой, переводе прав и обязанностей покупателя,

установил:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО5, ФИО6 о признании договора дарения ? доли 

<

адрес>, заключенного 15 декабря 2015 года между ФИО6 и ФИО5, притворной сделкой, прикрывающей договор купли-продажи; обязании перевести права и обязанности покупателя ? доли 

<

адрес>.

В обоснование иска указала, что является собственником ? доли квартиры по адресу: 

<

адрес>. ? доля указанной квартиры принадлежит её дочери ФИО2, а оставшаяся доля – ? до 14 декабря 2016 года принадлежала её сыну ФИО5 В январе 2017 года она узнала, что ФИО5, якобы, подарил принадлежавшую ему ? долю квартиры ФИО6 15 декабря 2015 года ФИО5 заключил с неким ФИО6 договор дарения ? доли квартиры по адресу: 

<

адрес>. Договор был зарегистрирован в Управлении Федеральной службы кадастра и картографии 14 декабря 2016 года. ФИО5 ведет асоциальный образ жизни и не проживает с ними по адресу регистрации. На вопрос: зачем он подарил свою долю, ответил, что его вынудили, попросили подписать какие-то бумаги, обещали дать денег за эту долю, но дали только 5000 руб. Он дал покупателю ФИО6 расписку о получении 5000 руб. за долю. Она также получила сведения о том, что в 2016 году ФИО5 заключил договор купли-продажи принадлежавшей ему доли по вышеуказанному адресу, документы были поданы на регистрацию перехода права в Управлении Федеральной службы кадастра и картографии. В ноябре 2016 года в регистрации перехода права по договору купли-продажи было отказано. Получив отказ в регистрации права по договору купли-продажи от 2016 года, стороны заключили договор дарения и поставили в нем дату его заключения: 15 декабря 2015 года, хотя договор был зарегистрирован только 14 декабря 2016 года. Таким образом, вопрос о продаже ? доли был решен до государственной регистрации договора дарения. Договор дарения от 15.12.2015 был заключен с целью прикрыть собой фактическую куплю-продажу ? доли. Сделано это было покупателем для того, чтобы не уведомлять других собственников квартиры, дабы они не могли воспользоваться преимущественным правом покупки. Одаряемый ФИО6 не имел намерения проживать в данной квартире, поскольку ей звонили неизвестные люди и предлагали выкупить эту долю за определенную сумму. Даритель ФИО5 также не имел намерения дарить принадлежавшую ему ? долю, о чём сам рассказал. Кроме того, весьма странным выглядит тот факт, что дарение осуществлено в пользу незнакомого человека, а не в пользу родственников (л.д.10-12). 

ФИО4 извещена в зале суда о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилась (л.д.124).

Её представитель ФИО1 подержала требования истца, пояснила, что договор дарения был заключен с целью прикрыть собой фактическую куплю-продажу ? доли. Сделано это было только для того, чтобы не уведомлять других сособственников. ФИО6 не имел намерения проживать в этой квартире, поскольку не вселялся туда, не производил оплату коммунальных услуг, вещей его в квартире нет, соответственно он не принимал квартиру по договору дарения. Нотариальная форма договора была введена с июля 2016 года, форма договора не соблюдена. Договор датирован 15 декабря 2015 года, подан на регистрацию в ноябре 2016 года. Росреестр отказал в регистрации данного договора в связи с тем, что паспортные данные в договоре стояли на 21.10.2016, а договор был от 15.12.2015. Следовательно, если договор заключали в 2015 году, то стороны не могли знать данных паспорта 2016 года. Росреестр предложил им внести изменения в договор дарения. Ответчики исправили договор, представили на регистрацию, по сути, новый договор, потому что в старом было 6 пунктов, а в исправленном - 14 пунктов. Полагает, что договор, на основании которого зарегистрирован переход права, заключен в ноябре 2016 года. Договор купли-продажи был заключен 8 ноября 2016 года, он не был зарегистрирован. Со слов Попова, ему пришло СМС-сообщение об отказе в регистрации, они собрались, что-то написали. Попов смутно помнит, тогда он злоупотреблял алкоголем. Говорит, что его возили, предлагали подписать какие-то бумаги, он даже не помнит, что подписывал. Попов получил 5000 руб., у него копия подлинной расписки, которую он дал покупателю. 

Третье лицо ФИО2 поддержала требования истца, подтвердила объяснения представителя истца. 

Извещение о времени и месте судебного разбирательства направлено ФИО5 по месту его регистрации, возвратилось в суд за сроком хранения (л.д.143). Ни в одно предыдущее он не явился, но представил удостоверенное нотариусом заявление от 11.05.2017 года, в котором просил оказать содействие в возврате ? доли квартиры по адресу: 

<

адрес>. Далее указал, что в 2015 году у него не было паспорта, который был утерян еще в 2014 году. Об утере паспорта в полицию не заявлял. В 2015 году он никаких документов не подписывал, ничего не продавал и не дарил. В ноябре 2016 года ему нужны были деньги, в это время он сильно пил и рассказал своему знакомому о желании продать свою долю в квартире. Приятель ответил, что есть люди, которые её купят. Через некоторое время эти люди встретились с ним, сказали, что купят его долю за 400 000 руб., оформили договор купли-продажи, с которыми он поехал регистрировать договор. Через некоторое время на телефон пришло смс об отказе в регистрации. После люди знакомого снова встретились с ним, сообщили, что все исправили в договоре и снова повезли его на регистрацию. Договор дали подписать у окна МФЦ. Он считал, что подписывает договор купли-продажи. 16 января 2017 года его повезли выписываться. После сдачи документов, в машине ФИО6 дал ему 5000 руб. и дал подписать расписку. После 20 января 2017 года его разыскали мама и сестра, спросили: зачем он продал свою долю. Он ответил, что ничего не дарил, а только продавал. Но, как выяснилось позже, он подписал договор дарения. Это его единственное жильё и чужому человеку он не собирался его дарить (л.д.66).

Извещение о времени и месте судебного разбирательства направлено ФИО6 по месту его регистрации, возвратилось в суд за сроком хранения (л.д.142). Ни в одно предыдущее он не явился.

Его представитель ФИО3 требования истца не признал, пояснил, что поскольку какого-либо существенного интереса во владении Попов не имел, тот решил подарить ? долю квартиры своему знакомому ФИО6. Договор был заключен в декабре 2015 года, но сразу документы для регистрации прекращения права собственности поданы не были, и впоследствии экземпляры договора были утрачены. В связи с этим стороны изготовили новый текст договора и подали его на регистрацию. Регистрация была приостановлена, стороны предприняли активные меры к поиску тех экземпляров договора от декабря 2015 года. Эти экземпляры договора были ими представлены в регистрационную палату. Переход права был зарегистрирован в установленном законом порядке. Полагает, что никаких доказательств, подтверждающих то, что имел место в действительности договор купли-продажи, истцом не представлено. Попов признает требования, но его признание ничего не значит для второго ответчика. Эту расписку Попов мог изготовить в любое время, пока идет производство по этому делу. Никакой отметки ФИО6 о том, что деньги получены, не имеется. ФИО6 Попову денег не передавал. Представленный договор купли-продажи от 8 ноября вообще не имеет никакого существенного доказательного значения, поскольку он датирован 8 ноября 2016 года, в то время, как между сторонами уже было достигнуто соглашение. Кроме того, этот договор нотариально не заверен.

Третье лицо – Управление Росреестра по Ленинградской области извещено о времени и месте судебного разбирательства, ранее неоднократно ходатайствовало о рассмотрении дела в своё отсутствие (л.д.141).

Выслушав объяснения представителей истца и ответчика, огласив объяснение ответчика, исследовав письменные доказательства, суд пришёл к следующему. 

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Из содержания указанной нормы следует, что в случае заключения притворной сделки действительная воля стороны не соответствует ее волеизъявлению. В связи с этим для установления истиной воли сторон имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны. 

В соответствии со статьёй 250 ГК Российской Федерации 1. При продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях

2. Продавец доли обязан известить в письменной форме остальных участников долевой собственности о намерении продать свою долю постороннему лицу с указанием цены и других условий, на которых продает ее.

Если остальные участники долевой собственности не приобретут продаваемую долю в праве собственности на недвижимое имущество в течение месяца, а в праве собственности на движимое имущество в течение десяти дней со дня извещения, продавец вправе продать свою долю любому лицу.

3. При продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой другой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.

Судом установлено, что ФИО4, ФИО2 являются участниками общей долевой собственности на четырехкомнатную квартиру общей площадью 113,9 кв.м, расположенную на втором этаже жилого дома по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №, их доли в праве общей долевой собственности составляют ? и ? соответственно, оставшаяся ? доля в этой квартире принадлежала на праве общей долевой собственности ФИО5, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права от 14 февраля 2007 года, от 02 декабря 2014 года (л.д.16-19). 

01 ноября 2016 года ФИО5 и ФИО6 обрались в филиал «Тосненский» ГБУ ЛО «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг» с заявлениями о регистрации перехода права и регистрации права общей долевой собственности соответственно, предоставив в качестве правоустанавливающего документа договор дарения от 15 декабря 2015 года, составленный в простой письменной форме. Из договора дарения следует, что ФИО5 – даритель безвозмездно передал (подарил) ФИО6 – одаряемому ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру общей площадью 113,9 кв.м № 

<

адрес>, с кадастровым номером №, а одаряемый указанную долю в праве на эту квартиру в дар принял (л.д.36-39, 130-132, 137). 

15 ноября 2016 года в адреса заявителей Тосненским отделом Управления Росреестра по Ленинградской области направлено уведомление о приостановлении государственной регистрации по 14.12.2016, в котором указано, что представленный договор не может быть рассмотрен в качестве надлежащего в виду того, что указанный в нем паспорт продавца ФИО5 выдан 21.10.2016, а значит позже даты заключения договора 15.12.2015. В соответствии с административно-территориальным делением в Тосненском районе расположено городское 

<

адрес>. Сведения, подтверждающие переименование статуса «городского поселения» на «пгт» не представлены. Таким образом, имеются противоречия в адресе указанной квартиры, что не позволяет однозначно определить предмет договора (л.д.40-42, 138-140). 

02 декабря 2016 года ФИО6 представил в филиал «Тосненский» ГБУ ЛО «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг» заявление о принятии дополнительных документов, которым была новая редакция договора дарения, заключенного в простой письменной форме и датированная также 15 декабря 2015 года. В соответствии с договором ФИО5 – даритель безвозмездно передает в дар принадлежащую ему ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру общей площадью 113,9 кв.м, расположенную на втором этаже жилого дома по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №, а ФИО6 – одаряемый принимает в общую долевую собственность указанное имущество. 

На основании этой редакции договора 14 декабря 2016 года в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним сделаны записи погашения права общей долевой собственности ФИО5 и регистрации права общей долевой собственности ФИО6 в размере ? доли на вышеуказанную квартиру. На договоре поставлен штамп регистрации права общей долевой собственности, прописаны дата и номер регистрации (л.д.14-15, 44-46, 133-134). 

Доводы представителя истца о составлении договора дарения в ноябре 2016 года и несоблюдении нотариальной формы договора, влекущей его ничтожность, носят предположительный характер. Версия представителя ответчика о двух редакциях договора – не менее убедительна. Истец и его представитель основываются на объяснении ФИО5, который по собственному признанию, в ноябре 2016 злоупотреблял спиртными напитками. Пояснение ФИО5 о том, что ему пришло СМС-сообщение об отказе в регистрации, не нашло своего подтверждения. В Тосненский отдел Росреестра неоднократно направлялись запросы о предоставлении копий документов по регистрации сделок, совершенных ФИО5 и ФИО6 в отношении спорной доли квартиры, в частности договора купли-продажи (л.д.126). Суду повторно предоставлены те же самые документы: две редакции договора дарения, три заявления, две расписки в принятии документов и уведомление о приостановлении государственной регистрации. Договора купли-продажи, отказа в регистрации права регистрирующий орган не направил.

Утверждения представителя истца о том, что ФИО6 не имел намерения проживать в этой квартире, поскольку не вселялся туда, не производил оплату коммунальных услуг, вещей его в квартире нет, правового значения не имеют, а вывод о том, что ФИО6 не принимал квартиру по договору дарения – не состоятелен, согласно п.7 договор является одновременно передаточным актом. 

В п.14 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что по смыслу пункта 3 статьи 250 ГК РФ при продаже доли в праве общей собственности с нарушением преимущественного права покупки других участников долевой собственности любой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев со дня, когда ему стало известно или должно было стать известно о совершении сделки, требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.

В случае нарушения права преимущественной покупки сособственника недвижимого имущества судебный акт, которым удовлетворен иск о переводе прав и обязанностей покупателя, является основанием для внесения соответствующих записей в ЕГРП.

Следует иметь в виду, что истец в этом случае не имеет права на удовлетворение иска о признании сделки недействительной, поскольку гражданским законодательством предусмотрены иные последствия нарушения требований пункта 3 статьи 250 ГК РФ.

Исходя из основания иска, истцу следует доказать совершение ответчиками сделки купли-продажи доли квартиры, прикрытой договором дарения, без уведомления других участников долевой собственности.

Оценивая представленный истцом договор купли-продажи ? доли квартиры от 08 ноября 2016 года, совершенный в простой письменной форме, суд пришёл к следующему.

Согласно договору ФИО5 – продавец продал ФИО6 – покупателю ? долю квартиры, находящейся по адресу: 

<

адрес>, а покупатель купил вышеуказанную квартиру. Стороны оценивают ? долю квартиры в 400 000 руб. Договор не удостоверен нотариусом (л.д.144-145). 

Согласно статье 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных законом или соглашением сторон, сделка, влекущая возникновение, изменение или прекращение прав на имущество, которые подлежат государственной регистрации, должна быть нотариально удостоверена.

В соответствии с п.1 ст.24 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (в ред. в ред. Федерального закона от 02.06.2016 N 172-ФЗ) сделки по отчуждению долей в праве общей собственности на недвижимое имущество, в том числе при отчуждении всеми участниками долевой собственности своих долей по одной сделке, подлежат нотариальному удостоверению.

Согласно ст.163 Гражданского кодекса Российской Федерации 2. Нотариальное удостоверение сделок обязательно:

1) в случаях, указанных в законе;

2) в случаях, предусмотренных соглашением сторон, хотя бы по закону для сделок данного вида эта форма не требовалась.

3. Если нотариальное удостоверение сделки в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи является обязательным, несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность.

В соответствии с п.1 ст.24 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" нотариальное удостоверение договора купли-продажи ? доли квартиры от 08 ноября 2016 года обязательно, в силу п.3 ст.163 Гражданского кодекса Российской Федерации несоблюдение нотариальной формы этого договора влечет его ничтожность. Поэтому обязательства ни у продавца ФИО5, ни у покупателя ФИО6 на основании данного договора не возникли. 

Возможны различные варианты сроков оплаты недвижимости: в момент передачи товара продавцу, после государственной регистрации возникшего на основании договора права и т.д. Договор предполагает составление в обязательном порядке передаточного акта при передаче квартиры, который суду не предоставлен. На расчет между сторонами в договоре указано. Представитель истца заявляет о неполучении ФИО5 указанной в договоре суммы. Таким образом, представленный суду договор не является доказательством получения ФИО5 от ФИО6 400 000 руб. 

Договор дарения был исполнен его сторонами 01 ноября 2016 года, в момент подачи ФИО5 заявления о государственной регистрации перехода права, а ФИО6 – заявления о государственной регистрации права общей долевой собственности на спорную долю квартиры. 

Таким образом, на момент исполнения договора встречного предоставления со стороны одаряемого в виде денег не наблюдалось, поэтому его невозможно признать сделкой купли-продажи. О намерении подарить свою долю ФИО5 не обязан был извещать других участников долевой собственности. 

Суду представлена копия расписки ФИО5, согласно которой он получил от ФИО6 аванс 5000 руб. за проданную ? долю: 

<

адрес> (л.д.22). 

Данное доказательство подтверждает объяснение ФИО5 и основание иска, но не является доказательством совершения сделки купли-продажи. Представитель второго ответчика пояснил, что ФИО6 не передавал ФИО5 денег за ? долю спорной квартиры. Расписка датирована 16.01.2017, то есть после совершения сделки дарения и регистрации перехода права по договору дарения. Поскольку переход права общей долевой собственности на спорную долю состоялся, то на момент составления расписки ФИО5 не мог уже распорядиться долей квартиры. 

Предъявление иска в порядке, предусмотренном п.3 ст.250 ГК Российской Федерации, означает возникновение у истца обязанности выплатить стоимость, по которой имущество было приобретено по сделке, совершенной с нарушением права преимущественной покупки.

Отсутствие цены доли ответчика в праве собственности на переданное имущество исключает возможность предъявления иска о переводе на второго сособственника прав и обязанностей покупателя.

ФИО5 на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит (л.д.82-83), по состоянию на 22.05.2017 он состоит на регистрационном учете по месту жительства в спорной квартире (справка формы №9 – л.д.89). 

В ходе судебного разбирательства представителю истца было отказано в принятии уточненного искового заявления о признании недействительным договора дарения ? доли спорной квартиры ввиду того, что ФИО5 страдал зависимостью от алкоголя, не понимал характер сделки, второй, измененный в ноябре 2016 года договор содержал новые условия, несоблюдение нотариальной формы сделки влечет её недействительность. Новое исковое заявление одновременно изменяло и предмет и основания иска (л.д.122). 

Суд отмечает, что участники общей долевой собственности не наделены законом правом оспаривать сделку дарения по другим основаниям: гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими; под влиянием заблуждения либо обмана. Такое право принадлежит стороне сделки. На распоряжение долей в общем имуществе не требуется согласие остальных сособственников, поэтому распоряжение ФИО5 своей долей не может быть признано нарушением прав или законных интересов истца. 

Суд не находит оснований для удовлетворения иска ФИО4, которая не представила суду доказательств совершения ответчиками сделки купли-продажи доли квартиры. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

решил:

ФИО4 отказать полностью в удовлетворении иска к ФИО5, ФИО6 о признании договора дарения ? доли 

<

адрес> 

<

адрес>, заключенного 15 декабря 2015 года между ФИО6 и ФИО5, притворной сделкой, прикрывающей договор купли-продажи; переводе прав и обязанностей покупателя ? доли 

<

адрес> 

<

адрес> на неё. 

Снять арест с квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, наложенный определением судьи Тосненского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу №.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме (19 сентября 2017 года) путем подачи апелляционной жалобы через Тосненский городской суд.

Судья: подпись