Судья Ефимов А.С. Дело № 22-920/24

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Владивосток 04 марта 2024 года

Приморский краевой суд в составе

председательствующего Балашовой И.В.

при секретаре судебного заседания Савченко К.В. 

с участием адвоката, представившего 

удостоверение №2030, ордер №1/66 ФИО2

прокурора Пилипенко Н.А.

осужденного ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката ФИО4 в защиту осужденного ФИО1 на приговор Первомайского районного суда 

<

адрес> края от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> края, гражданин РФ, имеющий неполное среднее образование, военнообязанный, холостой, трудоустроенный ООО «Прогресс» менеджером, регистрации на территории Российской Федерации не имеющий, проживающий по адресу: 

<

адрес>, не судимый.

осужден по ст.228 ч.1 УК РФ к 1 году 4 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу. ФИО1 взят под стражу в зале суда.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии со ст. 72 ч. 3.1 п. «в» УК РФ зачтено ФИО1 в срок отбытия наказания период его содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу, из расчета один день нахождения под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств. 

Заслушав доклад судьи ФИО13, мнение осужденного ФИО1, принимавшего участие посредством видеоконференц-связи, адвоката ФИО4, поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора ФИО5, полагавшего необходимым приговор изменить, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 признан виновным и осужден за незаконное хранение без цели сбыта наркотических средств в значительном размере.

Преступление ФИО1 совершено ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> края при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора (т. 1 л.д. 245-254). 

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину в совершении инкриминируемого преступления не признал, дал показания по обстоятельствам уголовного дела.

В апелляционной жалобе (т.2 л.д. 3-8) адвокат ФИО4 выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым, просит его отменить, признать ФИО1 невиновным в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, вынести оправдательный приговор за отсутствием в его действиях состава преступления, исключить из числа доказательств из приговора рапорт об обнаружении признаков преступления (т.1 л.д. 37), рапорт, зарегистрированный в КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 39), справку об исследовании №н от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.43), признать показания свидетелей ФИО10, ФИО6, ФИО7 недопустимыми доказательствами.

Полагает, что совокупность доказательств свидетельствует об отсутствии состава преступления в действиях ФИО1

Перечисляя приведенные в приговоре доказательства и ссылаясь на ст. 75 УПК РФ, указывает, что показания свидетелей ФИО10, ФИО6, ФИО7 являются недопустимыми доказательствами ввиду отсутствия в их показаниях источника своей осведомленности, что ФИО1 либо иное лицо возможно делают закладки или при себе имеют наркотические средства. Считает, что указанные лица заинтересованы в исходе дела.

Ссылаясь на Определение Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О, считает, что подлежат исключению из числа доказательств вышеуказанные рапорта и справка об исследовании, поскольку они не являются доказательствами.

Ссылаясь на обстоятельства дела, высказывает несогласие с оценкой судом показаний ФИО1 в части отрицания им умысла на хранение наркотических средств и неосведомленности о содержимом свертка. Считает, что показания осужденного об отсутствии умысла на совершение инкриминируемого преступления приведенными в приговоре доказательствами не опровергнуты.

Обращает внимание, что ФИО1 был сразу задержан после находки наркотического средства, что исключает вывод суда о хранении им наркотического средства.

Приводя положения ст.ст. 240, 246 УПК РФ, полагает, что отказ государственного обвинителя от предоставления показаний свидетелей ФИО8 и ФИО9, указанных в обвинительном заключении, является незаконным, как и согласие суда с этим. Считает, что суд нарушил положения ст. 15 УПК РФ, выступил на стороне обвинения, чем нарушил конституционные права ФИО1, в том числе его право на защиту, поскольку сторона защиты лишена возможности обеспечить явку свидетелей в суд.

Обращает внимание, что в ходе предварительного следствия очная ставка со свидетелем ФИО9 не проводилась.

Письменные возражения на апелляционную жалобу не поступили. 

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал собранные по делу доказательства, правильно установил фактические обстоятельства дела и обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст. 228 ч. 2 УК РФ, дав его действиям верную юридическую квалификацию.

В обоснование виновности ФИО1 суд первой инстанции обоснованно сослался на следующие доказательства:

- показания свидетеля ФИО10, из которых следует, что в один из дней в апреле 2022 года он в вечернее время нес службу в составе экипажа совместно с ФИО6 и ФИО7, когда к ним обратился человек, пожелавший остаться неизвестным, и сообщил, что мужчина, возможно, делает закладки наркотических средств. В связи с данной информацией в районе съезда с Русского Моста ими был остановлен ФИО1, шедший вдоль дороги с другом. Поскольку у ФИО1 был изъят сверток с веществом внутри, на место была вызвана следственно-оперативная группа. ФИО1 заметно нервничал, сообщил, что не знает о содержимом свертка. Друг ФИО1 не задерживался, ФИО1 был доставлен в отделение полиции; 

- показания свидетеля ФИО6, из которых следует, что весной 2022 года в темное время суток, в ходе несения службы в составе автопатруля ими были установлены двое человек, идущих вдоль дороги со стороны о. Русский. Представившись сотрудниками полиции, они попросили этих людей предоставить документы, удостоверяющие личности, задали вопрос о наличии при себе предметов и веществ, запрещенных к гражданскому обороту. ФИО10 работал с ФИО1, а он занимался вторым гражданином. Поскольку у ФИО1 был обнаружен подозрительный сверток, ими была вызвана следственно-оперативная группа. Во время изъятия у ФИО1 свертка он находился рядом со следственно-оперативной группой;

- показания свидетеля ФИО7, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 23.50 часа при несении службы в составе автопатруля «761» совместно с ФИО10 и ФИО6 возле 

<

адрес> в 

<

адрес> к ним обратился гражданин, пожелавший остаться неизвестным, и сообщил, что в районе 

<

адрес> в 

<

адрес> может находиться гражданин, у которого может находиться наркотическое вещество. Отрабатывая указанную информацию, они проехали в район указанного адреса, где увидели на противоположной стороне автодороги двух мужчин. Они остановились, ФИО10 попросил мужчин подойти ближе. Когда последние подошли, он заметил, что один из парней, представившийся как ФИО1, был схож по приметам, указанным вышеупомянутым гражданином. Представившись сотрудниками полиции, они попросили мужчин предъявить документы, удостоверяющие их личности, но документов при них не было. В ходе общения ФИО1 заметно нервничал, пытался отойти в сторону. Второй мужчина вел себя спокойно, у него ничего подозрительного не обнаружили. На вопрос ФИО10 о наличии веществ или предметов, запрещенных к гражданскому обороту на территории Российской Федерации, ФИО1 ответил отрицательно, но еще более занервничал. ФИО1 достал из карманов содержимое. Насколько он помнит в правой руке последний держал смартфон, возможно еще что-то, не представляющее интереса, а в левой руке - связку ключей, зажигалку, а под пальцами безымянным и мизинцем держал сверток черного цвета. ФИО10 сказал ФИО1 все сложить обратно в карманы. Когда ФИО1 положил все обратно и вытащил руки из карманов, ФИО6 прохлопал правую руку под рукавами одежды на предмет наличия чего-либо запрещенного, а ФИО10 прохлопал левую руку. Держа ФИО1 за запястье, ФИО10 спросил у ФИО1, что за сверток у того в кармане, который тот только что положил в левый карман своих брюк. ФИО1, сильно нервничая, сказал, что у него находится сверток, обмотанный изолентой черного цвета, но с чем он не знает. В связи с подозрением ФИО1 в хранении запрещенных веществ на место была вызвана следственно-оперативная группа. После приезда следственно-оперативной группы, выполнения следственных действий по изъятию у ФИО1 свертка, последний был доставлен в отдел для дальнейшего разбирательства. Утверждал, что когда ФИО1 достал содержимое карманов, то последний в левой ладони держал связку ключей, зажигалку, а под пальцами безымянным и мизинцем держал сверток черного цвета, никаких денежных средств, в том числе 500 рублевой купюры в левой ладони не было; 

- показания свидетеля ФИО11, из которых следует, что в апреле-мае 2022 года в вечернее время он работал в составе следственно-оперативной группы, в результате чего у ФИО1 был изъят сверток с веществом. При проведении личного досмотра всем присутствовавшим лицам, а также ФИО1 разъяснялись права и обязанности. На вопрос о наличии запрещенных веществ, ФИО1 ответил положительно, сказав, что не знает, что находится в свертке;

- показания свидетеля ФИО12, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 00.25 часов в районе 

<

адрес> в 

<

адрес> по просьбе сотрудника полиции в качестве понятого присутствовал при личном досмотре ФИО1, который на вопрос о наличии предметов и веществ, запрещенных к гражданскому обороту, ответил положительно, сказав, что в левом кармане его брюк находится сверток с веществом внутри. На вопрос сотрудника полиции задавали ли остановившие его сотрудники полиции аналогичный вопрос, ФИО1 ответил, что задавался, но он ответил, что ничего не имеет. После этого сотрудник полиции изъял из левого кармана надетых на ФИО1 брюк сверток, обмотанный изолентой черного цвета, с веществом внутри, который был упакован, опечатан, он и другой понятой поставили подписи. По результатам досмотра был составлен соответствующий протокол, на котором он, другой понятой и ФИО1 поставили свои подписи. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции обоснованно не поставил под сомнение показания свидетелей ФИО10, ФИО6, ФИО7, ФИО11, ФИО12, поскольку оснований, по которым свидетели желали бы оговорить ФИО1, не установлено. Ранее свидетели не были знакомы с последним, заинтересованность свидетелей в исходе настоящего уголовного дела не установлена. Доказательства, свидетельствующие о фальсификации материалов уголовного дела, даче сотрудниками полиции ложных показаний ни суду первой, ни апелляционной инстанций не представлено.

Как верно указал суд, показания упомянутых свидетелей последовательны, логичны, согласуются не только между собой, но и с совокупностью исследованных доказательств, приведенных в приговоре.

Каких-либо существенных противоречий в показаниях указанных свидетелей, которые бы ставили под сомнение вывод суда о доказанности вины ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении, суд верно не установил, а возникшие противоречия были устранены путем оглашения показаний свидетелей ФИО7, ФИО12, данных в ходе предварительного следствия. При этом имевшиеся противоречия свидетели объяснили давностью событий, полностью подтвердили показания, данные в ходе предварительного следствия.

Соглашаясь с выводом суда о достоверности и допустимости показаний свидетелей ФИО10, ФИО6, ФИО7, а также свидетелей ФИО11, ФИО12, суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что и в ходе судебного следствия, и в ходе предварительного следствия свидетели допрашивались с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, показания свидетелей, данные в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, дополняют друг друга. 

Дав надлежащий анализ показаниям свидетелей ФИО10, ФИО6, ФИО7, суд первой инстанции верно указал, что у данных сотрудников полиции в связи с полученной информацией о возможном нахождении в ночное время ДД.ММ.ГГГГ в районе 

<

адрес> в 

<

адрес> лица, занимающегося незаконным оборотом наркотических средств, имелись достаточные основания для подозрения ФИО1 в незаконном хранении наркотических средств. 

При этом, вопреки доводам стороны защиты, оснований для признания показаний свидетелей ФИО10, ФИО6, ФИО7 недопустимыми доказательствами не имеется, поскольку свидетели, давали показания об обстоятельствах, очевидцами которых они непосредственно и являлись. Не указание свидетелями данных о лице, которое сообщило им, что в районе 

<

адрес> в 

<

адрес> может находиться гражданин, у которого может находиться наркотическое вещество, не свидетельствует о недопустимости показаний свидетелей, поскольку показания свидетелей в данной части не относятся непосредственно к обстоятельствам совершенного осужденным преступления и не подлежат обязательному доказыванию с учетом того, что первоначально на вопрос сотрудников полиции о наличии запрещенных к гражданскому обороту веществ и предметов ФИО1 ответил отрицательно. Показания же сотрудников полиции о получении ими указанной информации материалами уголовного дела не опровергнуты. Более того, факт нахождения у ФИО1 наркотического средства нашел свое подтверждение в ходе проведенного личного досмотра последнего ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 41). При указанных обстоятельствах не указание сотрудниками полиции источника осведомленности о возможном нахождении у ФИО1 наркотического средства с учетом совокупности исследованных доказательств не свидетельствует о невиновности осужденного в инкриминируемом ему преступлении. 

Как следует из приговора, показания вышеуказанных свидетелей согласуются с письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании, в том числе с протоколом личного досмотра ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в период с 00:30 до 00:40 по адресу: 

<

адрес>, из левого кармана надетых на ФИО1 брюк был изъят полимерный сверток с веществом, который был упакован и опечатан (т.1 л.д.41); заключением эксперта №э от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым вещество, изъятое ДД.ММ.ГГГГ в ходе личного досмотра у ФИО1, является смесью, содержащей наркотическое средство – производное N-метилэфедрона – 1-фенил-2-(1-пирролидинил)пентан-1-он (?-PVP); на момент проведения экспертизы масса изъятого вещества (смеси) составила 0,85г.; на момент проведения предварительного исследования (справка об исследовании ЭКЦ УМВД России по 

<

адрес> №и от ДД.ММ.ГГГГ) масса вещества (смеси) составляла 0,86г. (т.1 л.д.74-76).

У суда первой инстанции отсутствовали основания ставить под сомнение заключение эксперта, поскольку оно соответствует требованиям ст.ст. 195, 198, 204 УПК РФ. Экспертиза проведена экспертом, имеющим высшее химическое образование, стаж работы по специальности «исследование наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, сильнодействующих и ядовитых веществ» 18 лет, предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Заинтересованность эксперта в исходе настоящего уголовного дела не установлена.

Вопреки доводам стороны защиты, принимая во внимание, что для проведения вышеуказанной экспертизы эксперту была предоставлена, в том числе копия справки об исследовании ЭКЦ УМВД России по 

<

адрес> №и от ДД.ММ.ГГГГ, а в резолютивной части заключения эксперта имеется ссылка на указанную справку (т.1 л.д. 76 оборот), суд первой инстанции в подтверждение массы вещества (смеси) наркотического средства верно сослался на упомянутую справку (т.1 л.д. 43) в приговоре и оценил ее в совокупности со всеми представленными доказательствами в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

При этом справка об исследовании не является заключением экспертизы и требования ст. 204 УПК РФ на нее не распространяются, в связи с чем тот факт, что специалист, ее составивший, не предупреждался об уголовной ответственности, не влечет признание указанного доказательства недопустимым.

При указанных обстоятельствах доводы стороны защиты об исключении указанной справки из числа доказательств и из приговора удовлетворению не подлежат.

Что касается личного досмотра осужденного, то суд первой инстанции верно пришел к выводу о том, что он был проведен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, протокол составлен в соответствии с требованиями закона.

Судом первой инстанции тщательно проверялись доводы осужденного, стороны защиты о непричастности ФИО1 к инкриминируемому преступлению, отсутствии у последнего умысла на незаконное хранение наркотических средств, однако обоснованно были признаны не нашедшими своего подтверждения.

Так, показаниям ФИО1, отрицавшего наличие у него умысла на хранение наркотического средства в связи с тем, что он не знал о содержимом найденного им свертка, судом первой инстанции дана верная оценка. Показания осужденного в данной части опровергаются показаниями свидетелей, из которых следует, что по прибытию следственно-оперативной группы ФИО1 пояснял о наличии при нем свертка с веществом, запрещенным к гражданскому обороту. Кроме этого, сам ФИО1 пояснял о наличии у него подозрений на наличие в свертке наркотика. При этом, как верно указал суд, ФИО1 после обнаружения свертка не предпринял никаких действий к его добровольной выдаче сотрудникам правоохранительных органов, а продолжил хранить его при себе до момента обнаружения.

Соглашаясь с указанным выводом суда, апелляционная инстанция также принимает во внимание, что в ходе личного досмотра ДД.ММ.ГГГГ, то есть еще до проведения исследования №и от ДД.ММ.ГГГГ, на вопрос о наличии запрещенных предметов и веществ ФИО1 в присутствии двух понятых ответил, что имеет при себе запрещенные к гражданскому обороту наркотические вещества (т.1 л.д. 41). 

Указанный протокол личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ был подписан всеми присутствовавшими лицами, в том числе ФИО1, от которого также никаких заявлений, замечаний не поступило. 

При этом суд первой инстанции верно указал, что наличие или отсутствие у ФИО1 денежной купюры, в которую со слов последнего был завернут найденный им сверток с веществом, не свидетельствует о невиновности осужденного в совершении инкриминируемого преступления, поскольку после обнаружения свертка, последний его развернул, рассмотрел содержимое, в том числе и денежную купюру, которые разложил по карманам своих брюк. Наличие или отсутствие денежной купюры у ФИО1 не подлежит обязательному доказыванию по преступлению, предусмотренному ст. 228 ч.1 УК РФ.

При указанных обстоятельствах, вопреки доводам стороны защиты, отрицание осужденным умысла на хранение наркотических средств, его неосведомленность о содержимом свертка суд первой инстанции верно расценил, как способ защиты от предъявленного обвинения. Указанный вывод суда соответствует фактическим обстоятельствам дела и подтверждается совокупностью исследованных доказательств.

По смыслу закона под незаконным хранением без цели сбыта наркотических средств следует понимать действия лица, связанные с незаконным владением этими средствами или веществами, в том числе для личного потребления (содержание при себе, в помещении, тайнике и других местах). При этом не имеет значения, в течение какого времени лицо незаконно хранило наркотическое средство (п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами»).

Принимая во внимание указанные положения закона, совокупность исследованных судом доказательств, доводы стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 незаконного хранения наркотического средства основаны на неверном толковании уголовного закона и не влияют на законность и обоснованность обжалуемого приговора.

Несостоятельными являются и доводы апелляционной жалобы о незаконном отказе государственного обвинителя от допроса указанных в обвинительном заключении свидетелей ФИО8 и ФИО9

Из материалов уголовного дела усматривается, что судом первой инстанции неоднократно принимались меры к обеспечению явки свидетелей ФИО8 и ФИО9 в судебное заседание, в отношении последних выносились постановления о принудительном приводе (т.1 л.д. 200, 203, 205, 207, 208, 213, 215, 216, 221, 222, 226), однако допросить их не представилось возможным. По указанной причине государственный обвинитель отказался от представления показаний упомянутых свидетелей в качестве доказательств обвинения, возражений в этой части со стороны защиты не поступало (т.1 л.д. 242).

При этом протокол судебного заседания свидетельствует о том, что сторона защиты не ходатайствовала о допросе этих лиц как свидетелей защиты, не заявляла об оказании содействия в вызове их в судебное заседание, об оглашении показаний указанных свидетелей, данных ими в ходе предварительного следствия, не заявляла о нарушении положений ст. 15 УПК РФ, нарушении права ФИО1 на защиту.

Ссылка стороны защиты на не проведение в ходе предварительного следствия очной ставки со свидетелем ФИО9 не влияет на законность и обоснованность обжалуемого приговора, поскольку в ходе предварительного следствия соответствующие ходатайства ни ФИО1, ни его защитником также не заявлялись.

Вывод стороны защиты в той части, что уголовно-процессуальный закон не допускает принятие судом отказа государственного обвинителя от представления части доказательств, не основан на требованиях закона.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, отказ государственного обвинителя от представления показаний свидетелей ФИО8 и ФИО9 не повлиял на правильную оценку судом первой инстанции всей совокупности доказательств, представленной государственным обвинителем, в том числе и в части вывода о достаточности доказательств для признания ФИО1 виновным в инкриминируемом деянии.

Нарушений права на защиту ФИО1 судом первой инстанции не допущено.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из числа доказательств рапорт об обнаружении признаков преступления, зарегистрированный в КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.37), рапорт, зарегистрированный в КУСП № ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.39), которые доказательствами виновности ФИО1 не являются, поскольку содержат только информацию о наличии оснований для возбуждения уголовного дела, являясь в соответствии с положениями п.3 ч.1 ст. 140 и ст. 143 УПК РФ поводом для его возбуждения, о чем свидетельствует регистрация в КУСП под номерами 11107, 11010.

Указанное обстоятельство не было учтено судом первой инстанции.

Однако исключение из приговора ссылки на данные рапорта не влияют на общий вывод о доказанности вины ФИО1 в совершенном преступлении, поскольку он подтверждается другими исследованными судом доказательствами, отраженными в приговоре и получившими надлежащую оценку.

Доводы стороны защиты, осужденного в части отрицания своей вины носят односторонний характер, не отражают в полной мере существо исследованных доказательств, в том числе показаний свидетелей - сотрудников полиции и оценены в отрыве от других имеющихся по делу доказательств. Исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, что и сделано судом в приговоре. Вопреки доводам стороны защиты, существенных противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, не имеется. 

Доводы стороны защиты, приведенные в апелляционной жалобе, были озвучены в ходе судебного следствия, в прениях сторон, являлись предметом оценки суда первой инстанции, в связи с чем аналогичные доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств по уголовному делу и исследованных в судебном заседании доказательств.

Таким образом, судом первой инстанции действия ФИО1 верно квалифицированы по ст. 228 ч.1 УК РФ – как незаконное хранение без цели сбыта наркотических средств в значительном размере.

Оснований для оправдания ФИО1 суд апелляционной инстанции не находит.

Протокол судебного заседания свидетельствует о том, что уголовное дело рассмотрено с соблюдением предусмотренного ст. 15 УПК РФ принципа состязательности сторон. Судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все представленные сторонами доказательства исследованы, заявленные ходатайства разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в приговоре дана оценка всем исследованным доказательствам, доводам стороны защиты и осужденного.

При назначении наказания ФИО1 суд правомерно учёл характер, степень общественной опасности, тяжесть совершенного преступления, данные о личности виновного, который на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, влияние назначенного наказания на исправление виновного и на условия жизни его семьи, наличие смягчающих наказание обстоятельств: наличие малолетнего ребенка, состояние здоровья подсудимого и его близкого родственника (матери), оказание помощи близкому родственнику (матери), отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Необходимость назначения осужденному реального лишения свободы судом в приговоре мотивирована, и суд апелляционной инстанции находит данные мотивы убедительными.

При этом суд обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ст.ст. 53.1, 64, 73 УК РФ, приведя соответствующие мотивы, с которыми апелляционная инстанция согласна.

Оснований для того, чтобы давать иную оценку тем фактическим обстоятельствам, которыми суд первой инстанции руководствовался при принятии вышеуказанных решений, суд апелляционной инстанции не находит. 

По мнению суда апелляционной инстанции, назначенное осужденному ФИО1 наказание в полной мере отвечает общим принципам назначения наказания, предусмотренным ст. 60 УК РФ, и целям назначения наказания, предусмотренным ст. 43 ч. 2 УК РФ – восстановление социальной справедливости, исправление осуждённых, предупреждение совершения новых преступлений, в связи с чем суд апелляционной инстанции считает его справедливым (ст. 6 УК РФ). 

Законных оснований для снижения назначенного осужденному наказания суд апелляционной инстанции не находит.

Вид исправительного учреждения назначен ФИО1 верно в соответствии с положениями ст. 58 ч.1 п. «а» УК РФ.

Существенных нарушений норм уголовно-процессуального и уголовного законов, влекущих отмену приговора, суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.9, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л :

Приговор Первомайского районного суда 

<

адрес> края от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 – изменить:

- исключить из числа доказательств рапорт об обнаружении признаков преступления, зарегистрированный в КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.37), рапорт, зарегистрированный в КУСП № ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.39).

В остальной части приговор оставить без изменения. 

Апелляционную жалобу адвоката ФИО4 удовлетворить частично. 

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вступления в силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления, вступившего в законную силу, при этом осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий ФИО13

Справка: осужденный ФИО1 содержится в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес>.