КИРОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 25 декабря 2025 г. по делу № 33-3924/2025

Судья Рябова Е.А. Дело № 2-147/2025

УИД 43RS0039-01-2025-000164-04

Судебная коллегия по гражданским делам Кировского областного суда в составе председательствующего судьи Дубровиной И.Л.

судей Митяниной И.Л., Чинновой М.В.,

при секретаре Ширванян Е.Н.,

с участием прокурора Новиковой И.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Кирове гражданское дело по иску С.В. к КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе С.В., апелляционному представлению прокурора Уржумского района Кировской области на решение Уржумского районного суда Кировской области от 11 августа 2025 г., которым постановлено:

С.В. в удовлетворении исковых требований к КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, отказать.

Заслушав доклад судьи Митяниной И.Л., объяснения С.В., ее представителя адвоката А.А., представителя КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» З.В., прокурора Новиковой И.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

С.В. обратилась в суд с иском к КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда. В обоснование требований указала, что 

<

дата> принята на работу в КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» на должность старшей медицинской сестры. Фактически в указанном медицинском учреждении она работала с 

<

дата> Приказом работодателя от 

<

дата> № к истцу применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за нарушение п. 2.4, 2.17, 2.19, 2.29 должностной инструкции. С указанным приказом не согласна, поскольку, как старшая медицинская сестра, сообщала руководству учреждения о ненадлежащем поведении медицинского брата И.Д., однако, руководством мер к нему принято не было. Приказом работодателя от 

<

дата> № к истцу применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения, она уволена по основанию, предусмотренному п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ). С указанным приказом не согласна, обязанности, возложенные на нее должностной инструкцией по замещаемой ею должности, она не нарушала. Приказ об увольнении считает незаконным, поскольку отсутствует признак неоднократности неисполнения работником трудовых обязанностей. Считает, что в обоих случаях нарушена процедура привлечения к дисциплинарной ответственности. Просила признать незаконными и отменить приказы директора КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» от 

<

дата> №, от 

<

дата> №; восстановить ее на работе в КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» в должности старшей медицинской сестры; взыскать с КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула с 

<

дата> по день восстановления на работе, компенсацию морального вреда в сумме 300000 руб.

Судом постановлено решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

В апелляционной жалобе и дополнениях к апелляционной жалобе С.В. указывает, что в обжалуемых приказах не приведены конкретные даты, место, время и обстоятельства неисполнения работником без уважительных причин должностных обязанностей, не указано в чем конкретно выразились допущенные работником нарушения. Об инциденте с И.Д. узнала 

<

дата>, когда пришла на работу, о произошедшем сообщила руководству во второй половине дня. В приказе от 

<

дата> № указано о нарушении должностной инструкции санитара, т.е. не по занимаемой С.В. должности. Признак неоднократности неисполнения истцом должностных обязанностей, наличие которого является обязательным условием привлечения работника к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, отсутствует. Принятые судом в качестве доказательств видеозаписи не соответствуют требованиям ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) ввиду своей фрагментарности и ограниченности во времени. Факт обнаружения дезинфицирующих средств не повлек нарушение санитарно-эпидемиологического режима, факт нарушения санитарно-эпидемиологического режима, в том числе документально, не установлен. Озвученные истцом в судебном заседании суда первой инстанции пояснения о том, что невозможно мыть пол дважды в день, сказаны ею ошибочно, т.к. переживала и нервничала в судебном заседании. На протяжении 

<

дата> г. эффективность работы истца была оценена положительно. Указание в решении на заключения прокуратуры и инспекции труда об отсутствии нарушеня трудовых прав С.В. необоснованно, т.к. указанные органы не проводили проверки по трудовому спору. Суд не дал оценки ряду доказательств: дополнений к исковому заявлению, аудиозаписи, фиксирующей беседу истца с А.А., также указывает, что у нее имеются две копии решения суда, различные по своему содержанию. Судом в решении не отражены показания некоторых допрошенных в судебном заседании свидетелей. В возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении противоправных действий в отношении Н.Л. отказано. Просит решение суда отменить.

В апелляционном представлении прокурор ставит вопрос об отмене решения суда. Судом не дана оценка того, что действиями И.Д. не причинен вред здоровью проживающему в интернате недееспособному лицу не нарушены чьи-либо права, не принято во внимание постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Давая оценку законности приказа директора дома-интерната от 

<

дата> №, судом не принят во внимание факт выездной проверки территориального органа Роспотребнадзора, в котором не зафиксированы нарушения санитарно-эпидемиологического режима, вспышки каких-либо заболеваний, связанных с ненадлежащей уборкой и порядком использования дезинфицирующих средств. Просит решение суда отменить.

В возражениях на апелляционную жалобу и апелляционное представление и дополнениях к ним представитель КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» З.В. указывает на необоснованность ее доводов, просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу и представление – без удовлетворения.

Разрешив вопрос о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, заслушав С.В., ее представителя адвоката А.А., настаивавших на доводах апелляционной жалобы, прокурора Новикову И.В., настаивавшую на доводах апелляционного представления, полагавшую необходимым восстановить З.В. на работе, представителя КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» З.В., возражавшую против доводов апелляционной жалобы и представления, обсудив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, возражений на апелляционную жалобу и апелляционное представление, проверив материалы дела и решение суда первой инстанции в пределах, предусмотренных ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.

Под дисциплинарным проступком понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей (ч. 1 ст. 192 ТК РФ). Работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основанию, предусмотренному п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (ч. 3 ст. 192 ТК РФ).

В соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Порядок применения дисциплинарных взысканий определен в ст. 193 ТК РФ.

Из материалов дела следует, что 

<

дата> между Русско-Турекским домом-интернатом и С.В. заключен трудовой договор, согласно которому С.В. принята на должность старшей медицинской сестры социально-медицинского отделения. Из п. 

<

дата> договора следует, что работник (старшая медсестра) в т.ч. следит за своевременной дезинфекцией помещений интерната, немедленно сообщает администрации об обнаруженных дефектах и проблемах, и способствует их устранению. Согласно п.п. «д» п.2.2 трудового договора работник обязан незамедлительно сообщать работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей (т.1 л.д. 13-16).

Должностная инструкция старшей медицинской сестры Русско-Турекского дома-интерната утверждена 

<

дата>, согласована с председателем профсоюзного комитета интерната и юрисконсультом. В соответствии с данной инструкцией старшая медсестра обязана в том числе: осуществлять контроль за выполнением подчиненными своих обязанностей (п. 2.3), строго следить за соблюдением правил внутреннего трудового распорядка (п. 2.4), обеспечивать создание условий для проведения текущей и генеральной уборки в помещениях структурного подразделения (п. 2.6.), организовать и проводить мероприятия по контролю за соблюдением правил внутреннего трудового распорядка, морально-этических норм профессионального общения средним и младшим медицинским персоналом структурного подразделения (п. 2.17), повседневно контролировать передачу дежурств средним и младшим медицинским персоналом (п. 2.19), следить за своевременной дезинфекцией помещений интерната (п. 2.28), осуществлять контроль поддержания трудовой дисциплины среднего и младшего медицинского персонала структурного подразделения (п. 2.29). С.В. ознакомлена с данной инструкцией 

<

дата> (т.1 л.д.17-20).

Согласно докладной записке С.В. от 

<

дата> на имя директора интерната А.А. 

<

дата> утром палатная медсестра С.В. сообщила ей, что 

<

дата> около 22.00 часов зашла в палату к проживающим, обнаружила медбрата И.Д. 

<

данные изъяты>, также С.В. указала, что до этого И.Д. 

<

данные изъяты>. Информацию, доведенную Б., С.В. согласно содержанию докладной записки, проверяла по записям камер видеонаблюдения. Записка содержит отметку о получении 

<

дата> в 15 часов 15 минут за подписью А.А. (т.1 л.д.36).

Актом служебного расследования от 

<

дата> по обстоятельствам, изложенным в докладной записке старшей медицинской сестры С.В. от 

<

дата>, установлены нарушения старшей медсестрой С.В. п. 2.4, 2.17, 2.19, 2.29 ее должностной инструкции, на рассмотрение директора интерната представлено предложение в т.ч. привлечь С.В. к дисциплинарной ответственности (т.1 л.д.34-35).

Приказом директора Русско-Турекского дома-интерната от 

<

дата> № С.В. за нарушение п. 2.4, 2.17, 2.19, 2.29 должностной инструкции применено дисциплинарное взыскание в виде выговора (т.1 л.д.25).

Согласно докладной записке заместителя директора по общим вопросам Д.А. от 

<

дата> на имя директора интерната А.А. 

<

дата> им в помещении хлораторной обнаружены коробки с дезинфицирующим средством с неистекшим сроком годности (т.1 л.д.68).

Приказом директора интерната от 

<

дата> № создана комиссия по выявлению неиспользованных дезинфицирующих средств (далее – дезсредств) в хлораторной главного корпуса (т.1 л.д.69).

Актом о результатах работы указанной комиссии от 

<

дата> № установлено, что в помещении хлораторной главного корпуса обнаружены коробки с дезсредством 

<

данные изъяты> в количестве 103 банки по 1 кг. Данные дезсредства отпущены по нормам (33 банки на 1 месяц с 

<

дата> со склада для текущей дезинфекции и генеральных уборок в помещениях главного корпуса. Ответственной за санитарно-противоэпидемиологический режим главного корпуса является старшая медсестра С.В. Комиссией предложено 19 банок средства оставить для уборки, 84 банки вернуть на склад (т.1 л.д. 70).

К акту представлены фотографии коробок и банок с дезсредствами, данные, содержащиеся на производственной маркировке коробок (т.1 л.д. 71-75).

Согласно докладной записке заместителя директора по медицинской части от 

<

дата> факт обнаружения дезсредств в указанном количестве указывает на отсутствие контроля по наведению и использованию дезсредств в главном корпусе интерната со стороны С.В. (т.1 л.д. 77).

Приказом директора интерната от 

<

дата> № создана комиссия по расследованию обстоятельств, указанных в докладной записке директора по общим вопросам от 

<

дата> (т. 1 л.д. 78).

Приказом от 

<

дата> № утверждены нормы расхода дезинфицирующих средств на 

<

дата> г. Ответственность за выдачу и контроль использования дезсредств возложена на медицинского дезинфектора Д.С. (п. 4). Согласно приложению № к данному приказу текущая уборка в помещениях всех объектов помещений интерната производится не реже двух раз в день, генеральная уборка не реже одного раза в месяц. Согласно приложениям № и № к приказу норма расхода хлорных таблеток на главный корпус установлена на площадь 74,2 кв.м – 116 таблеток в день, на площадь 2700,2 кв.м. - 266 таблеток в день исходя из площади (т. 1 л.д.79-83).

Приказом от 

<

дата> № ответственность за выдачу и контроль использования дезсредств возложена на старшую медсестру общего отделения А.М. (т.1 л.д.84).

Приказом от 

<

дата> № в приказ от 

<

дата> № внесены изменения, контроль использования дезсредств возложен в т.ч. на С.В. Установлены новые нормы расходы дезсредств (т. 1 л.д.85-87).

В журнале инструктажа по приготовлению дезинфицирующих растворов, начатом 

<

дата>, имеются отметки о проведении инструктажа С.В. 

<

дата> за ее подписью и за подписями сотрудников, с которыми проводился инструктаж (т. 1. л.д.88-91).

В журнале проведения обучения по теме «Профилактика гриппа, ОРВИ, ковида» имеются отметки о проведении данного обучения от 

<

дата>, как машинописные (т. 1 л.д. 92), так и рукописные (т. 1 л.д.92 оборот-93). Возле указания темы обучения в первой строке имеется рукописная отметка «+ дезрежим».

В журнале получения и выдачи дезсредств за 

<

дата> г. с 

<

дата> г. и ведомостях выдачи материальных ценностей за указанный период имеются отметки о выдаче хлорных таблеток в количестве 89 банок, при этом в пятый корпус – 38, а с 

<

дата> г. - 84 банки, из них в пятый корпус – 33 банки. Получение и списание производила дезинфектор А.М. (т.1 л.д.94-113).

В объяснении от 

<

дата> С.В. указывает, что остаток неизрасходованных дезсредств мог образоваться из-за того, что первый этаж здания в данный момент занимает другое отделение, однако дезсредства выдаются в прежнем объеме, она не знает, кто и в каком количестве выдает санитарам дезсредства на посты, она является ответственной за правильное использование дезсредств, за их хранение, учет и расход ответственен дезинфектор (т.1 л.д. 114).

Согласно объяснительным, полученным в ходе расследования, сотрудники интерната пояснили, что дезсредства для текущей и генеральной уборки они берут сами в хлораторной по необходимости, 2-3 банки два раза в месяц, излишков дезсредств не видели, с ними проводился инструктаж по использованию дезсредств. Согласно актам от 

<

дата>, 

<

дата>, 

<

дата> ряд сотрудников объяснения дать отказались (т.1 л.д.115-135).

ФИО1 в объяснениях указала, что дезсредства выдаются ей по нормативам, по журналу, один раз в месяц выдается месячная норма. Исходя из установленной нормы на 5 корпус ежемесячно до 

<

дата> г. выдавалось 38 банок дезсредств, с 

<

дата> – 33 банки. В 

<

дата> г. она с Н.И. заходили в помещение хлораторной в 5 корпусе, ими были обнаружены неизрасходованные дезсредства в количестве 10 штук, данная информация была доведена до С.В. 

<

дата> от А.А. ей стало известно, что в помещении хлораторной находится 103 банки дезсредств (т. 1 л.д. 136).

Заведующий складом Н.И. в объяснениях указал, что 

<

дата> г. с А.М. заходили в помещение хлораторной, ими были обнаружены неизрасходованные дезсредства в желтых банках количестве 10 штук. В 

<

дата> г. он с заместителем директора по общим вопросам Д.А., специалистом по охране труда В.Н. заходили в помещение хлораторной главного корпуса, обнаружили 103 банки дезсредств (т. 1 л.д. 139).

Из докладной записки заместителя директора по медицинской части от 

<

дата> на имя директора интерната, С.В. препятствовала ходу расследования, настаивая на личном присутствии при получении письменных объяснений от сотрудников интерната по расследуемому факту (т.1 л.д.140).

Согласно объяснению санитара О.Н. от 

<

дата>, 

<

дата> она забрала из хлораторной последние четыре банки дезсредства (т.1 л.д.138).

Согласно должностной инструкции санитара, утвержденной 

<

дата>, санитар подчиняется непосредственно старшей медицинской сестре структурного подразделения (п. 1.9) (т.1 л.д.145-150).

Актом служебного расследования от 

<

дата> по обстоятельствам, изложенным в докладной записке заместителя директора по общим вопросам от 

<

дата> установлены нарушения старшей медсестрой С.В. п. 2.3, 2.6, 2.28 ее должностной инструкции, на рассмотрение директора интерната представлено предложение в т.ч. привлечь С.В. к дисциплинарной ответственности. С.В. ознакомлена с актом 

<

дата> (т.1 л.д. 59-67).

Приказом от 

<

дата> № трудовой договор с С.В. прекращен в соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, в связи с нарушением ею п.2.3, 2.6, 2.28 должностной инструкции при наличии дисциплинарного взыскания согласно приказу от 

<

дата> №. В качестве документов-оснований указаны приказ о наложении дисциплинарного взыскания от 

<

дата> №, акт о проведении служебного расследования от 

<

дата>, акт об отказе в предоставлении объяснений от 

<

дата> (т.1 л.д.24).

Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, районный суд пришел к выводу об обоснованности привлечения истца к дисциплинарной ответственности. Суд первой инстанции исходил из того, что о нарушении морально-этических норм И.Д. по событиям 

<

дата> С.В. сообщила руководителю интерната лишь спустя значительный промежуток времени, имея обязанность в данном случае действовать незамедлительно. Факт наличия неизрасходованных дезсредств нашел свое подтверждение, поскольку на С.В. в соответствии с должностной инструкцией возложена обязанность следить за своевременной дезинфекцией помещений интерната, то суд посчитал привлечение ее к дисциплинарной ответственности за нарушение данной должностной обязанности верным.

Проверяя законность применения к С.В. дисциплинарного взыскания в виде выговора, наложенного приказом от 

<

дата> №, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Указанное дисциплинарное взыскание применено к истцу за нарушение п. 2.4, 2.17, 2.19, 2.29 должностной инструкции ввиду не информирования в незамедлительном порядке руководства интерната о нарушении И.Д. морально-этических норм.

Нарушение И.Д. морально-этических норм по отношению к 

<

данные изъяты>, произошло вечером 

<

дата> после 22 часов. В указанное время С.В. на рабочем месте не находилась, пришла утром на работу 

<

дата>, т.е. в соответствии с установленным для работника режимом работы. 

<

дата> о произошедших событиях С.В. стало известно от медсестры палатной С.В. после оперативного совещания. В целях проверки изложенных обстоятельств, в тот же день истец просмотрела камеры видеонаблюдения, убедившись в произошедшем, составила докладную записку на имя директора, которая содержит отметку о получении 

<

дата> в 15 час 15 мин. Вечером 

<

дата> по данным событиям в интернат приезжали сотрудники полиции. Данные обстоятельства сторонами не оспариваются.

Вменяя нарушение названных пунктов должностной инструкции, работодатель не учел, что должностная инструкция истца не содержит указание на незамедлительность информирования работодателя либо непосредственного руководителя о нарушении ее подчиненными морально-этических норм.

Напротив, С.В. получив сведения о произошедшем, приняла меры к их проверке и в письменной форме информировала о нарушении ее подчиненным морально-этических норм, поставила в известность работодателя о произошедших накануне событиях в тот же день, как ей стало известно об этом, т.е. в минимально короткий срок.

Нарушений каких-либо пунктов трудового договора, локальных правовых актов работодателя, комиссия по расследованию обстоятельств по докладной записке не выявила и С.В. не вменила.

Ссылки представителя КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» З.В. на то, что С.В. не сообщала руководителю о наличии отклонений в поведении И.Д., которые начались с 

<

дата> г., не принимаются во внимание, поскольку проверка проводилась по конкретному факту нарушения морально-этических норм И.Д. 

<

дата>.

О поведении И.Д., который в агрессивной форме выяснял личные отношения со своей супругой на рабочем месте в 

<

дата> г., руководителю было известно, поведение И.Д. обсуждалось на планерке, что подтверждается свидетельским показаниями. Аудиозаписью разговора, состоявшегося между директором интерната А.А. и сотрудниками интерната, подтверждается, что истец информировала руководителя о поведении И.Д. имевших место до 

<

дата>. Каких-либо мер к И.Д. со стороны работодателя принято не было.

Кроме того, сообщение С.В. руководителю о действиях И.Д. в тот же день, когда ей стало известно о произошедшем, что, по мнению работодателя не может расцениваться как незамедлительное информирование, не представляло угрозы жизни и здоровью людей, не привело к каким-либо неблагоприятным последствиям для проведения проверочных мероприятий в рамках сообщения о преступлении, предусмотренных ст. 144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, судебная коллегия не усматривает дисциплинарного проступка в действиях истца, дисциплинарное взыскание применено необоснованно, следовательно, приказ о наложении дисциплинарного взыскания от 

<

дата> № следует признать незаконным.

Проверяя законность применения к С.В. дисциплинарного взыскания в виде увольнения приказом от 

<

дата> № суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что в КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» утвержден приказ от 

<

дата> № норм расходования санитарно-гигиенических, моющих, чистящих, дезинфицирующих средств на 

<

дата> г., приложениями к которому утверждены расходы дезинфицирующих средств для проведения текущей и генеральной уборки относительно различных помещений, поверхностей, а также оборудования используемого в хозяйственно-бытовой деятельности интерната, с применением различных дезинфицирующих средств.

Дезинфицирующе средства хранятся на складе интерната. Количество средств, которые необходимо отпустить на каждый корпус, определяет медицинская сестра общего отделения, сообщив об этом заведующему складом, который с уборщиком территории осуществляет непосредственную доставку дезинфицирующих средств в помещение хлораторной. Отпуск и доставка осуществляются один раз в месяц исходя из утвержденных нормативов. Данные обстоятельства сторонами не оспариваются.

В соответствии с приложением № к приказу от 

<

дата> № текущую уборку (все поверхности, санитарно-техническое оборудование, предметы ухода) следует проводить по вирусному режиму препаратами в соответствии с инструкцией по применению дезинфицирующих средств ежедневно не реже 2 раз в день в плановом порядке и по необходимости. Генеральную уборку всех помещений проводить не реже 1 раза в месяц. В помещениях бани – 1 раз в неделю.

Приказом от 

<

дата> № внесены изменения в приказ от 

<

дата> №, в частности утверждены измененные расходы дезинфицирующих средств. Расход дезинфицирующих средств для проведения текущей уборки административных помещений применительно к хлорным таблеткам с моющим эффектом 

<

данные изъяты> для 5 корпуса 12 штук на день, 360 штук на 30 дней при уборке 1 раз в день (площадь 

<

данные изъяты> кв.м.). Расход дезинфицирующих средств для проведения текущей уборки применительно к хлорным таблеткам с моющим эффектом 

<

данные изъяты> для 5 корпуса 360 штук на день, 10800 штук на 30 дней (площадь 

<

данные изъяты> кв.м.); для прачечной 5 корпуса 20 штук на 1 день, 750 штук на 30 дней (площадь 

<

данные изъяты> кв.м.). Расход дезинфицирующих средств для проведения генеральной уборки применительно к хлорным таблеткам с моющим эффектом 

<

данные изъяты> для 5 корпуса 527 штук на 1 раз при уборке 1 раз в месяц (площадь 

<

данные изъяты> кв.м.); для прачечной 5 корпуса 54 штуки на 1 раз при уборке 1 раз в месяц (

<

данные изъяты> кв.м.).

Приказом от 

<

дата> № контроль использования дезсредств возложен в том числе на С.В., истец с приказом ознакомлена.

Исходя из представленных в дело фотографий следует, что таблетки хранятся в банках, вес заполненной банки составляет 1 кг.

<

дата> в помещении хлораторной обнаружено 103 банки по 1 кг. хлорных таблеток с неистекшим сроком годности.

Установленные обстоятельства с очевидностью свидетельствуют об образовавшемся избытке дезинфицирующих средств, предназначенных для проведения уборки с установленными нормативами использования, т.е. отсутствием контроля за их использованием, что входит в должностные обязанности истца (п. 2.28 должностной инструкции, приказ работодателя от 

<

дата> №).

Показаниями свидетелей, исполняющих обязанности санитаров, подтверждается, что уборка могла проводиться не дважды в день по причине большого объема работы и ее сложности и не всегда с применением дезинфицирующих средств.

Отметки в журналах о проведении С.В. инструктажа по соблюдению санэпидрежима с санитарами, графиков проведения уборок, утвержденных С.В. не отменяют установленных обстоятельств отсутствия контроля за использованием дезсредств младшим медицинским персоналом. Как обоснованно отметил суд первой инстанции, пояснения истца и опрошенных свидетелей о порядке проведения уборки и порядке использования дезсредств, свидетельствуют о наличии у опрошенных лиц знаний такого порядка, но не свидетельствуют о строгом его соблюдении в практической деятельности.

Кроме того, еще в 

<

дата> г. С.В. была проинформирована А.М. об образовавшихся излишках хлорных таблеток в количестве 10 банок, что С.В. не оспаривает. Следовательно, систематичное отсутствие контроля за использованием дезсредств, в течение практически полугода, привело к скоплению избытков.

Каких-либо препятствий для доступа С.В. в помещение хлораторной не установлено, как и обстоятельств перемещения в хлораторную 5 корпуса дезсредств, предназначенных для обработки иных помещений или сверх установленных нормативов.

Указание истца на результаты проверки Роспотребнадзора свидетельствуют лишь о состоянии учреждения на момент проведения такой проверки, но не осуществлении С.В. контроля за использованием дезинфицирующих средств.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о нарушении С.В. должностных обязанностей, выразившихся в нарушении контроля за дезинфекцией помещения интерната.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2), при разрешении споров лиц, уволенных по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено. Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнение по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания.

Поскольку приказ о наложении дисциплинарного взыскания от 

<

дата> № признан незаконным, то отсутствует неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, оснований для применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ не имеется, приказ о наложении дисциплинарного взыскания от 

<

дата> № следует признать незаконным.

Более того, по смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2, увольнение работника по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ допускается в случаях, когда работник, имея дисциплинарное взыскание (взыскания), совершает новый дисциплинарный проступок либо продолжает нарушение, начавшееся до применения взыскания.

Соответствующие правовые позиции содержатся также в п. 9 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прекращением трудового договора по инициативе работодателя, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 09.12.2020.

Целью применения дисциплинарного взыскания является, в том числе, предупреждение и пресечение нарушений трудовой дисциплины в будущем со стороны нарушителя, т.е. после наложения дисциплинарного взыскания виновному работнику предоставляется возможность исправиться, не совершая однородный дисциплинарный проступок или иной.

Дисциплинарное взыскание в виде выговора за нарушение п. 2.4, 2.17, 2.19, 2.29 должностной инструкции было применено к истцу 

<

дата>.

После 

<

дата> С.В. новых дисциплинарных проступков не совершала, нарушений, начавшихся до применения взыскания, не продолжала. Применительно к рассматриваемому делу неисполнение должностных обязанностей С.В. по отсутствию контроля за дезинфекцией помещения интерната имело место до 

<

дата>, то есть признак неоднократности отсутствует.

Таким образом, приказы о наложении дисциплинарных взысканий от 

<

дата> № и от 

<

дата> № являются незаконными.

Оснований для отмены вышеуказанных приказов не имеется, поскольку такими полномочиями обладает работодатель - КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат», а не суд.

Согласно ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Учитывая, что увольнение С.В. признано судом незаконным, в соответствии с положениями ст. 394 ТК РФ истец подлежит восстановлению на работе в КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» в должности старшей медицинской сестры.

В силу ст. 211 ГПК РФ решение в части восстановления истца подлежит немедленному исполнению.

Согласно положениям ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Как указано в ст. 234 ТК РФ, работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться.

Поскольку судом удовлетворено требование истца С.В. о восстановлении в прежней должности, подлежит удовлетворению требование истца о взыскании с ответчика заработной платы за время вынужденного прогула. С.В. была уволена 

<

дата>, период вынужденного прогула С.В. составляет с 

<

дата> по 

<

дата> (дата вынесения апелляционного определения).

Особенности порядка исчисления средней заработной платы определены постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 № 922, действовавшим до 01.09.2025, после указанной даты постановлением Правительства РФ от 24.04.2025 № 540.

Согласно представленному ответчиком расчету заработок за время вынужденного прогула С.В. составил 628200,51 руб. Расчет проверен судом апелляционной инстанции и признается арифметически верным, истцом представлен аналогичный расчет.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула за период с 

<

дата> по 

<

дата> в размере 628200,51 руб.

Доводы представителя КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» З.В. о том, что при расчете заработка необходимо учитывать обстоятельство окончания срока действия сертификата специалиста у С.В. с 

<

дата>, производить начисление как при простое (2/3 от заработной платы за период с 

<

дата> по 

<

дата>), отклоняются. Средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст. 139 ТК РФ, и постановлениями Правительства, регламентирующих особенности исчисления средней заработной платы. Вышеуказанная статья и постановления не содержат предписаний по ограничению размера заработной платы за время вынужденного прогула, связанных с истечением у работников в период их незаконного увольнения каких-либо свидетельств, сертификатов и других документов.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку судом установлено, что ответчиком допущено нарушение прав истца в виде увольнения, то в силу прямого указания закона это является основанием для взыскания компенсации морального вреда.

Принимая во внимание, что факт нарушения прав работника установлен судом, учитывая объем и характер причиненных работнику нравственных страданий, значимость нематериальных благ, нарушенных ответчиком, а именно права на труд, которое относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, лишение истца возможности трудиться, нарушение права на реализацию способностей к труду в связи с увольнением, отсутствием стабильности в трудовых отношениях, степень вины работодателя, длительность нарушения прав работника, судебная коллегия считает возможным с учетом принципа разумности и справедливости определить размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, в сумме 30 000 руб. Указанная сумма, по мнению судебной коллегии, в полном объеме обеспечит восстановление баланса интересов сторон настоящего спора. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд апелляционной инстанции не усматривает.

Таким образом, решение подлежит отмене на основании п. 1 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ в связи неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела, с принятием нового решения.

Руководствуясь ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Уржумского районного суда Кировской области от 11 августа 2025 г. отменить. Принять новое решение.

Исковое заявление С.В. (паспорт № выдан 

<

данные изъяты> к КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» (ИНН №) удовлетворить частично.

Признать незаконными приказы директора КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» от 

<

дата> № «О применении дисциплинарного взыскания», от 

<

дата> № «О прекращении действия трудового договора (контракта) с работником»; восстановить С.В. на работе в КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» в должности старшей медицинской сестры; взыскать с КОГАУСО «Русско-Турекский дом-интернат» в пользу С.В. средний заработок за время вынужденного прогула с 

<

дата> по 

<

дата> в размере 628200,51 руб., компенсацию морального вреда в сумме 30000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 30 декабря 2025 г.