Судья Долбня В.А. УИД 38RS0034-01-2025-002591-97

Судья-докладчик Игнатьева Н.А. №33-1113/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 февраля 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Игнатьевой Н.А.,

судей Шашкиной Е.Н., Красновой Н.С.,

при секретаре Николушенко В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело

№ 2-2312/2025 по иску прокурора Ленинского района г. Иркутска в защиту прав, свобод и законных интересов ФИО1 к администрации г. Иркутска о взыскании компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе администрации г. Иркутска

на решение Ленинского районного суда г. Иркутска от 17 сентября 2025 года,

УСТАНОВИЛА:

прокурор обратился в суд с исковым заявлением в интересах ФИО1, в обоснование которого указал, что 21.12.2024 последняя пострадала в результате укуса безнадзорных собак. Согласно консультации травматолога от 21.12.2024, ФИО1 поставлен диагноз (данные изъяты)».

Прокурор просил суд взыскать с администрации г. Иркутска в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб.

Решением Ленинского районного суда г. Иркутска от 17.09.2025 исковые требования удовлетворены.

В апелляционной жалобе представитель администрации г. Иркутска ФИО2 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование доводов к отмене представитель указывает на неправильное применение судом норм материального права. Суд не учел, что органы местного самоуправления несут ответственность за осуществление отдельных государственных полномочий в пределах, выделенных муниципальным образованием на эти цели, материальных ресурсов и финансовых средств. Ответственность за причинение вреда здоровью не может быть возложена исключительно на администрацию г. Иркутска. Кроме того, размер взысканной суммы является необоснованным, немотивированным, истец не доказала факт причинения ей морального вреда именно укусом собаки, прививок от бешенства она не получала. Согласно материалам дела, факт укуса собакой не подтвержден.

В письменных возражениях относительно апелляционной жалобы прокурор Ленинского района г. Иркутска Магомедова Ж.Г. просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания суда апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, о чем свидетельствуют электронное уведомление, отчеты об отслеживании отправлений с почтовым идентификатором сайта Почта России, телефонограмма, в заседание судебной коллегии не явились третье лицо ФИО1, представитель третьего лица ООО «Пять звезд», не просили об отложении дела, о наличии уважительных причин неявки не уведомили. Судебная коллегия в соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав доклад судьи Игнатьевой Н.А., выслушав объяснение представителя процессуального истца - прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском процессе прокуратуры Иркутской области Нарижняк О.Н., представителя ответчика администрации города Иркутска и третьего лица комитета городского обустройства администрации г. Иркутска ФИО3, полагавшей решение суда законным и не подлежащим отмене, изучив дело, проверив законность и обоснованность принятого судебного акта по правилам ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Суд апелляционной инстанции установил, что 21.12.2024 около 12 часов дня на ФИО1 около мусорных баков по адресу 

<

адрес изъят> напали две бродячие собаки, у которых имелись чипы на ушах (объяснение от Дата изъята ) (л.д. 15-16).

Как следует из амбулаторной карты Номер изъят Медсанчасти ИАПО ФИО1, Дата изъята ее укусила неизвестная собака по адресу: (данные изъяты), в (данные изъяты)

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования прокурора, заявленные в интересах ФИО1 о компенсации морального вреда, суд первой инстанции сослался на положения статей 151, 1064, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 15 ст. 16.1, ст.19 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ», закон Иркутской области от 09.12.2013 № 110-ОЗ «О наделении органов местного самоуправления отдельными областными государственными полномочиями по организации проведения в Иркутской области мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных собак и кошек», статьи 1, 3, 7, 8, 17, 18 Федерального закона № 498-ФЗ от 27.12.2018 «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», постановление Правительства РФ от 10.09.2019 №1180 «Об утверждении методических указаний по осуществлению деятельности по обращению с животными без владельцев», пунктов 9.5, 9.7 Санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1.7.2627-10 "Профилактика бешенства среди людей", утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации № 54 от 06.05.2010, и сделал вывод о наличии вины ответчика в бездействии по исполнению возложенных на этот орган местного самоуправления государственных полномочий по отлову и содержанию безнадзорных собак, причинной связи между этим бездействием и нападением на несовершеннолетнего ребенка безнадзорной собаки. При этом суд указал, что причинение истцу морального вреда в связи с травмой, испугом, стрессом от пережитого волнения, прохождения в связи с этим лечения, сомнений не вызывает.

Поскольку администрация г. Иркутска в силу действующего законодательства является заказчиком по заключенным контрактам на оказание услуг по отлову, содержанию (в том числе лечению, вакцинации, стерилизации) и возврату на прежние места обитания животных без владельцев, а также распорядителем перечисленных на ее счет денежных средств из областного бюджета, то в соответствии с положениями статей 125, 1069, 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации ответчик является ответственным лицом за возмещение причиненного истцу ущерба.

Определяя размер подлежащей взысканию с администрации г. Иркутска компенсации морального вреда в пользу ФИО1 в размере 40 000 руб., суд первой инстанции указал, что принимает во внимание характер, степень и тяжесть причиненных истцу физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред, возраст потерпевшей, степень вины ответчика.

Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда первой инстанции, поскольку они подробно мотивированы, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на представленных доказательствах и нормах материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда сделаны в строгом соответствии с правилами ст. 67 ГПК РФ и при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела. Представленным сторонами доказательствам судом дана верная правовая оценка. Результаты оценки доказательств суд отразил в постановленном судебном акте. Нарушений требований процессуального законодательства, которые могли бы привести к неправильному разрешению спора, суд не допустил.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о том, что не доказано, что собака была безнадзорной, суд установил и подробно исследовал обстоятельства получения вреда здоровью ФИО1 в результате укуса собакой, дал анализ приведенным нормам права применительно к сложившейся ситуации, оценил доводы возражений о том, что администрацией г. Иркутска приняты все необходимые меры по организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с собаками и кошками без владельцев, проверил их исходя из условий муниципального контракта № 010-64-880/24 от 11.06.2024 и действующих норм органов местного самоуправления, обоснованно отклонил и пришел к выводу, что надлежащим ответчиком является орган местного самоуправления городского округа - администрация г.Иркутска, которому переданы отдельные государственные полномочия по организации отлова безнадзорных животных на территории г. Иркутска, в связи с указанным суд первой инстанции взыскал с администрации г. Иркутска в пользу истца компенсацию морального вреда, которая определена судом с учетом характера причиненной травмы в виде, тяжести перенесенных физических и нравственных страданий, длительности лечения, наступивших последствий в результате укуса собаки, а также с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно ст.2 Закона Иркутской области от 09.12.2013 № 110-ОЗ (ред. от 04.03.2020) «О наделении органов местного самоуправления отдельными областными государственными полномочиями по организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с собаками и кошками без владельцев» именно органы местного самоуправления наделяются отдельными государственными полномочиями по организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с собаками и кошками без владельцев в границах населенных пунктов Иркутской области, и в силу ст. 11 несут ответственность за ненадлежащее осуществление этих государственных полномочий в соответствии с законодательством.

Доводы жалобы сводятся к иному толкованию приведенных норм права, судебной коллегией не принимаются.

Доводы жалобы о недоказанности причинения истцу морального вреда судебной коллегией отклоняются. Суд определил ко взысканию с ответчика в пользу истца 40 000 руб., данная сумма соответствует характеру и степени физических и нравственных страданий ФИО1, которая испытывала болевые ощущения во время укуса собаки и в ходе медицинских процедур, направленных на установление диагноза, испытала сильный стресс, переживания. Кроме того, не являются обоснованными доводы о том, что, поскольку телесные повреждения не причинили вреда здоровью, оснований для компенсации морального вреда не имеется. Данное обстоятельство не умаляет права на компенсацию морального вреда, поскольку истец испытала боль и испуг.

Доводы жалобы о том, что факт укуса собакой не подтвержден, проверены судом апелляционной инстанции, запросившим дополнительные сведения у процессуального истца прокурора Ленинского района г. Иркутска. Так, согласно ответу ОГАУЗ «Медсанчасть ИАПО» от Дата изъята Номер изъят, Дата изъята при первичном обращении ФИО1 в обстоятельствах травмы указано, что травма бытовая; Дата изъята ФИО1 обратилась повторно, пояснила, что травму получила на улице, была укушена неизвестной собакой; 18.02.2025 передано извещение в ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Иркутской области», согласно действующим санитарным правилам.

Таким образом, обстоятельства причинения вреда ФИО1 подтверждены медицинскими документами, сомнения не вызывают.

Все доводы апелляционной жалобы повторяют позицию ответчика, изложенную в суде первой инстанции, являлись предметом судебной проверки, обоснованно признаны несостоятельными, не содержат обстоятельств, свидетельствующих о нарушении судом норм материального и процессуального права, не опровергают правильность выводов суда и законность принятого решения.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинского районного суда г. Иркутска от 17 сентября 2025 года по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судья-председательствующий Н.А. Игнатьева

Судьи Е.Н. Шашкина

Н.С. Краснова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10.03.2026.